Из интервью режиссера Андрея Тарковского

Вид материалаИнтервью

Содержание


Глава 3. история психологии ассоциаций 125
Александр Сергеевич Пушкин (1799
Герберт Уэллс, «Необходима осторожность»
Автор одной из статей в Британской энциклопедии
Э. Дюркгейм, «Социология и теория познания»
Глава 4. кризисы в психологии
Джон Уотсон
128 Популярная история психологии
Глава 4. кризисы в психологии 129
130 Популярная история психологии
Глава 4. кризисы в психологии 131
Эдвар Торндайк
Популярная история психологии
Вольфганг Келер
Глава 4. кризисы в психологии
1. Элементарный (основной) опыт
Стена дома
134 Популярная история психологии
2. Изготовление орудий и постройки.
Подобный материал:
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   53
ГЛАВА 3. ИСТОРИЯ ПСИХОЛОГИИ АССОЦИАЦИЙ 125

пере, потерянном иволгой, или заржавленный уличный фонарь. Любая мысль — самая могучая и великая — может быть выражена при дружеском содействии этих скромных вещей». Да, логика фактов и свободный полет ассоциаций всегда подчинены идее литературного произведения, научной идее или художественному образу.

Но рано или поздно горлышко пивной бутылки, капля росы и уличный фонарь соединяются в единое целое, приходит вдохновение — когда ассоци­ации подчиняются идее.

И забываю мир — ив сладкой тишине Я сладко усыплен моим воображеньем, И пробуждается поэзия во мне: Душа стесняется лирическим волненьем, Трепещит, и звучит, и ищет, как во сне. Излиться наконец свободным проявленьем -И тут ко мне идет незримый рой гостей, Знакомцы давние, плоды мечты моей. И мысли в голове волнуются в отваге, И рифмы легкие навстречу им бегут, И пальцы просятся к перу, перо — к бумаге, Минута — и стихи свободно потекут.

Александр Сергеевич Пушкин (17991837)

А теперь перенесемся в 1930-е годы двадцатого столетия, когда уже не было Пушкина и еще не был придуман ассоциативный эксперимент. Когда в психологии случился кризис, который навсегда расколол ее на множество маленьких психологии. Когда одни психологи убирали из своей науки такое понятие, как «душа», совсем (бихевиористы), а другие, как Фрейд и его пос­ледователи, пытались ее чем-нибудь заменить.

Ответ к главе 3. Ассоциативные поля слов, обозначающих похожие
предметы, пересекаются сильнее. То есть существует общее ассоциативное
поле слов «железо» и «золото». В нашем случае слова с номерами от 1 до
5 обозначают множество предметов, а слова с номерами от 6 до 10— один
предмет из этого множества. Естественно, что ассоциативные поля слов
«металл» и «золото» — сильно пересекаются. Часто первое ассоциативное
поле поглощает второе. ;

Глава 4. КРИЗИСЫ В ПСИХОЛОГИИ ЧЕРЕЗ ПРИЗМУ ИСТОРИИ

«Павлов и бихевиористы привели великолепные доказательства в пользу того, что мы должны видеть в человеке не более, чем до сих пор, еще очень неполный набор ус­ловных рефлексов».

Герберт Уэллс, «Необходима осторожность»

«Бедная, бедная психология, сперва она утратила душу, затем психику, затем созна­ние, и теперь испытывает тревогу по поводу поведения».

Автор одной из статей в Британской энциклопедии

«Человеческая мысль не есть нечто первоначально данное; она — продукт истории, это — идеальный предел, к которому мы все более или менее приближаемся, но ко­торого мы, вероятно, никогда не достигнем».

Э. Дюркгейм, «Социология и теория познания»

Что такое «кризис» в психологии? Бихевиоризм — психология без души или без сознания?

Читатель уже готов перевернуть страницу? Читателю не интересны «кризисы» в психологии? Все правильно, всех нас интересуют кризисы на­шей собственной души. Кстати, жизненный путь любого человека, по мне­нию современных психологов, сплошная череда кризисов и стрессов. Поэто­му любой психолог, чье имя остается в истории психологии, вносит в науку в первую очередь кризисы и стрессы, происходящие в его душе. Рискнем ска­зать, что психология всегда находится в кризисе и постоянно сотрясается до самых основ. Под тихими обложками книг идет война — сталкиваются но­вые идеи и разрушаются старые, спорят ученые, отыскивая общие основы для будущей психологии. Вот только в психологии нет и не будет таблицы умножения, как в математике. Так что психология всегда будет эклектич­ной -г разной, противоречивой и спорной.

Чтобы разобраться в сути кризиса 1910—1930-х годов, нам надо забыть об собственных эмоциях и субъективности — личном отношении к различ­ным психологическим теориям. Возможно, читателю ■ понравится гештальт-психология, которая оставляет место интуиции, инсайту, душе и Богу, или экзистенциальная, которая задает вопросы о смысле жизни. Все зависит от вашего взгляда на мир, читатель. Что вам ближе: утверждение, что человек

ГЛАВА 4. КРИЗИСЫ В ПСИХОЛОГИИ

127

по сути добр и благороден, или все мы большие белые крысы, гонимые ин­стинктами, как считали основатели бихевиоризма? В каждой теории есть свои достоинства и недостатки. Разглядеть их и показать вам — вот цель этой главы.

В чем особенности кризиса 1910—1930-х годов? Это тот самый кризис, после которого стало понятно, что единой психологической теории больше не будет никогда. Ученые различных направлений так яростно набросились на ассоцианистскую психологию и стали разбирать ее до основания, что в голову поневоле приходит клич пиратов — «на абордаж!» И это действи­тельно самый подходящий образ для кризиса 1930-х годов, который, кстати, не кончился и по сей день... Если поставить психологии диагноз, как пациен­ту, то он будет звучать так — «острый кризис» перешел в «хроническую депрессию».

А теперь перенесемся в 1913 год. В журнале «Psychological Revew» по­является статья Джона Уотсона «Психология с точки зрения бихевиориста». Именно в этой статье сформулированы основные положения новой психоло­гии и ее отличия от «старой психологии», которая изучала сознание.

Джон Уотсон (1878—1958)— американский психо­лог, основатель бихевиоризма. Его докторская диссерта­ция посвящена изучению поведения белых крыс. С 1908 года заведовал кафедрой экспериментальной срав­нительной психологии в Университете Джона Гопкинса в Балтиморе, где и развивал принципы новой психологии. С 1920 по 1946 год занимался рекламным бизнесом. В 1925 году вышла книга Уотсона «Бихевиоризм», но сам автор уже не занимался академической психологией. В 1929 году на русский язык была переведена книга «Психологический уход за ребенком», в которой Уотсон пытается перенести бихевиоризм на воспитание детей, а не крыс. Все книги и статьи Уотсона вызывали огром­ную критику, сравнимую по масштабу с критикой ранних произведений Фрейда. Почему? Давайте заглянем в эти книги и статьи.

Начнем с «Психологии с точки зрения бихевиориста». «Традиционно ут­верждалось, что психология — это наука о явлениях сознания. В качестве основных проблем выдвигалось, с одной стороны, расчленение сложных пси­хических состояний (или процессов) на простые элементарные составляющие их, а с другой стороны, построение сложных состояний, когда даны элемен­тарные составляющие. При этом мир физических объектов (стимулов, вклю­чая все, что может вызвать активность в рецепторе), которые составляют область естествознания, рассматривается только как средство для получения конечного результата. Этот конечный результат является продуктом духовных состояний, которые можно «рассматривать» или «наблюдать». Психологи-

128 ПОПУЛЯРНАЯ ИСТОРИЯ ПСИХОЛОГИИ

ческим объектом наблюдения в случае эмоций, например, является само ду­ховное состояние. (...) Или психология должна изменить свою точку зрения таким образом, чтобы включить факты поведения независимо от того, имеют ли они отношение к проблемам сознания или нет; или изучение поведения должно стать совершенно отдельной и независимой наукой. Если психологи, изучающие человека, не отнесутся к нашим попыткам с пониманием и отка­жутся изменить свою позицию, бихевиористы будут вынуждены использовать человека в качестве своего испытуемого и применить свои методы исследо­вания. Которые точно соответствуют новым методам, применяемым в работе с животными». Обратите внимание на командный тон статьи (или... или...) и «запугивание» таинственными «своими методами исследования». Что же это за методы?

«...У ребенка 1,5 лет была выработана условная отрицательная реакция: при виде сосуда с золотыми рыбками он отходил либо убегал. Приводим слова экспериментатора: «Ребенок как только увидит сосуд с золотыми рыб­ками, говорит: «Кусается». С какой бы быстротой он ни шел, он замедляет шаг, как только приблизится к сосуду на 7—8 шагов. Когда я хочу задер­жать его силой и подвести к бассейну, он начинает плакать и пытается выр­ваться и убежать. Никаким убеждением, никакими рассказами о прекрасных рыбках, о том, как они живут, движутся и т.д., нельзя разогнать этот страх. Пока рыбок нет в комнате, вы можете путем словесного убеждения заста­вить ребенка сказать: «Какие милые рыбки, они вовсе не кусаются», но сто­ит показать рыбку, и реакция страха возвращается...» (Это выдержка из опыта по размыканию условной связи — преодоление страха, окончание опыта чуть позже.)

По мнению Уотсона, вся предыдущая психология пыталась — тщетно! — сконструировать содержание сознания животного, поведение которого она изучала. Действительно, зачем это делать? Не лучше ли «оставаться в сто­роне от таких проблем и открыто признать, что изучение поведения живот­ных не подтверждает наличия каких-то моментов «неуловимого» характера»?

Бихевиоризм (от английского слова «behavior») — «наука о поведе­нии», особое направление в психологии, которое изучает поведение жи­вотных и человека без привлечения сознания. Наблюдения над поведением могут быть представлены как последовательность стимулов и реакций. Психо-лог-бихевиорист пытается предсказать реакции по стимулам и управлять реак­циями как человека, так и животных. Основная задача психологии, согласно Уотсону, — накопление наблюдений за поведением человека. Бихевиоризм от­меняет сознание и заменяет поток сознания потоком активности.

Целью новой психологии должна стать разработка систематической схе­мы для предсказания ответа и контроля за ним в целом. «Пришло время, когда психологи должны отбросить всякие ссылки на сознание, когда больше не нужно вводить себя в заблуждение, думая, что психическое состояние

ГЛАВА 4. КРИЗИСЫ В ПСИХОЛОГИИ 129

можно сделать объектом наблюдения». Уотсона особенно волнует проблема интроспекции — самонаблюдения. Волнует, потому что его раздражает это слово: «Если вам не удалось повторить мои данные, то это не вследствие некоторых дефектов в используемых приборах или в подаче стимула, но по­тому, что ваша интроспекция оказалась недостаточно подготовленной. На­падкам подвергаются наблюдатели, а не экспериментальные установки и ус­ловия. В физике и химии в таких случаях ищут причину в условиях экспери­мента: аппараты были недостаточно чувствительными, использовались нечис­тые вещества и т.п. В этих науках более высокая техника позволяет вновь получить воспроизводимые результаты. Иначе в психологии. Если вы не мо­жете наблюдать от 3 до 9 состояний ясности в вашем внимании, у вас пло­хая интроспекция. Если, с другой стороны, чувствование кажется вам доста­точно ясным, опять ваша интроспекция является ошибочной. Вам кажется слишком много: чувствование никогда не бывает ясным».

«Кажется, пришло время, когда психологи должны отбросить всякие ссылки на сознание, когда больше не нужно вводить себя в заблуждение, думая, что психическое состояние можно сделать объектом наблюдения».

«Я верю, что мы можем «написать» психологию, определив ее как Pillsbury (закрытая тема. — Ред.), и никогда не возвращаться к нашему оп­ределению, никогда не использовать термины «сознание», «психическое со­стояние», «ум», «объем», «устанавливаемое интроспективно», «образ» и т.п. (...) Это можно сделать в терминах стимула и ответа, в терминах образо­вания навыка, интеграции навыков», — пишет Джон Уотсон в работе «Пси­хология с точки зрения бихевиориста».

Что же сможет новая психология без сознания? По мнению Уотсона, бихевиоризм разработает методы, которые позволяют управлять поведением человека и животных!

Все эксперименты будут строиться с целью понять психологический ме­ханизм, требующийся для научения, запоминания и забывания. Способ пост­роения человеком своих ответов больше психологию не интересует! Сходство и различие методов, используемых для исследования поведения человека и животных, также убираются из новой, бихевиористической психологии.

А теперь внимание, читатель! Не подглядывая в книгу, расскажите био­графию Джона Уотсона и начало эпизода с мальчиком, который боится золо­тых рыбок. Что получилось лучше? Конечно, история с золотыми рыбками, ведь рассказ о мальчике и его страхе не окончен... Сейчас читатель находит­ся в одном шаге от открытия — «эффект Зейгарник» — из области ге-Штальтпсихологии (о ней речь пойдет ниже). Как бы читатель построил экс­перимент, который выявил бы зависимость запоминаемости куска текста от го «законченности»? Сколько ему понадобится испытуемых, сколько раз ?" надо повторить эксперимент, какие цитаты лучше использовать для запоми­нания?

S В-149

130 ПОПУЛЯРНАЯ ИСТОРИЯ ПСИХОЛОГИИ

Окончание опыта с размыканием условной связи (страх перед золотыми рыбками):

«Испробуем другой способ. Подведем к сосуду старшего брата, 4-летнего ребенка, который не боится рыбок. Заставим его опустить руки в сосуд и схватить рыбку. Тем не менее младший ребенок не перестанет проявлять страх, сколько бы он не наблю­дал, как безбоязненно его брат играет с этими безвредными животными. Попытки пристыдить его тоже не достигнут цели. Испытаем, однако, следующий простой метод. Поставим стол от Юдо 12 футов длиной. У одного конца стола поместим ребенка во время обеда, а на другой конец поставим сосуд с рыбками и закроем его. Когда пища будет поставлена перед ребенком, попробуем приоткрыть сосуд с рыбками. Если это вызовет беспокойство, отодвиньте сосуд так, чтобы он больше не смущал ребенка. Ребенок ест нормально, пищеварение совершается без малейшей помехи. На следую­щий день повторим эту процедуру, но пододвинем сосуд с рыбками несколько ближе. После 4—5 таких попыток сосуд с рыбками может быть придвинут вплотную к подно­су с пищей, и это не вызовет у ребенка ни малейшего беспокойства. Тогда возьмем маленькое стеклянное блюдо, наполним его водой и положим туда одну из рыбок. Если это вызовет смущение, отодвинем блюдо, а к следующему обеду поставим его снова, но уже поближе. Через три-четыре дня блюдо уже может быть поставлено вплотную к чашке с молоком. Прежний страх преодолен, произошло размыкание ус­ловной связи».

Все замечательно в этом опыте, не правда ли? А теперь замените золо­тых рыбок на пауков или любой другой объект, который вам очень несимпа­тичен. Представьте себя на месте этого испытуемого — маленького мальчи­ка. Вам приятно обедать около банки или тарелки с пауками? Вы разрешите проводить подобные опыты над своим ребенком? Все-таки главный минус бихевиоризма не в том, что это психологическое направление отрицает со­знание, а в том, что экспериментатор не видит в ребенке человека. Малень­кого человечка, которому по-настоящему страшно...

«При полном реализме найти в человеке человека» — этот завет вели­кого русского писателя Достоевского к литературе можно по праву отнести и к психологии. Да, реальны лишь стимулы и реакции, но существует и че­ловек!

Для бихевиориста страх является чем-то внутренним и неинтересным, так же, как и мышление. «Представляет ли мышление проблему?» — спра­шивает Джон Уотсон в статье «Бихевиоризм», написанной для БСЭ. И отве­чает сам себе: «Мышление есть поведение, двигательная активность, совер­шенно такая же, как игра в теннис, гольф или другая форма мускульного усилия. Мышление также представляет собой мускульное усилие, и именно такого рода, каким пользуются при разговоре. Мышление является просто речью, но речью при скрытых мускульных движениях». Бихевиористы правы,

ГЛАВА 4. КРИЗИСЫ В ПСИХОЛОГИИ 131

что весь организм человека вовлекается в процесс мышления. Да, «мы ду­маем и строим планы всем телом». Но это не значит, что наши мускульные движения и есть процесс мышления!

Закончить рассказ о классическом бихевиоризме хочется словами упря­мого, но самокритичного Джона Уотсона: «В заключение я должен признать­ся в глубокой склонности, которую я имею к этим вопросам. Почти 12 лет я посвятил экспериментам над животными. Вполне естественно, что моя тео­ретическая позиция выросла на основе этой работы, и она находится в пол­ном соответствии с экспериментальными исследованиями. Возможно, я со­здал себе «соломенное чучело» и сражаюсь за него».

Не менее упрямым и своеобразным психологом-бихевиористом был Эд-вар Торндайк. Правда, сам себя он называл «коннексионистом» — от анг­лийского слова «коннексия»: связь. Первой научной работой Торндайка было экспериментальное изучение... телепатии. Торндайк мысленно представлял различные слова, числа, объекты. Испытуемые — дети-дошкольники — пы­тались угадать, о чем думает экспериментатор. За успех ребенок награждал­ся конфетой. Эта смелая и забавная работа не была завершена и опублико­вана.

Эдвар Торндайк (1874—1949)— американский психолог, пионер бихе­виористского движения. В 1898 году защитил докторскую диссертацию «Ин­теллект животных. Экспериментальное исследование ассоциативных процес­сов у животных». Под ассоциациями Торндайк понимал не классические ас­социации, а связи «стимул—реакция».

Изучение телепатии Торидайком не было случайным. В психологии того времени сложилось представление о том, что мысль и слово тесно связаны между собой. Поэтому в случае мышления экспериментатора «про себя» ребенок может заметить мельчайшие изменения мышц речевого аппарата. А если успех будет подкрепляться конфетой, то появится сильная заинтересо­ванность в отгадке! Жаль, что администрация университета запретила опыты молодого ученого. Но Торндайк не унывал и с не меньшей увлеченностью принялся изучать... цыплят. Птиц, разумеется, надо было кормить и где-то держать. Психолог устроил лабораторию в подвале дома Джеймса (того са­мого психолога, который изучал собственную депрессию).

Результатом экспериментов с цыплятами стало создание так называемого «проблемного ящика». Животное — цыпленок, кошка, собака — помеща­лись в специальный ящик, открыть который можно, лишь приведя в дей­ствие хитроумное устройство. А порой и не одно! Торндайк регистрировал поведение животных графически. Как это происходило? Кошки и собаки ку­сали стенки ящика, царапали, мяукали, гавкали и визжали. Ученый отмечал на графике количество проб и затраченное животным время, чтобы выйти из ящика. Общий вывод — при повторных попытках число бесполезных движе­ний уменьшается. Это настолько очевидный вывод, что сразу напрашивается

132

ПОПУЛЯРНАЯ ИСТОРИЯ ПСИХОЛОГИИ

вопрос — разве для предсказания такого поведения животных нужен экспе­римент? И так очевидно, что любое животное в ситуации тупика будет дей­ствовать путем «проб и ошибок», случайно добиваясь успеха. Удивительно, но факт: почти не наблюдалось случаев «инсайта» — внезапного решения задачи. Наоборот, порой кривая зависимости количества проб от времени резко подскакивала вверх, то есть — животное не обучалось, а действовало хуже. Возможно, каждый психолог видит лишь то, что хочет видеть? Или «проблемный ящик» был плохо сконструирован? Ответ на этот вопрос знает лишь сам Торндайк.

Гешхальтпсихология — психология, в которой есть место душе и сознанию

Бихевиористы боролись с интроспекцией, мышлением и сознанием, а ге-штальтпсихологи воюют против... сознания. Да, гештальтистов не устраивает, что старая психология представляет сознание как сумму ассоциаций. Ведь сознание — не «сумма», а «интеграл» от восприятия!


Вольфганг Келер
Вольфганг Келер (1887—1967)— немецкий психо­лог, один из основателей гештальтпсихологии. Постоян­но отстаивал принципы гештальтпсихологии в полемике со старой ассоцианистской психологией и с бихевиорис-тами. Получил докторскую степень за исследование по психологии слуха. Изучал физику у самого Макса План­ка — знаменитого немецкого физика. Келер был испы­туемым у Вертгеймера — первого психолога, назвавше­го себя гештальтистом — и участвовал в объяснении результатов его экспериментов. С 1913 года по 1920 год изучал' интеллект человекообразных обезьян на Канарс­ких островах. На основе наблюдений за приматами была создана полевая теория поведения и предложено поня­тие «инсайт» — фундаментальное понятие гештальт-психологии. Книга Келера «Гештальтпсихология». (1929)— одно из лучших изложений новой науки.

Зачем психологи изучают интеллект человекообразных обезьян? Чита­тель, конечно, помнит, насколько похоже порой поведение обезьян в зоопар­ке на поведение некоторых его знакомых. Это не кажущееся сходство. Чело­векообразные обезьяны действительно обнаруживают такое количество чело­веческих черт поведения при внимательном наблюдении, что возникает есте­ственный вопрос — а не думают ли обезьяны так же, как человек? Вот только говорить не умеют. Тем более что химизм тела высших обезьян и строение головного мозга родственны человеческим!

ГЛАВА 4. КРИЗИСЫ В ПСИХОЛОГИИ

133




Макс Вертгеймер (1880—1943)— немецкий пси­холог, доктор философии, один из основателей гештальт-психологии и первого журнала, где стали публиковаться работы гештальтпсихологов — «Psychologische For-schung».

Начало гештальтпсихологии принято считать от вы­хода в свет статьи Вертгеймера «Экспериментальное ис­следование движения» (1912).

Макс Вертгеймер

Эксперименты Келера ставили своей целью изучить различия между мышлением обезьяны и человека. Каж­дый опыт строился по одному и тому же главному прин­ципу: создается ситуация, в которой цель не может быть достигнута прямым путем, — животное изучает ситуа­цию (что бы под этим словом ни понимать) — произво­дит какие-то действия — экспериментатор делает выводы, решает ли обезь­яна задачу обходным путем или действует наугад. А теперь приведем приме­ры подобных опытов, которые относятся не только к гештальтпсихологии, а и к зоопсихологии (науке о психике и поведении животных).

1. Элементарный (основной) опыт (все цитаты взяты из книги В. Ке­лера «Исследование интеллекта человекообразных обезьян»).

«Неподалеку от стены дома импровизируется квадратное, обнесенное забором про­странство, так что одна сторона, удаленная от дома на 1 м, стоит параллельно ему, образуя проход длиной в 2 м; один конец прохода закрывают решеткой и теперь вво­дят в тупик по направлению от А (см.

Стена дома

Корм

рис.) до В взрослую Канарскую суку; там, держа голову по направлению к замыкающей решетке, она некоторое время ест свой корм. Когда корм съе­ден почти до конца, новый кладется на место С, по ту сторону решетки, собака смотрит на него, на мгновение кажется озадаченной, но затем момен­тально поворачивается на 180 граду­сов и бежит из тупика вокруг забора по плавной кривой, без каких-либо остановок, к новому корму».

Зоопсихология (от греческого «zoon» — животное и «psyche» — душа) — наука о психике животных,

134 ПОПУЛЯРНАЯ ИСТОРИЯ ПСИХОЛОГИИ

о проявлениях и закономерностях психического отражения на этом уровне. Зоопсихология существовала всегда, психику животных изучали еще антич­ные философы, но научная зоопсихология появилась в конце XVIII — начале XIX века.

«Эта же собака ведет себя в другой раз сначала очень похоже. Через забор из про­волочной решетки (...) перебрасывается на далекое расстояние кусок корма; собака сейчас же, делая большую дугу, бежит наружу. Чрезвычайно примечательна ее види­мая беспомощность, когда тотчас же после этого повторения опыта корм не бросают далеко, а только перекидывают за решетку, совсем близко, так что корм лежит непос­редственно перед собакой, будучи отделен от нее только одной решеткой, собака сно­ва и снова тычется- мордой в решетку и не двигается с места, как будто сконцентри­рованность на близкой цели (конечно, при сильном участии обоняния) мешает выпол­нению далеко обегающей забор кривой.

Маленькая девочка, 1 г. 3 мес, которая всего несколько недель назад научилась ходить, вводится в ad hoc построенный тупик (2 м длины и 1,5 ширины); по другую сторону загородки на ее глазах кладут заманчивую цель; она спешит сначала прямо к цели, следовательно, прямо к загородке, медленно оглядывается, обегает глазами ту­пик, внезапно весело смеется и вот уже в один прием пробегает кривую к цели».

Этот момент — когда девочка внезапно весело смеется — и есть мо­мент «инсайта».

Инсайт (от английского «insight» — постижение, озарение) — внезап­ное и невыводимое из прошлого опыта понимание структуры ситуа­ции в целом. Это понимание решает проблему. Первоначально Вертгеймер объяснял инсайт как... «короткое замыкание» между зонами мозга!

Куры гораздо глупее маленькой девочки, они'-г если видят цель перед собой через решетку — налетают на препятствие и беспокойно бегают туда-сюда. Интересен момент инсайта: обычно готовое решение и его возникно­вение в голове животного или ребенка отмечается и в поведении. «Собака как бы впадает в оцепенение, — пишет Келер, — затем внезапно поворачи­вается на 180 градусов и т.д.; ребенок оглядывается, внезапно лицо его про­ясняется и т.д. В таких случаях характерная непрерывность процесса под­линного решения еще более бросается в глаза благодаря перерыву, переме­не направления перед началом».

2. Изготовление орудий и постройки.

«Цель подвешена очень высоко, оба ящика стоят неподалеку друг от друга, на рас­стоянии примерно 4 м от цели; все другие вспомогательные средства устранены. Султан (самец шимпанзе. — Ред.) тащит больший из ящиков к цели, ставит его плашмя под цель, становится, глядя вверх, на него, приготовляется к прыжку, но на