Сочинение

  • 1421. Генрих Теодор Бёлль. Групповой портрет с дамой
    Литература

    Да, странные чудеса сопутствуют Лени Пфайфер… Маленькое чудо происходит и с самим автором, когда он приезжает в Рим, чтобы узнать побольше о сестре Рахили. В главной резиденции ордена он знакомится с очаровательной и высокоученой монахиней, она рассказывает ему историю с розами и вскоре покидает монастырь, чтобы стать подругой автора. Так-то вот. Но увы, для самой Лени чудеса, даже светлые, всегда имеют скверный конец но об этом чуть позже, сначала зададимся вопросом: кто, кроме Рахили, взращивал эту странную женщину? Отец, Губерт Груйтен есть и его портрет. Простой рабочий «выбился в люди», основал строительную фирму и стал стремительно богатеть, строя укрепления для гитлеровцев. Не очень понятно, ради чего он наживал деньги все равно «бросал их кипами, пачками», как говорит другой свидетель. В 1943 г. учинил совсем непонятное: основал фиктивную фирму, с фиктивными оборотами и служащими. Когда дело раскрылось, его едва не казнили приговорили к пожизненному заключению с конфискацией имущества. (Интереснейшая подробность: разоблачили его потому, что в списках русских рабочих-военнопленных оказались имена Раскольникова, Чичикова, Пушкина, Гоголя, Толстого…) Правда, Груйтен пустился в эту эскаладу после гибели сына Генриха, служившего в оккупационной армии в Дании. Генриха расстреляли вместе с его двоюродным братом Эрхардом: юноши пытались продать какому-то датчанину пушку; это был протест продавали за пять марок.

  • 1422. Генрих фон Клейст. Михаэль Кольхаас
    Литература

    Однажды он направляется в Лейпциг и, переходя через границу, видит на саксонской стороне у рыцарского замка шлагбаум. Он удивлен. Ему уже семнадцать раз приходилось переходить через границу, но ни разу дорогу ему не преграждал шлагбаум. Выясняется, что старый барон, владелец замка, умер и на его место пришел его наследник юнкер Венцель фон Тронка. Он-то и ввел эти новшества. Михаэль Кольхаас оплачивает пограничный взнос и перегоняет свой табун на саксонскую землю. Однако, когда он приближается к шлагбауму, его окликает с башни замка чей-то голос и приказывает остановиться. Из замка выходит смотритель и требует у Михаэля пропуск, без которого якобы ни один барышник с лошадьми не может быть пропущен через границу. Юнкер подтверждает слова смотрителя и предлагает съездить за пропуском, а в залог оставить пару вороных у него в конюшнях. Михаэль возмущен подобным насилием, но делать ему ничего не остается, как оставить своего слугу Герзе с вороными, самому с остальным табуном проследовать в Лейпциг на ярмарку, а по пути, в Дрездене, раздобыть пропуск. В дрезденской ратуше от знакомых советников он узнает, что история с пропуском чистый вымысел, и получает тому письменное подтверждение. Распродав табун, он через несколько дней возвращается в Тронкенбург за своими вороными. Там он узнает, что его слуга был избит и выгнан из замка. В конюшне же он видит вместо своих холеных коней пару тощих изможденных кляч. Кольхаас отказывается забирать лошадей в таком состоянии и требует, чтобы ему вернули его вороных в том виде, в котором он их оставил. Юнкер уходит, хлопая перед его носом дверью. Кольхаас оставляет своих коней там, где они стоят, и уезжает с угрозой, что добьется справедливости.

  • 1423. Генрих фон Клейст. Принц Фридрих Гомбургский
    Литература

    Принц прибывает в Берлин, где его арестовывают и отвозят в тюрьму обратно в Фербеллин. В темницу к принцу входит его друг граф фон Гогенцоллерн и сообщает, что суд приговорил его к смерти. Принца нисколько не тревожит это известие, поскольку он не верит, что курфюрст, с детства относившийся к нему как к сыну, позволит привести этот приговор в исполнение. Однако когда он узнает, что курфюрст уже подписал постановление суда, то лишается присутствия духа, Гогенцоллерн наводит принца на мысль, что, возможно, он нарушил какие-то планы Фридриха Вильгельма. Он предполагает, что недовольство курфюрста вызвано нежеланием принцессы Наталии, помолвленной с принцем Гомбургским, выйти замуж за шведского короля Карла, который ставит это условием подписания мирного договора. Гогенцоллерн советует принцу попросить заступничества у курфюрстины, ведь заботу о принце, как о собственном сыне, завещала ей его покойная мать. Принц покидает тюрьму под честное слово и отправляется к курфюрстине и Наталии. Курфюрстина говорит, что уже просила за него перед курфюрстом, но безрезультатно. Тогда Наталия, узнав о том, что, возможно, и сама повинна в недовольстве Фридриха Вильгельма, отправляется к дяде заступиться за принца Гомбургского. Курфюрстина же советует ему вооружиться мужеством.

  • 1424. Генрих фон Клейст. Разбитый кувшин
    Литература

    Первой давать показания вызывается истица Марта. Она заявляет, что кувшин разбил Рупрехт. Адама это вполне устраивает, он объявляет парня виновным, а заседание закрытым. Вальтер крайне недоволен и просит вести дело со всеми формальностями. Тогда Марта начинает во всех подробностях рассказывать о достоинствах этого кувшина, о его истории, чем, в конце концов, выводит всех из себя. Затем она переходит к описанию событий прошедшего вечера. Рассказывает, что в одиннадцать часов уже хотела погасить ночник, как вдруг из Евиной комнаты услышала мужские голоса и шум. Она испугалась, прибежала туда и увидела, что дверь в комнату выломана и из нее доносится брань. Войдя внутрь, она увидела, что Рупрехт как бешеный ломает Еве руки, а посреди комнаты лежит разбитый кувшин. Марта притянула его к ответу, но он стал утверждать, что кувшин разбит кем-то другим, тем, кто только что сбежал, и начал оскорблять и поносить Еву. Тогда Марта спросила дочь, кто на самом деле тут был, и Ева поклялась, что только Рупрехт. На суде Ева говорит, что вовсе не клялась. Складывающаяся ситуация начинает тревожить Адама, и он вновь дает Еве свои наставления. Вальтер их пресекает, высказывает свое недовольство поведением судьи и выражает уверенность в том, что даже если бы сам Адам разбил кувшин, то не мог бы усердней валить все подозрения на молодого человека. Приходит очередь Рупрехта давать свои показания. Адам всеми способами оттягивает этот момент, рассказывает о своей больной курице, которую он собирается лечить лапшой и пилюлями, чем окончательно выводит Вальтера из себя. Рупрехт, получивший наконец слово, заявляет, что в обвинении против него нет ни слова правды. Адам начинает отвлекать от него всеобщее внимание, так что Вальтер уже намеревается посадить писаря Лихта на место судьи. Адам, испугавшись, дает Рупрехту возможность продолжить показания. Молодой человек рассказывает, что вечером, около десяти часов, он решил отправиться к Еве. Во дворе её дома он услышал скрип калитки и обрадовался, что Ева еще не ушла. Вдруг он увидел в саду свою девушку и кого-то еще вместе с ней. Разглядеть он его не смог из-за темноты, однако подумал, что это Лебрехт, сапожник, еще осенью пытавшийся отбить у него Еву. Рупрехт пролез в калитку и притаился в кустах боярышника, откуда слышал болтовню, шепот и шутки. Затем те оба прошли в дом. Рупрехт стал ломиться в дверь, уже запертую на задвижку. Приналег и вышиб её. Она загремела, с карниза печки полетел кувшин, а в окно кто-то поспешно выпрыгнул. Рупрехт подбежал к окну и увидел, что беглец все еще висит на прутьях частокола. Рупрехт огрел его по голове дверной задвижкой, оставшейся у него в руке, и решил было побежать за ним, но тот бросил ему в глаза горсть песка и исчез. Затем Рупрехт вернулся в дом, обругал Еву, а чуть позже в комнату вошла и Марта с лампой в руке.

  • 1425. Генрих фон Офтердинген
    Литература

    Новалис не успел завершить эту вторую часть, в которой хотел выразить суть поэзии. Не успел он и оформить свою мысль о том, что все на свете: природа, история, война, обыденная жизнь, - все превращается в поэзию, поскольку она и есть дух, оживляющий все сущее в природе: Во второй части Генриху предстояло более полно ознакомиться с окружающим миром. Он должен был попасть в Италию, участвовать в военных действиях, при дворе императора встретиться с сыном Фридриха II и стать его близким другом, побывать в Греции, совершить путешествие на Восток, вплоть до Иерусалима, затем вернуться в Тюрингию и вместе с Клинг-сором принять участие в знаменитом поэти-. ческом турнире. Продолжение романа должно было превратиться в мифологическое, исполненное символики повествование, в котором все: животные, растения и камни - должно было разговаривать и претерпевать волшебные превращения. Матильде, уже после своей смерти, в облике разных женщин предстояло часто встречать Генриха, который наконец наяву должен был сорвать "голубой цветок", увиденный однажды во сне.

  • 1426. Георг Бюхнер. Смерть Дантона
    Литература

    Приходят друзья, другие депутаты Конвента. Камилл Демулен сразу вовлекает всех в разговор о «гильотинной романтике». На своем втором году революция ежедневно требует все новых жертв. Эро считает, что с революцией нужно «кончать» и «начинать» республику. Каждый имеет право наслаждаться жизнью как умеет, только не за счет других. Камилл уверен, что государственная власть должна быть открытой для народа, «прозрачным хитоном» на его теле. Зная великолепный ораторский дар Дантона, он призывает его начать атаку с выступления в Конвенте в защиту истинной свободы и прав человека. Дантон как будто и не отказывается, но не проявляет ни малейшего энтузиазма, ведь до этого момента еще нужно «дожить». Он уходит, демонстрируя всем, как утомлен политикой. зале бурю аплодисментов, заседание переносят. Не в интересах судей слышать, что в свое время именно Дантон объявил войну монархии, что его голос «ковал оружие для народа из золота аристократов и богачей». Затем Дантон апеллирует к народу, требует создания комиссии для обвинения тех, из-за кого свобода «шагает по трупам». Заключенных силой уводят из зала.

  • 1427. Георгий Николаевич Владимов. Большая руда
    Литература

    И пришел день, когда Пронякин не выдержал. С утра было сухо и солнце обещало полноценный рабочий день. Пронякин сделал четыре ездки и стал делать пятую, как вдруг увидел крупные капли дождя, упавшие на ветровое стекло. У него опять упало сердце пропал день! И, свалив породу, Пронякин погнал свой «МАЗ» в быстро пустеющий под дождем карьер. В отличие от мощных «ЯАЗов» «МАЗ» Пронякина мог подняться по карнизику карьерной дороги. Опасно, конечно. Но при умении можно. Выезжая из карьера в первый раз, он увидел угрюмо стоявших у обочины шоферов и услышал чей-то свист. Но ему было уже все равно. Он будет работать. Во время обеда в столовой к нему подошел Федька из их бригады: «Смелый ты, конечно, но зачем же нам в морду-то плюешь? Если ты можешь, а мы нет, зачем выставляешься? Если из-за денег, так мы тебе дадим». И отошел. У Пронякина появилось желание прямо сейчас собраться и уехать домой. Но некуда. Он уже вызвал к себе жену, она как раз сейчас в дороге. Пронякин снова спустился в пустой карьер. Экскаваторщик Антон вертел в руках кусок синеватого камня: «Что это? Неужели руда?!» Вся стройка давно уже с волнением и нетерпением ждала момента, когда наконец пойдет большая руда. Ждал и волновался, что бы ни думала о нем бригада, и Пронякин. И вот она руда. Куски руды Виктор повез начальнику карьера. «Рано обрадовался, остудил его Хомяков. Такие случайные вкрапления в породе уже находили. А потом снова шла пустая порода». Пронякин ушел. «Слушай, сказал ему экскаваторщик Антон внизу, я все гребу и гребу, а руда не кончается. Кажется, действительно дошли». Пока только двое они и знали о случившемся. Вся стройка по случаю дождя стояла. И Пронякин, чувствуя, что наконец-то судьба расщедрилась именно его выбрала везти первый самосвал с рудой из одного из величайших карьеров, никак не мог успокоиться от радости. Он гнал перегруженную машину наверх: «Я им всем докажу» , думал он, имея в виду и свою бригаду, и начальника карьера, и весь мир. Когда были пройдены все четыре горизонта карьера и оставалось чуть-чуть, Пронякин чуть резче, чем надо, повернул руль колеса заскользили и грузовик поволокло в сторону. Виктор сжал руль, но остановить машину уже не мог переваливаясь с боку на бок, самосвал сползал с одного горизонта на другой, переворачиваясь и ускоряя падение. Последним осознанным движением Пронякин смог выключить двигатель вконец разбитой машины.

  • 1428. Георгий Николаевич Владимов. Верный Руслан
    Литература

    Сторожевой пес Руслан слышал, как всю ночь снаружи что-то выло, со скрежетом раскачивало фонари. Успокоилось только к утру. Пришел хозяин и повел его наконец-то на службу. Но когда дверь открылась, в глаза неожиданно хлынул белый яркий свет. Снег вот что выло ночью. И было что-то еще, заставившее Руслана насторожиться. Необычайная, неслыханная тишина висела над миром. Лагерные ворота открыты настежь. Вышка стояла совсем разоренной один прожектор валялся внизу, заметанный снегом, другой повис на проводе. Исчезли с нее куда-то и белый тулуп, и ушанка, и черный ребристый ствол, всегда повернутый вниз. А в бараках, Руслан это почувствовал сразу, никого не было. Утраты и разрушения ошеломили Руслана. Сбежали, понял пес, и ярость захлестнула его. Натянув поводок, он поволок хозяина за ворота догонять! Хозяин зло прикрикнул, потом отпустил с поводка и махнул рукой. «Ищи» так понял его Руслан, но только никакого следа он не почувствовал и растерялся. Хозяин смотрел на него, недобро кривя губы, потом медленно потянул автомат с плеча. И Руслан понял: все! Только не ясно, за что? Но хозяин лучше знает, что делать. Руслан покорно ждал. Что-то мешало хозяину выстрелить, тарахтение какое-то и лязг. Руслан оглянулся и увидел приближающийся трактор. А далее последовало что-то совсем невероятное из трактора вылез водитель, мало похожий на лагерника, и заговорил с хозяином без страха, напористо и весело: «Эй, вологодский, жалко, что служба кончилась? А собаку бы не трогал. Оставил бы нам. Пес-то дорогой». «Проезжай, сказал хозяин. Много разговариваешь». Хозяин не остановил водителя даже тогда, когда трактор начал крушить столбы лагерной ограды. Вместо этого хозяин махнул Руслану рукой: «Уходи. И чтоб я тебя больше не видел». Руслан подчинился. Он побежал по дороге в поселок, вначале в тяжком недоумении, а потом, вдруг догадавшись, куда и зачем его послали, во весь мах.

  • 1429. Георгий Николаевич Владимов. Три минуты молчания
    Литература

    Во время стоянки у плавбазы «Скакун» крепко «приложился» кормой к носу соседнего траулера и получил пробоину. На траулер прибыл начальник из пароходства Граков, давний враг деда. Граков предложил команде после незначительного ремонта продолжить плавание: «Что за паника?! Мы в наше время и не в таких условиях работали». Насчет пробоины дед не спорил с Граковым. Заварить и все дела. Гораздо серьезнее другое: от удара могла ослабеть обшивка судна, и потому нужно срочно возвращаться в порт для ремонта. Но деда не послушали, капитан и команда согласились с предложением Гракова. Пробоину заварили, и судно, получив штормовое предупреждение, отошло от базы, прихватив это уж Сенька устроил и Гракова. Отдавая концы, Сенька сделал вид, будто не знает, что Граков все еще на судне: ничего, пусть попробует нашей жизни. Граков не смутился, и когда эхолот показал близость большого косяка рыбы, по его инициативе капитан принял решение выметывать сети. Делать этого в шторм не следовало бы, но капитану хотелось показать себя перед начальством. Сети выметали, а когда пришло время поднимать их на палубу, шторм усилился, работать стало невозможно. Более того, выметанные сети представляли серьезную опасность, лишая судно маневренности в шторм. По-хорошему их следовало бы отрубить. Но брать на себя такую ответственность капитан не решался… И вот тут случилось то, о чем предупреждал дед, отошла обшивка. В трюм стала поступать вода. Попробовали вычерпать её. Но обнаружилось, что вода уже в машинном отделении. И нужно останавливать машину, холодная вода повредила её, нужен срочный ремонт. Капитан воспротивился, и дед своей волей остановил машину. Потерявшее управление судно тащило к скалам. Радист дал в эфир сигнал SОS. Смерть, казалось, была совсем близко. И Сенька решается на единственное, что он еще может сделать, самовольно перерубает трос, удерживающий выметанные сети. Заработала на малых оборотах машина, но судно по-прежнему не справлялось с ветром. Надежда на то, что плавбаза подойдет к ним раньше, чем их выбросит на скалы, таяла. И в этой ситуации дед вдруг предложил капитану идти на помощь тонувшему рядом норвежскому траулеру. Люди, уже опустившие руки в борьбе за собственную жизнь, начали делать все, чтобы спасти тонущих норвежцев. Удалось подойти к гибнущему траулеру и по переброшенному с судна на судно тросу переправить на «Скакуна» норвежских рыбаков. И настал самый страшный момент их судно потащило к скалам. Сенька, как и все, приготовился к гибели.

  • 1430. Гептамерон (L'Heptameron)
    Литература

    Новелла сорок пятая. Обойщик из Тура очень любил свою жену, но это не мешало ему ухаживать и за другими женщинами. И вот он пленился служанкой, однако, чтобы жена не догадалась об этом, нередко вслух бранил девушку за лень. Перед Днем избиения младенцев он сказал жене, что необходимо проучить ленивицу, но, поскольку жена его слишком слаба и жалостлива, он берется сам выпороть служанку. Жена не возражала, и муж купил розги и смочил их в рассоле. Когда настал День избиения младенцев, обойщик встал пораньше, поднялся к служанке и действительно устроил ей «избиение», но вовсе не такое, о каком помышляла жена. Потом он спустился к жене и сказал ей, что негодница долго будет помнить, как он ее проучил. Служанка пожаловалась хозяйке, что ее муж нехорошо с ней поступил, но жена обойщика думала, что служанка имеет в виду порку, и сказала, что обойщик сделал это с ее ведома и согласия. Служанка, видя, что хозяйка одобряет поведение мужа, решила, что, видно, это не такой уж грех, раз делается по наущению той, кого она считала образцом добродетели. Она не стала более противиться домогательствам хозяина и уже не плакала после «избиения младенцев». И вот однажды зимой обойщик вывел утром служанку в сад в одной рубашке и стал заниматься с ней любовью. Соседка увидела их в окно и решила обо всем рассказать обманутой жене. Но обойщик вовремя заметил, что соседка наблюдает за ними, и решил перехитрить ее. Он вошел в дом, разбудил жену и вывел ее в сад в одной рубашке, как перед этим выводил служанку. Всласть позабавившись с женой прямо на снегу, он вернулся в дом и уснул. Утром в церкви соседка рассказала жене обойщика, какую сцену она наблюдала из окна, и посоветовала уволить бесстыжую служанку. В ответ жена обойщика стала уверять ее, что это она, а не служанка забавлялась с мужем в саду: мужей ведь надо ублажать вот она и не стала отказывать мужу в такой невинной просьбе. Дома жена обойщика передала мужу весь свой разговор с соседкой и, ни на минуту не заподозрив мужа в измене, продолжала жить с ним в мире и согласии.

  • 1431. Геракл (Heracles)
    Литература

    Главных таких сказаний было три. Во-первых, о двенадцати подвигах Геракла: Гера устроила так, чтобы могучий Геракл должен был отслужить двенадцать подневольных служб ничтожному царю Еврисфею. Во-вторых, о безумии Геракла: Гера наслала на него исступление, и он перебил из лука собственных детей, приняв их за врагов. В-третьих, о мученической смерти Геракла: Гера сделала так, чтобы жена Геракла, сама того не зная, подарила ему пропитанный ядом плащ, который так истерзал героя, что тот сам сжег себя на костре. О самосожжении Геракла Софокл написал свою трагедию «Трахинянки». А о безумии Геракла Еврипид написал трагедию «Геракл». В разных концах Греции, как всегда, эти мифы рассказывались по-разному. В Средней Греции, в Фивах, где будто бы родился Геракл, лучше всего помнился рассказ о безумии. На юге, в Аргосе, где Геракл служил царю Еврисфею, лучше всего помнился рассказ о двенадцати подвигах. На севере, возле горы Эты, где был Гераклов погребальный костер, рассказывали о его самосожжении. А в Афинах говорили иначе: будто Геракл не сжег себя, а нашел последний приют от гнева Геры здесь, в Афинах, у своего молодого друга, афинского героя Тесея. Этот малораспространенный миф и взял Еврипид для развязки своей трагедии. А жену Геракла у него зовут не Деянира (как у Софокла), а Мегара (как называли ее в Фивах).

  • 1432. Герман Бар. Апостол
    Литература

    Дом министра. Голь, делая упор на своих правах давнего друга семьи, настоятельно требует от супруги хозяина Ирэн срочно переговорить с мужем относительно его назначения на должность префекта. Голь уже десять лет состоит в его партии, был с ним рядом в те трудные времена, когда за приверженность провозглашаемым им идеям можно было поплатиться жизнью. Но вот министр уже шесть месяцев у власти, а соратники, обеспечившие ему победу, ничего от этого не получили. Момент довольно острый, в парламенте идет борьба, развернулась серьезная конкуренция между американской Юго-Восточной компанией и Национальным банком за право строительства канала. Американцы, намереваясь заручиться поддержкой парламентариев, предлагают до тридцати тысяч за голос, представители оппозиции, естественно, наживаются, а сторонникам министра что остается? Рассуждения о народе, государстве, благе это прекрасно, но нельзя же настолько отрываться от реальности. Партии окажется только на пользу, если станет известно, что министр умеет ценить заслуги тех, кто его поддерживает. Ирэн оправдывается: она несколько раз пыталась завести разговор с мужем, но тот и слушать её не желает, советует не вмешиваться в дела, в которых она не разбирается. Голь выражает недовольство: это тянется уже месяц, он не может более ждать. Он погряз в долгах, досаждают кредиторы. Кому, как не Ирэн, знать, сколь тягостны бывают денежные затруднения. Молодой женщине неприятен разговор: разумеется, она признательна Голю за участие и помощь, когда у нее возникли долги, в которых она не решилась признаться мужу. Но собеседник переходит к прямому шантажу: деньги для Ирэн были взяты в Национальном банке, в его распоряжении её расписки. Ирэн обещает сегодня же переговорить с мужем.

  • 1433. Герман Брох. Невиновные
    Литература

    Однажды А. слышит пение, доносившееся из леса. Пение ему мешает. Последние три года уже не до пения, «болван» Гитлер все-таки захватил власть, зреет опасность войны, нужно уладить финансовые дела. Появляется старик могучего телосложения, слепой, но уверенный и спокойный. А. вдруг понимает, что это дедушка Мелитты, и в нем вспыхивает боль от возникшего напоминания. Оба начинают анализировать вину и невиновность А., прослеживать всю историю жизни этого, в сущности, доброго человека. Что бы ни происходило в мире: война, русская революция и русские лагеря, приход Гитлера к власти, А. делал деньги. При этом он всегда предпочитал быть «сыном», а не «отцом» и в конце концов выбрал для себя роль «жирного ребеночка». А. находит свою вину в абсолютном, «пещерном» равнодушии, следствием которого становится равнодушие к страданию ближнего. Старик знает, что поколению переходного времени предначертано разрешать проблемы, А. же уверен, что это поколение парализовано безмерностью задачи. Он сам надеялся избежать ответственности за свое «озверение», которое угрожает всему миру и каждому в отдельности. А. признает свою вину и готов к расплате. Дедушка Мелитты понимает, одобряет и принимает его готовность, впервые обращаясь к нему по имени Андреас. Старик удаляется. Вслед за ним «естественным» для него способом уходит из жизни А.: из «чудовищной трехмерной действительности» в «безмерное небытие», с пистолетом в руке,

  • 1434. Герман Гессе. Игра в бисер
    Литература

    Роман написан от имени касталийского историка из далекого будущего и состоит из трех неравных по объему частей: вводного трактата по истории Касталии и игры в бисер, жизнеописания главного героя и произведений самого Кнехта стихов и трех жизнеописаний. Предыстория Касталии излагается как резкая критика общества XX в. и его вырождающейся культуры. Эта культура характеризуется как «фельетонистическая» (от немецкого значения слова «фельетон», что означает «газетная статья развлекательного характера»). Суть её составляет газетное чтиво «фельетоны» как особо популярный вид публикаций, изготовлявшихся миллионами. В них нет глубоких мыслей, попыток разобраться в сложных проблемах, наоборот, содержание их составляет «занимательный вздор», пользующийся неимоверным спросом. Сочинителями подобной мишуры были не только газетные щелкоперы, были среди них поэты и нередко профессора высших учебных заведений со славным именем чем известнее было имя и глупее тема, тем больше был спрос. Излюбленный материал подобных статей составляли анекдоты из жизни знаменитых людей под заголовками вроде: «Фридрих Ницше и дамские моды в семидесятые годы девятнадцатого столетия», «Любимые блюда композитора Россини» или «Роль комнатных собачек в жизни знаменитых куртизанок». Порой знаменитого химика или пианиста спрашивали о тех или иных политических событиях, а популярного актера или балерину о преимуществах или недостатках холостого образа жизни или причине финансовых кризисов. При этом умнейшие из фельетонистов сами потешались над своей работой, пронизанной духом иронии.

  • 1435. Герман Гессе. Степной волк
    Литература

    В конце романа герой попадает на бал-маскарад, где погружается в стихию эротики и джаза. В поисках Гермины, переодетой юношей и побеждающей женщин «лесбийским волшебством», Гарри попадает в подвальный этаж ресторана «ад», где играют черти-музыканты. Атмосфера маскарада напоминает герою Вальпургиеву ночь в «Фаусте» Гете (маски чертей, волшебников, время суток полночь) и гофмановские сказочные видения, воспринимающиеся уже как пародия на гофманиану, где добро и зло, грех и добродетель неразличимы: «…хмельной хоровод масок стал постепенно каким-то безумным, фантастическим раем, один за другим соблазняли меня лепестки своим ароматом […] змеи обольстительно глядели на меня из зеленой тени листвы, цветок лотоса парил над черной трясиной, жар-птицы на ветках манили меня…» Бегущий от мира герой немецкой романтической традиции демонстрирует раздвоение или размножение личности: в нем философ и мечтатель, любитель музыки уживается с убийцей. Это происходит в «магическом театре» («вход только для сумасшедших»), куда Галлер попадает с помощью друга Гермины саксофониста Пабло, знатока наркотических трав. Фантастика и реальность сливаются. Галлер убивает Гермину не то блудницу, не то свою музу, встречает великого Моцарта, который раскрывает ему смысл жизни её не надо воспринимать слишком серьезно: «Вы должны жить и должны научиться смеяться… должны научиться слушать проклятую радиомузыку жизни… и смеяться над её суматошностью». Юмор необходим в этом мире он должен удержать от отчаяния, помочь сохранить рассудок и веру в человека. Затем Моцарт превращается в Пабло, и тот убеждает героя, что жизнь тождественна игре, правила которой надо строго соблюдать. Герой утешается тем, что когда-нибудь сможет сыграть еще раз.

  • 1436. Герман Мелвилл. Белый Бушлат
    Литература

    К тому же и офицерство по большей части вовсе не заслуживает того уважения, к подобострастному проявлению которого при всяком случае обязывает матросов регламент. Пьянство, неспособность принимать решения, незнание морского дела отличают многих офицеров на «Неверсинке». Но и самый никчемный из них (даже подростки-кадеты, отправленные в плавание для обучения и используемые на побегушках) способен, не задумываясь, потворствуя одной лишь собственной спеси, оскорбить пожилого заслуженного матроса, которому флотский закон категорически запрещает даже возразить на оскорбление. Из той же спеси командир корабля способен всю ночь продержать команду на палубе без сна, во время бессмысленного состязания в скорости с английским или французским фрегатами. Спесь и невежество флагманского хирурга, не пожелавшего прислушаться к мнению других корабельных врачей, приводят к смерти раненого матроса. Многие бессмысленные, но якобы традиционные установления, за соблюдением которых тщательно следят офицеры, превращают в экзекуцию и обыденную жизнь на «Неверсинке»: днем не положено растягивать койки и сменившимся с тяжелой ночной вахты матросам негде выспаться; больным из расположенного на нижних палубах лазарета запрещено выходить на воздух и они вынуждены страдать от духоты и жары. Да и многие церемонии между матросами и офицерами, а также между офицерами старшими и младшими бесполезны и даже вредны. Белый Бушлат приходит к выводу, что жестокость командиров, презрение к матросам, излишние строгости распорядка способны лишь склонить команду изменить в момент боя и перейти на сторону врага. Ибо если офицеру война сулит быстрый рост в чинах, а впоследствии почет и достаток, то матросу она не приносит даже прибавки к жалованью ничего, кроме смертельной опасности. И поскольку многие из матросов даже не являются американскими гражданами, заставить их честно сражаться может лишь подлинное уважение к своим командирам и чувство долга, не подорванное постоянным унижением. Недаром лучшие в истории флотоводцы умели обходиться без телесных наказаний.

  • 1437. Герман Мелвилл. Моби Дик, или Белый Кит
    Литература

    Однажды по приказу Ахава собирается команда «Пекода». К мачте прибит золотой эквадорский дублон. Он предназначен тому, кто первым заметит кита-альбиноса, знаменитого среди китобоев и прозванного ими Моби Дик. Этот кашалот, наводящий ужас своими размерами и свирепостью, белизной и необычной хитростью, носит в своей шкуре множество некогда направленных в него гарпунов, но во всех схватках с человеком остается победителем, и сокрушительный отпор, который получали от него люди, многих приучил к мысли, что охота на него грозит страшными бедствиями. Именно Моби Дик лишил Ахава ноги, когда капитан, оказавшись в конце погони среди обломков разбитых китом вельботов, в приступе слепой ненависти бросился на него с одним лишь ножом в руке. Теперь Ахав объявляет, что намерен преследовать этого кита по всем морям обоих полушарий, пока белая туша не закачается в волнах и не выпустит свой последний, черной крови, фонтан. Напрасно первый помощник Старбек, строгий квакер, возражает ему, что мстить существу, лишенному разума, поражающему лишь по слепому инстинкту, безумие и богохульство. Во всем, отвечает Ахав, проглядывают сквозь бессмысленную маску неведомые черты какого-то разумного начала; и если ты должен разить рази через эту маску! Белый кит навязчиво плывет у него перед глазами как воплощение всякого зла. С восторгом и яростью, обманывая собственный страх, матросы присоединяются к его проклятиям Моби Дику. Трое гарпунщиков, наполнив ромом перевернутые наконечники своих гарпунов, пьют за смерть белого кита. И только корабельный юнга, маленький негритенок Пип, молит у Бога спасения от этих людей.

  • 1438. Герман Мелвилл. Тайпи
    Литература

    Оставшись в одиночестве, считая свое положение безвыходным, Том впадает в апатию. Но постепенно интерес к жизни возвращается к нему. Наблюдая быт и обычаи туземцев, основанные на системе табу, он приходит к выводу, что мнение, бытующее об островитянах, глубоко ошибочно, зато так называемый цивилизованный человек, с его дьявольским искусством в изобретении орудий убийства, повсеместно несущий с собою беды и разорение, по праву может считаться самым кровожадным существом на земле. В деревне Тома считают уже настолько своим, что предлагают нанести на лицо обязательную для членов племени татуировку и ему стоит больших трудов отказаться от этого предложения. Относятся к нему с большим почтением. Ради того, чтобы он мог прокатить в челноке по озеру прекрасную Файавэй, на время даже отменяется, путем каких-то обрядовых ухищрений, строжайшее табу, запрещающее женщинам вступать в лодки. Но мысли об участи Тоби по-прежнему не дают ему покоя. И хотя среди сушеных человеческих голов, случайно найденных им в доме Мархейо, головы Тоби не обнаруживается, такая находка не добавляет Тому бодрости тем более что одна из голов, несомненно, принадлежала белому человеку. Туземцы тщательно скрывают от него все, что может свидетельствовать об их каннибализме. Однако шила в мешке не утаишь: после стычки с соседями-хаппарцами Том определяет по остаткам пиршества, что воины тайпи съели тела убитых врагов.

  • 1439. Германия. Зимняя сказка. Гейне Генрих
    Литература

    Она его приветствовала, а он спросил ее, кто она и откуда его знает. Она ответила, что она - Гаммония, богиня-покровительница города Гамбурга. Но он ей не поверил и отправился вслед за ней в ее мансарду. Там они долго вели приятную беседу, богиня приготовила поэту чай с ромом. Он же, подняв богине юбку и положив руку на ее чресла, поклялся быть скромным и в слове и в печати. Богиня раскраснелась и понесла полную ахинею, вроде того что цензор Гофман вскоре отрежет поэту гениталии. А потом она его обняла.

  • 1440. Герои "Илиады"
    Литература

    Ахилл. Центральная фигура поэмы Ахилл, храбрейший из ахейских воинов - сын фессалийского царя Пелея и морской богини Фетиды. Он «кратковечен», ему суждена великая слава и «скорая смерть». Ахилл изображается настолько могучим героем, что враги-троянцы боятся выходить из стен города. Ахилл разгневан, что у него отбирают пленницу Брисеиду и отказывается участвовать в военных действиях. В детстве мать, богиня Фетида, старалась сделать тело Ахилла неуязвимым, и только в пятку можно было ранить его. По предсказанию жреца Каланта, поход на Трою был обречён на неудачу без участия Ахилла, и ахейцы во главе с Одиссеем призывают его на войну. В «Илиаде» мотив неуязвимости Ахилла не имеет большого значения; непобедимость Ахилла исходит из его внутренних качеств. Ахилл стремится проявить себя героем, зная, что ему суждена короткая жизнь. Столкновение с Агамемноном из-за Брисеиды едва не приводит к кровопролитию в стане ахейцев. Конец гневу Ахилла приходит только, когда он узнаёт о гибели друга Патрокла от рук троянского героя Гектора. Получив от Гефеста новые доспехи, он устремляется в бой, поражает бегущих троянцев и в решающей схватке побеждает Гектора. Однако смерть Гектора предвещает скорую гибель самого Ахилла. Тело Гектора Ахилл выдаёт троянскому царю Приаму за большой выкуп. О дальнейшей судьбе Ахилла повествует несохранившийся эпос «Эфиопиада».