Монография «стратегии развития макрорегионов россии»

Вид материалаМонография

Содержание


Динамика реальных доходов населения УрФО
Прогноз распределения населения УрФО по уровню
2015 г. (прогноз)
Сведения об авторах
Подобный материал:
1   2   3   4

Динамика реальных доходов населения УрФО


в процентах

Субъекты РФ

2000

2001

2002 (оцен-ка)

2003

2004

2005

(прог-ноз 1)

(прог-ноз 2)

(прог-ноз 1)

(прог-ноз 2)

(прог-ноз 1)

(прог-ноз 2)

Курганская область

111

105

105

104

106

105

106

105

106

Свердловская область

108

107

106

105

106

105

106

105

106

Тюменская область

116

118

100

105

107

105

106

106

106

Ханты-Мансийский АО

126

120

97

96

99

103

104

104

105

Ямало-Ненецкий АО

117

115

103

103

104

104

105

105

106

Челябинская область

115

101

104

105

106

105

106

105

106

Российская

Федерация

109

106

105

105

106

105

106

105

106



  • обеспечение гарантий своевременной выплаты заработной платы, пенсий и пособий всем категориям граждан, получающих основные доходы за счёт бюджета.

Задачей долгосрочной перспективы (до 2015 г.) является обеспечение в УрФО доведение уровня номинальных денежных доходов в Свердловской и Челябинской областях до среднего по России, в Курганской – до уровня 75-80 % от среднероссийского показателя. Стратегические приоритеты социальной политики в сфере доходов в Тюменской области должны быть направлены на совершенствование структуры использования денежных доходов населения, в частности их инвестиционного потенциала.

К стойким негативным тенденциям в сфере оплаты труда как в целом по России, так и в УрФО , которые необходимо преодолеть в долгосрочном периоде, следует отнести следующие:
  • падение доли заработной платы в структуре доходов;
  • неоправданная дифференциация в оплате труда на фоне массового обесценения рабочей силы (соотношение размеров средней заработной платы 10 % наиболее и 10 % наименее оплачиваемых работников промышленности за период 1992-2000 гг. увеличилось с 1:4 до 1:18);
  • значительный удельный вес работников бюджетной сферы с заработной платой на уровне и ниже прожиточного минимума трудоспособного населения.

Потребительские расходы, как и десять лет назад, составляют три четверти денежных доходов, однако структура потребления из-за общего падения реальных доходов населения ухудшилась в сравнении с рациональной моделью потребления, поскольку доля расходов на питание выросла, соответственно, сократилась доля расходов на приобретение непродовольственных товаров. Из-за ускоренного роста цен на услуги их доля в потребительских расходах продолжает расти. Новой статьей расходов в 1990-х гг. становится покупка иностранной валюты. Доля этой статьи в 1995-2000 гг. достигала по отдельным субъектам УрФО от 10 до 20 % совокупных денежных расходов населения. После стабилизации курса рубля в 2000 г. население активнее стало вкладывать деньги в банковские депозиты и ценные бумаги, и объёмы покупки иностранной валюты несколько уменьшились.

Прогнозная модель уровня жизни субъектов УрФО исходит из основные параметров макроэкономической социальной политики, опирается на демографический прогноз и прогноз динамики отраслевой структуры занятости. Ведущие структурно-динамические характеристики модели составляют следующие параметры: динамика реальных доходов населения (прогнозируемые темпы роста); структурные сдвиги в дифференциации населения по уровню материальной обеспеченности; структурные сдвиги в потребительских расходов населения.

По первому параметру при среднегодовых темпах роста реальных доходов населения на уровне 4-6 % к 2015 г. реальные доходы населения вырастут по сравнению с 2002 г. в 2 раза и достигнут уровня дореформенного 1991 г.

По второму параметру – дифференциации населения по уровню материальной обеспеченности – предлагается использовать норматив прожиточного минимума с целью нивелировать инфляционную составляющую в уровне доходов населения.

Основные группы риска в настоящее время и в перспективе составляют категории населения с фиксированным низким уровнем дохода (пенсионеры, многодетные и неполные семьи, инвалиды, работники бюджетной сферы с низким уровнем заработной платы (народное образование, культура и искусство, наука, здравоохранение). Повышение уровня жизни данных категорий населения в стратегической перспективе напрямую связано с обеспечением государством минимальных социальных гарантий – увеличением минимального размера оплаты труда и других социальных выплат до величины прожиточного минимума. Решение этой задачи позволит свести на нет застойную бедность и поднять уровень жизни населения с фиксированным уровнем дохода. В результате в категорию малообеспеченных переходит значительная часть тех, кто на сегодня находится за чертой бедности. В целом доля малообеспеченных не претерпит до 2015 г. существенного структурного сдвига и останется самой многочисленной – на уровне 40 % населения (см. табл. 7).

Таблица 7




Прогноз распределения населения УрФО по уровню


среднедушевых денежных доходов, %


Показатели

2000 г.

2015 г. (прогноз)

Доля населения с доходами до 1ПМ

27,5

5

Доля населения с доходами от 1 до 2ПМ

37,5

35

Доля населения с доходами от 2 до 3 ПМ

25

40

Доля населения с доходами от 3 до 4 ПМ

6

15

Доля населения с доходами более 4 ПМ

4

5


Вторая задача в совершенствовании социальной структуры населения – формирование «среднего класса» Граница между обеспеченными и состоятельными в социальном плане должна в перспективе постепенно стираться. Здесь следует прогнозировать максимальный структурный сдвиг – с 31 % в 2000 г. до 55 % населения в 2015 г. (при реализации оптимистического сценария). К числу обеспеченных относятся высокооплачиваемые квалифицированные специалисты, в том числе и в бюджетной сфере, к состоятельным – топ-менеджеры, высшие чиновники, ряд малых предпринимателей, представители высокодоходных сфер производственной деятельности.

Доля богатых – наиболее консервативного слоя крупных собственников, политической и финансовой элиты, сформировавшейся за предыдущее десятилетие, по прогнозным оценкам, в количественном отношении останется без изменения (на уровне 5 %).

Прогноз по третьему параметру – структуре потребления – основан на стремлении структурной динамики потребительских расходов населения в случае реализации оптимистического сценария к более рациональной модели потреблении: снижении с ростом уровня реальных доходов доли расходов на питание в общей структуре потребления, достаточно устойчивой (на уровне 35 %) доле расходов на приобретение непродовольственных товаров, и наиболее динамичном росте потребления услуг, доля которых может достигнуть в долгосрочной перспективе 20 % от денежных доходов.

Социальная политика, осуществляемая традиционными методами, продемонстрировала в 1990-е годы свою малоэффективность. Необходимо исходить из принципа, что устойчивые темпы роста производства сами по себе являются лучшим проявлением заботы о тех, кто способен и готов трудиться, а государство и общество должны заботиться лишь о тех, кто при любых условиях не в состоянии самостоятельно обеспечить себя. Перестройка социальной политики на местном (областном, городском, районном) уровне предполагает следующие ориентиры:

- переход от преимущественно социальной поддержки к преимущественно социальному страхованию;

- последовательную трансформацию распределительной пенсионной системы в накопительную;

- муниципализацию социальной политики.

В свою очередь, поддержка предпринимательской (деловой, хозяйственной) активности, в том числе посредством установления прочных производственно-кооперационных связей между предприятиями и организациями субъектов РФ, входящих в УрФО, способна обеспечить мультипликативный эффект в цепочке «рост производства – рост доходов – рост потребления – дополнительные инвестиции – рост производства…». Тем самым тенденция к увеличению кейнсианского «эффективного спроса» становится основным фактором преодоления кризисных явлений в экономике УрФО и повышения его конкурентоспособности на национальном и мировом рынках.


Сведения об авторах



ТАТАРКИН Александр Иванович – директор Института экономики УрО РАН, член-корреспондент РАН


БАСАРГИН Виктор Фёдорович – первый заместитель Полномочного представителя Президента РФ в Уральском федеральном округе, кандидат экономических наук


БЕРСЕНЁВ Владимир Леонидович – ведущий научный сотрудник отдела экономической конъюнктуры УрФО, доктор исторических наук, профессор


ВАЖЕНИН Сергей Григорьевич – заведующий отделом экономической конъюнктуры УрФО Института экономики УрО РАН, кандидат экономических наук, старший научный сотрудник



 В подготовке данного раздела были использованы материалы исследований, выполненных в Институте экономики УрО РАН.

1 Соловьёв С.М. Публичные чтения о Петре Великом // Соловьёв С.М. Чтения и рассказы по истории России. М.: Правда, 1989. С.426.

2 Удачным, по-нашему мнению, является следующее определение конкурентных преимуществ: «Конкурентное преимущество системы – какая-либо эксклюзивная ценность, которой обладает система и которая дает ей превосходство перед конкурентами». – См.: Фатхутдинов Р. Стратегическая конкурентоспособность и экономика России // Общество и экономика. 2003. № 1. С. 33.

3 См.: Меркантилизм / Под ред. и со вступ. статьей И.С. Плотникова. – Л., 1935..

4 См.: Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. М.: Соцэкгиз, 1962. С.323 и др.; Рикардо Д. Начала политической экономии и налогового обложения // Рикардо Д. Сочинения. М.: Госполитиздат, 1955. С.115, 116 и др.

5 См.: Андрианов В. Конкурентоспособность России в мировой экономике // Экономист. 1997. № 10. С.34-42; Куренков Ю., Попов В. Конкурентоспособность России в мировой экономике // Вопросы экономики. 2001. № 6. С.36-49; и др.

6 См.: Портер М. Конкуренция.: Пер. с англ. М.: Издательский дом «Вильямс», 2002; Бусыгина И. Региональная политика: новые тенденции и вызовы. – Европейский Союз на пороге XXI века: выбор стратегии развития / Под ред. Ю.А. Борко и О.В. Буториной. – М.: Эдиториал УРСС, 2001; Унтура Г.А. Регион как эпицентр зарождения конкурентоспособности // Регион: экономика и социология. 2002. № 1; Шеховцева Л.С. Конкурентоспособность региона: факторы и метод создания // Маркетинг в России и за рубежом. № 4. 2001.

7 См.: Селезнев А.З. Конкурентные позиции и инфраструктура рынка России. – М.: Юрист, 1999. С.30.

8 См.: Куклински Э. Региональное развитие – начало поворотного этапа // Региональное развитие и сотрудничество, нулевой выпуск. М., 1997. С.3-7.

9 См.: Cuadrado-Roura J. R. Regional Disparities and Territorial Competition in the EC // Moving Frotiers: Economic Restructuring, Regional Development and emerging Networks / J. R. Cuadrado-Roura, P. Nijkamp, P. Salva (eds). Avebury, 1994. P.16.

10 См.: Бусыгина И. Региональная политика: новые тенденции и вызовы // Европейский Союз на пороге XXI века: выбор стратегии развития / Под ред. Ю.А. Борко и О.В. Буториной. – М.: Эдиториал УРСС, 2001. С.101-102.

11 Портер М. Конкуренция. С. 162.

12 Подобная идеология удачно применена при проектировании контуров развития экономики Красноярского края. – См.: Зубов В., Медведев А. Новый взгляд на стратегический путь развития экономики Красноярского края // Федерализм. 2002. № 4.

13 См.: Урал на рубеже веков: проблемы и прогнозы социально-экономического развития / Под ред. чл.-кор. РАН А.И. Татаркина. – М.: Экономика, 1999; Государственное регулирование региональных рыночных процессов / Под ред. чл.-кор. РАН А.И. Татаркина. – Екатеринбург: Институт экономики УрО РАН, 2002; Экономика региона на пути стабилизации / Под ред. чл.-кор. РАН А.И. Татаркина. – Екатеринбург: Институт экономики УрО РАН, 2002; и др.

14 См.: Нестеренко О.Н., Юрпалов С.Ю. Стратегия наращивания конкурентных преимуществ северных сырьевых провинций: Препринт. Екатеринбург: Ин-т экономики Ур РАН, 1999; и др.

15 См.: Стратегические приоритеты социально-экономического развития Уральского федерального округа на период до 2010 года: концептуальные основы стабилизации и динамичного обновления / Науч. рук. чл.-кор. РАН А.И. Татаркин. – Екатеринбург: УрО РАН, 2001; Стратегия развития Уральского федерального округа на период до 2010 года: Препринт / Науч. рук. А.И. Татаркин. – Екатеринбург: Институт экономики УрО РАН, 2002.

16 См.: Интеграция: власть, наука, производство. 2003. № 1.

17 В литературе высказывается множество определений региональных конкурентных преимуществ, среди которых выделим следующее: «Региональные конкурентные преимущества – это совокупность природных, социально-экономических, научно-образовательных, технических, информационных, культурных и институциональных условий, сложившихся в регионе, отличающих его от других регионов и определяющих перспективы производства в нем товаров и услуг». – Унтура Г.А. Регион как эпицентр зарождения конкурентоспособности // Регион: экономика и социология. – 2002, № !. С. 6.

18 Производство руды не поспевает за спросом. По материалам международной конференции по железной руде (Мельбурн, Австралия) 3-5 октября 2000 г. // Уральский рынок металлов. 2000. № 4.

19 Стратегия использования Качканарских титаномагнетитов на Урале: Препринт. Екатеринбург: ИЭ УрО РАН, 2001.