Российская федерация негосударственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

Вид материалаДокументы
С нами память твоя, не пришедший с войны…
С речного лесочка?
О память сердца! ты сильней рассудка память печальной…
Православная церковь в годы великой отечественной войны
Подобный материал:
1   2   3   4   5   6   7   8   9

С НАМИ ПАМЯТЬ ТВОЯ, НЕ ПРИШЕДШИЙ С ВОЙНЫ…


Ушкалова Н.С. – студентка 2-го курса факультета «Менеджмент организации» НОУ ВПО «ИНБИТ»


С чего начинается память – с берез?

С речного лесочка?

С дождя на дороге?

А если с убийства!

А если со слез!

А если с воздушной тревоги!

А если с визжащей пилы в облаках,

Со взрослых, в пыли распростертых!

А если с недетского знания – как

Живое становится мертвым

И в пять, и в пятнадцать, и в двадцать пять лет

Войной начинается память.

К. Симонов

Священна память, способная воскрешать прошлое и предписывать законы будущему. Все дальше уходят события Великой Отечественной войны. Минуло 65 лет с того чудного весеннего дня, имя которому Великая победа. Победа в этой войне доказала, что Россия является Великой страной, страной с Великим народом. Уходят годы, а имена героев остаются. Их списки полнятся все больше и больше, летопись дописывает все новые и новые страницы того героического времени, в котором есть место и отдельным личностям и населенным пунктам. Время бессильно ослабить память о несгибаемой стойкости и мужестве миллионов советских людей, сражавшихся за свободу и независимость государства, за светлое будущее человечества. Память о павших питает нашу совесть, воспитывает чувство единения, сплоченности, готовности отдать все силы во имя возрождения и процветания Родины. «Время поглощает подробности войны», восполнить которые позволяет отечественная литература.

Для Николая Григорьевича Никонова война не просто период истории, точка отсчёта, рубеж, это незаживающая рана. И если по прошествии времени она вроде бы и затянулась, - всё равно ноет. С большим интересом прочитала я недавно роман Николая Никонова «Весталка». Автор строит сюжет в двух временных измерениях: показывает события послевоенных лет и обращается к воспоминаниям о том страшном времени, содержанием которого стала война. Обращение к ретроспективе не случайно. Писатель справедливо считает, что война «остановилась осколками в теле и душе». Мерилом объективного изображения Великой Отечественной войны является для автора книги правда. Честно и искренне передает Н. Никонов первоначальное представление народа о войне: «Говорили: война через неделю-две кончится. Что, может, все к лучшему: обозначился враг, и теперь ему дадут…» Не было поначалу большой тревоги, так как людям верилось, что война быстро завершится и враг будет разгромлен. Надежда на скорою войну не сбылась, и автор скажет: «грядут суровые дни, к которым мы, как там ни кинь, ни брось, не были ни готовы, ни обучены». Горькая правда заключается в том, что «война тяжелая и все впереди». Впереди бытовые трудности войны: хлебные карточки, школы, переоборудованные в госпитали, бумажные шторы – затемнение, «керосиновые коптилки из одеколонных пузырьков», варево из крапивы и лебеды…

Война – это не столько быт, усложненный до предела, сколько смерть, разрушение, отчаяние, горе. Жестокой реальностью стала война и для главной героини романа Лидии Одинцовой, от лица которой ведется рассказ о прошлом и настоящем.

Много горестных испытаний выпало на долю этой девушки. Гибель отца в отступлении у Витебска, болезнь матери, состарившейся в одночасье; работа в госпитале в самой тяжелой палате – челюстно-лицевой, разгром санитарного поезда, служба в зенитном дивизионе, передовая, тяжелые ранения…

Могла ли Лидия Одинцова облегчить себе жизнь, как это сделала Валя Вишнякова, ее одноклассница? Могла выбрать теплое и легкое место в госпитале, могла подружиться с начпродом Виктором Павловичем и получать от него яблоки, сыр, консервы; могла взять справку по уходу за матерью и не ехать на фронт, могла остаться при штабе в качестве секретаря–машинистки. Подруга упрекает ее: «- Лидка!? Ты, кажется, отказалась? Что ты наделала! Что ты наделала, дура несчастная! Что наделала? Тебя же убьют там в первом бою! Вот дура ненормальная выискалась! Вы посмотрите на нее? Героиня нашлась. Жанна д, Арк! Весталка несчастная».

Вале Вишняковой не понять выбор Одинцовой, привыкшей жить по совести. Прозвище «Весталка», данное Лидии еще в школе, не умаляет ее, а наоборот, возвышает в глазах читателя. Оно свидетельствует об удивительной скромности героини. Вспомним эпизод, когда Лидия мужественно вынесла раненого бойца, при выполнении задания пожалела солдат, бросивших ее, была представлена к медали «За отвагу» - и не получила ее.

Вот как отреагировала Одинцова на несправедливость: «- Значит, недостойна.. - подавляя рыдания, кое-как пробормотала я и пошла прочь. Что-то будто душило меня, давило горло, солью ощущалось в глазах. Горе – нет! Несвершившаяся мечта? И тоже, пожалуй, нет. Ну не дали – и что ж? Этой «За отвагу» - не кидаются. Давила несправедливость - почему наградили солдат, этих двух трусов, которые меня подло бросили, отлежались в безопасном месте, пока я искала, нашла, перевязывала, вытаскивала из воронки и волокла раненого»

Мужество, достоинство, гордость и честность помогают выстоять героине романа. Помогают выдержать все, противостоять злу и насилию, верить, терпеть, надеяться, «когда всё кажется разбитым, а жизнь невыносимой.

Война для Лидии Одинцовой, как и для самого автора, страшнее таких понятий, как «жестокость», «страх», «преступление», «смерть», «ад». «Высшая несправедливость, высшая мера подлости, высшая бесчеловечность». – Высшая, высшая…ВЫСШАЯ-АЯ!

Заключительные строки романа помогают глубже осознать современный смысл повести Николая Никонова: «И дай бог, чтобы человек на Земле остался Человеком, во всей славе своей и во всем лучшем своем, что призвано хранить, рождать и спасать…». Человек может быть человеком, и род человеческий может выжить только при условии, если совесть людская окажется на высоте. Для этого нужна память о войне.

Память огненных лет хранит документальное произведение Светланы Алексиевич «У войны не женское лицо». В ней нет сюжета в общепринятом его толковании, нет единого события. Живые свидетельства людей, прошедших сквозь огонь войны, записала С. Алексиевич. Только обратилась она к тем, кому на войне, казалось бы, совсем не место, к женщинам – к бывшим саперам и летчикам, медсестрам и прачкам, - женщинам, что вместе с мужчинами держали фронт. Сущая правда воспоминаний и в том, с какой наивностью женщины впервые пришли на передний край, и в том, как закалялись, мужали их души, и в не прошедшей еще и поныне от потери дорогих людей боли. Люди страдали, испытывали невероятные мучения, но в них жила, светилась душа. Меня восхищает высота духа героинь C. Алексиевич: «Не знаю, чего это я сегодня расплакалась. Тогда я не плакала. Сказали бы: заплачь, чтобы вот только были слезы, не смогла бы. Все задеревенело, вся я как деревянная. Я бы никогда в это не поверила, если бы сама не перенесла. Не одной слезинки не было. А так все отбили, что кожа шелестела, не могла сесть, пока наново не приросла. И ни одной слезинки… Приговорили меня к смертной казни через повешение. Поместили в камеру смертников. Там были еще две женщины. Знаете, мы не плакали, не бросались в панику: мы ведь знали, идя в подполье, что нас ждет, и поэтому держались спокойно. Говорили о поэзии, вспоминали любимые оперы.…Много говорили об Анне Карениной…Мы даже не вспоминали о своих детях, мы о них боялись вспоминать. Даже улыбались. Друг друга подбадривали. Там мы провели двое с половиной суток…», - вспоминает минская подпольщица Людмила Михайловна Кашичкина.

Да, это были тяжелейшие годы. Они напоминают людям о многом. Они говорят о том, какой целью завоевывалась мирная жизнь, какая цена шелеста колосьев пшеницы, цветущих яблонь, красных тюльпанов, тихо осыпающих свои лепестки на зеленые набирающие силу степные травы.

Книга С. Алексиевич обладает силой особого эмоционального воздействия и вызывает чувство величайшей благодарности и одновременно неизбывной вины перед ними – сестрами, невестами, женами, которые прошли через войну. «Женщина дает жизнь, женщина оберегает жизнь, женщина и жизнь – синонимы». Но тогда, когда смертельная опасность угрожала самой жизни, она встала в ряды защитников Родины. «На самой страшной войне ХХ века женщине пришлось стать солдатом. Она не только спасала, перевязывала раненых, а и стреляла из «снайперки», бомбила, подрывала мосты, ходила в разведку, брала «языка». Женщина убивала. Она убивала врага, обрушившегося с невиданной жестокостью на ее землю, на ее дом, на ее детей. То была величайшая жертва, принесенная ими на алтарь Победы».

Собранные вместе, эти свидетельства обретают особую силу и, по словам А. Адамовича, «работа и забота авторов подробных книг-репортажей заключается прежде всего в том, чтобы народную память, состоящую из множества правдивых рассказов, свести в фокус».

Я думаю, что для отечественной литературы тема Великой Отечественной войны вечна. Никогда не будет предан забвению всемирно – исторический подвиг советского народа, как бы ни хотели и ни добивались этого идеологические адепты. В настоящее время, к большому сожалению, сносятся памятники нашим погибшим воинам, оскверняются обелиски, могилы, превозносятся бывшие пособники гитлеровцев, пишутся такие "летописи" войны, в которых нет места подвигам и жертвам России. И все же не вытравить из общечеловеческой памяти безмерные страдания военных лет. И памятью той будет больна душа людей до тех пор, пока «бедой невозвратной не станет для мира война».

Мне очень бы хотелось, чтобы новым поколениям не было чуждо мужество, бесстрашие, сострадание, соучастие, чтобы мирная благополучная жизнь не притупила чувств людей, не сделала их равнодушными, беспечными, бессердечными, чтобы они, как и солдаты Победы, верили: чужого горя не бывает.


О ПАМЯТЬ СЕРДЦА! ТЫ СИЛЬНЕЙ РАССУДКА ПАМЯТЬ ПЕЧАЛЬНОЙ…


Фролкина М.В. - методист НОУ ВПО «ИНБИТ»


Память о войне…. Трудное порой мучительное, но святое чувство.

Летят годы, идут десятилетия……Областной центр будет праздновать годовщину Победы советского народа в Великой Отечественной войне по девизом: «Оренбург и оренбуржцы- ветеранам войны!» Путь к победе был нелёгок и невероятно тяжёл, наряду со всем советским народом на защиту своей Родины ушли и гирьяльцы. Давным-давно, далеко от Гирьяла загрохотали пушки, взрывались бомбы, но эхо войны молниеносно долетело и до Гирьяла. В городе живут 1962 участника той кровавой схватки с фашизмом, 15 тысяч тружеников тыла, которых сейчас мы называем ветеранами войны, и дети войны, которые встали к станку в 14 лет или вышли на колхозные поля в семилетнем возрасте. 150 человек ушли на фронт, возвратились домой 58 человек, погибли-92 бойца. Они сражались на всех фронтах войны.

Гирьяльцы поддерживают связь с родными ветеранов, и даже с теми, которые не проживали в данное время в селе: четверо из них – Емельянов Г.М, Тюрин Н.С, Надршин З.Г., Ямкин П.П., жили в г. Оренбурге, Дворницын В.Г.- в г. Новотроицке, Оренбургской области.

В боях на Мамаевом кургане пали смертью храбрых гирьяльцы: Дворницын Алексей Александрович, Михайлов Александр Яковлевич, Мухаметов Садрей Гильманович, Ямкин Григорий Павлович. В Сталинградской битве принимал участие ещё один житель Гирьяла: Ахмет Набеевич Забиров - будущий учитель истории Гирьяльской школы.

В Сталинградской битве принимал участие ещё один житель Гирьяла: Ахмет Набеевич Забиров - будущий учитель истории Гирьяльской школы.

Воинское звание- рядовой, должность- стрелок ручного пулемёта №1. 1-ого сентября 1943 года Ахмет Набеевич встречал ребятишек Гирьяльской начальной школы, чтобы 35 лет вести их по дорогам знаний. « Для него трудно было говорить из всех городов – это о Сталинграде», из воспоминаний сына Ахмета Набеевича – Рамиля Ахметовича, профессора медицинских наук, лор врача, хирурга 1 ой городской больницы г. Оренбурга. В 1991 году не стало и Ахмета Набеевича.

В боях под Курском погибли: Биткулов Нигматулла Ибатович, Пустаханов Николай Осипович.

Курская дуга …. Основные участники её танкисты, в Гирьяле жил ветеран Великой Отечественной войны, бывший танкист - Нечеухин Андрей Филиппович, семнадцатилетним пареньком начал он свой боевой путь, кем только не пришлось быть: и артиллеристом 45 миллиметровки, и снайпером, танкистом. Андрей Филиппович – участник знаменитой Корсунь - Шевченковской операции, эта операция – одна из блестящих страниц истории великой Отечественной войны, когда на правобережье Днепра, в районе Корсунь Шевченковского была окружена очередная крупная вражеская группировка, вместе с солдатами 2-го Украинского фронта Андрей Филиппович принимал участие в освобождении стран Европы, но с особым волнением вспоминает бои у озера Балатон в Венгрии: «Теперь, находясь на чужой территории, мы не имели других помыслов, как скорее разбить врага и возвратиться на родную землю»…по словам родных. Вернувшись домой, Андрей Филиппович всю свою жизнь посвятил земле, остался верным своему селу. В 2004 году не стало ещё одного ветерана в селе.

Не мог войну забыть и лейтенант медицинской службы 557 стрелкового полка 2 го Белорусского фронта Фёдоров Пётр Тимофеевич. Боевой путь начал он в марте 1942 года. Это путь проходил под Ржевом и в Кенигсберге, где Солдата Фёдорова настигла вражеская пуля. А дома, в Гирьяле, думали о солдате, ждали вестей: жена с двумя детьми, односельчане, ученики. Советские люди готовились встретить свой первый послевоенный новый год. В это время и возвратился Пётр Тимофеевич домой, награждённый орденом Красной звезды, медалями. И свою последующую жизнь связал со школой. В 1990 году не стало Пётра Тимофеевича

Завершение.

И память нам покоя не даёт, и совесть нас порой частенько гложет, и 30 лет пройдёт и 300 лет пройдёт - никто у нас войны забыть не сможет. Ветеранов всё меньше и меньше, а ведь было много, раны болели, кости ныли, души седели, вся в рубцах да ожогах ваша память живая.

В наше время жив Косогорский Илья Алексеевич, из всех ветеранов в селе Гирьял Оренбургской области.

Беседуя, разыскивая родственников, мы узнали очень многое, и наше поколение должно быть благодарно своим прадедам, прабабушкам и помнить о них, хотя знаем только по старым фотографиям и рассказам и воспитывать в себе чувство патриотизма, долга, преданности и верности своему Отечеству.

«Гирьяльцы – участники

Великой Отечественной войны

Введение.

Приближается 65 - летие Великой Победы. Почти каждый год 9 мая мы всей семьей присутствуем на параде, посвящённом празднованию Победы в селе Гирьял Беляевского района Оренбургской области, и с каждым годом становится меньше ветеранов. Это село – родина моего прадедушки, который не вернулся с войны, моего дедушки, который является первоцелинником освоения земель в Адамовском районе Оренбургской области, моего отца и я каждое лето отдыхаю в этой деревне.

Актуальность исследования.

Сегодня мы вновь переживаем непростой период нашей истории. На современном этапе идет процесс переосмысления отечественной истории, в том числе и периода Великой Отечественной войны. Сохранить, сберечь документальную память о Великой Отечественной войне, о тех, кто пожертвовал главным - жизнью во имя победы, о тех, кто, пройдя фронтовыми дорогами, выжил - долг всех послевоенных поколений.

Цель: Изучить боевое прошлое села Гирьял Беляевского района Оренбургской области. Развитие у молодёжи гражданственности, патриотизма.

Задачи: Собрать материал о гирьяльцах, вернувшихся и погибших во время Великой Отечественной войны. Дать представление о гирьяльцах участниках Великой Отечественной войны.

Познакомить с материалом своих сверстников.

Объект исследования: село Гирьял

Предмет исследования: жители села- фронтовики, участники Великой Отечественной войны.

Методы исследования: исторический, краеведческий, беседы-интервью.

Работа по моему мнению имеет практический характер, так как я беседовал в течение нескольких лет с жителями села, встречался с детьми, родственниками участников великой Отечественной войны. В каждом населённом пункте, в каждой семье помнят о ветеранах Великой Отечественной войны и рассказывают молодому поколению об этой войне, а я хочу остановиться на маленькой деревне в Оренбургской области, Гирьяле и её ветеранах Великой Отечественной войны.

О память сердца! Ты сильней

Рассудка памяти печальной…….

Память о войне….

Трудное порой мучительное, но святое чувство.

Летят годы, идут десятилетия….И вот приближается 65 летие Победы…..Путь к победе был нелёгок и невероятно тяжёл, наряду со всем советским народом на защиту своей Родины ушли и гирьяльцы. Давным-давно, далеко от Гирьяла загрохотали пушки, взрывались бомбы, но эхо войны молниеносно долетело и до Гирьяла: 150 человек ушли на фронт, возвратились домой 58 человек, погибли-92 бойца. Они сражались на всех фронтах войны.

Гирьяльцы поддерживают связь с родственниками ветеранов, и даже с теми, которые не проживали в данное время в селе: четверо из них – Емельянов Г.М, Тюрин Н.С, Надршин З.Г., Ямкин П.П., жили в Оренбурге, Дворницын В.Г.- в г. Новотроицке, Оренбургской области.

В боях на Мамаевом кургане пали смертью храбрых гирьяльцы: Дворницын Алексей Александрович, Михайлов Александр Яковлевич, Мухаметов Садрей Гильманович, Ямкин Григорий Павлович.

В Сталинградской битве принимал участие ещё один житель Гирьяла: Ахмет Набеевич Забиров - будущий учитель истории Гирьяльской школы.

Воинское звание- рядовой, должность- стрелок ручного пулемёта №1. Более 30 лет Ахмет Набеевич посвятил школе, детям, свой первый урок в жизни он готовился провести 1 сентября 1942 года в Верхне-Чебеньковской школе, куда был направлен завучем, но судьба распорядилась так, что уже в августе 1942 года ему пришлось держать экзамен на стойкость и мужество на Сталинградском фронте в составе 1034-го полка, в марте 1943 года рядовой Забиров был тяжело ранен в левое плечо и руку и отправлен в госпиталь, после выписки из госпиталя, возвращению в строй не подлежал. И вот в 1ый сентябрьский день 1943 года Ахмет Набеевич встречал ребятишек Гирьяльской начальной школы, чтобы 35 лет вести их по дорогам знаний. « Для него трудно было говорить из всех городов – это о Сталинграде», из воспоминаний сына Ахмета Набеевича – Рамиля Ахметовича, профессора медицинских наук, лор врача, хирурга 1 ой городской больницы г. Оренбурга. В 1991 году не стало и Ахмета Набеевича.

В боях под Курском погибли: Биткулов Нигматулла Ибатович,

Пустаханов Николай Осипович.

Курская дуга …. Основные участники её танкисты, в Гирьяле жил ветеран Великой Отечественной войны, бывший танкист - Нечеухин Андрей Филиппович, семнадцатилетним пареньком начал он свой боевой путь, кем только не пришлось быть: и артиллеристом 45 миллиметровки, и снайпером, танкистом. Андрей Филиппович – участник знаменитой Корсунь - Шевченковской операции, эта операция – одна из блестящих страниц истории великой Отечественной войны, когда на правобережье Днепра, в районе Корсунь Шевченковского была окружена очередная крупная вражеская группировка, вместе с солдатами 2-го Украинского фронта Андрей Филиппович принимал участие в освобождении стран Европы, но с особым волнением вспоминает бои у озера Балатон в Венгрии: «Теперь, находясь на чужой территории, мы не имели других помыслов, как скорее разбить врага и возвратиться на родную землю»…по словам родных.

.И дождалась земля…

Вернувшись домой, Андрей Филиппович всю свою жизнь посвятил земле, остался верным своему селу. В 2004 году не стало ещё одного ветерана в селе. (Приложение1)

Не мог войну забыть и лейтенант медицинской службы 557 стрелкового полка 2 го Белорусского фронта Фёдоров Пётр Тимофеевич. Боевой путь начал он в марте 1942 года, на протяжении десяти месяцев обучался в военном училище, в январе 1943 года сформирована 122 ая стрелковая бригада, куда он был зачислен, и отправлен под Ржев, после освобождения Ржева, образована 153 -я стрелковая дивизия, в составе которой был образован 557-ой стрелковый полк, которым командовал Ф.С. Федотов, впоследствии он отметит своих бойцов - 244 фамилии, среди которых будет и фамилия П.Т.Фёдорова. А дома, в далёком от Белоруссии, Гирьяле, думали о солдате, ждали вестей: жена с двумя детьми, односельчане, ученики. Сколько радости, гордости вызывали в учащихся, оглашаемые на линейках сообщения с фронта это их любимый учитель и такие как он достойно защищают страну и родной Гирьял. В феврале 1945 года наши воины стояли у ворот германской цитадели- Кёнигсберга. И вот тут-то вражеская пуля настигла солдата Фёдорова. Но Пётр Тимофеевич победил смерть и продолжал борьбу с бандеровцами Польши. Советские люди готовились встретить свой первый послевоенный новый год. В это время и возвратился Пётр Тимофеевич домой, награждённый орденом Красной звезды, медалями. И свою последующую жизнь связал со школой. В 1990 году не стало Пётра Тимофеевича. (Приложение 2)


ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ


Чурсина Я.Н. - студентка 2-го курса факультета «Юриспруденции» НОУ ВПО «ИНБИТ»


В годы тяжелых испытаний служители Церкви всегда вставали на патриотические позиции и призывали верующих к защите Отечества. Не стала исключением и Великая Отечественная война 1941-1945 гг. Патриотические призывы и обращения руководства Московской Патриархии, активное участие в боевых операциях на фронте и в отрядах партизан, самоотверженная работа в тылу духовенства и мирян способствовали решению общей для всего народа задачи по разгрому оккупантов.

Именно годы Великой Отечественной войны стали переломным этапом в истории Русской православной церкви в хх в. В этот период после долгих лет гонений, поставивших Церковь на грань уничтожения, произошло радикальное изменение ее положения, начался долгий и мучительный процесс возрождения, прерванный хрущевскими гонениями и снова продолжившийся в наши дни. Поэтому всестороннее изучение и обобщение исторического опыта Русской православной церкви в деле патриотического служения Отечеству, исследование ратных и трудовых подвигов духовенства и мирян представляются весьма важной задачей.

Актуальность рассматриваемой проблемы заключается еще и в том, что имеющиеся на сегодняшний день исследования не позволяют дать полную, многоплановую и объективную оценку деятельности РПЦ в годы Великой Отечественной войны, так как эта тема была долгое время закрыта для научных исследований, а материалы и документы по проблеме засекречены. Зарубежные же историки также бьmи лишены возможности комплексного изучения проблемы из-за нехватки архивных материалов и субъективного подхода к советской истории.

Необходимо отметить, что перед Великой Отечестственной войной РПЦ находилась в состоянии организационного кризиса, вызванного репрессиями1920-1930-х п. Церковь была лишена возможности избрания патриарха. Власти не разрешали созыв Поместного собора, на котором мог решиться этот важный вопрос. Церковью управлял место блюститель патриаршего престола митрополит Московский и Коломенский Сергий (Страгородский), которого часть верующих не признавали своим предстоятелем. К осени 1939 г. в патриаршей Церкви остались только четыре правящих архиерея. Еще около 1 О уцелев ших архиереев находились на покое или совершали богослужения как настоятели храмов. Другие иерархи либо пребывали в ссылке, либо находились на покое. По этой причине архиерейские кафедры в епархиях в большинстве своем оставались вакантными. Были закрыты духовные учебные заведения и церковные периодические издания. Управляющий делами Московской Патриархии в конце 30-х гг. архиепископ Дмитровский Сергий (Воскресенский) писал, что главной задачей Патриархии в то время было «посильно замедлить, затормозить предпринятое большевиками разрушение Церкви».

Некоторое изменение политики советского руководства в отношении Русской православной церкви наметилось после начала Второй мировой войны и было связано с присоединением к СССР западных территорий с нетронутой гонениями религиозной жизнью. На них находилось, по разным оценкам, от3000 до 3350 православных храмов, 64 монастыря, 14 правящих архиереев, свыше 7 500000 православных верующих.

На остальной части СССР действовало всего 400 православных храмов, большая часть из которых находилась в Москве с пригородами (32 храма) и в Ленинградской епархии (21 храм). В 25 областях РСФСР не имелось ни одной действующей церкви, в 20 областях было от 1 до 5 храмов.

В последние предвоенные годы волна антицерковных репрессий утихла отчасти из-за опасения, чтобы вся Церковь не ушла в подполье, так как официальная и строго контролируемая Церковь представляла меньшую опасность, чем подпольная. С другой стороны, для Советского государства важно было сохранить Патриархию как доказательство того, что в нем даже Церковь, эта «опора реакции царизма», пользуется полной свободой.

22 июня 1941 г. Германия напала на Советский Союз. Казалось бы, начавшаяся война должна была обострить противоречия между государством и Церковью. Однако этого не произошло. Складывавшиеся веками национальные и патриотические традиции русского православия оказались сильнее обид и предубеждений. Несмотря на духовную несвободу, гонения вплоть до физического уничтожения духовенства и мирян, верующие приняли самое активное участие в борьбе с агрессором.

В первый же день фашистского нашествия предстоятель Русской православной церкви патриарший местоблюститель митрополит Московский и Коломенский Сергий (Страгородский), вернувшись в свою резиденцию из Богоявленского собора, где он служил литургию, написал и собственноручно напечатал послание «Пастырям И пасомым Христовой Православной Церкви,>, в котором призвал их к исполнению священного долга перед Родиной: «Всякий может и должен внести в общий подвиг свою долю труда, заботы и искусства». Митрополит Сергий напомнил народу о его "героях в прошлом, которых воодушевляло чувство долга перед своей страной и Церковью. Он убеждал священников не оставаться молчаливыми свидетелями и тем более не предаваться размышлениям о возможных выгодах по другую сторону фронта, что было бы «прямой изменой Родине и своему пастырскому долгу».

Особые задачи митрополит Сергий поставил перед пастырями Церкви: ободрять малодушных и колеблющихся, утешать огорченных. «Положим же души свои вместе с нашей паствой» - этот призыв патриаршего местоблюстителя нашел действенное воплошение в делах многих сотен священнослужителей.

В заключение владыка Сергий заверил, что Православная церковь, всегда разделявшая судьбу народа, не оставит его и теперь: «Благословляет она небесным благословением и предстоящий всенародный подвиг. Господь нам дарует победу». Это было начало активного участия митрополита Сергия и возглавляемой им Церкви в патриотической борьбе.

Послание митрополита Сергия было разослано по всем приходам, что формально являлось нарушением закона, согласно которому запрещалась всякая церковная деятельность вне церковных стен, как и всякое вмешательство в государственные дела.

О поддержке справедливой освободительной войны народов СССР заявили руководители практически всех религиозных организаций. Обращаясь к верующим с патриотическими посланиями, они призывали их достойно выполнить свой религиозный и гражданский долг, оказать всю возможную помощь нуждам фронта и тыла.

В речи на Архиерейском соборе 1943 г. митрополит Сергий, вспоминая начало войны, говорил: «О том, какую позицию должна занять наша Церковь во время войны, нам не приходилось задумываться, потому что, прежде чем мы успели определить как-нибудь свое положение, оно уже определилось, - фашисты напали на нашу страну, ее опустошили, уводили в плен наших соотечественников, всячески их там мучили, грабилии т.д. Так что уже простое приличие не позволило бы нам занять какую-нибудь другую позицию, кроме той, какую мы заняли, т.е. безусловно отрицательную ко всему, что носит на себе печать фашизма, печать враждебности к нашей стране».

Распространенное по всем православным приходам воззвание митрополита Сергия встретило ответную реакцию верующих. На оккупированной территории это обращение переходило из рук в руки, несмотря на то, что фашисты расстреливали всех, у кого находили его текст. Слова первосвятителя были созвучны чувствам верующих, убежденных, что защищать Родину, умереть за нее - это высший христианский подвиг.

Тех, кто по различным обстоятельствам не попал на фронт, митрополит Сергий призывал способствовать восстановлению Отечества на трудовом фронте, «мужественно стоять на своем посту, содействуя обороне Родины, облегчая самоотверженный подвиг наших воинов, напряженным трудом снабжая их в избытке и вооружением, и продовольствием, и теплой одеждой». Сначала из Москвы, а потом из Ульяновска митрополит Сергий внимательно следил за развитием событий. Он написал свыше 20 воззваний за два первых военных года. О том, что фашисты уделяли внимание патриотическим воззваниям митрополита Сергия, свидетельствует приказ группенфюрера СС Гейдриха от 16 августа 1941 г., согласно которому при захвате Москвы его следовало немедленно арестовать.

Руководство РПЦ заняло позицию осуждения тех служителей культа, которые осознанно перешли на сторону врага, стали орудием идеологической пропаганды противника. Их пособничество врагам расценивалось как «полная измена и самому христианству».

В посланиях к пастве митрополит Сергий обличал оккупантов за их злодеяния, за пролитие невинной крови, за осквернение и разорение религиозных и национальных святынь. Предстоятель Русской церкви призывал жителей областей, захваченных врагом, к мужеству и терпению.

30 декабря 1942 г. патриарший местоблюститель обратился к архипастырям, пастырям и приходским общинам Церкви с призывом жертвовать средства на сооружение танковой колонны имени Димитрия Донского. Его призыв был подхвачен верующими, которые собрали свыше 8 млн рублей, большое количество золотых и серебряных предметов.

. На танковом заводе г. Челябинска в короткий срок было построено 40 танков Т-34. Их передача 38-му и 516-му танковым полкам состоялась у деревни Горелки, что в 5 км северо-западнее Тулы.

В день передачи колонны, 7 марта 1944 г., состоялся торжественный митинг, на котором выступил митрополит Крутицкий Николай (Ярушевич): Сообщив о патриотической деятельности Церкви, ее нерушимом единстве с народом, митрополит Николай передал бойцам привет, подарки и благословение Русской православной церкви и патриарха Сергия. В своей речи перед танкистами архиерей дал им напутственный наказ: «Вперед, дорогие воины, во имя полного очищения нашей земли, во имя мирной жизни и счастья нашего народа. На святое дело - вперед!»

В ответ на это напутствие командиры полков 

38-го, подполковник И.А. Горлач, и 516-го, майор С.Н. Замелюк, - заверили митрополита Николая в том, что личный состав достойно выполнит воинский долг и с честью пронесет имя великого полководца на броне боевых машин.

Менее чем за два месяца 38-й полк прошел с боями свыше 130 км и более 500 км сумел преодолеть маршем по бездорожью на своих танках.

За проявленные мужество и героизм 49 танкистов колонны имени Димитрия Донского из 38-го полка были награждены орденами и медалями СССР.

21 солдат и 10 офицеров полка пали смертью храбрых на полях сражений, 19 человек из них сгорели 13 боевых машинах.

За боевые заслуги 516-й полк 5 апреля 1945 г. был награжден орденом Красного Знамени. К этому времени в нем было 13 кавалеров ордена Красного Знамени, 17 - ордена Отечественной войны 1 и 11 степеней, 57 - ордена Красной Звезды, 29 – ордена Славы 11 и 111 степеней, 137 человек награждены медалями «За отвагу» и «За боевые заслуги».

Верующие нашей страны также внесли средства на эскадрилью самолетов имени другого русского святого князя - Александра Невского. 23 марта 1944 г. духовенство и верующие церквей только Москвы внесли на постройку самолетов 1 млн рублей.

Не только предстоятель РПЦ, но и другие ее архипастыри выступали в трудные для Отечества годы нацистского нашествия с проповедями и обращениями, призывающими к патриотическому служению своей Родине. В общецерковном масштабе такую деятельность проводили митрополит Киевский и Галицкий, затем Крутицкий и Коломенский Николай(Ярушевич) и митрополит Ленинградский, впоследствии патриарх Алексий (Симанский).

Указывая на совершенные немецко-фашистскими захватчиками преступления, в том числе и разорение наших религиозных и национальных святынь, митрополиты Сергий, Алексий и Николай пробуждали в сердцах верующих патриотические чувства и готовность противостоять агрессорам. В своих посланиях они неоднократно обращались к жителям областей, захваченных нацистами, призывая их «не давать возможности оккупантам сытно и безопасно устроиться на родной земле, препятствовать им вывозить к себе в Германию оружие и запасы всякой продукции и, тем более, уводить сотни и тысячи советских граждан в фашистскую неволю». Иерархи Русской православной церкви откликались на подвиги партизан и призывали русских людей оказывать им всякую поддержку в борьбе с врагами, всту пать в ряды народного антифашистского сопротивления. Такие обращения руководителей Московской Патриархии в листовках через штабы партизанского движения переправлялись за линию фронта и распространялись среди населения. О силе их воздействия свидетельствуют отклики самих партизан: (,Ваш листок сыграл большую роль среде оккупированного населения в деле оказания помощи партизанам, а вместе с этим в борьбе против фашизма», писал митрополиту Алексию верующий боец 2-йЛенинградской особой партизанской бригады разведотдела штаба Северо-Западного фронта А.Г. Голицын, и он в своем мнении не был одинок.

Во время великих христианских праздников Рождества Христова и Пасхи священноначалие Православной церкви направлялq пастве особые приветственные послания. В них констатировалось, что патриотические чувства нашли свое проявление не только в боевых схватках с врагом, но и в организованных сборах средств на укрепление обороны нашей Родины.

В дни войны православные архиереи отмечали путь, пройденный нашей армией и народом, и выражали непоколебимую уверенность в ее победоносном для советского народа окончании.

С фронтов в Москву посыпались телеграммы с просьбами направить в действующую армию материа лы с проповедями духовенства РПЦ. Так, 2 ноября1944 г. в ГлавПУРККА с 4-го Украинского фронта поступила телеграмма с просьбой «по встретившейся надобности в самом срочном порядке выслать материалы Синода для произнесения проповедей в день празднования годовщины Октября, а также ряд других руководящих материалов Православной Церкви». Видимо, армейское начальство в данном случае выразило астроение тех солдат, чью веру не смогли заглушить два десятилетия антирелигиозной пропаганды. И хотя мы только можем предполагать, что требуемые материалы в армию были высланы, сам факт подобного запроса служит ярким подтверждением большого значения пастырского слова в тот период, его насущной необходимости и востребованности в обществе.

Однако вся деятельность РПЦ подвергалась жесткому контролю со стороны правящего большевистского режима. Обращения православных архипастырей в обязательном порядке согласовывалlfсь с высшими партийными инстанциями, обычно с управлением пропаганды и агитации ЦК ВКП(б), где этими вопросами ведал А.с. Щербаков. Кроме него религиозными проблемами в высших эшелонах власти в годы войны занимались В.М. Молотов и Г.М. Маленков. Обычно НКВД, затем НКГБ направлял А.С. Щербакову копии посланий к верующим иерархов РПЦ и просил его разрешения на издание этих посланий. Как правило, тираж обращений составлял от 1000 до 5000 экземпляров, их распространяли как на оккупированной территории, так и в тылу.

Большая заслуга перед Церковью и Родиной митрополитов Сергия, Алексия и Николая состоит в том, что они разработали проблему сущности патриотического служения православного церковного общества своему Отечеству. Чувство патриотического воодушевления они объясняют возвышенно-религиозным настроением православного человека и учат претворять его в беззаветное служение Отчизне. Патриотизм в проповедях, обращениях, посланиях и воззваниях иерархов РПЦ называется национальной чертой русского характера, имеющей под собой библейскую и историко-психологическую основу. Примеры патриотического настроения в нашей стране руководителям Московской Патриархии давали факты героизма на фронте и в тылу. Движущая сила патриотизма - любовь к Родине - может и должна проявляться в готовности пожертвовать за нее жизнью. Обосновывая вечную ценность подобного самопожертвования, православные архипастыри ссылаются на евангельские тексты, согласно которым (,нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин. 15, 13).

Бесчисленные факты полагания православными людьми своих жизней на благо Родины митрополиты Сергий, Алексий и Николай созерцают на историческом фоне, особое внимание уделяя примерам из жизни русских святых, своим участием или молитвой с проповедями духовенства РПЦ. Так, 2 ноября1944 г. в ГлавПУРККА с 4-го Украинского фронта поступила телеграмма с просьбой «по встретившейся надобности в самом срочном порядке выслать материалы Синода для произнесения проповедей в день празднования годовщины Октября, а также ряд других руководящих материалов Православной Церкви». Видимо, армейское начальство в данном случае выразило настроение тех солдат, чью веру не смогли заглушить два десятилетия антирелигиозной пропаганды. И хотя мы только можем предполагать, что требуемые материалы в армию были высланы, сам факт подобного запроса служит ярким подтверждением большого значения пастырского слова в тот период, его насущной необходимости и востребованности в обществе.

Однако вся деятельность РПЦ подвергалась жесткому контролю со стороны правящего большевистского режима. Обращения православных архипастырей в обязательном порядке согласовывались с высшими партийными инстанциями, обычно с управлением пропаганды и агитации ЦК ВКП(б), где этими вопросами ведал А.с. Щербаков. Кроме него религиозными проблемами в высших эшелонах власти в годы войны занимались В.М. Молотов и Г.М. Маленков. Обычно НКВД, затем НКГБ направлял А.С. Щербакову копии посланий к верующим иерархов РПЦ и просил его разрешения на издание этих посланий. Как правило, тираж обращений составлял от 1000 до 5000 экземпляров, их распространяли как на оккупированной территории, так и в тылу.

Большая заслуга перед Церковью и Родиной митрополитов Сергия, Алексия и Николая состоит в том, что они разработали проблему сущности патриотического служения православного церковного общества своему Отечеству. Чувство патриотического воодушевления они объясняют возвышенно-религиозным настроением православного человека и учат претворять его в беззаветное служение Отчизне. Патриотизм в проповедях, обращениях, посланиях и воззваниях иерархов РПЦ называется национальной чертой русского характера, имеющей под собой библейскую и историко-психологическую основу. Примеры патриотического настроения в нашей стране руководителям Московской Патриархии давали факты героизма на фронте и в тылу. Движущая сила патриотизма - любовь к Родине - может и должна проявляться в готовности пожертвовать за нее жизнью. Обосновывая вечную ценность подобного самопожертвования, православные архипастыри ссылаются на евангельские тексты, согласно которым «нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин. 15, 13).

Бесчисленные факты полагания православными людьми своих жизней на благо Родины митрополиты Сергий, Алексий и Николай созерцают на историческом фоне, особое внимание уделяя примерам из жизни русских святых, своим участием или молитвой.

Свою духовную деятельность Церковь связывала и с восстановлением нормальной жизни на освобожденных от немецко-фашистских оккупантов территориях. Здесь она также проявила свое служение народу, принимала участие в ликвидации колоссальных разрушений, совершенных фашистскими захватчиками, утешала всех, кто нуждался в ее духовной силе, мобилизовывала все свои ресурсы для достижения окончательного разгрома фашизма. В этих целях руководство Московской Патриархии и рядовое духовенство опровергали идейные основы фашистской идеологии, ее антихристианский дух, раскрывали сущность геббельсовской пропаганды, ее измышления о непригодности христианства для цивилизации. Московская Патриархия проявляла особую заботу об устроении церковной жизни в освобожденных от врага епархиях. В этих целях она посылала туда с особыми полномочиями иерархов Церкви или заслуженных протоиереев, являвшихся живыми носителями духовности.

После освобождения от фашистов нашей страны патриарх Алексий призвал всех верующих россиян к восстановлению разрушенного войной хозяйства.

Непреходящее значение проповедей, посланий и воззваний патриарха Сергия, митрополитов Алексия и Николая состоит прежде всего в том, что они призывали паству всецело отдавать себя общему делу, стоять до последней капли крови за веру, национальную и культурную самобытность.

Патриотическая деятельность духовенства и верующих проводилась во всех регионах нашей страны.

Московские пастыри благословляли верующих на сооружение оборонительных рубежей и сами участвовали в этом. Многие из них принимали самое активное участие в местных органах противовоздушной обороны. Священнослужители организовывали в своих храмах бомбоубежища.

Среди них необходимо отметить митрополита Николая (Ярушевича), архиепископа Алексия (Палицына), протопресвитера Николая Колчицкого, протоиереев Александра Смирнова, Алексея Смирнова, Николая Сарычева, Козьму Алексеева, ФедораКазанского, Павла Успенского, Михаила Кузнецова, Петра Турбина, Михаила Понятского, Вячеслава Соллертинского, Василия Ремешкова, Аркадия Пономарева, Стефана Маркова, Павла Лепехина, Николая Бажанова, Павла Цветкова. Эти пастыри принимали активное участие в тушении пожаров от зажигательных бомб, руководили прихожанами при рытье окопов и ночных дежурствах по противовоздушной обороне. В своих речах, проповедях и обращениях к верующим столицы они призывали к подвигам в труде в деле укрепления обороны страны.

Постановлениями Mоссовета от 19 сентября 1944 г. и от 3 января 1945 г. около 20 священников московских и тульских церквей были награждены медалями «За оборону Москвы».

К 25-летнему юбилею Красной армии на постройку танковой колонны имени Димитрия Донского верующие Московской области собрали свыше 2 000 000 рублей, а в ноябрьские праздники тогоже года - около 500 000 рублей. По инициативе московских пастырей прихожанами бьт организован сбор металлолома на нужды обороны, а так же одежды, обуви и других необходимых фронту вещей. Только за три первых военных года около 200 храмов Московской епархии сдали на нужды обороны

12 млн рублей.

Ленинградская епархия откликнулась на призыв предстоятеля РПЦ о помощи нуждам фронта и тыла в числе первых. Начиная с первого дня войны, повседневной деятельностью священнослужителей соборов и церквей стала забота о мобилизации всех верующих города на участие в общем деле защиты Отечества. По предложению митрополита Алексия приходы Северной столицы с 23 июня начали сбор пожертвований в Фонд обороны и советский Красный Крест. 26 июля 1941 г. владыка Алексий обратился к верующим с посланием, в котором отметил, что среди ленинградцев активно проходит сбор денежных средств на нужды фронта, осудил фашизм и предсказал его поражение.

Обращение митрополита Алексия, молитвы в храмах и прошения о даровании победы нашему воинству нашли отклик в сердце каждого православного ленинградца. Среди верующих многих приходов были выражены пожелания, чтобы имеющиеся в церквах запасные суммы были отданы на нужды войны.

От снарядов и бомб пострадали почти все действующие храмы. При каждом из них из прихожан и церковных служащих создали группы противопожарной противовоздушной обороны. Блокада не щадила никого, в том числе и служителей Церкви. Только в Князь Владимирском соборе в 1942 г. умерли 8 служащих и ленов причта, а также председатель «двадцатки».

Митрополит Алексий испытал все бедствия, выпавшие на долю ленинградцев, хотя ему предлагали эвакуироваться из блокадного города. В выполнении христианского долга митрополиту Алексию большую помощь оказывала его родная сестра, монахиня Евфросиния. Подавая пример остальным, они решили отдать свою дачу на ст.. Сиверская под детский дом для детей-сирот воинов Красной армии.

Символично, что Церковь участвовала, хотя и косвенно, в открытии Дороги жизни. Многовековые записи наблюдений за Ладожским озером Валаамских монахов позволили гидрографу Е. Чурову сделать прогноз поведения ладожского льда.

К 1943 г. Ленинградская епархия внесла в фонд обороны более 3,5 млн рублей. Большая часть из них была собрана в осажденном Ленинграде. Власти шли навстречу пробудившемуся религиозному подъему в городе, выделяя муку и вино для причащения богомольцев.

С освобождением Ленинграда от блокады патриотическое движение верующих еще более усилилось. Только за три первых после блокадных месяца было собрано 1 191 250 рублей. Самое активное участие в сборе денежных средств принимали священнослужители. Однако основной поток пожертвований шел от мирян.

Учитывая достойный вклад ленинградского духовенства в общенародную борьбу с фашизмом, Президиум Верховного Совета СССР неоднократно принимал решения о награждении особо отличившихся священнослужителей.

11 октября 1943 г. в Смольном группе православного духовенства из одиннадцати человек во главе с митрополитом Алексием были вручены медали «За оборону Ленинграда».

Среди ленинградского духовенства были и те, кто с оружием в руках защищал Родину. Клирик храма во имя святого князя Александра Невского Стефан Козлов боевое крещение принял в июле 1944 г. Ратный путь пулеметчика ознаменован орденом Славы111 степени и медалью «За победу над Германией». Честно отслужил отец Стефан в рядах вооруженных сил и четыре послевоенных года. Личным мужеством в боях за Родину отличился и священник Тихвинской церкви села Романишино Лужского района Георгий Степанов, награжденный медалями «За отвагу» и «За победу над Германией».

21 октября 1946 г. медали «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 П.» были вручены митрополиту Ленинградскому и Новгородскому Григорию, настоятелям соборов и церквей, благочинным, работникам цepковных учреждений.

На всем протяжении блокады ленинградские храмы продолжали функционировать, давая жителям города духовное утешение и поддержку.

Активная патриотическая деятельность в годы войны проводилась во всех действующих монастырях СССР, где ежедневно возносились молитвы, собирались пожертвования на военные нужды, оказывалась помощь раненым. Киево-Покровский женский монастырь взял шефство над тремя отделениями эвакогоспиталя, расположенного на территории монастыря. В 1944 г. монастырь внес в различные фонды на оборону страны более 70 000 рублей. Во многих монастырях устраивали госпитали, находившиеся на полном содержании и обслуживании монашествующих. Монахини обслуживали больницы, работали в прачечных, пекарнях и на других работах.

Финансовая помощь, оказанная монастырями своему Oreчеству, также бьта значительной. Так, Курский Свято-Троицкий женский монастырь сдал за несколько месяцев 1944 г. 70000 рублей, Днепропетровский Тихвинский женский монастырь - 50 000 рублей, Одесский Михайловский женский монастырь - 100 000 рублей, Киево-Печерская лавра - 30 000 рублей.

Бывало и так, что, совершив свой подвиг на полях сражений, верующие женщины принимали монашество. Среди них необходимо отметить монахинь Серафиму (Зубареву) и Антонию (Жертовскую). Игуменья Анатолия (Букач), настоятельница Одесского Михайловского монастыря, вместе с сестрами помогала Красной армии продовольствием, медикаментами, одеждой.

Но не только в материальном выражении проявлялась помощь верующих фронту. Архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий), будучи по своей светской специальности хирургом, имевший степень доктора медицинских наук и звание профессора медицины, спас сотни раненых бойцов Красной армии. Приезжавший в Красноярск профессор Приоров говорил потом епископу Луке, что ни в одном из госпиталей, которые посетил, он не видел таких блестящих результатов лечения инфицированных ранений суставов, как у него. По окончании операций профессор консультировал хирургические отделения больниц, обучал врачей трудным операциям, проводил личный прием БОЛЬНblХ в поликлинике, выступал на научных конференциях, читал лекции, писал медицинские трактаты. За научную разработку новых хирургических методов лечения гнойных заболеваний и ранений, изложенных в книгах «Очерки гнойной хирургии» И «О поздних операциях при инфицированных ранениях больших 'суставов», архиепископу Луке была присуждена Сталинская премия 1 степени. Большую ее часть он передал детям-сиротам.

Не менее героическими были и подвиги священнослужителей, призванных в Красную армию. Среди них находились танкисты, пехотинцы, артиллеристы, награжденные боевыми орденами и медалями, отмеченные благодарностями командования.

Священник Василий Дмитриевич Троицкий получил две медали - «За доблестный труд» и «За оборону Кавказа» - в бытность свою начальником метеорологической станции в Грузии, где он в период войны обслуживал военно-воздушный флот. Священник Петр Иванович Ранцев за боевые заслуги на фронтах Отечественной войны был награжден орденом Красной Звезды, тремя боевыми медалями и несколькими благодарностями от И.В. Сталина. Диакон Роман Логинович Чух был награжден орденом Славы III степени и двумя боевыми медалями. Диакон Константин Владимирович Глаголевский был награжден орденом Красной Звезды и тремя медалями.

Сотни священнослужителей, включая тех, кому удалось вернуться к 1941 г. на свободу, отбыв срок в лагерях, тюрьмах и ссылках, были призваны в ряды действующей армии. Будущий патриарх Пимен в то время, когда началась война, был иеромонахом и отбывал ссылку в Средней Азии. Начав свой боевой путь заместителем командира роты, будущий патриарх дослужился до звания майора, пока наконец не обнаружили, кто он такой на самом деле. За этим последовали скандал, изгнание из армии и последующее заключение. После войны отец Пимен вернулся к пастырской деятельности и был назначен настоятелем Благовещенского собора в г. Муроме.

Священствовавший в Уфимской епархии с 1924 г.отец Димитрий Логачевский в годы Великой Отечественной войны был призван в ряды Красной армии, где в рабочем батальоне помогал нашим воинам громить врага. После ранения в 1943 г. он вернулся к пастырскому служению, впоследствии стал настоятелем Покровского кафедрального собора г. Куйбышева. Протоиерей Димитрий был награжден медалями «За победу над Германией» и «За доблестный труд в Великой Отечественной войне».

Вот некоторых из тех, кто совмещал пастырское служение с борьбой за независимость нашей Родины или после войны принял священный сан. Это митрополиты Рижский Леонид (был врачом), Сурожский Антоний (врач-хирург), Нижегородский Николай, архиепископы: Калининский Алексий (был пулеметчиком), Харьковский Леонид, епископ Омский Венедикт, архимандриты: Псково-Печерский Алипий (Воронов) иТроице-Сергиевский Кирилл (Павлов), Корецкая игуменья Людмила (Вельсовская), протоиереи: Владимир Елховский, Николай Смирнов, Анатолий Новиков, Петр Раина, Руф Поляков, Иоанн Букоткин, диакон Борис Крамаренко (кавалер трех орденов Славы), Псково-Печерский монах Феофилакт Белянин (подполковник медицинской службы), иподиакон В.А Демин, доцент Московской Духовной академии АЛ. Горбачев, церковные старосты Ас. Климашин и АГ. Федосеев.

Праздник Победы над гитлеровской Германией повсеместно отмечался духовенством и верующими

Во всех храмах СССР были отслужены торжественные молебны. В отдельных случаях священнослужители организовывали молебны на площадях городов и сел.

Как факт признания' патриотической деятельности Православной церкви в годы Великой Отечественной войны было расценено решение правительства о предоставлении мест на гостевых трибунах у мавзолея Ленина руководящим деятелям Церкви во время Парада Победы 24 июня 1945 г.

За заслуги в организации патриотической работы в 1941-1945 гг. и за деятельность в борьбе за мир патриарх Московский и всея Руси Алексий был награжден четырьмя орденами Трудового Красного Знамени и многочисленными медалями СССР, в том числе медалью «За оборону Ленинграда». Его слова, сказанные незадолго до окончания войны, звучат сегодня как обращение к будущим поколениям духовенства и мирян Русской православной церкви: «Дай Бог, чтобы и на будущее время не оскудела ревность и щедрость русских православных верующих людей и чтобы это посильное участие наше в деле стояния за Родину и борьбе за ее честь и свободу привлекли благословение Божие на великий подвиг».