Старые и новые представления о консультировании и психотерапии Часть II

Вид материалаДокументы

Содержание


Последствия достижения инсайта.
Первая и вторая беседы.
Четвертая беседа.
Пятая беседа.
Шестая беседа.
Седьмая беседа.
Восьмая беседа.
Девятая беседа.
Десятая беседа.
Одиннадцатая беседа.
Двенадцатая беседа.
Тринадцатая беседа.
Четырнадцатая беседа.
Пятнадцатая беседа.
Третья беседа.
Пятая беседа.
Десятая беседа.
Пятая беседа.
Десятая беседа.
Шестая беседа.
...
Полное содержание
Подобный материал:
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16

^ Последствия достижения инсайта. Примеры, которые были приведены выше, — случаи частичного инсайта, и они вряд ли отражают то, как происходит процесс разви­тия инсайта на протяжении нескольких серий психоте­рапевтических контактов. Чтобы продемонстрировать все разнообразие и богатство возможных типов инсайта, а также чтобы подчеркнуть глубину и значение этого явле­ния, показать картину его динамики на последователь­ных сеансах, обратимся к случаю Барбары.

Барбара — шестнадцатилетняя школьница, воспи­танная в семье с очень жесткими религиозными установ­ками. Ее отец занимается религиозной деятельностью, и Барбара восхищается им, особенно его научными раз­работками. Отец — непреклонный человек, никогда не проявляющий особой нежности, но в целом гордящий­ся блестящими отметками Барбары в школе. Социальная жизнь Барбары была крайне ограничена не вследствие родительских установок, а из-за ее собственных негатив­ных оценок, с точки зрения религиозных канонов, боль­шей части социальной деятельности сверстников. Ког­да она училась в выпускном классе, у нее произошел “не­рвный срыв”, который случился весьма неожиданно и сопровождался страхами и ощущением чего-то непрео­долимого, что очень беспокоило Барбару. Она не могла посещать школу, и ее отправили на некоторое время к родственникам для консультации с врачом. Через не­сколько месяцев после “срыва” она обратилась в клини­ку за помощью. В течение почти двенадцати недель пси­холог провел с ней шестнадцать сеансов, в ходе которых девушка проработала большинство своих проблем. Пос­ле этого она уже могла вернуться домой и успешно посе­щать школу. Весьма подробный отчет об этих беседах был тщательно проанализирован. В тех отрывках, которые здесь приводятся, отражаются, на наш взгляд, наиболее яркие свидетельства все возрастающего инсайта, а также те моменты, когда консультант пытается дать интер­претацию ситуации, чтобы вызвать еще более глубокий инсайт. Наблюдается явный прогресс от частичных и повторяющихся инсайтов к более полному и осознан­ному. Конечно, содержание беседы не может быть пол­ностью приведено здесь из-за объемности материала, но наиболее существенные и значимые аспекты достаточ­но полно отражены в тех диалогах, где очевидно нали­чие инсайта.


^ Первая и вторая беседы. Инсайт не был отмечен.

Третья беседа. Рассказывая о тяжелом чувстве ответ­ственности, которое она постоянно ощущает, Барбара говорит:

“Все возможности лежат у меня под ногами, нужно толь­ко воспользоваться ими. Я хотела бы получить все возмож­ное, используя любой имеющийся шанс”. Консультант за­мечает: “Тебе нужно быть совершенной, да?” Она отвеча­ет: “Да. Люди говорят: “У каждого есть свои недостатки”, — я так не считала. Я не видела никаких оснований для это­го. Мне казалось, что я все могу делать хорошо. Может быть (задумчиво), некоторые из моих мыслей слишком довле­ют надо мной. В этом причина моего срыва?” Консультант спросил, что об этом думает она, и она ответила, что у нее появилось чувство, что, видимо, это некоторым образом повлияло на ее состояние (вызвало срыв).

^ Четвертая беседа. Барбара говорила о том, что у нее никогда не было ничего, кроме братского интереса к маль­чикам, до тех пор, пока девушка, к которой она испыты­вала отвращение, не встала между ней и одним из этих ребят, у них была “любовь”. Продолжение записи:

Возникло некоторое колебание, а потом она сказала:

“Я должна рассказать о своих симпатиях и антипатиях?” Консультант ответил: “Ты продвигаешься глубже, когда говоришь о своих чувствах”. Она сказала: “Есть только один человек, который мне нравится, парень, здесь в Л. Я скучала по нему, когда мы уезжали в Д. Может, я ему тоже нравлюсь. Я не знаю. Конечно, я не заинтересована в том, чтобы выходить замуж, и я вовсе не думала о нем с этой точки зрения. Его зовут Фрэнк. Он приходил в прошлый раз с Джеком, другим парнем, который собирается учить меня танцевать. Фрэнк был даже больше, чем брат для нас. Он обычно приходил к нам домой, и мы с сестрой хоро­шо его знаем. Он мне нравился, и я много думала о нем, с тех пор как уехала из Л.”.

Консультант спросил: “Может быть, те чувства как-то связаны с твоими вопросами о танцах и о прическе?” — “Может быть. Вчера я думала о том, как мне подстричься, я подумала о том, что делаю это для Фрэнка, но потом я постаралась выкинуть это из головы”. Она засмеялась и захихикала как-то немного застенчиво. “Я подумала, что у меня что-то вроде любви. Я не хочу этого допускать. Наверное, я даже сопротивляюсь этому”.

Позже, на этой же беседе, после нескольких смущен­ных замечаний и долгих пауз, она сказала: “До того как все это произошло, я верила, что можно контролировать себя, верила в полноту власти над разумом и чувствами”. Консультант порассуждал над этим, заметив, что она по­степенно учится тому, что в жизни нет такого явления, как полный контроль над разумом и чувствами, и ей доволь­но трудно осознать, что та часть, которую она не допуска­ет в себе, это часть ее самой. Она ответила: “Вы знаете такой призыв: “Будь собой”? Я никогда не могла понять, что он означает. Я не думала о том, что хочу быть собой или что я знаю, что это значит — быть собой. Я всегда счи­тала, что являюсь собой до тех пор, пока не узнала, что не понимаю, что это такое”.

^ Пятая беседа. Говоря о некоторых своих слишком ам­бициозных планах интеллектуального характера, которые она обсуждала со своим учителем, Барбара замечает:

“Он называет их бредовыми идеями. Я называю это размышлением о высоко значимых вещах. Может быть, вы посоветуете мне пока забыть об этом на год или боль­ше?” Консультант задает вопрос: “Ты хочешь, чтобы я посоветовал тебе это?” — “Ну, я так и сделаю, в любом случае, скажете вы мне это или нет”. Консультант отвеча­ет: “Это хорошо”. Барбара продолжает: “Я очень измени­лась. Почему я почти всегда обвиняла молодых людей в том, что они слишком наглые. Когда я вернусь обратно, я хочу сходить на какое-нибудь шоу или в кино”.

^ Шестая беседа. Барбара после сильного сопротивле­ния рассказывает, как после одного недавнего вечера “те братские отношения с Фрэнком немного изменились. Он поцеловал меня несколько раз, и это все изменило”. Она продолжает говорить об этом инциденте и добавляет:

“Большинство девчонок бегают за парнями — я не знаю — у меня просто такое бескорыстное чувство к Фрэнку. Я все для него сделаю. Конечно, я не думаю о свадьбе, за­чем это, он совсем мне не подходит. Я думаю, мне кажет­ся, я влюблена. Хотя любовь и брак обычно сопутствуют друг другу. Я не знаю. Я стараюсь обдумать все это, но у меня нет опыта рассуждения на подобные темы. Поэтому если бы Фрэнк был моим идеалом — хотя, конечно, он обладает хорошими качествами, но он вовсе не соответствует моему идеалу. (Пауза.) Я не говорила об этом с са­мого начала, несмотря на то, что это одно из моих самых ярких ощущений”. Консультант спросил: “Нелегко гово­рить о своих самых глубоких чувствах, правда?”

В другом месте этой беседы, после того как консуль­тант похвалил ее за совершенный прогресс, она сказала:

“Я часто старалась обдумать все это, но я не могла ни­чего с этим поделать. Недавно я сделала больше того, что я чувствую. Я не имею в виду, что теряю контроль над сво­ими эмоциями, но я просто делаю больше, чем могу про­чувствовать. Поэтому в прошлый раз я знала, что собира­юсь рассказать вам о Фрэнке”.

Далее по ходу беседы она говорит, что занимается ши­тьем, — занятие, которое она ненавидела до этого. Кон­сультант замечает, что она определенно изменилась, и добавляет:

“Когда ты уехала из дома, ты была маленькой девочкой”. Барбара ответила: “Вы так думаете? Сейчас я ощущаю себя моложе”. Консультант сказал: “Я думаю, что, когда ты уеха­ла из дома, ты была маленькой девочкой, которая пыта­лась вести себя как очень, очень взрослый человек. Теперь, я думаю, ты выросла, и то, что ты собираешься делать, — это пытаться быть собой и вести себя в соответствии со своим возрастом”. Она улыбнулась и ответила: “Может быть, и так. Вы знаете, в среду после сеанса я гуляла по городу и присматривала куртку, ну, именно такую, какую мне хотелось иметь. Вернувшись домой, я поняла, что мне понравились куртки с надписями. Все девочки носят та­кие. У них на куртках список их парней и всякие другие дурацкие вещи. Мне кажется, что это было мое реальное “я”, которому как раз и понравились эти куртки. Конечно, у меня никогда не было такой куртки. Я считала, что это недостойно. Я думаю, у меня была какая-то веселость, спо­собность веселиться, но я не позволяла этому проявиться. Поэтому в среду я решила, что куплю такую куртку. Мне пришлось обойти весь город, и я почти сбилась с ног в по­исках. Но наконец я купила то, что хотела. (Она показыва­ет консультанту простую, льняную куртку, которую пове­сила на стул, когда вошла.) Вы видите, на ней пока нет над­писи, но, когда я приду в следующий раз, она уже будет. Там будет много всего написано”. Она показывает на во­ротник: “Вот здесь будет надпись: “Руками не трогать”.

^ Седьмая беседа. Барбара сказала, что теперь она реши­ла стать психологом, выразив тем самым свою симпатию к консультанту.

“Конечно, здесь играет роль то, что я — женщина. Мне интересно, есть ли женщины, которые чего-то достигли в психологии?” Консультант рассказывает ей, что целый ряд женщин занимает в этой области ведущие позиции, и, продолжая, замечает: “Тебе не нравится сознавать, что ты — женщина, да?” Она ответила: “Да, наверно, я вос­хищаюсь мужскими качествами, причем настолько, что я бы хотела быть юношей. Вероятно, кто-нибудь должен поставить меня на место и показать мне, что я способна быть привлекательной девушкой”. Позже, во время бесе­ды, она отмечает: “Что касается того момента, когда у меня был “срыв”, тогда врач сказал мне, что мои мысли и все остальное похожи на мысли тридцатилетнего мужика, — это было как удар в спину. Может быть, я просто стара­лась быть мужественной, когда на самом деле все, на что я способна, — это быть женщиной”.

^ Восьмая беседа. В один из моментов Барбара отмечает, что некоторые люди часто говорили ей, что ее высокие амбиции пройдут и она “остепенится”.

“Это обязательно должно произойти? Мне придется расстаться со своими амбициями? Я думаю, что большей частью я делаю то, что чувствую, но, если я только и буду делать то, что чувствую, куда это меня приведет? Сплош­ные загадки”. Консультант объясняет ей, что в конце концов прогресс, которого она достигла, заключается не только в том, чтобы делать то, что чувствуешь, но и стре­миться принять эти чувства. Он указывает на то, что до этого она никогда не принимала себя и что у нее не было желания веселиться или быть в обществе. Она отрицала то, что у нее могут быть какие-то сексуальные чувства или желание иметь друга. Она не признавала того, что ей хочется выглядеть привлекательно или иметь такую же короткую стрижку, как у других девушек. Теперь она достигла такого уровня, на котором может принять тот факт, что и у нее есть подобные чувства и желания. Ко­нечно, это не означает, что она будет следовать всем сво­им импульсам, но она не будет бояться себя или тех чувств, которые она у себя обнаружит. Заканчивая сеанс, он говорит: “Год назад ты бы не стала разговаривать с парнем на собрании (инцидент, который она описала ранее). Ты бы не призналась себе, что можешь интере­соваться им или думать о том, что ты можешь его при­влекать. Теперь ты способна осознавать это. Конечно, это не значит, что, когда ты будешь что-то делать, ты просто будешь следовать своим побуждениям, просто ты сможешь решить, как далеко ты захочешь зайти в реали­зации своего интереса”. При этих словах она рассмея­лась и сказала, что едва ли осмеливалась позволить себе, чтобы этот парень настолько заинтересовался ею. “Вы знаете, недавно я почувствовала, что хочу иметь больше друзей мужского пола”. Консультант добавил: “А потом ты уже сможешь одновременно чувствовать к ним как интеллектуальный интерес, так и интерес, который ис­пытывают к противоположному полу”.

^ Девятая беседа. Барбара говорит: “Вы помните, на пер­вом сеансе я говорила вам о детях и сказала, что не люблю их. Я хочу немного проанализировать это”. Она говорит о своей антипатии к маленьким детям, но отмечает, что дети, видимо, любят ее. “Может быть, моя антипатия была несколько преувеличена. Наверное, я все это выдумала”.

^ Десятая беседа. Она с волнением говорит о своих учеб­ных планах и о том, что не всегда получает высшие оцен­ки. Консультант задает вопрос: “Ты все еще должна быть лучшей, когда начинаешь что-то, ведь так?” Она отвеча­ет: “Ну, наверное, да. Я всегда старалась быть идеальной девочкой, о которой можно прочитать в книгах. Я всегда нравлюсь взрослым. Я постоянно помогаю им, и малень­кие дети — они тоже всегда хорошо ко мне относятся. Я думаю, моя проблема — это ребята моего возраста”. Консультант делает предположение, что, видимо, ее стремле­ние что-то делать для взрослых и для детей тоже отчасти объясняется ее представлением о том, что она не может нормально ладить со своими сверстниками. Она отвеча­ет: “Я думаю, да. Я думаю, что парням не нравится такой миссионерский тип личности, как я. Я была просто де­вочкой, напичканной благими идеями. Ну, вы понимае­те, что я имею в виду”.

^ Одиннадцатая беседа. Барбара снова говорит о своих учебных планах, особо акцентируя внимание на латыни, научных занятиях и так далее.

Консультант указывает на то, что это только одна из ее целей. Напоминает ей, что тем не менее в ходе сеансов она получала наибольшее удовлетворение, когда решала предпринять нечто, что бы еще больше приблизило ее к сверстникам — приобретение куртки, стрижка, ее планы насчет танцев и тому подобное.

Она некоторое время молчит, а потом говорит, больше обращаясь к себе, нежели к консультанту: “Может быть, я слишком глупа, что думаю об этом. Другое люди не одоб­ряют этих вещей. Я не хочу рисоваться, делать что-то на­показ. Может быть, все это стоит чего-то, а может быть, это всего лишь “корм для скота”. Она останавливается и разражается смехом. “Где я могла взять это выражение?! Корм для скота!”

^ Двенадцатая беседа. В середине беседы она смеется и говорит: “Вы знаете, когда я была здесь в четвертый раз, я фыркнула в адрес Фрэнка. Должно быть, это показалось вам ужасно глупым. Сейчас в этом, кажется, нет ничего особенного. Я думаю, что смогу забыть его, когда вернусь в Д. Мне бы хотелось встретиться с ним еще раз до отъез­да, но, когда я вернусь, я хочу забыть его. Вы знаете, до этого я в некотором роде мучилась от любви. Я думаю, вы бы именно так это назвали. Теперь я смеюсь над собой. Сначала я думала, я никогда не преодолею этого. Теперь мне кажется, я найду кого-то другого, кто займет его мес­то, когда я вернусь. Все равно в моем сердце останется какое-то нежное воспоминание о нем”. Консультант хва­лит ее за тот путь, который она прошла, работая со своей проблемой.

^ Тринадцатая беседа. Барбара спрашивает: “Есть ли ка­кая-то проблема, которая еще не полностью проработана мной?” Консультант отвечает, что ей лучше знать о суще­ствовании таких проблем. “Ну хорошо, это как раз тот вопрос о замужестве. Я все еще ощущаю некоторую пута­ницу, связанную с этой темой. Я не знаю, чего я сама хочу. Я хочу как-то увильнуть от этого”. Она продолжает, пута­ясь, говорить о смешанном отношении к детям, о своем страхе рожать детей, об опасении по поводу того, что брак обязательно помешает ее карьере. Она немного колеблет­ся, а потом заключает, что сильно изменилась: она про­смотрела пару развлекательных журналов, и они ей дей­ствительно понравились. “И потом, когда я вижу кого-то высокого, большого и красивого, идущего по улице, меня это тоже привлекает. Я сама не знаю, чего хочу”. Несколько секунд спустя она замечает: “Вы знаете, мне всегда нравилась мужская компания, не столько ее сексуальная сторона, сколько просто интеллектуальный контакт”. Она колеблется и потом произносит: “Ну, здесь есть кое-что еще. Если бы мне пришлось выбирать, как тогда со стриж­кой, кем бы я хотела быть — мальчиком или девочкой, я не знаю, что бы я выбрала”.

Она какое-то время говорит о некоторых своих пере­живаниях во время “срыва”, а потом отмечает: “Может быть, из-за того, что я хотела быть мальчиком, я стара­лась акцентироваться на интеллекте. Я каким-то образом пыталась соединить...” Она останавливается, озадаченная. “Я не любила девчонок. Мне нравились мальчишки, по­тому что они — те, одним из которых я хотела бы быть”. Консультант сказал: “Я думаю, тебе казалось, что маль­чишки превосходят девочек”. Она ответила: “Да, они в умственном плане выше. Мне казалось, будто они могут больше выдержать, чем девочки. Я хотела обмануть себя, пытаясь не быть женщиной. Я хотела развить свой интел­лект. Я думала, у меня это получилось, — а потом я сорвалась”. Консультант сказал ей: “Возможно, ты чувствуешь теперь, что ты можешь быть женственной и развитой ин­теллектуально”. — “Да, до этого я была только разумом — и никакого тела. Я просто как можно дольше обходила эту тему. Я не думала, что нужно что-то предпринять в этом направлении”.

К концу беседы она замечает: “В журнале “Америка­нец” несколько месяцев назад был напечатан тест на ко­личество мужских и женских черт характера. Я заполни­ла его и обнаружила, что по всем пунктам, кроме одного, я больше отношусь к женскому типу. Это просто свело меня с ума!”

^ Четырнадцатая беседа. “Вы знаете, в прошлый раз мы многое не решили, хотя по дороге домой, в автобусе, я просто подумала, что все это действительно слишком много значит для меня. Я думаю о множестве мелочей, которые приходят мне в голову, и вскоре я вам о них рас­скажу”.

^ Пятнадцатая беседа. В течение всей беседы Барбара говорит о проблемах, которые встанут перед ней, когда она приедет домой.

“Мои друзья, наверное, спросят: “Как у тебя дела?” Меня огорчает, что я не смогу рассказать им, как я себя чувствую, ведь если я скажу, что у меня все в порядке, то они удивятся, почему я не в Молодежном обществе, в ко­тором мы обычно собираемся, чтобы помолиться. Вы по­нимаете, я просто считаю, что теперь это мой новый мир, в котором я живу, и я отличаюсь от той девочки, что была раньше. Теперь я не хочу такого религиозного, набожно­го отношения ко мне. Вы знаете, сегодня утром я читала Библию в первый раз за эти месяцы. И мне действитель­но кажется, что все изменилось. То, что я прочитала, по-видимому, имеет какой-то новый смысл для меня. Вы зна­ете, я все еще стремлюсь к совершенству, но уже по-дру­гому. До этого я читала Библию и находила там причины отказываться от танцев, других вещей подобного рода, но теперь для меня все выглядит иначе”.

Где-то в середине беседы Барбара говорит: “Знаете, я снова подумала о женственности, и я хочу проверить, смогу ли я выразить это словами. Я девушка. Я хочу при­нимать это не как судьбу, не в смысле смирения, а пото­му что это прекрасно. Если существует Бог, я думаю, он должен был задумать женщину как лучшую половину че­ловечества. Я могу стать более совершенной, как жен­щина, если перестану пытаться овладеть мужскими дос­тоинствами. Я, видимо, могу добиться большего, буду­чи собой и развивая свои таланты, нежели пытаться де­лать что-то иное. Я хочу принять это как вызов. Я ду­маю, что я почти избавилась от ощущения, что хочу быть мужеподобной. Я просто хочу быть собой. Может быть, еще до того, как я этого добьюсь, я буду действительно счастлива тем, что я женщина. Я собираюсь научиться готовить и стать хорошей хозяйкой и даже стать искус­ной в этой области”.


Анализ. Даже для неподготовленного читателя очевид­но, что способы самоубеждения, которыми пользовалась Барбара, подверглись основательному изменению в про­цессе консультирования. Если попытаться проанализи­ровать или каким-то образом сгруппировать новые эле­менты ее восприятия, то их можно разделить на четыре категории. Барбара обрела более реальный взгляд на свои способности и свои достижения. Она смогла перейти к принятию собственных подавляемых социальных потреб­ностей. Теперь она может допускать свои гетеросексуальные желания. Она прошла путь от полного отторжения своей женской роли к достаточному ее принятию. Более точно описать процесс, который с ней произошел, нам поможет выделение этапов ее самовосприятия по каждой теме, и, по возможности, в формулировках самой девуш­ки. Читатель может проверить точность этих восприятий и формулировок, обратившись к соответствующим мес­там из приведенных нами бесед.


I. Представления Барбары о целях, которые она наме­рена достичь.

^ Третья беседа. Возможно, мои предыдущие идеалы были слишком завышенными.

Четвертая беседа. Я обычно стремилась к полному самоконтролю. Теперь я думаю, что хочу быть собой.

^ Пятая беседа. Я собираюсь отказаться от своих чрез­мерно завышенных идеалов.

Восьмая беседа. Но это настоящая потеря — оставить мои фантастические амбиции. Если я буду просто собой, куда это меня приведет?

^ Десятая беседа. Я всегда хотела быть хорошей, идеаль­ной девочкой. Теперь я хочу быть естественной и юной.

Одиннадцатая беседа. Мои прежние цели — слишком завышенные и довольно высокомерные — это на самом деле “корм для скота”.


II. Представления Барбары о своем социальном “я”.

^ Пятая беседа. Мне не нравились “наглые” парни. Те­перь я допускаю, что у меня тоже есть некоторые “нахаль­ные” желания.

Шестая беседа. Я всегда осуждала девушек, которые носили недостойные и глупые куртки. Теперь я допускаю, что моему настоящему “я” всегда хотелось того же само­го.

^ Десятая беседа. Я хочу научиться контактировать с дру­гими ребятами.

Пятнадцатая беседа. Я больше уже не являюсь чрез­мерно набожным человеком, который избегает своих со­циальных инстинктов. Я очень изменилась.


III. Взгляды Барбары на ее гетеросексуальные интере­сы.

Четвертая беседа. Я ненавижу всю эту любовную че­пуху. Хотя, честно говоря, я в некотором роде влюблена.

^ Шестая беседа. Любовь и брак идут рука об руку. Я хочу любить, но не хочу выходить замуж. Или хочу?

Восьмая беседа. Мне интересны парни, и я хочу с кем-то из них дружить. Я могу это себе позволить уже сейчас.

^ Двенадцатая беседа. Я понимаю, что со мной произош­ло, — это юношеская влюбленность. Теперь я жду других контактов, которые принесут мне любовь.


IV. Представление Барбары о себе как о женщине.

^ Первая беседа. Я не люблю детей. Я не хочу вступать в брак. Было бы хорошо, если бы я была мужчиной или вела себя как мужчина.

Седьмая беседа. Я ненавидела то, что я женщина. Мо­жет быть, кто-нибудь убедит меня в том, что стоит быть женщиной.

^ Восьмая беседа. Видимо, я все-таки в большей степени люблю детей, чем не люблю их.

Тринадцатая беседа. Я не хочу быть женщиной. Но пока я женщина. Если бы у меня был выбор, то, возмож­но, все было бы иначе. Возможно, моя попытка быть мужчиной вызвала у меня срыв. Мне кажется, в действитель­ности я довольно женственна.

^ Пятнадцатая беседа. Я женщина. Я собираюсь быть женщиной. Мне нравится эта мысль. Подобные утверж­дения, конечно, грубый, но, видимо, достаточно эффек­тивный способ продемонстрировать процесс переориен­тации, которая стимулирует постепенное созревание инсайга. Но мы можем представить более формальное опи­сание этого процесса. В ходе терапии Барбара преврати­лась из человека, убежденного в необходимости достиже­ния совершенства, склоняющегося к маскулинному иде­алу и отказывающегося от большинства видов социаль­ной активности и всякой “любовной ерунды”, в челове­ка, который может иметь приемлемые цели и достиже­ния, который стремится к социальной активности, ожи­дает гетеросексуальных контактов и принимает свою жен­скую сущность. Опишем ли мы это изменение также в русле изменившихся целей и изменившейся мотивации, высвобождения подавляемых эмоций либо переориенти­рованных самопредставлений — в любом случае очевид­но, что это весьма важное событие. А сам процесс содер­жит в себе такой динамичный потенциал, что поглощает все наше внимание.


Приведенные примеры инсайта во многом отражают то, что его смысл для клиента определяется совершенно по-разному в различных случаях. Он может означать обнару­жение новых взаимосвязей между старыми событиями, что имело место в случае Барбары, когда она увидела связь меж­ду своим первым срывом, с одной стороны, и слишком за­вышенными идеалами и желанием походить на мужчину — с другой. Или он может означать принятие до сих пор по­давляемых установок и импульсов, стремление к призна­нию и осознанию роли, которую играет человек. Если мы будем рассматривать этот процесс с точки зрения консуль­танта, то, естественно, на первый план выйдут несколько иные аспекты этой цепи психологических переживаний.


Как консультант стимулирует развитие инсайта