Пятьдесят девятая

Вид материалаДокументы
Глава девяносто вторая
Подобный материал:
1   ...   30   31   32   33   34   35   36   37   ...   63

ГЛАВА ДЕВЯНОСТО ВТОРАЯ




в которой пойдет речь о том, как Чжао Юнь победил пять военачальников,

и о том,

как хитроумно Чжугэ Лян взял три города


Войска Чжугэ Ляна подошли к Мяньяну. Проходя мимо могилы Ма Чао, Чжугэ Лян

приказал его брату Ма Даю надеть траур и сам принес жертву духу умершего.

После этого Чжугэ Лян созвал на военный совет военачальников.


Разведка донесла, что вэйский правитель Цао Жуй поставил во главе большой

армии императорского зятя Сяхоу Моу, который сейчас в Чанане собирает еще

войско.


-- Этот Сяхоу Моу изнежен, слаб и скудоумен, -- сказал Вэй Янь. --

Разрешите мне с пятитысячным отрядом отборных воинов совершить поход на

Чанань! Я выйду из Баочжуна, перейду на восточный склон хребта Циньлин,

пройду через долину Цзы-у и через десять дней буду в самом логове врага.

Если Сяхоу Моу узнает, что я подступил к Чананю, он бросит свое войско и

убежит в столицу под крылышко своего могущественного родственника. Тогда мы

сможем быстро покорить все земли, расположенные западнее Сяньяна.


-- Нет, этот план не годится, -- улыбнулся Чжугэ Лян. -- Вы исходите из

того, что в Чжунъюани нет способных полководцев... А если такие найдутся?

Они перебьют в глухих горах все ваше войско, и мало того -- подорвут этим

боевой дух всей нашей армии! Нет, ваш план решительно не годится.


-- Но ведь ваше войско, чэн-сян, идет по большой дороге, -- возразил Вэй

Янь, -- и противник может выйти вам навстречу. Случись так, и вам придется

терять дни в изнурительных боях. Когда же вы овладеете великой равниной

Чжунъюань?


-- О чем вы беспокоитесь? -- ответил ему Чжугэ Лян. -- Войско мое движется

по всем законам стратегии, тревожиться нет никаких оснований. Неужели вы

сомневаетесь в моей победе?


Вэй Янь был крайне недоволен тем, что Чжугэ Лян отверг его план. А Чжугэ Лян

тем временем отправил Чжао Юню приказ наступать.


В Чанане к Сяхоу Моу явился силянский военачальник Хань Дэ с восемьюдесятью

тысячами тангутских воинов. Сяхоу Моу щедро его наградил и назначил в

передовой отряд. Хань Дэ привел к Сяхоу Моу своих четверых сыновей --

искусных воинов. Старшего сына звали Хань Ин, второго -- Хань Яо, третьего

-- Хань Цюн и четвертого -- Хань Ци.


У гор Фынлин произошла встреча Хань Дэ с войсками врага. Когда армии

противников расположились друг против друга в боевых порядках, Хань Дэ в

сопровождении четырех сыновей выехал вперед и закричал зычным голосом:


-- Злодеи, бунтовщики! Как вы смеете вторгаться в пределы могущественного

государства?


Чжао Юнь молча с копьем наперевес устремился на Хань Дэ. Навстречу Чжао Юню

выехал Хань Ин, но в третьей схватке Чжао Юнь поразил его своим копьем.

Тогда на Чжао Юня бросился Хань Яо. Но Чжао Юнь, воодушевленный

воспоминаниями о подвигах былых дней, смело двинулся ему навстречу. Хань Яо

быстро отступил. На смену ему выехал Хань Цюн. Но и это нисколько не смутило

Чжао Юня -- неутомимый старик продолжал сражаться. На помощь Хань Цюну вышел

Хань Ци, все три брата окружили Чжао Юня, но он бился сразу с тремя.


Вскоре пал Хань Ци. Его место занял другой воин, а Чжао Юнь обратился в

бегство, держа копье в вытянутой руке. Хань Цюн, отбросив алебарду,

выстрелил три раза из лука по уходившему Чжао Юню, но тот отбил стрелы своим

копьем.


Хань Цюн в гневе устремился в погоню за Чжао Юнем, но старик успел

выстрелить из лука, и стрела попала Хань Цюну в лицо. Он замертво свалился с

коня. Теперь на Чжао Юня напал Хань Яо. Чжао Юнь отбросил копье, в его руке

сверкнул меч, оружие выпало из рук Хань Яо, и он живым попал в плен. Чжао

Юнь передал пленника своим воинам, а сам снова выехал в бой.


Хань Дэ видел, как погибли его сыновья, и в ужасе скрылся среди своих

воинов. А тангутское войско, хорошо знавшее силу и храбрость Чжао Юня, не

смело вступить с ним в бой, особенно после того, как они убедились, что Чжао

Юнь так же силен, как и прежде. Старый полководец разъезжал на поле боя так

свободно, будто здесь и врагов не было.


Потомки сложили стихи, в которых воспевают подвиг Чжао Юня:


Старик Чжао Юнь из Чаншаня, что в семьдесят лет отличился,

Свершив удивительный подвиг, доныне живет среди нас:

Убил четырех полководцев и смело к врагу он ворвался,

Оставшись таким, как в Данъяне, когда он правителя спас.


Дэн Чжи двинул в бой свежее войско и завершил разгром неприятеля. Хань Дэ,

которому угрожала опасность попасть в плен, бросил оружие и коня и бежал с

поля боя пешком.


-- Вам уже около семи десятков, а вы все так же отважны, как и прежде! --

воскликнул Дэн Чжи, поздравляя Чжао Юня с победой. -- Редко случается, чтобы

кому-нибудь удалось сразу зарубить четырех военачальников перед строем их

войск!


-- Чжугэ Лян не хотел посылать меня в бой из-за моих преклонных лет, а я

решил доказать ему, что я совсем еще не стар, -- отвечал Чжао Юнь.


Затем Чжао Юнь приказал привести пленного Хань Яо и отправить Чжугэ Ляну

донесение о победе.


Хань Дэ с остатками своих разгромленных войск возвратился к Сяхоу Моу и,

заливаясь горючими слезами, рассказал ему о случившемся. Тогда Сяхоу Моу сам

повел войско против врага.


Разведчики донесли об этом Чжао Юню, и тот с тысячей воинов приготовился к

бою у подножья горы Фынлин.


Сяхоу Моу, в золотом шлеме, вооруженный мечом, выехал вперед и встал под

знамя. Он увидел разъезжающего на коне Чжао Юня и решил сам сразиться с ним.


-- Разрешите мне отомстить за гибель сыновей моих, -- обратился к нему его

тангутский военачальник Хань Дэ и, подхлестнув коня, бросился на Чжао Юня.

Распаленный гневом, Чжао Юнь поднял копье, напал на своего противника и в

третьей схватке сбил его с коня, а потом, не останавливаясь, помчался в

сторону Сяхоу Моу. Тот поспешно скрылся среди своих воинов. Войско Чжао Юня

вступило в бой и нанесло врагу поражение. Сяхоу Моу отступил на десять ли и

расположился лагерем. Там он созвал своих военачальников и сказал:


-- Я давно слышал о полководце Чжао Юне, но никогда его не видел. Сегодня я

сам убедился в его храбрости! Хотя он и стар, но геройский дух в нем жив.

Недаром говорили о его подвиге в Данъяне! Такому воину никто противостоять

не может!


-- А мне кажется, что Чжао Юнь храбр, но не умен, -- заметил военный

советник Чэн У, сын покойного советника Чэн Юя. -- Мой совет -- завтра

устроить две засады, с правой и с левой стороны, а потом начать бой и быстро

отступить. Чжао Юнь погонится за вами, но вы подыметесь на гору и оттуда

дадите сигнал своим войскам. Они выскочат из засады и захватят старого Чжао

Юня в плен.


Сяхоу Моу принял этот совет и распорядился, чтобы военачальники Дун Си и Се

Цзэ, каждый с тридцатью тысячами воинов, сели в засаду.


На следующий день Сяхоу Моу привел свое войско в боевую готовность и снова

ринулся в бой. Навстречу им вышли войска Чжао Юня и Дэн Чжи.


-- Только вчера мы разгромили врага, а сегодня он опять пришел, -- сказал

Дэн Чжи, обращаясь к Чжао Юню. -- Тут скрывается какая-то хитрость. Надо

быть особенно осторожным.


-- Стоит ли говорить о мальчишке, у которого еще молоко на губах не

обсохло! -- отмахнулся Чжао Юнь. -- Сегодня я возьму его в плен.


Подхлестнув коня, Чжао Юнь поскакал вперед. Ему навстречу выехал

военачальник Пан Суй и после третьей схватки бежал с поля боя. Чжао Юнь

погнался было за ним, но путь ему преградили восемь вражеских

военачальников. Правда, они не собирались драться с Чжао Юнем, а только

хотели помешать ему напасть на Сяхоу Моу, и как только их полководец отъехал

подальше, они последовали за ним. Но Чжао Юнь не успокоился и помчался за

ними. Он глубоко проник в расположение вражеских войск. Дэн Чжи следовал за

старым полководцем в некотором отдалении.


Вдруг раздались крики, и воины под командой Дун Си и Се Цзэ напали на Чжао

Юня и окружили его. Дэн Чжи и его малочисленное войско не могли помочь Чжао

Юню, который метался из стороны в сторону, нанося удары вправо и влево, но

не мог вырваться из кольца. С ним было всего около тысячи всадников. Бой шел

у подножья горы, на вершине которой стоял Сяхоу Моу и оттуда подавал

команду. Стоило Чжао Юню сделать попытку повернуть на восток, как Сяхоу Моу

указывал флагом на восток, стоило двинуться на запад, как флаг указывал на

запад. Понимая, что, пока Сяхоу Моу следит за ним с горы, ему не вырваться

из окружения, Чжао Юнь решил сбросить его оттуда и повел воинов на гору. Но

сверху покатились бревна и полетели камни. Воины отхлынули назад.


Так Чжао Юнь бился весь день. Когда начало смеркаться, он решил немного

отдохнуть, чтобы с восходом луны продолжать бой. Но едва лишь взошла луна,

как в горах вспыхнули огни факелов, загремели барабаны, и на воинов Чжао Юня

градом посыпались стрелы и камни.


-- Чжао Юнь, сдавайся! -- слышались громкие возгласы.


Старый военачальник вскочил на коня и помчался навстречу врагу. Воины

противника, все туже сжимая кольцо, густо осыпали Чжао Юня стрелами.


-- Не покорюсь старости! Умру на поле боя! -- вздохнул Чжао Юнь, обратив

лицо к небу.


Но неожиданно с северо-востока донеслись яростные крики; войско царства Вэй

пришло в замешательство. Это на выручку Чжао Юню вышел отряд. Во главе во

весь дух мчался военачальник с длинным копьем в руке. Чжао Юнь узнал в нем

храброго Чжан Бао; привязанная к шее его коня, висела чья-то отрубленная

голова.


-- Чэн-сян послал меня к вам на помощь! -- издали кричал Чжан Бао. -- А вот

это голова Се Цзэ, который пытался задержать меня!


Чжао Юнь и Чжан Бао, общими силами нанося удары противнику, стали уходить на

северо-восток. В это же время с другой стороны в бой с врагом вступил еще

один отряд; во главе его был военачальник, вооруженный мечом Черного

дракона. Чжао Юнь узнал Гуань Сина, который кричал ему:


-- Я получил повеление чэн-сяна помочь вам! Вэйского военачальника Дун Си

уже нет в живых -- вот его голова! Сейчас здесь будет сам чэн-сян.


-- Вы и Чжан Бао совершили сегодня замечательные подвиги! -- отвечал ему

Чжао Юнь. -- Давайте воспользуемся смятением врага и захватим в плен самого

Сяхоу Моу.


Едва услышав это, Чжан Бао устремился вперед.


-- Я тоже способен на подвиг! -- прокричал Гуань Син, догоняя Чжан Бао.


-- Эти юноши -- мои племянники, -- промолвил Чжао Юнь, обращаясь к своим

приближенным. -- Если они совершат подвиг, то я, старейший военачальник в

нашем царстве, окажусь ниже этих мальчиков! -- Нет, этого я допустить не

могу! Жизнь свою отдам, но послужу государю!..


С этими словами Чжао Юнь также поскакал вперед. Зажатые с трех сторон

вражеские войска понесли жестокое поражение. Трупы врагов устилали поле,

кровь лилась рекой. В разгар боя на помощь Чжао Юню подошел еще Дэн Чжи.


Сяхоу Моу был молод и неопытен в боевых делах и, как только увидел, что ряды

его войск смешались, покинул поле боя и с сотней всадников бежал в Наньань.

Воины, оставшиеся без полководца, разбежались.


Гуань Син и Чжан Бао узнали, что Сяхоу Моу убежал в Наньань, и бросились за

ним. А тот укрылся в городе и велел запереть ворота. Молодые военачальники

осадили Наньань; вскоре подошел Чжао Юнь, а за ним и Дэн Чжи. Они десять

дней вели осадные бои, но город взять не удавалось.


В это время пришло известие, что Чжугэ Лян, оставив тыловой отряд в Мяньяне,

армию левого крыла -- в Янцине и армию правого крыла -- в Шичэне, с главными

силами идет к Наньаню. Старейший полководец Чжао Юнь, тангутский

военачальник Дэн Чжи и молодые герои Гуань Син и Чжан Бао отправились к

Чжугэ Ляну и доложили ему о своей неудачной попытке взять город. Чжугэ Лян

велел подать коляску и поехал вместе с ними к городу. Объехав вокруг

городской стены, он вернулся в свой лагерь, вошел в шатер и приказал

стоявшим перед ним полукругом военачальникам:


-- Наньань обнесен высокими стенами и глубоким рвом, взять его нелегко. Но

главное не в этом городе. Если мы задержимся надолго под Наньанем, войска

царства Вэй окружным путем нападут на Ханьчжун, и мы сами окажемся в

опасности.


-- Но ведь Сяхоу Моу -- зять вэйского правителя, -- возразил Дэн Чжи, -- и

поймать его -- все равно что победить сотни военачальников! Неужели оставить

его и уйти?..


-- У меня есть свои соображения -- сказал Чжугэ Лян. -- Эта область на

западе примыкает к области Тяньшуй, а на севере -- к области Аньдин. Вы

знаете, кто их правители?


-- В Тяньшуе -- Ма Цзунь, в Аньдине -- Цуй Лян, -- тотчас же ответили

разведчики.


Чжугэ Лян задумался, затем подозвал одного за другим Вэй Яня, Гуань Сина и

Чжан Бао и дал им указания.


Оставшись в лагере у стен Наньаня, Чжугэ Лян велел воинам собирать хворост и

сено, сваливать их под городской стеной и кричать, что они сожгут город.

Вэйские воины, стоявшие на стене, высмеивали осаждающих и не принимали

всерьез их слов.


Аньдинский правитель Цуй Лян перепугался, когда узнал, что войска царства Шу

осадили Наньань и Сяхоу Моу попал в опасное положение. Цуй Лян собрал четыре

тысячи воинов и решил обороняться. В это время с городской стены стража

увидела одинокого всадника, приближающегося к южным воротам. Всадник еще

издали кричал, что у него секретное дело к правителю области. Цуй Лян

приказал впустить его в город и разузнать, в чем дело.


-- Я один из приближенных Сяхоу Моу, -- объяснил прибывший, -- зовут меня

Пэй Сюй. Сяхоу Моу послал меня в Тяньшуй и Аньдин просить подмоги. Наш

полководец в Наньане ежедневно зажигает на городских стенах огни в надежде,

что кто-нибудь придет на помощь, но все его ожидания оказываются напрасными.

И вот он послал меня. Как только наш полководец увидит, что к нему идут

войска, он выйдет из города и нападет на противника.


-- А у вас есть письмо от Сяхоу Моу? -- спросил Цуй Лян.


Пэй Сюй вытащил из-за пазухи бумагу и протянул Цуй Ляну. Бумага пропиталась

потом, и прочесть ее было почти невозможно. Едва успел Цуй Лян пробежать

глазами письмо, как Пэй Сюй вскочил на коня и помчался в сторону Тяньшуя.


Через два дня разведчики донесли Цуй Ляну, что правитель области Тяньшуй

поднял войско и идет на помощь Сяхоу Моу. Цуй Лян решил посоветоваться с

чиновниками. Многие из них оказали:


-- Если не пойти на выручку Наньаню, зять императора погибнет, а вся вина

за это падет на нас.


Тогда Цуй Лян повел свое войско к Наньаню. Но когда аньдинские войска

находились в пятидесяти ли от города, они подверглись стремительному

нападению отрядов Гуань Сина и Чжан Бао. Цуй Ляну удалось с сотней воинов

бежать обратно к Аньдину, а все его войско рассеялось. Однако войти в город

Цуй Лян не смог: в него полетели стрелы, и военачальник Вэй Янь со стены

закричал:


-- Я взял город! Сдавайся!


Оказалась, что Вэй Янь со своим войском, переодетым в одежды аньдинских

воинов, ночью подошел к Наньаню, и стража, в темноте не разобравшись,

открыла перед ними ворота. Они ворвались в город и овладели им.


Цуй Лян повернул коня и помчался к Тяньшую. И вдруг перед ним развернулся в

линию отряд войск. Впереди этого отряда в коляске под знаменем,

выпрямившись, сидел человек в даосском одеянии из пуха аиста, на голове его

была белая шелковая повязка, в руках -- веер из перьев. Цуй Лян узнал Чжугэ

Ляна.


Повернув коня, Цуй Лян бросился наутек. Его догнали Чжан Бао и Гуань Син.

Воины их окружили Цуй Ляна, и тот понял, что уйти ему не удастся. Он сошел с

коня и сложил оружие. Пленного привели к Чжугэ Ляну, где он был принят как

почетный гость.


-- Отвечайте, правитель Наньаня ваш друг? -- спросил Чжугэ Лян.


-- Да, мы друзья, -- отвечал Цуй Лян. -- Ведь его область граничит с моей.

Зовут правителя Ян Лин, он -- младший брат военачальника Ян Фу.


-- Вы не будете возражать, если я попрошу вас съездить в Наньань и

уговорить Ян Лина прекратить борьбу? -- спросил Чжугэ Лян.


-- Если вы хотите, чтобы я это сделал, отведите свои войска от города и

дайте мне свободно туда проехать, -- произнес Цуй Лян. -- Я попытаюсь

уговорить Ян Лина покориться вам.


Чжугэ Лян приказал войскам отойти от города на двадцать ли и расположиться

лагерем.


Цуй Лян верхом подъехал к стенам Наньаня и крикнул, чтобы ему открыли

ворота. Отправившись прямо в ямынь, где находился правитель Ян Лин, он обо

всем рассказал своему другу.


-- Вэйский правитель был к нам очень милостив. Изменить ему не позволяет

совесть, -- сказал Ян Лин. -- А на хитрость Чжугэ Ляна мы ответим своей

хитростью.


Сопровождаемый Цуй Ляном, правитель Ян Лин отправился к Сяхоу Моу.


-- Что вы собираетесь предпринимать? -- спросил зять императора.


-- Сделаю вид, что сдаю город, -- сказал Ян Лин. -- Они войдут в город, а

мы их здесь перебьем.


Действуя по составленному плану, Цуй Лян вернулся в лагерь к Чжугэ Ляну и

сообщил, что Ян Лин готов открыть ему ворота и выдать Сяхоу Моу. Правитель

Наньаня, мол, и сам бы схватил Сяхоу Моу, да у него нет достаточно храбрых

воинов.


-- Это очень просто, -- произнес Чжугэ Лян. -- Вы возьмете сотню воинов,

которые сдались вместе с вами, и укроете их в городе. Мои воины также

переоденутся в одежды аньдинских, и вы возьмете их с собой, а они устроят

засаду у дома Сяхоу Моу. Договоритесь с Ян Лином, чтобы в полночь открыли

ворота, и я со своими войсками приду вам на помощь.


"Если я не возьму с собой его воинов, Чжугэ Лян, пожалуй, заподозрит меня в

неискренности, -- подумал Цуй Лян. -- Придется взять их и перебить. А потом

мы зажжем для Чжугэ Ляна сигнальный огонь, и как только он вступит в город,

разделаемся и с ним".


Цуй Лян согласился на это требование Чжугэ Ляна.


-- Кроме того, я пошлю с вами своих доверенных военачальников Гуань Сина и

Чжан Бао. Они войдут в город под видом войска, пришедшего на помощь Сяхоу

Моу. Как только вы дадите сигнал, я сам вступлю в город, и мы схватим Сяхоу

Моу, -- закончил беседу Чжугэ Лян.


Наступили сумерки. Гуань Син и Чжан Бао, получив указания Чжугэ Ляна,

облачились в латы и сели на коней. Они смешались с воинами Цуй Ляна и

направились к Наньаню.


-- Откуда войско? -- окликнул их стоявший на городской стене Ян Лин.


-- Подмога из Аньдина! -- крикнул в ответ Цуй Лян, а сам незаметно выпустил

стрелу, к которой было прикреплено письмо:


"Вместе со мной идут два военачальника, которым Чжугэ Лян приказал устроить

в городе засаду, -- говорилось в письме. -- Чжугэ Лян задумал действовать

изнутри и извне. Не подавайте виду, что вы об этом знаете -- пусть они идут

к ямыню, а там мы с ними разделаемся".


Получив это сообщение, Ян Лин показал его Сяхоу Моу.


-- Раз уж Чжугэ Лян попался на хитрость, так надо в ямыне устроить засаду и

перебить всех его людей, -- обрадовался Сяхоу Моу. -- Зажигайте сигнальный

огонь, мы захватим в плен самого Чжугэ Ляна.


Сделав все необходимые приготовления, Ян Лин вновь поднялся на стену и

крикнул страже:


-- Открывайте ворота аньдинским войскам!..


Ворота распахнулись. Гуань Син вошел в город первым. За ним следовал Цуй

Лян, за Цуй Ляном -- Чжан Бао. Навстречу им со стены спустился Ян Лин.

И вдруг свершилось нежданное: взлетела рука Гуань Сина, сверкнул меч,

и Ян Лин рухнул с коня. Цуй Лян бросился назад, но у подъемного моста

путь ему преградил Чжан Бао.


-- Стой, злодей! -- закричал Чжан Бао. -- Неужели ты надеялся обмануть

чэн-сяна?


Удар копья -- и Цуй Лян свалился на землю.


Гуань Син взобрался на стену и зажег сигнальный огонь. Войска царства Шу

лавиной ворвались в город. Сяхоу Моу пытался бежать через южные ворота, но

отряд военачальника Ван Пина преградил ему путь. В первой же схватке сам

Сяхоу Моу был живым взят в плен, а воины его перебиты.


Вступив в Наньань, Чжугэ Лян отдал строжайший приказ войску не брать

у населения ни соринки. Сяхоу Моу посадили под стражу в крытую повозку.


-- Господин чэн-сян, как же вы догадались, что Цуй Лян обманывает? --

спросил Дэн Чжи.


-- Я по его виду понял, что он хитрит, и для проверки решил послать вместе

с ним Гуань Сина и Чжан Бао. Цуй Лян запротестовал бы против этого, если бы

не боялся выдать себя. Но он согласился, думая этим внушить мне доверие. Он

рассчитывал расправиться с Гуань Сином и Чжан Бао, как только они окажутся в

городе, а потом захватить и меня. Я все это предвидел и дал указание Гуань

Сину и Чжан Бао убить Цуй Ляна и Ян Лина прямо у ворот. Наши войска овладели

городом. Короче говоря, враг просчитался.


Восхищенные военачальники почтительно склонились перед Чжугэ Ляном, а он

продолжал:


-- Цуй Ляна обманул один из моих доверенных людей, разыгравший из себя

вэйского военачальника Пэй Сюя. Я ввел в заблуждение и тяньшуйского

правителя, но почему он до сих пор не идет сюда, не понимаю. Придется нам

самим идти брать Тяньшуй.


Оставив военачальника У И охранять Наньань, а Лю Яня -- Аньдин, Чжугэ Лян

послал Вэй Яня на Тяньшуй.


Между тем тяньшуйский правитель Ма Цзунь, узнав, что Сяхоу Моу попал в осаду

в Наньане, созвал на совет гражданских и военных чиновников. Гун-цао Лян

Сюй, чжу-бо Инь Шан и чжу-цзи Лян Цянь высказались первыми:


-- Зять государя Сяхоу Моу -- золотая ветвь и яшмовый лист. Если с ним

стрясется беда, нас накажут за то, что мы сидели сложа руки. Почему вы,

тай-шоу, не спешите ему на выручку?


Ма Цзунь не знал, на что решиться. В это время ему доложили о прибытии

вэйского военачальника Пэй Сюя, близкого друга Сяхоу Моу. Пэй Сюй передал

Ма Цзуню бумагу, в которой было сказано, что Сяхоу Моу приказывает войскам

областей Аньдин и Тяньшуй идти в Наньань. Исполнив поручение, Пэй Сюй

покинул город.


На следующий день примчались гонцы из Аньдина и сообщили, что войска этой

области уже выступили в поход и предлагают присоединиться к ним. Ма Цзунь

стал собираться в поход, но к нему пришел один из военачальников и сказал:


-- Вы, тай-шоу, попались на хитрость Чжугэ Ляна!


Это был уроженец области Тяньшуй по имени Цзян Вэй, сын Цзян Вэня. Отец его

когда-то занимал должность гун-цао и погиб во время одного из восстаний

тангутских племен. Цзян Вэй в детстве много учился. Он глубоко постиг

"Законы войны" и военное искусство, был послушным сыном своей матери, и все

в области очень уважали его.


Ма Цзунь потребовал, чтобы Цзян Вэй объяснил свои слова.


-- Я узнал, что Чжугэ Лян разгромил войско Сяхоу Моу и его самого держит

в Наньане. Город так крепко осажден, что оттуда и вода не просочится.

Подумайте, тай-шоу, как мог Пэй Сюй пробиться через такое окружение?..

Мало того, Пэй Сюй безвестный воин, никто из нас прежде его не видел.

А аньдинские гонцы? Ведь вы поверили им на слово! Нетрудно догадаться, что

все это враги, переодетые в одежду вэйских воинов. Им нужно только выманить

вас из города и захватить его, когда здесь не будет наших войск.


Ма Цзунь точно прозрел.


-- Благодарю! -- воскликнул он. -- Если бы не вы, я пал бы жертвой

коварства!


-- Успокойтесь, тай-шоу! -- произнес Цзян Вэй. -- Я придумал, как схватить

Чжугэ Ляна и избавить Наньань от опасности.


Поистине:


Бывает, что хитрость большая на большую хитрость найдет,

А мудрый расчет разобьется о более мудрый расчет.


О том, что придумал Цзян Вэй, расскажет следующая глава.