Жизнеописание тваренка чубайса

Вид материалаДокументы

Содержание


Тайная вечеря
Эти "люди" наживались на наших "реформах"
Подобный материал:
1   2   3   4   5   6

ТАЙНАЯ ВЕЧЕРЯ


30 апреля 1999 года в Массачусетсе профессор Гарвардского университета Андрей Шлейфер праздновал присуждение ему престижнейшей премии Кембриджа по экономике. Первый тост подняла его жена, Нэнси Циммерман.

"В самом начале нашего века, - сказала она, - Герберт Джордж Уэллс, социальный критик и визионер, автор "Машины времени", выступал против тех, кто считает, что история определяется небольшими подпольными тайными обществами. Историю, как он считал, должны определять открытые тайные общества, которые публично объявляют о своих целях и позволяют любому желающему присоединиться к их деятельности..."

Циммерман остановилась перевести дыхание и окинуть взглядом аудиторию. Помещение было заполнено сильными мира сего: гарвардские профессора, чиновники министерства финансов США и крутые ребята с Уолл-стрит.

"Когда я бросаю взгляд на карьеру Андрея, - продолжила она, - мне становится ясно, что секрет его успеха в том, что он сделался центром одного из крупных подразделений такого открытого тайного общества..."

По залу пронесся смешок. Слушатели пытались понять: шутит Циммерман или она всерьез? Двойная ирония в словосочетании "открытое тайное общество" была очевидна всем присутствующим, кроме, пожалуй, Нэнси Циммерман.

ЭТИ "ЛЮДИ" НАЖИВАЛИСЬ НА НАШИХ "РЕФОРМАХ"










Нэнси Циммерман

Андрей Шлейфер

Бэт Хеберт

Лоуренс Саммерс

Во-первых, в отношении Циммерман и Шлейфера уже шло расследование по организации тайного общества для обмана американского правительства.

А во-вторых, каждый из присутствующих знал, что только тайным сговором можно объяснить присуждение Шлейферу этой премии и медали Джона Бейтса Кларка - второй по значимости премии по экономике после Нобелевской.

Вместе со своим подчиненным и приятелем Джонатаном Хэем Шлейфер за два года до этого был уволен из Гарвардского института международного развития, который управлял в середине 90-х годов большей частью американской помощи России. Ребята были замечены в использовании служебной информации для инвестирования средств в российские предприятия через своих жен и подружек и для спекуляций на фондовом рынке.

Медаль Кларка - это серьезно. И, по идее, люди, которые только что публично были названы бесчестными, не должны иметь с ней ничего общего. Если, конечно, эти люди случайно не имеют влиятельных друзей из руководства министерства финансов США. Но даже и в этом случае "открытое тайное общество" должно было поработать сверхурочно. Для Шлейфера и Хэя усилий не пожалели.

История Андрея Шлейфера и Джонатана Хэя - превосходная иллюстрация к российско-американскому сотрудничеству последнего десятилетия. Американцы богаты и циничны, но слишком неопытны в смысле уголовщины, чтобы знать, как воровать из собственного бюджета. Российские чиновники, с которыми они имеют дело, напротив, о таких преступлениях знают все и, как эксперты, щедро делятся советами. После 40 лет "холодной войны" наконец-то нашлась почва для искреннего сотрудничества русских и американцев.

Институт международного развития - то место, где это сотрудничество расцвело пышным цветом. Институт был основан в 1991 году как логическое продолжение встреч между Шлейфером и его приятелем, гарвардским профессором Джеффри Саксом, с одной стороны, и группой россиян, связанных с расположенным в Лондоне Институтом экономики, - с другой. Последняя группа включала Анатолия Чубайса и Егора Гайдара. 

Сравнительно малоизвестные русские и американские экономисты использовали друг друга, чтобы поднять в родной стране свою популярность и влиятельность до фантастических высот. Сакс и Шлейфер обещали россиянам почти неограниченный доступ к западным деньгам. Чубайс и Гайдар в ответ обещали рекламу гарвардцев как "настоящих помощников России" с единственно верным планом успешного реформирования Советского Союза.

Опираясь на силу рекомендаций Гайдара и Чубайса, Гарвардский институт выиграл государственный контракт в $57 миллионов на управление денежной помощью России. Другие претенденты - известная команда из Стэнфордского университета - были решительно отстранены от "помощи". С середины 90-х годов вся американская политика в отношении России строилась исключительно под контролем маленькой группы гарвардцев, включающей Сакса и Шлейфера, будущего министра финансов Лоуренса Саммерса и Хэя, который сидел в Москве.

С российской стороны клан Чубайса доминировал во внутренней политике, опираясь главным образом на президентские указы, чтобы пропихнуть законодательные инициативы гарвардцев. "Открытое тайное общество", на существование которого так неосторожно намекнула Циммерман, стало реальностью. Поддержанное с одной стороны Гарвардом, а с другой - лондонским институтом, "общество" получило в свое распоряжение миллиарды долларов американских налогоплательщиков.

Если бы американская Фемида всерьез была нацелена на расследование этого дела, то Саммерс, Сакс, Шлейфер и Хэй должны были сидеть рядом на скамье подсудимых. Однако к скандалу они шли разными путями, так же, как разными были их пути в Россию.