Книги по разным темам Pages:     | 1 |   ...   | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 |   ...   | 30 |

— Всумерки, когда солнце садится за дальние холмы и его лучи больше не ласкаютводу, я слышу голос моря. Он говорит мне, что в такой-то день он умрет, но покаон жив, он неумолим. А потом я знаю, что люблю море.

Мерседес Перальта сдавила ладонями еговиски, ее пальцы оплели его голову, — бенито Сантос, — сказала она, — это мужчина, который преодолелсвою вину. Он стар и утомлен. Но даже сейчас он такой же безжалостный, как иморе.

Бенито Сантос приходил к донье Мерседеспять дней подряд. Окончив ежедневный лечебный сеанс, она просила его рассказатьмне свою историю. Он ничего не говорил в ответ, полностью игнорируя меня,— твой джип наулице

— Спросилон, и тут же добавил, не дав мне времени на ответ: — отвези меня, пожалуйста, накокосовую плантацию.

Мы ехали в молчании. Уже достигнувпобережья, я попыталась заверить его, что он может и не выполнять просьбу доньиМерседес.

Он решительно замотал головой,— все, о чем бы онани просила, священно для меня, — сухо произнес он, — я просто не знаю, что говорить, вернее, как говорить обэтом.

Под предлогом доставки кокосов для доньиМерседес я посетила Бенито Сантоса много раз. Мы долго беседовали друг сдругом, но он так и не потеплел ко мне. Он всегда вызывающе сверлил менявзглядом, пока я не отводила глаза. Он совершенно ясно давал мне понять, чтоговорит со мной только потому, что об этом его попросила Мерседес Перальта. Он,конечно же, был таким, как она и описала его, строгим ибезжалостным.

***

Яростно сжимая в руке мачете, БенитоСантос неподвижно стоял под палящим полуденным солнцем. Оно обжигало его спину,изрезанную тростником.

Сдвинув край шляпы, он пристально следилза группой усталых мужчин, бредущих в город по пустым, убранным полям сахарноготростника.

Последние день и ночь все работали безотдыха. Это был последний урожай сахарного тростника. Теперь эту землювыровняют трактора, а затем ее распродадут по частям. Владелец этих полей невыдержал. Как и все другие плантаторы, он был вынужден продать свои владенияКаркасской строительной компании.

Долина превращалась в индустриальныйцентр. Немцы и американцы строили свои фармацевтические лаборатории. Итальянцыпривезли на строительство обувной фабрики своих собственныхрабочих.

—Проклятые иностранцы, — ругнулся Бенито Сантос, сплюнув на землю.

Он не мог ни писать, ни читать, у него небыло профессии. Он был рубщиком сахарного тростника и знал только, какобращаться с мачете. Обтерев длинное лезвие о землю, он вошел во внутреннийдвор гасиенды, свернув к небольшому бунгало, где был расположен кабинетмастера. Толпа рабочих, сидящих в тени крыши, подозрительно смотрела ему вслед,когда он входил в контору.

— Что тебенадо — спросил егомаленький толстопузый мастер, сидящий за серым металлическим столом,— хочешь получитьрасчет — добавил оннетерпеливо, вытирая потную шею аккуратно сложенным белым платком.

Бенито Сантос кивнул. Он был неразговорчиви большей частью груб.

Услышав, что с ним заговорили, он спросиллюбезно: — я слышал,что сахарный тростник повезут на фабрику в город, — пробормотал он, уставившись намассивную шею мастера, которая как тесто выпирала на воротник егонакрахмаленной рубашки, — я однажды ходил на фабрику. Скажи, ты можешь нанять менятуда

Откинувшись на стуле, мастер смотрел наБенито Сантоса сквозь прикрытые веки, — ты живешь где-то здесь, не такли Как ты будешь добираться до города До него, пожалуй, больше пятнадцатимиль.

— Наавтобусе, — буркнуБенито Сантос, глядя украдкой ему в глаза.

— Наавтобусе! —презрительно захохотал мастер, приглаживая тонкие, аккуратно подрезанные усы,— ты прекраснознаешь, что автобус отходит только тогда, когда он полный. Ты никогда не уедешьраньше полудня.

— Уеду,— отчаянно возразиБенито Сантос, — еслиты дашь мне работу, я всегда буду приезжать вовремя. Я прошу тебя.

— Слушай,— прошипел мастер,— я нанимаю любого,кто может рубить тростник, несмотря ни на возраст, ни на опыт. Но яустанавливаю им срок. И это известно каждому, кто работает у меня шестидневку.На заводе и так людей больше, чем надо, — мастер начал перебирать бумагина столе, — неотвлекай меня больше. Я занятый человек.

Бенито Сантос шагнул во внутренний двор,стараясь не наступать на траву, проросшую между камней. Мельница в конце дворавыглядела опустевшей. Он знал, что никогда больше не увидит долинутакой.

Громкий гудок грузовика отрезвил его. Онбыстро шагнул в сторону, поднимая руку в просьбе подвезти его в город. Егоокутало облако пыли.

— Эй,Бенито, пройдись пешком, — крикнул кто-то из машины.

Пыль осела, а он еще слышал крики и смехрабочих на грузовике. Его пальцы сдавили рукоятку мачете. Он натянул шляпу наброви, прикрыв глаза от яркого солнца и слепящей голубизны неба.

Он не пошел в город по широкой дороге.Бенито Сантос шагал по пустынным полям, узкой пыльной тропой, ведущей к южнойокраине города, где находился субботний открытый рынок.

Он медленно брел по тропе, ощущая в одномбашмаке дыру, а в другом хлопающую подошву, поднимавшую пыль перед ним. Времяот времени он отдыхал в прохладной тени манговых деревьев, удрученнорассматривая мимолетные зеленые очертания ящериц, которые стремительно носилисьвзад и вперед между кустов.

Было послеобеденное время, когда оннаконец добрался до рынка.

Площадь бурлила людьми. Торговцы, с ужеохрипшими голосами, расхваливали товар с тем же энтузиазмом, какой онипроявляли и рано утром. Покупатели, в основном женщины, бесстыдно торговалисьза цену. Бенито Сантос проходил мимо лотков португальских фермеров, которыеломились под увядающими овощами; мимо мясных и рыбных рядов, вокруг которыхроились мухи, а шелудивые собаки с бесконечным терпением дожидались кусочкамяса, упавшего на землю. Он улыбнулся, увидев наемных мальчишек, стоявших зафруктовыми лотками. Они потихоньку подкладывали гнилые фрукты в бумажные пакетывместо тех, что выбрал покупатель.

Он позвенел монетами в своем кармане,своей шестидневной зарплатой, размышляя, купить ли ему продуктов для женыАльтаграции сейчас или немного позже, — позже, — сказал он вслух. Имеласьвозможность сторговаться повыгоднее под конец распродажи.

— Покупайпродукты, пока у тебя еще есть деньги, — крикнула ему старая женщина,которая немного знала его, — бобы и рис не станут дешевле.

— Толькоженщины ждут послеобеденной торговли, — поддразнил его продавец, делаянепристойный жест своим тазом.

Бенито Сантос яростно оглядел смеющиесялица разносчиков лебанессы, стоявших за броскими лотками с рекламой дешевойодежды, поддельных драгоценностей и духов. Гнев вздул жилы на его висках, мышцына шее напряглись. В уме вновь возник унизительный инцидент в кабинете мастера.В ушах зазвенел презрительный смех рабочих на грузовике. Мачете сверкнул в егоруке. С огромным усилием он повернулся и зашагал прочь.

Холодный пот выступил на теле. Во рту былосухо. В желудке возникла неприятная дрожь, хотя он не был голоден. Надо сейчасже достать ром, решил он. Не дожидаясь прихода домой. Ему был нужен ром, чтобырассеять гнев, рассеять его уныние, его подавленность.

Он целеустремленно направился кцентральному выходу рынка, где грузовики и вьючные обозы ожидали разгрузкипродуктов. Он пересек улицу и, войдя в небольшой темный магазин на углу, купилтри поллитровые бутылки дешевого рома.

Он сел в тени дерева, разглядываягрузовики и ослов, стараясь не упустить момент, когда торговцы начнутрасходиться. Довольно вздохнув, он прислонился к дереву и, сняв шляпу, вытеррукавом пот и пыль с изможденного лица.

Открыв бутылку, он опустошил ее однимдолгим глотком. Мало-помалу ром притупил напряжение в его желудке, успокаиваяболь в натруженной спине и усталых ногах. Он улыбнулся. Смутное чувствоблагополучия зашумело в голове. Да, задумался он, лучше сидеть здесь,наслаждаясь ромом, чем идти домой и слушать непрерывные придирки Альтаграции.Пусть он немного успокоился, но это будет больше, чем он сможетвынести.

Сквозь усталые веки Бенито Сантосразглядывал людей, собравшихся в круг возле ворот рынка. Это была толпа,которая каждую субботу приходила сюда из ближайших деревень биться об заклад напетушиных боях. Его сонный взгляд остановился на двух мужчинах, которые сиделипод деревом прямо напротив него. Он совершенно не интересовался петушинымибоями, однако его внимание привлекли два петуха в руках мужчин. Ониотскакивали, взлетая и опускаясь, поминутно приседая на своих крепкихногах.

Странным мягким жестом мужчина взъерошилперья птиц и толкнул их друг к другу, возбуждая их боевой дух.

— Этаптица прекрасно выглядит, — сказал Бенито Сантос человеку, который держал темного петуха сзолотистыми перьями.

— Так онои есть, — охотносогласился мужчина, —после обеда ты увидишь ее в последней драке. Лучших птиц берегут для последнегобоя, — гордо добавилон, разглаживая перья петуха, — ты можешь смело ставить на него. Сегодня он будетпобедителем.

— Тыуверен — небрежноспросил Бенито Сантос, вынимая другую бутылку из своего бумажного пакета. Онсделал долгий глоток, затем пробрался сквозь толпу возбужденных мужчин, сидящихвокруг песочной ямы. Они отодвигались, не глядя на него. Их глаза былинаправлены в центр арены, где птицы сцепились в смертельнойсхватке.

— Вашиставки! Джентльмены, ваши ставки! — крикнул мужчина, и его голос на миг успокоил шум толпы,— ваши ставки напоследнюю драку! На настоящую драку!

Мужчина жадно меняли свои грязные банкнотына цветные фишки, которые обозначали сумму ставок.

— Тыуверен, что твой петух сегодня выиграет — спросил Бенито Сантос владельцаптицы с золотистыми перьями.

— Онуверен! — воскликнулмужчина, восторженно целуя алый гребешок.

— Боишьсяпоставить на кон, Бенито Сантос — спросил его один из парней, который работал с ним эту неделю,— лучше иди и купиеду для своей старухи, если не хочешь скандала сегодня вечером, — насмешливо добавилон.

Бенито Сантос сгреб фишки и без колебанийпоставил все свои заработанные деньги на петуха с золотистыми перьями. Онверил, что удвоит свой капитал. Тогда он купит не только рис, но и мясо, и дажером. А может быть даже хватит денег на то, чтобы купить сыну его первую парубашмаков.

Бенито захлестнуло волнение зрителей, он,как и все, одобрительно закричал, когда владельцы подняли своих птиц высоко надголовами. Они сосали острые, смертельные шпоры на ногах петухов, доказывая, чтоони не отравлены. Мужчины бормотали что-то ласковое своим птицам, а затем покоманде судьи положили их в центр песочной ямы.

Бойцы гневно оглядывали друг друга, но отбоя пока воздерживались. На них опустили плетеные клетки. Толпа кричала,возбужденно подбадривая птиц на драку. Петухи дрожали от ярости, их оперениепод бритыми, налитыми кровью шеями, распустилось.

Клетки подняли. Петухи прыгнули друг надруга, умело избегая ударов клювами и крыльями. Но вскоре они сцепились всмертельном взрыве бешеных взмахов крыльев, ударов головой и ногами. Белыеперья петухов покраснели от крови из своих ран и глубоких порезов на шеяхпротивников.

Бенито Сантос молчаливо молился за птицу,на которую он поставил. По сигналу судьи из ямы убрали петухов с открытымиклювами и тяжелым дыханием. С нарастающей тревогой Бенито Сантос смотрел навладельца птицы с золотистыми крыльями, который дул на раны. Он что-то говорил,успокаивая петуха.

По команде судьи птиц вновь поставили вцентр круга. Белокрылая птица тут же совершила прицельный прыжок, запустившпоры в шею своего противника. Ликующий крик петуха нарушил безмолвие зрителей.Петух с золотистым оперением упал замертво.

Бенито Сантос горько улыбнулся, затемзахохотал, стараясь сдержать свои слезы, — по крайней мере у меня осталсяром, — прошептал он,допивая остатки второй бутылки. Дрожащими пальцами он вытер подбородок и, выйдяиз толпы, направился к холмам. Пустые тростниковые поля тянулись вдаль, сверкаяв ярком послеполуденном солнечном свете. Желтая пыль на дороге, поднятая егобашмаками, прекрасным золотым порошком оседала на его руки.

Он медленно взбирался на крутой холм. Гдебы ни было дерево, он сворачивал с пути и отдыхал в его тени.

Он откупорил последнюю бутылку и сделалглоток. Ему не хотелось видеть свою жену. Он не выносил взгляда ее обвиняющихглаз. Бенито обвел глазами холмы вокруг себя, его взор остановился на зеленомоткосе по другую сторону дороги. Там была ферма генерала высшего ранга изправительства.

Бенито Сантос глотнул еще. Ром наполнилего смутной надеждой.

Возможно, ему дадут работу на ферме. Онмог бы подрезать сочную, зеленую люцерну, которая выращивалась специально длялошадей. Черт! У него хватит умения! Подумал он. Бенито Сантос — рубщик тростника. Резатьтростник или люцерну — какая разница. Он может даже попросить аванс. Совсемнемного.

ишь бы купить риса и бобов.

Он взбежал на холм и по недавнопроложенной дороге направился к генеральской ферме. Он был так возбужденвозможностью получить работу, что даже не заметил двух солдат у широко открытыхворот.

— Тыдумаешь, куда идешь — остановил его один из них, указывая винтовкой на знак у дороги,— читать умеешь Тебенельзя пересекать эту линию. Это частная дорога.

У Бенито Сантоса с каждым вдохом в горлеросла обида. Он переводил взгляд с одного солдата на другого, затем обратилсяко второму, который прислонился к крупному валуну около знака. Он выгляделпостарше и казался более дружелюбным, — я отчаянно ищу работу,— прошепталон.

Солдат молча кивнул головой, его глазаостановились на жестких черных волосах Бенито Сантоса, которые вылезли сквозьпорванную соломенную шляпу. Его поношенные подвернутые брюки и рубашка цветахаки влажно липли к его высокому, исхудавшему телу, — здесь ты не получишь работы,— дружелюбно сказалон, — во всякомслучае, здесь нет никого, кто мог бы нанять тебя.

— Нокто-то же должен был остаться с лошадьми, — настаивал Бенито Сантос,— я мог бы помогатьему. Хотя бы пару часов в день.

Часовые переглянулись, а затем, пожавплечами, проказливо улыбнулись.

— попросиГермана, он отвечает за лошадей, — сказал мужчина помоложе, — возможно, он поможеттебе.

На миг Бенито Сантосу показалось, чтосолдаты смеются над ним. Но он чувствовал себя слишком признательным за ихзаботу о нем. Боясь, что они могут изменить решение и прогнать его, он поспешилк холму по прямой мощеной дороге.

Pages:     | 1 |   ...   | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 |   ...   | 30 |    Книги по разным темам