Горный мир Кубани

Вид материалаДокументы

Содержание


Иль и Адагум: сокровища без оправ!
Подобный материал:
1   2   3   4   5   6   7   8   9
^

Иль и Адагум: сокровища без оправ!


 

автор материала Тихомиров В.Р.
 

ссылка скрыта

 

Лес зазвенел, застонал, затрещал
 


Н. А. Некрасов

 

 

Река Иль, следующий к западу после Афипса крупный приток Кубани, зарождается, подобно Урупу, не на Главном Кавказском хребте, а на северных склонах параллельного ему и расположенного рядом с ним хребта Дерби. Этот хребет имеет двенадцатикилометровую длину и простирается в широтном направлении от долины Убина, притока Афипса, до долины Хабля, принадлежащего к бассейну Адагума. Участок Главного Кавказского хребта между верховьями Убина и Хабля имеет с юга вид пятизубой белоскальной пилы —это гордый красавец Папай, Несмотря на свои врезающиеся в память очертания, он несколько уступает невыразительному хребту Дерби по высоте: вершина Главный Папай поднимается над уровнем моря на 819 м, тогда как высшая точка хребта Дерби —вершина Убин-Су имеет высоту 879 м. На северных склонах хребта Дерби, покрытых изреженными порубками дубовыми лесами, на фоне которых темнеют одиночные сосны, зарождаются речки Грузинка и Сосновка. Сливаясь, они образуют Иль.

Ландшафтной жемчужиной бассейна Сосновки является невысокая (710 м) вершина Митридат, расположенная к северу от хребта Дерби и соединенная с ней неглубокой перемычкой. Вершина этой горы увенчана скальным массивом, приютившимся в тени сосен и напоминающим своими очертаниями громоздкий дредноут времен первой мировой войны. Спускающийся от него на север гребень украшен прерывистой цепочкой монолитных скал и нагромождений валунов, также находящихся в тени деревьев и окруженных зарослями азалии, а у подножия этого гребня с западной стороны расположен огромный трехступенчатый Наташкин водопад. Струя воды вырывается из каменного жерла, имеющего вид косых скобок, начертанных резкими взмахами пера.

Вершина Митридат возвышается над восточной границей бывшего Боспорского царства, которое простиралось по обеим сторонам Боспора Киммерийского — пролива, соединяющего Понт Эвксинский (Черное море) с Меотийским озером (Азовским морем). Оно включало в себя Керченский полуостров и западную оконечность нынешнего Краснодарского края и было вассалом другого царства — Понтийского, расположенного на северных берегах Малой Азии.

Один из правителей Понтийского царства — Митридат VI Евпатор обладал недюжинными талантами государственного деятеля, был отважным человеком. «Митридат, царь Понта и Вифинии,— рассказывает Гриммельсхаузен в своем «Симплициссимусе»,— властвовал над народами, говорящими на двадцати двух языках, и мог всем и каждому порознь оказать справедливость на их наречии».

Созданная Евпатором Черноморская держава практически включала в себя все побережье и была опаснейшим врагом Рима, стремившегося к мировому господству. Эпоха Митридата отразилась в ряде географических названий Крыма и Кавказа: город Евпатории (ныне Евпатория), гора Митридат в центре города Керчи (холм бывшего акрополя Пантикапеи, столицы Боспора) и, наконец, гора Митридат в верховьях Иля, украшавшая восточную границу Боспорского царства.

Полтора десятка лет тому назад путь к подножию Митридата и Наташкиному водопаду пролегал в верховьях Сосновой щели по руслу реки, изобилующему живописными мелкими водопадами и завалами из крупных камней и стволов деревьев. Потом здесь провели лесовозную дорогу к самому Наташкиному водопаду и сровняли с землей все эти живописные каскады. Собственно говоря, только потому уцелели такие жемчужины природы, как водопады Пшадские, Наташкин, что они сумели постоять сами за себя — их уничтожение оказалось не под силу строителям лесовозных дорог. Но теперь многие из этих водопадов (как, например, Папайские и Наташкин) низвергают свои потоки в места, до предела изуродованные человеком,— пласты безжизненной земли, перемежающиеся с «неликвидами» (так на языке лесорубов именуются неубранные стволы мертвых деревьев).

Тягостно видеть водопад с известным именем, низвергающийся между склонов ущелья, сплошь заваленных пнями, или вход в знаменитую пещеру на горном склоне, полностью оголенном лесоразработками.

Легко представить себе хорошую книгу без роскошного переплета. Шедевры живописи остаются таковыми и вне золоченых рам. Но есть сокровища, которые невозможно вообразить себе без оправы. Это уникальные памятники природы — скалы, пещеры, ущелья, водопады, некоторые вершины, которые должны оставаться в зеленой оправе леса, неприкосновенной при любом выборе стратегии эксплуатации лесных богатств.

На склонах Митридата, опустошенных вырубками, угадываются очертания полян, названия которых связаны со смутными обрывками легенд, относящихся к гражданской войне (поляна Самострел, поляна Вызова). Рассказывают, что бойцы небольшого партизанского отряда, базировавшегося на поляне, натягивали на этом месте веревку, ведущую к спусковому крючку винтовки. Задевая во мраке ночного леса эту веревку, незваные гости (пешие или конные) сами — против своей воли — давали сигнал тревоги. О поляне Вызова рассказывают как о месте встречи парламентеров воевавших сторон. Сквозь ветви сосен с вершины Митридата на горе, расположенной к северу, видно ослепительно сверкающее, громадное белое пятно. Это карьер, в котором добывается строительный камень, устроен на вершине Медвежьей горы, что стоит у слияния Грузинки и Сосновки. Любителям путешествий жалко, конечно, этой вершины, на склонах которой в начале существования карьера были грандиозные осыпи и скалы — любимое место тренировок альпинистов и горных туристов, а сейчас с леденящей душу правильностью нарезаны отвесные уступы террас, по которым снуют машины. Но строительный камень нужен людям, и место для карьера, несомненно, выбрано правильно: вот уже два десятилетия непрерывный поток самосвалов и вагоны узкоколейки, проложенной до станицы Дербентской, что прижалась к крутым бокам Медвежьей горы, уносят камень с этой вершины, а размеры горы все еще не изменились ощутимым для глаза образом! Ясно, что этот карьер еще не одно десятилетие послужит людям. К сожалению, могут быть приведены и иные примеры.

...Был рядом с поселком Чибий великолепный экскурсионный объект — гора Известковая. Расположенная неподалеку от хребта Пшаф (к северу от него), она была главным украшением всего пейзажа и панорамным пунктом, позволяющим наблюдать огромные пространства кубанской равнины и хребет Пшаф почти на всем его протяжении. Маленькая, но с характерными очертаниями, она имела две скальные стены, бывшие излюбленным местом для тренировок по скалолазанию (как говорят альпинисты, скальной лабораторией). Но вот здесь сделали карьер по добыче строительного камня (что было не оправдано экономически из-за малых размеров горы), и Известковая была уничтожена в рекордно короткий срок.

Печальный опыт с этим памятником природы показывает, что под угрозой находятся также уникальные вершины в Краснодарском крае, которые надлежит во что бы то ни стало сохранить. Имеются сведения, что создание карьеров угрожает таким прекрасным вершинам, как Папай, Индюк и другие. Мне самому приходилось встречать на папайских склонах «разведчиков», изучавших перспективы использования этого скального массива в промышленных целях.

В 6 км ниже станицы Дербентской, при выходе реки Иль из обрамления гор, расположен поселок Ильский. Он находится в пределах Ильско-Холмского нефтеносного участка, размеры которого приблизительно 11X13 км. Здесь ведется интенсивная добыча нефти. Днем и ночью под ажурными вышками слышится прерывистый клекот станков-качалок, высасывающих эту драгоценную жидкость из недр земли. В балках и щелях близ поселка Ильского, а также на берегах самого Иля имеются выходы серных источников.

На территории Ильских нефтяных промыслов было раскопано древнесиндское городище, относящееся к каменному веку. Здесь было обнаружено огромное количество кремневых орудий (сверла и скребки), а также костей животных. Часть этих находок экспонируется в Краснодарском музее..

Пройдя 47 км, Иль сбрасывает свои воды не в русло Кубани, а в ее левобережную пойму, так как берега Кубани здесь приподняты над поймой.

Адагум — последний крупный левый приток Кубани, впадающий в нее через лиман Куркуй близ станицы Варениковской. Выше этой станицы на Адагуме расположен ряд населенных пунктов, в том числе город Крымск, выросший из станицы Крымской, которая была образована в 1862 году рядом с крепостью, построенной Крымским пехотным полком. Крымск широко известен во всей стране продукцией Крымского консервного комбината.

Зарождается Адагум на северных склонах хребта Маркотх, по северо-западной части которого проходит водораздельная линия Большого Кавказа. Этот невысокий хребет, только две вершины которого превышают 700 м, простирается в юго-восточном направлении вдоль берега Черного моря: у его южного подножия расположены города Новороссийск и Геленджик. Легкие перевалы: Неберджаевский, Маркотхский, Андреевский, Кабардинский— ведут через Маркотх из бассейна Абина, притока Адагума, к Черноморскому побережью. В районе реки Скобидо, также принадлежащей бассейну Абина, водораздельная линия Большого Кавказа переходит на хребет Коцехур, простирающийся до реки Пшады. Через него из бассейна Адагума к Черному морю ведут другие миниатюрные транскавказские перевалы, из них особенно удобен Бабичевский (303 м),

Адагум имеет разветвленную сеть многочисленных притоков, среди которых наиболее значительны Неберд-жай, Баканка, Псебепс (левые) и Абин и Сухой Аушедз, впадающие оправа. Сухой Аушедз в свою очередь имеет большой приток — Хабль.

Неберджай и Баканка впадают в Адагум в его верховьях, в пределах кавказских предгорий, имеющих здесь вид невысоких холмов. На реке Неберджай построено Неберджаевское водохранилище длиной 9 км и шириной 1 км, из которого осуществляется снабжение водой Новороссийска, расположенного по другую сторону Маркотха. В верховьях Баканки находится пересекающий водораздельный хребет Кавказа железнодорожный туннель на линии Краснодар—Новороссийск.

Самый большой приток Адагума — Абии: его длина 81 км. На протяжении 55 км, вплоть до города Абинска, долина Абина имеет черты типичного горного ландшафта.

Абин берет начало у подножия горного узла, в котором водораздельная линия Большого Кавказа сходит с хребта Коцехур и переходит на перемычку, ведущую к западной оконечности Папайской пилы.. В горной долине Абина расположены поселок Малогреческий, станицы Эриванская, Шапсугская. Здесь последние к западу большие скопления дольменов, которые, однако, сильно разрушены, ибо в долине Абина они сильнее, чем в других местах горного Закубанья, использовались для «добычи» строительного материала во время возникновения станиц. В станице Шапсугской, например, большое количество дольменов пошло на фундамент строившейся там церкви — характерный пример клерикального обскурантизма.

Крупнейший приток Абина — Адегой имеет в свою очередь большой приток Альдеби, вверх по которому идет дорога к уже упоминавшемуся Бабичевскому перевалу на Коцехуре. Она набирает высоту почти незаметно, так что последний десяти-пятнадцатиметровый взлет к окну этого, что ни говори, транскавказского перевала воспринимается как весь подъем. Ведет Бабичевский перевал в долину Адербы, которая, сливаясь с Мезыбью, впадает в Черное море близ села Дивноморского (это несколько обезличенное наименование пришло на смену характерному и исторически сложившемуся названию «Фальшивый Геленджик»).

В 3—4 км ниже станицы Шапсугской река Абин стискивается стенами узкого ущелья, сложенного из верхнемеловых известняков. Здесь она пересекает Передовой хребет Кавказских гор, который называется в этой части Кавказа хребтом Шизе. Высота этого хребта достигает 539 м.

Растительность долины Абина очень богата и разнообразна. Ее представляют дуб, бук, вяз, ясень, клен, дикие яблони, лесная груша, алыча (заброшенные черкесские сады), иногда встречаются хвойные участки леса. Скалистые обнажения и обширные поляны (особенно на участке Шапсугская — Абинск), представляющие собой яркие цветущие луга, осветляют долину Абина, придавая ей какой-то веселый, зовущий приобщиться к ее далям вид. Широколиственные леса Адегоя, покрывающие и правый борт его долины, то есть северный склон Мар-котхского хребта, резко контрастируют с его пустынными южными склонами, обращенными к морю. Их поверхность покрыта белесыми обнажениями мергеля, способного тонко слоиться; местные жители называют эту горную^ породу «трескуном». Он кое-где прикрыт колючим кустарником (держидерево, боярышник, арабин-ник, барбарис и др.) и являет собой довольно безрадостную картину, оживляемую лишь виноградными плантациями у подножия: после своего разрушения мергель — прекрасная почва для лучших винных сортов. В послевоенные годы была осознана необходимость восстановления лесов на юго-западных склонах Маркотха, ибо только лес мог бы здесь остановить эрозию почв, смягчить климат, снизить разрушительную силу боры — свирепого новороссийского норд-оста. Попытки культивировать здесь дуб, ясень, белую акацию, грецкий орех, кипарис, сосну обыкновенную, начавшиеся с 1948 года, не имели успеха — деревья не приживались. Затем было найдено оптимальное решение — сосны крымская, пицундская и в особенности эльдарская, семена которой были завезены из Грузии. С 1960 года в бой с маркотхской полупустыней вступила новая мощная техника, которая нарезает на мергельных склонах четырехметровые террасы и затем рыхлит на них «трескун» по нескольку раз в лето, чтобы ускорить процесс почвообразования. И скоро над улицами Новороссийска, Кабардинки и Геленджика протянется единый темно-зеленый пояс хвойного леса.

Богат и животный мир абинской долины. Здесь водятся косули, бурые медведи, дикие кабаны, куницы, лисицы. Много енотовидной собаки, завезенной на Кавказ из Уссурийского края и прекрасно прошедшей акклиматизацию. Этот пушистый зверек селится в норах крутых берегов водоемов и питается лягушками, рыбой, червями. Он незлобив и доверчив, его приручение не составляет труда. Ареал енотовидной собаки сильно расширился, но ее поголовью, к сожалению, существенный ущерб наносят браконьеры.

Между истоками Абина и Убина, в складках Водораздельного хребта Большого Кавказа, притаились истоки Хабля, горной речки, один из рукавов которой впадает в Сухой Аушедз, а второй — пересыхающий — в плавни кубанской долины. Длина Хабля — 54 км, и большую часть этого пути он проходит, извиваясь среди гор. На его берегах, покрытых ивняком, раскинулись уютные пляжи из галечника, с которых сквозь прозрачную воду Хабля видно его чистое дно.

Иначе выглядит река при выходе из поселка Холмского, который стоит на ней в начале горной части ее долины. Вода со спектром неприглядных оттенков и гаммой неароматических запахов, берега превращены в карьеры по добыче гравия, в русле реки регулярно моют автомашины и тракторы, ивовое редколесье усиленно вырубают на хозяйственные нужды. На берега реки выходят задворки огородов жителей поселка, и с них к самой воде сбрасываются горы мусора.

Нужно срочно защитить горные притоки Кубани от такого непростительно расточительного отношения. Ведь загрязнение воды ведет к уничтожению всего живого в ней, а выемка гравия и истребление растительности на берегах рек приводит к усилению глубинной эрозии — разрушению, размыву берегов.

В верховьях Хабля лежит Арочный перевал, ведущий на южные склоны Большого Кавказа, в долину реки Папай, притока реки Пшады. Пшада — одна из самых красивых рек Русского Причерноморья. На ней и на ее притоках, стекающих в нее с восточных и юго-восточных склонов Коцехура и горного узла Обляго,—Невообразимое множество водопадов, среди которых немало крупных. Особенно славятся ими Рогачева, Широкопшадская, Горлянова и Дровяная щели на склонах Коцехура и ущелье реки Кочкары, а также Адамова щель — на склонах Обляго.

С востока окно Арочного перевала ограничивает западная оконечность Папайской пилы. Красавец Папай— вершина, уникальная в трех отношениях. Во-первых, потому что это — чудо естественной архитектуры. Во-вторых, потому что Папай — самая западная из всех скалистых вершин Кавказа: если Фишт — форпост кавказских вечных снегов, то Папай — форпост кавказских скальных массивов. А в-третьих, Папай был исключительно интересен контрастами своей флоры: могучие дубовые леса на его северных склонах соседствовали с тремя (!) видами можжевельника на южных. Тот, кто захотел бы сегодня насладиться этим контрастом, не обнаружит на Папае дубовых лесов.

Необходимо, чтобы кольцо леса окружало каждый водопад, каждую скалу из числа занесенных в реестр памятников природы, пробуждая у посетителей чувство высокого уважения к этим памятникам. Без такой зеленой оправы бесполезны любые аншлаги. Что значит начертанный на аншлаге словесный призыв к бережному отношению к природному объекту, если рядом громоздятся «неликвиды», обрывки тросов и нарытые мощной техникой груды желтой глины, когда налицо неуважение в действии, неуважение воинствующее!

Слов нет, в Краснодарском крае, являющемся поистине музеем всех ландшафтных и климатических зон, какие только можно встретить в нашей стране, ведется интенсивная и разнообразная работа по охране, изучению и обогащению ландшафтов. Помимо Кавказского государственного биосферного заповедника на его территории создано 20 постоянных и временных заказников. Общая площадь этих резерватов огромна — она превышает 800 тысяч гектаров, но это составляет лишь около 10 процентов территории края. И огромное количество ценнейших памятников природы «по эту сторону» заповедной ограды остается на положении бесхозных. Защитить их от пагубных последствий нарушений ленинских принципов рационального природопользования, а также от человеческой эрозии (увы, сегодня в науке бытует такой термин), причиняемой нарастающим туристским потоком, — наша неотложная, священная задача. Ведь, как говорил замечательный французский ученый, герой Парижской коммуны Элизе Реклю, «география— отнюдь не нечто неподвижное, она творится и перестраивается ежедневно, она изменяется ежеминутно в силу деятельности человека»..

* * *

Мы провели читателя по горной части долин истоков Кубани и всех основных ее левых притоков, начиная, как правило, от мест их рождения и до выхода из гор на равнину. Доходя до границы гор, мы обычно расставались с ним, лишь очень бегло и конспективно упоминая о том, что увидит он в нижней, равнинной части долин (ибо нашей целью было рассказать лишь о горном Закубанье). Следуя этому подходу, мы проделали путь от склонов Эльбруса до западной оконечности Кавказа, где его горные цепи невысокими холмами, теряющимися на плоскости (как обычно в кавказоведческой литературе именуется равнина), сбегают к Анапе и Темрюку. И здесь мы окончательно расстаемся с читателем, желая ему увидеть своими глазами неповторимый горный мир Кубани.