Ii. Язык как орудие культуры

Вид материалаДокументы
§ 2. Названия улиц
Рязань, весна 2000
Подобный материал:
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   15

§ 2. Названия улиц



Итак, вы стоите на перекрестке. Первое, что вы увидите, - это названия перекрещивающихся улиц.

Культурологическая семантика названий улиц и их влияние на формирование культурного фона и м и р о в о з з р е н и я человека достаточно изучены специалистами по топонимике и настолько очевидны, что этот вопрос можно подробно не обсуждать. Остановимся на нем кратко.

История России в ХХ веке дает прекрасные (с точки зрения лингвистической) и одновременно отвратительные (в плане культуры, этики, морали) примеры в этой сфере. Революция 1917 года переименовала, по словами А. Синявского, весь мир: глава о советском языке в его книге имеет именно такой подзаголовок: «Переименованный мир» - «The Renamed World» 1. Переименовывались города, области и, конечно, улицы.

Улицы получали названия, знаменующие события или реалии новой жизни, в первую очередь увековечивающие деятелей и героев революции - как русской, так и других народов. В результате сложился некий «обязательный набор» для населенных пунктов СССР: центральная улица в абсолютном большинстве городов и поселений всех размеров - это улица Ленина. Центральная площадь - тоже, как правило, Ленина (и с памятником в центре), но возможны были и героически-возвышенные варианты: площадь Свободы, Победы. В каждом городе были (а во многих есть и сейчас) переименованные в первые годы советской власти улицы Розы Люксембург, Карла Либкнехта, Урицкого, Маркса, Энгельса, иногда Маркса-Энгельса, Красноармейская, Советская.

По этому поводу было немало шуток: «Большая Пионерская, бывшая Малая Дворянская», «тупик Х партсъезда». Помню всеобщую негативную реакцию, когда в 1967 году Манежную площадь в Москве переименовали в площадь 50-летия Октября.

Перестройка, то есть 90-е годы нашего века, вызвала пере-переименования: иногда восстановление старых названий (в том числе «Лубянка», приобретшая в советское время отрицательные коннотации: КГБ почему-то ассоциировалось с Лубянкой, а не с площадью Дзержинского), иногда введение новых.

Оба процесса - и переименования, и пере-переименования - несут значительную культурно-идеологическую нагрузку и, несомненно, создают определенный культурно-идеологический мир, определенную систему ценностей для тех поколений, которые приходят в этот мир без груза прошлых названий и, соответственно, прошлых миров и систем.

Несколько примеров (из материалов Оксаны Ксензенко), иллюстрирующих культурные, психологические, идеологические сложности процессов пере- и пере-переименования.

Киев, 1994

– Вы не подскажите, как пройти к площади Незалежности? – спрашиваем мы у пожилого человека.

– К площади Революции? – переспрашивает он.

– Нет, к площади Незалежности, – отвечаем мы, не догадавшись, что он настаивает на старом нзвании.

– Тогда я вам не скажу, – был ответ.

Рязань, весна 2000

В результате частой смены названий улиц и площадей и изменения городских властей в городе появились таблички, на которых одна под другой расположены надписи: пл. Ленина/Соборная пл.

Процессы переименования интернациональны, не одна Россия грешит ими. Краткий визит на интереснейшую лингвистическую конференцию в Салоники дала следующий материал переименований, имевших место после провозглашения Греции республикой. Центральные улицы Салоников называются: Ethnikis aminis - Национальной обороны (бывшая улица Королевы Софии), Ethnikis anoistasseos - Национального сопротивления, Angelaki - по имени военного генерала, Nikis - Победы, Tritis Septemvriou - Третьего сентября, Leoforos Stratou - Проспект Армии. В целом же названия улиц в Салониках увековечивают имена святых, деятелей и героев Древней Греции и Византии, события и героев борьбы за независимость Греции.

Интересный материал дают названия улиц в США. Эта уникальная по своей истории и по своему происхождению страна не росла постепенно и не складывалась в течение многих сотен лет естественным путем. Европейские, азиатские и подавляющее большинство других стран росли в войнах, захватах, потерях, а потому стихийно и хаотично. США, в отличие от них, были построены (за какие-то двести с небольшим лет) людьми, которые приехали в Америку в поисках лучшей жизни, чем та, которую они оставили на родине. Отверженные, обиженные, разочаровавшиеся, они поехали за «американской мечтой», поехали строить более разумный, доброжелательный, справедливый и прекрасный мир, чем тот, который их отверг, обидел, разочаровал. Вот почему названия улиц в Америке или 1) нарочито рациональны и прагматичны: пронумерованные «стриты» и «авеню», как параллели и меридианы, сразу указывают на местоположение в мегаполисе; или 2) приятны на слух, поэтичны, привлекательны: Cherry Creek [Вишневый ручей]; Cherry Hill [Вишневый холм]; Birch Grove [Березовая роща]; Myrtle Ave [Миртовая авеню]; Cliffside Park [Скалистый парк]; Sunset Boulevard [бульвар Закатов] и т. п.

Вспоминается эпизод из нашей относительно недавней действительности. Под Новосибирском построили Академгородок - город ученых, интеллигентов, интеллектуалов (представляющих почти исключительно естественные, точные и технические науки). Эти романтики-идеалисты решили, что им все можно, и назвали главную улицу Академгородка красиво и необычно: Золотая Долина (сразу вспомнилась Солнечная Долина в Америке с ее серенадами и т. п.). Но это было советское время с его жесткой идеологией, порядком, своей системой ценностей. Поступило указание: переименовать главную улицу в ул. Ленина, как положено. Разразился скандал. Физики-математики бурно протестовали и отстояли Золотую Долину, но в несколько изуродованном виде. Компромисс, на который согласились официальные круги Новосибирска и жители Академгородка, выглядел и звучал неуклюже и громоздко: улица Золотодолинская (ср.: Красноармейская, Крестовоздвиженская).