Автореферат диссертации на соискание ученой степени

Вид материалаАвтореферат диссертации

Содержание


Гуреев Сергей Александрович
Общая характеристика диссертации
Степень научной разработанности темы исследования.
Объектом исследования
Предметом исследования
Теоретическая и методологическая база исследования.
Научная новизна работы
Практическая значимость результатов исследования.
Реализация и апробация результатов исследования.
Основное содержание диссертации
Первая глава «Сотрудничество прикаспийских государств (историко-правовой аспект)»
Проблема определения правового статуса Каспийского моря и развитие международного экономического сотрудничества прикаспийских го
Основные положения диссертации нашли отражение в опубликованных автором статьях
Подобный материал:


На правах рукописи



УДК 341.225:339.92(47+57)

ББК 67.412.1

Х 227


ХУРЧАК Николай Михайлович




МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОЙ СТАТУС

КАСПИЙСКОГО МОРЯ И МЕЖДУНАРОДНОЕ

ЭКОНОМИЧЕСКОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО

ПРИКАСПИЙСКИХ ГОСУДАРСТВ




Специальность 12.00.10 – Международное право. Европейское право.




АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени


кандидата юридических наук


Москва

2006

Диссертация выполнена на кафедре публичного права Всероссийской академии внешней торговли Минэкономразвития России.

 

Научный руководитель -         доктор юридических наук, профессор

Гуреев Сергей Александрович

 

Официальные оппоненты -    д.ю.н., профессор, заведующий кафедрой

международного права МГИМО

Вылегжанин Александр Николаевич

к.ю.н., старший советник Правового

департамента МИД РФ Тарасова

Ирина Николаевна.           

Ведущая организация - кафедра международного права Российского университета дружбы народов

 

            Защита состоится 26 октября 2006г. в 15 часов на заседании Диссертационного совета К 227.002.01 по защите диссертаций на соискание учёной степени кандидата юридических наук при Всероссийской академии внешней торговли Минэкономразвития России (119285, г. Москва, улица Пудовкина, д. 4а) ауд. 202.

 

            С диссертацией можно ознакомится в библиотеке ВАВТ Минэкономразвития России.


            Автореферат разослан 25 сентября 2006 года.

 

Учёный секретарь

Диссертационного совета,

кандидат юридических наук,

доцент                                       Федчук В.Д.

 ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ДИССЕРТАЦИИ

 

Актуальность темы исследования. Более 70-ти лет в бассейне Каспийского моря сохранялся стабильный политический компромисс между СССР и Ираном – двумя прикаспийскими государствами, использующими этот бассейн. После распада СССР Азербайджан, Казахстан и Туркменистан заявили о себе, по правопреемству, как полноправные участники международно-правового режима Каспийского моря и были признаны таковыми. В это же период США объявили Каспийский регион зоной своих национальных интересов, а некоторые другие европейские государства о намерении участвовать в разработке углеводородных ресурсов. Отвечая на эти притязания, Россия завила, что Каспийский регион – зона национальных интересов России, а право пользования Каспийским морем принадлежит только прикаспийским государствам. Это утверждение оправдано исторически сложившимся географическим и геополитическим положением России как государства, в которое входили все территории новых независимых прикаспийских государств и все минеральные ископаемые разрабатывались русскими промышленниками, а сложившиеся связи сохранились после распада Советского союза и продолжали развиваться дальше.

Несмотря на все вышеизложенное, новые суверенные прикаспийские государства сразу же заявили о том, что не признают юридическую силу российско-персидских и советско-иранских договоров 1921-1940 годов определяющих статус и режим Каспия, поскольку положения этих договоров ущемляют их законные права на использование бассейна этого моря, т.к. якобы закрепляют права только России и Ирана. Однако, новые прикаспийские государства Азербайджан, Казахстан и Туркменистан были признаны Россией и Ираном полноправными участниками. При этом новые прикаспийские государства предпринимают попытки изменить в одностороннем порядке исторически сложившийся статус Каспия. Такая позиция неправомерна, поскольку до заключения нового многостороннего соглашения прибрежных государств – правопреемников действующие международные договоры должны полностью сохранять свою силу в соответствии с Венской конвенцией о правопреемстве государств в отношении договоров 1978 года.

В наше время конкуренция прикаспийских государств особенно остро проявляется в энергетической сфере, т.е. в основном в установлении контроля над энергоносителями. Первоочередной задачей прикаспийских государств, по нашему мнению, является поиск путей обеспечения своих собственных национальных интересов без ущемления интересов каждого из пяти прикаспийских государств. Решение этих проблем непосредственно зависит от того, насколько эффективно, на согласованной основе, удастся урегулировать на межгосударственном уровне вопрос о статусе и режиме Каспийского моря.

В современных условиях, когда установление правового статуса Каспия – задача ближайшего времени, другим направлением взаимодействия прикаспийских государств становится вопрос развития многогранного международного экономического сотрудничества, в частности по вопросам добычи газа и минеральных ресурсов, судоходства и рыболовства, защиты окружающей среды. Именно поэтому в диссертации особое внимание уделяется этим вопросам.

Проблема определения правового статуса и режима международного экономического сотрудничества в отношении водных пространств и недр Каспийского моря остается, таким образом, стратегически важным вопросом для Российской Федерации, которая, в первую очередь, заинтересована в развитии Каспийского региона за счет сохранения и умножения его природных богатств и за счет использования географического положения Каспийского моря для развития судоходства, с учетом наиболее эффективного решения вопроса о транспортном коридоре Север – Юг.

Степень научной разработанности темы исследования. Несмотря на то, что тема правового статуса Каспийского моря дос­таточно широко освещается в средствах массовой информации и на меж­дународных конференциях, однако следует отметить, что в науке в большей мере рассматриваются лишь геополитические и геоэкономические аспекты проблемы, чем международно-правовые.

Если обратиться к международно-правовой науке советского периода, то сле­дует назвать диссертационное исследование юриста-международника из Азербайджана Р.Ф. Мамедова «Международно-правовой режим Кас­пийского моря». В данном исследовании, которое проводилось в 1989 г., предлагается рассматривать Каспийское море как по­граничное озеро, к которому не применяются нормы международного морского права и обосновывается необходимость делимитации Каспий­ского моря по линии Астара – Гасан-Кули. В развитии положений действующих советско-иранских договоров Мамедовым пред­лагается установить разрешительный порядок захода судов одного государства в воды друго­го, относящиеся к его внутренним водам. Эти положения не отвечают реальной обстановке в современном мире и требуют новых подходов к затрагивавшимся в диссертации проблемам.

Отдельные аспекты юридического статуса Каспия рассматривались в трудах советских юристов А.Т.Уусталя и А.Н. Николаева, которые в пятидесятые годы в своем исследовании также пришли к выводу, что Каспийское море является пограничным озером, а не замкнутым морем, и что следовало бы подчинить его правовому режиму пограничных озер, и в соответствии с этим разделить на советский и иранский участки. Причем в своем исследовании необходимость отнесения Каспия к пограничному озеру они обосновывали, прежде всего, политическими критериями и интересами безопасности СССР.

Проблемы правового статуса Каспийского моря исследовались в трудах российских ученых Ю.Г. Барсегова, К.А. Бекяшева, А.Н. Вылегжанина, С.А. Гуреева, С.Б. Дьяченко, Ф.Н. Ковалева, А.Л. Колодкина, Ю. Мерзлякова, И. Н.Тарасовой, А.Ю.Урнова, Ю.Е.Федорова и др.

Особо следует отметить книгу «Море проблем. Опыт сис­темного исследования Каспийского региона». Москва: СОПС, 2001г., в которой обобщены материалы большого числа исследователей, а автором международно-правового раздела является профессор А.Н. Вылегжанин. Вопросам исследования статуса Каспия уделяется определенное внимание в книге С.А. Гуреева и И.Н. Тарасовой «Международное речное право».

В 2005 году казахстанский ученый А. Салимгерей опубликовал монографию «Правовой статус Каспийского моря».

Среди других юристов, занимающихся правовыми про­блемами Каспийского моря, следует назвать английского ученого У. Батлера, иранского юриста М. Р. Дабири и итальянского юри­ста-международника С.Романо.

Цель диссертации заключается во всестороннем исследовании правового статуса Каспийского моря и развития международного экономического сотрудничества прикаспийских государств, прежде всего в сфере торгового судоходства, добычи минеральных ресурсов, рыболовства, а также выработки предложений по этим вопросам.

Поставленная диссертантом цель определила следующие задачи исследования:
  • проанализировать исторические этапы формирования статуса Каспийского моря на основе договоров, заключенных в период XVII – XX веков;
  • выявить основные позиции прикаспийских государств, выдвинутые после 1991 года в отношении статуса Каспия;
  • проанализировать современный правовой режим Каспийского моря;
  • провести анализ различных аспектов экономического сотрудничества прикаспийских государств: торгового судоходства, добычи рыбных и минеральных ресурсов и некоторых других проблем международного экономического сотрудничества в Каспийском море;
  • предложить международный механизм управления ресурсами Каспийского моря и охраны его окружающей среды.

Объектом исследования являются международные отношения прикаспийских государств по вопросам правового статуса и установления режима использования Каспийского моря.

Предметом исследования является межгосударственное экономическое сотрудничество прикаспийских государств по отмеченным выше направлениям, на основе сложившегося статуса и режима, формировавшегося с XVII века до наших дней. 

Теоретическая и методологическая база исследования.  Нормативной базой диссертационного исследования явились совет­ско-иранские договоры (1921 и 1940 гг.), региональные и универсальные договоры по вопросам различных аспектов экономического сотрудничества прикаспийских государств, другие международные акты по вопросам использования морских пространств и внутренних водных путей международного значения, обеспечения безопасности, ох­раны окружающей среды и делимитации Каспия, проект соглашения по вопросам торгового судоходства, национальное законодательство прикаспийских стран по этим проблемам.

Выносятся предложения о возможности решения некоторых вопросов, связанных с режимом Каспийского моря по аналогии с положениями Конвенции ООН по междуна­родному морскому праву 1982 г., касающихся установления режима использования морских пространств, находящихся в общем пользовании, а также тех ресурсов, которые находятся под юрисдикцией прикаспийских государств в их прибрежных рыболовных зонах.

Методологическую основу исследования составил диалектический метод научного познания объективного мира и вытекающие из него методы: теоретического анализа, системно-структурный, логико-юридический, историко-правовой, сравнительного анализа результатов исследований, проведенных другими авторами по вопросам, близким к разрабатываемой проблеме.

Научная новизна работы заключается в том, что проблемы международного экономического сотрудничества прикаспийских государств по обозначенным выше направлениям, после распада СССР, впервые подвергаются комплексному исследованию с учетом правового статуса Каспийского моря и режима его использования. Вносимые автором предложения учитывают политические, экономические и природоресурсные интересы России.

На защиту выносятся следующие основные положения:
  1. Каспийское море является международным региональным озером с особым правовым статусом, отличным от статуса других международных озер и определяемым специальными международными договорами 1921 и 1940 гг. Поэтому к нему не применяются нормы международного морского права, в том числе Конвенции ООН по международному морскому праву 1982 года. Положения российско-иранских договоров в силу Венской конвенции о правопреемстве государств в отношении договоров 1978 г. должны сохраняться в силе для всех правопреемников до момента принятия Конвенции о статусе Каспия пятью прикаспийскими государствами, уточняющей этот статус и режим.
  2. Воды Каспийского моря, с целью добычи живых природных ресурсов за пределами прибрежных рыболовных зон каждого государства, находятся в общем пользовании всех прикаспийских государств.
  3. В целях осуществления свободы рыболовства за пределами прибрежных рыболовных зон прикаспийские государства должны получать разрешения (лицензии) и размеры квот от Каспийского экологического центра, создать который предлагает диссертант. Для определения размера квот каждого государства в диссертации предлагается использовать нескольких критериев: объем запаса рыбы в море на момент установления квоты; наличие у государства рыбозаводов для разведения молодняка рыб осетровых пород; проводимых мероприятий каждым государством, таких как увеличение пресного стока, дноуглубительные работы на внутренних реках, проводимые каждым государством для увеличения естественного воспроизводства осетровых. Размеры квот должны определяться прикаспийскими государствами в рамках существующей Комиссии по биоресурсам, которая должна войти в структуру предлагаемого диссертантом Каспийского экологического центра.
  4. Регулирование рыболовства в прибрежных зонах прикаспийских государств находятся в их исключительной юрисдикции. Однако использование права свободы рыболовства должно быть оптимальным с целью сохранения и воспроизводства живых ресурсов водных пространств, находящихся в общем пользовании.
  5. В целях разведки и разработки минеральных ресурсов прикаспийские государства вправе разделить, путем консенсуса, лишь дно Каспия с учетом справедливости и интересов всех прикаспийских государств. Разделение должно проходить, на наш взгляд, по модифицированной срединной линии, равноудаленной от сухопутных границ пяти прикаспийских государств.
  6. Рыболовная зона каждого из прикаспийских государств не должна, по нашему мнению, превышать 15 морских миль, отсчитываемых от линии наибольшего отлива, с целью максимального сохранения биоресурсов Каспийского моря.
  7. Каспийское море, как нам представляется, должно быть открыто для торгового и военного мореплавания только прикаспийских государств, в том числе в прибрежных рыболовных зонах, без права заниматься в них иной деятельностью кроме прохода через эти воды.
  8. Плавание военных и торговых судов неприкаспийских государств запрещается.
  9. Граждане неприкаспийских государств не вправе быть членами экипажа торговых и военных судов, как это было указано в предыдущих договорах 1921 и 1940 гг..
  10. Заход в порты, объявленные каждым государством для международного судоходства, могут осуществлять без разрешения только невоенные суда других прикаспийских государств. Военные корабли прикаспийских государств вправе заходить в порты других прикаспийских государств только на основании разрешения, полученного в дипломатическом порядке.
  11. Разведка и добыча минеральных ресурсов (нефти и газа) разрешается только прикаспийским государствам, в пределах национальных донных секторов, установленных на согласованных и взаимоприемлемых основах на международной Конференции, Конвенцией о статусе Каспийского моря. Допускается совместная разработка спорных или совместных месторождений на основе отдельных международных соглашений, которая должна осуществляться с неукоснительным соблюдением всех необходимых мер, препятствующих загрязнению окружающей природной среды.
  12. Прикаспийским государствам целесообразно дополнить Рамочную конвенцию по защите морской среды Каспийского моря 2003 года, статьями, предусматривающими единообразные меры защиты среды Каспийского моря от пагубного воздействия: браконьерства, разлива нефти, занесения микроорганизмов, загрязнения воды, уничтожения гидробионтов. Следует воздержаться от строительства трубопроводов по дну и берегам Каспийского моря с целью максимально возможной охраны окружающей среды Каспия и сохранения его уникального биоразнообразия.
  13. В Рамочную конвенцию 2003 года следует включить положения о создании в рамках Конференции, как главного органа по защите окружающей среды, специализированных структур (комитетов, групп) для решения отдельных вопросов.
  14. В целях мониторинга и осуществления координации мер по защите окружающей среды Каспия в диссертации предлагается вместо Комиссии по биоресурсам Каспийского моря, действующей по Соглашению 1992 года, создать вышеуказанный Каспийский экологический центр.

Практическая значимость результатов исследования. Результаты исследования, полученные автором, могут быть использованы:
    • в практической работе ведомств и организаций, занимающихся проблемами Каспийского моря.
    • при обосновании позиции Российской Федерации в процессе подготовки рекомендаций относительно правового статуса и правового режима Каспийского моря.
    • в учебном процессе при преподавании курса международного морского права, международного речного права и международного публичного права в целом.

Реализация и апробация результатов исследования. Основные положения диссертации излагались диссертантом в докладах (выступлениях):
  • на Международной научно-практической конференции «Социально-экономические преобразования в прикаспийском регионе: поиск оптимальной модели устойчивого развития» (Элиста, 2002 г.),
  • Международной конференции «Единый Каспий: межгосударственное сотрудничество и проблемы экономического и социального развития региона» (Астрахань, 2002г.),
  • Международной научно-практической конференции «Социально-правовые проблемы Прикаспийского региона» (Астрахань, 2003 г.),
  • Межвузовской научной конференции «10 лет Конституции Российской Федерации: проблемы общественного развития» (Саратов, 2004г.),
  • Международной конференции «Россия и Восток. Обучающееся общество и социально-устойчивое развитие Каспийского региона (Астрахань, 2005г.).

В статьях:
  • Условия определения правового статуса Каспийского моря на современном этапе международных отношений прикаспийских государств // Человек в социальном мире. Проблемы. Исследования. Перспективы, Тула, 2004, № 1 (12).
  • Международный механизм охраны окружающей среды Каспийского моря // Южнороссийский вестник геологии, географии и глобальной энергии. Научно-технический журнал, 2006, - № 6 (19).

Вопросы международно-правового статуса и режима Каспийского моря освещаются диссертантом в процессе чтения лекций по курсу «Международное публичное право» и спецкурсу «Международное речное право».
Структура работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, объединяющих 4 параграфа, заключения и списка использованных источников.



ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ


Во введении обоснованы актуальность темы исследования, его научная новизна, теоретическая и практическая значимость, объект и предмет исследования, методология, показана степень разработанности проблемы, определены цели и задачи диссертации, сформулированы выносимые на защиту положения.

Первая глава «Сотрудничество прикаспийских государств (историко-правовой аспект)» состоит из 2 параграфов.

В параграфе «История развития сотрудничества прикаспийских государств по установлению режима использования ресурсов Каспийского моря в XVII – XIX веках» автором исследуется история становления статуса Каспийского моря. Особое внимание автором уделяется Гюлистанскому мирному договору между Россией и Персией 1813 года и Туркманчайскому договору 1828 года, которые установили свободу торгового судоходства, запрещение Ирану иметь военный флот на Каспии, отсутствие государственных границ на Каспии. По мнению диссертанта, данные договоры фактически рассматривают Каспийское море как российско-персидское (советско-иранское) море. На основании этих положений, можно утверждать, что в указанный период стали активно развиваться межгосударственные отношения между Россией и Персией и заложены предпосылки формирования международно-правового статуса Каспийского моря.

В параграфе «Определение международно-правового режима Каспия в российско-иранских международных договорах (1921-1940 гг.) как исходный момент для развития концепции о статусе Каспийского моря» раскрываются основные положения договоров 1921 и 1940 гг., при этом Российско-персидский договор 1921 года о дружбе и сотрудничестве является базисным правовым источником по определению статуса Каспия.

Данный договор, в отличие от предыдущих договоров, определяет Каспий как море, принадлежащее России и Персии (Ирану), определяет сферы влияния России и Ирана на территории Каспийского моря, в частности, закрепляет право судов России и Ирана плавать по акватории Каспия только под своими флагами. В диссертации показано, что в Договоре 1921 года не шла речь о каком-либо разграничении вод Каспийского моря между двумя странами, т.е. об установлении здесь государственных границ. Кроме того, в статье 7 оговаривалось, что «в составе экипажа судов персидского флота не должны находиться граждане третьих держав, использующие свою службу в персидском флоте в недружелюбных по отношению к России целях».

В этом же параграфе обсуждается противоречивая точка зрения об установлении якобы СССР в одностороннем порядке линии государственной границы на Каспийском море от Астары до Гасан-Кули. Однако на основании изученных документов можно сделать вывод о том, что официально зафиксированной морской границы между СССР и Персией, а потом Россией и Ираном, никогда не было, поэтому точка зрения некоторых авторов1 о ее существовании не соответствует действительности.

В диссертации отмечается, что в Договоре 1921 года был заложен правовой режим использования вод Каспийского моря в целях судоходства, поскольку четко закреплен принцип свободы судоходства на Каспии судов двух стран.

Следующим официальным правовым актом, относящимся к статусу Каспия, стал Договор о торговле и мореплавании между СССР и Ираном, заключенный 25 марта 1940г. В нем подтверждалось равенство в условиях мореплавания для торговых судов обеих стран по всей акватории моря, закреплялось исключительное право каждой стороны на рыболовство в 10-ти мильной прибрежной зоне. В отдельной статье оговаривалось, что в Каспийском море могут находиться только советские и иранские суда, т.е. исключалась возможность использования его акватории неприбрежными государствами.

По мнению диссертанта, к началу 40-х годов, согласно международно-правовым нормам Каспийское море считалось принадлежащим СССР и Ирану как объект их совместного исключительного использования без официально-определенной государственной границы на Каспии. На практике же, СССР охранял линию Астара – Гасан-Кули, за пределы которой иранские суда практически не допускались.

Анализируя российско-иранские договоры 1921 и 1940 гг., в диссертации отмечается, что они не определили в полном объеме статус Каспия, поскольку в них нет уточнения статуса Каспия как водного объекта, т.е. является он озером или морем; нет указания на разграничение его вод и дна; нет также и государственных границ на Каспии.

Вторая глава « Проблема определения правового статуса Каспийского моря и развитие международного экономического сотрудничества прикаспийских государств на современном этапе» состоит из двух параграфов.

В первом параграфе «Позиции пяти прикаспийских государств в отношении статуса и режима Каспийского моря после 1991 года» рассматриваются притязания новых прикаспийских государств о закреплении за ними национальных участков Каспия, т.е. раздела Каспийского моря.

В 1992 г. начался переговорный про­цесс по разграничению Каспийского моря на донные сектора прибрежных стран. С другой стороны, предложение России и Ирана, закрепленное в совместном Коммюнике прикаспийских государств в 1992 году стало попыткой подтвердить принадлежность Каспия всем прикаспийским государствам, что положило начало в разработке и уточнения статуса Каспия как объекта общего пользования всеми пятью прикаспийскими государствами.

По нашему мнению, наилучшим решением всех этих проблем было бы заключение уже на первом этапе этого переговорного процесса многосторонней Конвенции о статусе и режиме Каспийского моря. Но прикаспийские государства пошли по другому, менее эффективному пути, с чем трудно согласиться.

Вопреки ранее высказанным предложениям России и Ирана в 1992 году на Тегеранской конференции в совместном Коммюнике считать Каспийское море кондоминиумом, с чем не согласились остальные прикаспийские государства, с 1993 года прикаспийские государства начали предпринимать односто­ронние и двусторонние попытки решения вопроса разграничения Каспия. В частности, Азербайджан стал определять Каспийское море как «по­граничное озеро», закрепив в 1995 г. в своей Конституции (ст. 11, п. 2) суверенитет на сек­тор Каспия, включающий дно, водную толщу и воздушное пространство. Тогда же был издан туркменский закон о государ­ственной границе, в котором Туркменистан устанавливал территориальные воды на Каспии. По мнению диссертанта действия Азербайджана и Туркменистана неправомерны, т.к. в соответствии с Венской конвенцией о правопреемстве государств в отношении договоров 1978 г., при отсутствии нового международного договора, до момента подписания новой Конвенции о статусе Каспийского моря, должны действовать Договоры 1921 и 1941 гг., устанавливающие права только прикаспийских государств (России и Ирана) на использование Каспийского моря, свободу судоходства на нем и исключительные права на рыболовство в 10-мильных прибрежных рыболовных зонах. Закрепленные в туркменском законе территориальные воды, относятся к сфере регулирования международного морского права, а как мы уже отметили, Каспий является международным региональным озером и к нему не применяются положения Конвенции ООН 1982 года.

За период переговоров 1992 – 2003 гг. прикаспийские страны сформировали свои позиции по вопросу раздела Каспия. Россия, Азербайджан и Казахстан заня­ли единую позицию по разграничению Каспийского моря, вытекающую из принципа «делим дно, а вода - общая». В то время как Туркменистан продолжал отстаивать позицию о полном секторальном разделе Каспия. Иран же в начале отстаивал идею общего использования водного пространства, но затем, изменив позицию, стал выступать за секторальное деление. Не соглашаясь с позицией Ирана и Туркменистана, диссертант придерживается точки зрения, выраженной в заявлениях остальных прикаспийских государств, что вода должна находиться в общем пользовании всех прикаспийских государств, а дно поделено на национальные сектора по модифицированной срединной линии, которая подразумевает под собой линию, строящуюся на основе равного удаления от исходных базисных точек на береговой линии и островах, а координаты исходных базисных точек определяются из среднего многолетнего уровня Каспийского моря.

Существенным моментом в истории установления международно-правового статуса Каспия стало заявление России на Бакинской конференции в 2001 году о том, что по проблеме освоения минеральных ресурсов дна Каспия она исходит из необходимости согласования между все­ми прикаспийскими государствами обязательных условий и правил (с заклю­чением соответствующего соглашения), регулирующих реальную деятель­ность по разработке дна Каспия, в том числе с привлечением физических и юридических лиц третьих стран. Кроме того, в Декларации, было закреплено положение о том, что дно делится на зоны недропользования между прибрежными государствами, а толща моря и его поверхность оста­ются в общем пользовании. Положения Декларации подтвердили установленную договорами 1921 и 1940 гг. практику установленной свободы судоходства и подразумевали свободу рыболовства на Каспии.

В качестве единственного способа принятия решений по Каспию сторонами в 1995 году в Тегеране был определен принцип консенсуса; прикаспийские государства выдвинули идею подписания многостороннего международно-правового акта по статусу и режиму Каспийского моря.

В период с 1998 по 2001 год Россия заключает двусторонние соглашения о раз­граничении северной части дна Каспийского моря. По мнению диссертанта как односторонние, так и двусторонние действия по разграничению дна недопустимы, поскольку это противоречит позиции государств по вопросам совместного использования ресурсов Каспия и принятия согласованных решений всеми прикаспийскими государствами.

Во второй главе анализируется и первый многосторонний международно-правовой акт в отношении Каспийского моря на современном этапе - подписанная в 2003 году Рамочная Конвенция по защите морской среды Каспийского моря.

В течение всего переговорного процесса большинство прикаспийских государств (кроме Ирана и Туркменистана) достигли консенсуса в одном: «Дно делим, вода – общая», закрепив данное положение в Бакинской декларации 2001 года. Россией, Азербайджаном и Казахстаном в качестве деления донных секторов была одобрена теория модифицированной срединной линии, устанавливающей донную границу по линии, соединяющей равноудаленные точки от сухопутных границ государств.

Все прикаспийские государства не смогли также договориться о ширине прибрежных рыболовных зон и пространственном пределе донных секторов. Первоначально Россия предлагала установить 15-мильную зону, Казахстан – 25, Иран – 30, а Азербайджан и Туркменистан – зону в 40 миль. В последствии большинство государств сблизило свои позиции до 20 миль, но решение так и не было приято.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что пять прикаспийских государств, начиная с 1992 года определили свои позиции по статусу Каспийского моря на различных совместных совещаниях, которые ежегодно проводились в прикаспийских государствах, однако их позиции в период с 1992 года по настоящее время были противоречивы и по многим вопросам не совпадали, поэтому согласованного проекта Конвенции по статусу Каспия до сих пор нет.

Во втором параграфе «Современный правовой режим Каспийского моря и международное экономическое сотрудничество в регионе», анализируются основные аспекты современного правового режима использования Каспийского моря.

В разделе 2.2.1. «Судоходство» диссертантом анализируются основные вопросы регулирования судоходства, в которых доминирует принцип свободы судоходства на всей акватории Каспийского моря. Важное значение в содержании этого принципа занимают свобода судоходства торговых и военных судов прикаспийских государств, запрет плавания судов неприкаспийских государств, запрещение включать в состав экипажа судов граждан неприкаспийских государств.

Вопросы судоходства на Каспии регулируются положениями, установленными Договором 1940г. Исходя из положений Договора 1940 г., торговые суда, плавающие под флагом одной из сторон в Каспийском море, рассматриваются равными во всех отношениях. Предусматривается, что в Каспийском море могут находиться только суда, принадле­жащие Союзу ССР или Ирану, а также гражданам и торго­вым и транспортным организациям этих двух государств, плавающих соот­ветственно под флагами СССР или Ирана. Плавание в Каспий­ском море судов под флагами третьих стран, по смыслу Договора 1940 г., как и предшествующих российско-персидских договоров запрещается. Поскольку Азербайджан, Казахстан и Туркменистан расцениваются Россией и Ираном как полноправные участники межгосударственных отношений по вопросам Каспия и они являются правопреемниками вышеуказанного договора, право судоходства в нынешних условиях должно закрепляться только за пятью прикаспийскими государствами, как это следует из Договора 1940 года и Венской конвенции 1978 года.

Специальными рабочими группами экспертов прикаспийских государств по вопросам судоходства продолжается работа над проектом Соглашения о торговом судоходстве в Каспийском море. Данный проект, предложенный прикаспийскими государствами в 2004 году подтверждает сложившееся положение, устанавливающее беспрепятственное плавание судов прикаспийских государств по всей акватории Каспийского моря.

В ст. 5 проекта Соглашения устанавливается право свободного захода торговых судов в порты прикаспийских государств, открытые для международного сообщения.

В проекте соглашения дублируются и конкретизируются положения договора 1940, касающиеся таможенных и санитарных режимов в портах прикаспийских государств.

В настоящий момент не все статьи проекта Соглашения одобрены всеми прикаспийскими государствами. Основные расхождения в позициях касаются вопросов использования внутренних морских путей и организации перевозок, а также условий взаимности и ответственности.

В последнее время некоторыми прикаспийскими государствами ставится вопрос о перспективе развития грузовых морских перевозок между портами Ирана, России и других прикаспийских государств, как части российского направления международного транспортного грузопотока «Север – Юг» и возможности использования внутренних водных путей России для международного судоходства. В частности, Азербайджанской стороной для включения в проект Соглашения о торговом судоходстве в Каспийском море была предложена статья о свободе транзита по внутренним водным путям Российской Федерации судов прикаспийских государств, как государств, не имеющих выхода к морю и Мировому Океану. По мнению диссертанта, этот вопрос должен решаться в соответствии с Кодексом внутреннего водного транспорта РФ, в котором закреплено положение о том, что проход судов под иностранным флагом по внутренним водным путям РФ, в том числе в целях транзита, может быть осуществлен только на основании решений Правительства РФ. Представляется, что вопрос об открытии реки Волги и других внутренних водных путей России для свободного транзита должен решаться категорично отрицательно, если нет специальных международных соглашений, возлагающих на Россию такие обязательства. Учитывая мировой опыт, следует исключить предоставление права нероссийским судам плавания по Волге по специальным разрешениям. В диссертации указывается, что нахождение иностранных судов во внутренних водных объектах России может наносить вред национальной политической, экономической и экологической безопасности и может привести, в частности к неблагоприятным экологическим последствиям, например, заражению воды микроорганизмами, привезенными иностранными судами в тоннажных водах из других водоемов. По мнению диссертанта, выход из создавшегося положения, следует искать в организации перевалки грузов с иностранных судов на российские суда в российских портах и их транспортировки по Волге на российских судах для доставки в страны Европы.

Одним из важных аспектов судоходства является присутствие военного флота прикаспийских государств на Каспии. Такое присутствие на Каспии необходимо для обеспечения региональной безопасности в этом районе. Каспий - зона национальных интересов прикаспийских государств и его охрана является их задачей. Но вот вопрос о присутствии военных кораблей неприкаспийских государств должен решаться категорично отрицательно, исходя из национальной безопасности отдельно взятых прикаспийских государств и всего региона в целом. Кстати, такое присутствие противоречит положениям российско-иранского договора 1940 года и желательно заключить многосторонний договор о коллективных мерах безопасности прикаспийских государств. Заход в порты прикаспийских государств военных кораблей возможен по разрешению властей прибрежного государства, полученного в дипломатическом порядке.

В разделе 2.2.2. «Рыболовство и разработка других живых ресурсов», диссертантом отмечается уникальность Каспийского моря как места обитания большого количества разнообразных видов осетровых рыб. Однако нет пока международных соглашений о регулировании рыболовства на Каспии, и поэтому правовое регулирование рыболовства осуществляется преимущественно на национальном уровне. Так в Договоре 1940 года не решен вопрос о рыболовстве за пределами установленной 10-мильной рыболовной зоны, из чего следует, что за этими пределами устанавливается свобода рыболовства, которая должна регулироваться отдельными международными соглашениями.

В настоящее время на Каспии Договорами 1921 и 1940 гг. установлена 10-мильная рыболовная зона. Сторонами высказывались различные предложения о ее увеличении. Позиция России по данному вопросу состоит в установлении 15-мильной зоны. По мнению диссертанта, расширение рыболовной зоны более 15 миль недопустимо, вследствие увеличение национальных промысловых зон и тем самым повышения угрозы причинения ущерба количеству осетровых. Окончательное установление прибрежных национальных рыболовных зон позволит выработать многоцелевую стратегию по использованию биоразнообразия Каспийского моря.

Анализируя проблемы международно-правового регулирования рыболовства на Каспии, можно указать на роль Международной организации по всемирной торговле грозящими исчезновением видами флоры и фауны (Конвенция о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения (СИТЕС)). Она в настоящее время, согласно существующему порядку, дает разрешение на квоты вылова, по представлению прикаспийскими странами данных о планируемом количестве экспорта осетровых.

По нашему мнению, вопрос об установлении квот должен решаться не Международной организацией СИТЕС, как многопрофильной международной организацией, а специальной региональной, состоящей из представителей прикаспийских государств. Для распределения квот, регулирования вопросов рыболовства и охраны биоразнообразия диссертантом предлагается создать вышеупомянутую международную межправительственную организацию прикаспийских государств - Каспийский экологический центр со штаб-квартирой в России, как страны, обладающей большим научным и исследовательским потенциалом в области рыболовства, естественного и искусственного воспроизводства рыбных ресурсов.

В 1992 г. прикаспийскими государствами была создана Комиссия по водным биоресурсам Каспийского моря, основными задачами которой являлось установление общего допустимого улова совместно используемых промысловых объектов (осетровые, килька, тюлень), определение национальных квот вылова и согласование организации их промысла, охраны и воспроизводства. Диссертантом предлагается включить данную комиссию в качестве структурного подразделения в Каспийский экологический центр.

Размер предоставляемой каждому государству квоты напрямую должен зависеть от ряда факторов: 1) вклада соответствующего государства в деятельность по воспроизводству осетровых; 2) проведение государством мероприятий по повышению естественного воспроизводства осетровых, в частности дноуглубительных работ рек, в которых происходит нерест осетровых; 3) увеличение объема пресного стока; 4) степень загрязнения водоема различными отходами производства; 5) масштабы браконьерства и др. Государствами, которые имеют на своей территории рыбозаводы по искусственному разведению мальков осетровых являются Россия и Иран, и, следовательно, размер ежегодно выделяемых квот у них должен быть, по нашему мнению, несколько больше, чем у других прикаспийских государств.

Вклад государства может быть и отрицательной величиной. По мнению диссертанта, в этом случае государство, на основании заключенного соглашения, должно исключаться из числа получателей квоты, а квота вылова - распределяться только между государствами, внесшими общий положительный вклад в формирование запаса.

В случае если государство не может самостоятельно осуществить промысел выделенной ему квоты, оно должно передать право на осуществление вылова одному из прикаспийских государств, в целях сохранения живых ресурсов для населения прикаспийских государств.

Следовало бы так же принять, по нашему мнению, прикаспийским государствам долгосрочную «Стратегию восстановления и устойчивого использования запасов осетровых и сохра­нения генофонда этих рыб», а также конкретную программу действий по этому вопросу, с целью недопущения исчезновения вида рыб осетровых пород.

Одному из главных вопросов в установлении правового режима Каспийского моря и сотрудничества прикаспийских государств посвящен раздел 2.2.3. «Разработка минеральных ресурсов». В диссертации рассматривается ретроспектива открытия месторождений и начала добычи нефти и газа. В связи с открытием после 2000 года новых месторождений во всех прикаспийских республиках, Казахстан, а также Азербайджан и Туркменистан, не дожидаясь определения размеров донных секторов каждого государства и установления правового статуса Каспия, начали практическое освоение своих участков. Полагаем, что наилучшим вариантом было бы установление размеров национальных донных секторов на многосторонней конференции прикаспийских государств.

Однако поскольку нет пятистороннего международного договора по вопросам разведки и добычи углеводородных ресурсов, в настоящее время вопрос недропользования регулируется в двусторонних соглашениях, заключенных Российской Федерацией и Азербайджаном и Российской Федерацией и Казахстаном. В этих соглашениях стороны разграничили дно и недра северной части Каспия, передав друг другу суверенные права в целях разведки, разработки и управления ресурсами. По мнению диссертанта, как уже было отмечено, односторонние, несогласованные со всеми прикаспийскими странами действия, неправомерны.

Рассматривая вопрос добычи нефти в диссертации рассматривается важный вопрос о ее транспортировке. Она производится по действующим и строящимся трубопроводам. Одним из основных является Каспийский трубопроводный консорциум (КТК). Он был создан Россией, Казахстаном и Оманом в 1992 году для транспортировки нефти северного Каспия. В настоящий момент России принадлежит контрольный пакет акции КТК. Наиболее остро в последнее время встал вопрос о прокладке трубопроводов по дну Каспия. Прокладка трубопровода из Казахстана в Азербайджан по дну Каспия отложена до определения правового статуса моря и согласия всех прикаспийских стран. По мнению диссертанта, прокладка трубопровода по дну Каспия угрожает его экологической безопасности и поэтому должен решаться категорически отрицательно, несмотря на экономическую выгоду данного проекта.

В разделе 2.2.4 «Охрана окружающей среды» диссертант указывает на то, что разведка и добыча нефти оказывает воздействие на всю окружающую природную среду Каспийского моря.

Вследствие неконтролируемого сброса неочищенных сточных вод и технологических растворов, связанного с разведкой, добычей и транспортировкой углеводородного сырья, сохраняется стойкая тенденция ухудшения состояния морской среды и экологической системы Каспийского моря в целом. Из-за ухудшения качества среды обитания, повсеместного широкомасштабного браконьерства наблюдается резкое снижение популяции осетровых и других видов рыб, имеющих важное промысловое значение, а также случаи массовой гибели тюленей и иных представителей каспийской ихтиофауны.

В качестве первоочередных мер диссертант предлагает, как указано в разделе «Рыболовство», создание Каспийского экологического центра, который будет способствовать урегулированию вопросов охраны окружающей среды, рационального использования биологических ресурсов, недропользования и в конечном итоге сохранению уникальной экологической системы Каспийского моря. Подробно вопросы создания центра рассматриваются в третьей главе диссертации.

Государства, как утверждается в диссертации, должны направить свои действия на охрану Каспия как уникальной экосистемы, а не только удовлетворять свои экономические интересы в плане разработки природных ресурсов.

Основным источником по охране окружающей среды Каспия является уже упомянутая в главе 1 Рамочная конвенция по защите морской среды Каспийского моря 2003 года, которая заложила основу для дальнейшего международно-правового регулирования сотрудничества прикаспийских государств. Рамочная конвенция, в соответствии с природными и международно-правовыми особенностями Каспийского моря, внедряет современные формы регионального сотрудничества по предотвращению, снижению и контролю загрязнения; защите, сохранению и восстановлению морской среды; применению оценки воздействия на морскую среду Каспийского моря; осуществлению мониторинга состояния морской среды; проведению научных исследований и разработок; обмену информацией и др. Рамочная конвенция 2003 года составлена по аналогии с Конвенцией по охране и использованию трансграничных водотоков и международных озер 1992 г. Однако, по мнению диссертанта, статьи Рамочной конвенции не определяют ответственности сторон за непринятие мер, в частности она не дает никаких четких механизмов сотрудничества и распределения между государствами ответственности за загрязнение моря, в то время как Конвенция ООН по охране и использованию трансграничных водотоков и международных озер 1992 года в статье 7 разрешает сторонам вырабатывать нормы, критерии и процедуры в области ответственности.

В целях реализации охраны окружающей среды Каспия предлагается ужесточение норм экологической безопасности при ведении хозяйственной деятельности на Каспийском море и закреплении их в международных договорах и национальных законодательствах прикаспийских стран. В качестве первоочередных мер необходимо согласовать совместные действия по внедрению технологий, обеспечивающих «нулевой сброс» при бурении и эксплуатации скважин и по распространению этой практики на все Каспийское море.

Все прикаспийские государства должны создать нормативно-правовое обеспечение режима разработки, разведки углеводорода, с учетом сохранения и восстановления биоресурсов Каспия, как единого экологического комплекса и нести международно-правовую ответственность за сохранение, воспроизводство и оптимальное использование уникальных природных ресурсов и за ущерб, причиненный их действиями окружающей среде других государств и Каспийскому морю.

Глава третья «Механизм управления ресурсами Каспийского моря и охраны его окружающей среды» посвящена анализу международных отношений прикаспийских государств и в частности вопросам механизма регулирования их деятельности в Каспийском море.

Несмотря на огромный комплекс международных отношений государств Каспийского моря по различным аспектам, в настоящее время существует достаточное количество вопросов, требующих разработки специализированного механизма их регулирования: урегулирование территориальных споров, ответственности за причинение ущерба окружающей природной среде, угрозе региональной безопасности, создание новых маршрутов газо- и нефтепроводов, определение ценовой политики, относительно стоимости прокачки нефти и газа.

В настоящий момент существует ряд организаций, которые осуществляют регулирование отдельно взятых вопросов, в частности, Комиссия по биоресурсам, созданная в 1992 году, Конференция прикаспийских государств и Секретариат, осуществляющие реализацию Рамочной конвенции по защите морской среды Каспийского моря.

В 1998 году была сформирована Каспийская Экологическая Программа (КЭП) – международный проект сотрудничества прикаспийских государств, который поставил своей целью устойчивое развитие и управление морской средой Каспия с целью достижения положительных долгосрочных эффектов для населения, проведение мер по защите здоровья населения, восстановления экологической целостности и обеспечение устойчивости региона для будущих поколений. Не являясь международной организацией, КЭП способствует защите морской и прибрежной среды Каспия, инициируя и содействуя проведению мероприятий по научным исследованиям и мониторингу. В рамках Программы рассматривается множество экологических и социально-экономических вопросов региона.

В настоящий момент единственной организацией, реализующей положения Рамочной конвенции по защите морской среды Каспийского моря является Конференция прикаспийских государств, которая собирается два раза в год для решения вопросов в области защиты окружающей среды и Секретариат, занимающийся подготовкой сессий Конференции и сотрудничеством с прикаспийскими государствами и международными организациями по различным вопросам. По мнению диссертанта, отсутствие постоянно действующей региональной международной организации сдерживает развитие потенциальных возможностей политического, экономического и пра­вового регулирования назревших проблем региона в целом и каж­дого прикаспийского государства в отдельности.

Важным органом в реализации механизма охраны окружающей среды Каспийского моря должен стать заявленный ранее Каспийский экологический центр, в функции которого должно входить: разработка методологии организации контроля и системного мониторинга морской среды, разработка правовой основы и организации международной экологической экспертизы проектов освоения (разведки, разработки) месторождений и транспортировки углеводородного сырья, добычи биологических ресурсов, распределение квот вылова осетровых, подготовка и координация проектов иной хозяйственной деятельности на Каспийском море, а также полномочия по обеспечению скоординированных действий прикаспийских государств по освоению месторождений полезных ископаемых и охране вод Каспийского моря.

В Заключении содержатся выводы и предложения к которым диссертант приходит в результате проведённого исследования. 


Основные положения диссертации нашли отражение в опубликованных автором статьях
  1. Проблема определения международно-правового статуса Каспийского моря / Социально-экономические преобразования в прикаспийском регионе: поиск оптимальной модели устойчивого развития: Материалы международной научно-практической конференции, Элиста: АПП «Джангар», 2002. – 0,1 п.л.
  2. Определение правового статуса Каспия как основной вопрос переговоров глав прикаспийских государств / Единый Каспий: межгосударственное сотрудничество и проблемы экономического и социального развития региона: Материалы международной конференции. Астрахань: Издательство Астраханского госпедуниверситета, 2002. - 0,4 п.л.
  3. Проблема определения международно-правового статуса Каспийского моря: история и современность / Социально-правовые проблемы Прикаспийского региона: Материалы международной научно-практической конференции // Вестник Международного юридического института при Министерстве юстиции РФ, 2003, №6 (июнь). – 0,4 п.л.
  4. Позиция Российской Федерации в переговорах по определению правового статуса Каспийского моря / 10 лет Конституции Российской Федерации: проблемы общественного развития: Материалы межвузовской научной конференции (28 апреля 2004 г.) – Саратов: Изд-во ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права», 2004. – 0,4 п.л.
  5. Условия определения правового статуса Каспийского моря на современном этапе международных отношений прикаспийских государств // Человек в социальном мире. Проблемы. Исследования. Перспективы, Тула, 2004, № 1 (12). – 0,4 п.л.
  6. Проблемы судоходства в определении международного режима использования Каспийского моря / Россия и Восток. Обучающееся общество и социально-устойчивое развитие Каспийского региона: Материалы международной конференции. Астрахань: Издательский дом «Астраханский государственный университет», 2005. – 0,4 п.л.
  7. Международный механизм охраны окружающей среды Каспийского моря // Южнороссийский вестник геологии, географии и глобальной энергии. Научно-технический журнал, 2006, - № 6 (19). – 0,3 п.л.

1 См. З.А. Арабаджан. Иран: Противостояние империям. 1918-1941. М., 1996.