5 января 2011 г

Вид материалаОбзор

Содержание


«Россия, конечно, отличается от Гаити и Пакистана»
Шаг назад
Астахов предлагает найти замену пожилым воспитателям в детских домах
Чистка рядов
Подобный материал:
1   ...   22   23   24   25   26   27   28   29   30
^

«Россия, конечно, отличается от Гаити и Пакистана»


В неофициальном общении сотрудники фонда и партнерских организаций опасаются ликвидации многих программ вплоть до полного сворачивания деятельности ЮНИСЕФ в нашей стране. Под сомнение ставится и тезис о том, что Россия стала страной-донором в международном гуманитарном сотрудничестве.

«Россия решила стать страной-донором и может отказаться от помощи детского фонда ООН. Безусловно, ситуация в России по сравнению с девяностыми действительно значительно изменилась. Практически исчезли беспризорники, становится меньше сирот. Если году так с 1993 по 1997 годы мы (ЮНИСЕФ,— ссылка скрыта) в основном проводили массовые вакцинации, раздавали беженцам палатки, спальники, еду, устраивали палаточные школы в наиболее проблемных регионах, детей из северокавказских республик обучали распознавать противопехотные мины, то есть тем, чем мы продолжаем заниматься в Гаити или Пакистане. Россия сейчас отличается от этих стран. Сейчас мы работаем над проблемами, характерными для более стабильной страны: возможность обучения в школе для инвалидов, работа с приютами, решение проблемы с социальным сиротством»,— рассказывает источник ссылка скрыта, связанный с фондом ЮНИСЕФ.

Сотрудники фонда считают, что этот вопрос политическим: государство естественно старается показать свою заботу о детях и показать, что сами справляются со всеми проблемами.

«Имеет ли право Россия называться страной-донором? Формально, безусловно, имеет. Но значит ли это, что Россия должна отказываться от международного опыта в защите прав детей? У фонда 60-ти летний опыт работы в 160 странах. Значит ли, что страна может фактически оставить 250 тысяч инвалидов без возможности обучаться в школе и в вузах: закон об инклюзивном образовании так и не принят. Детских домов в стране не должно быть в принципе, реально выстроить социальную систему следующим образом: приют— временная семья— постоянная семья. Что делается для этого? Этот список риторических вопросов можно продолжить»,— продолжает размышлять собеседник ссылка скрыта в ЮНИСЕФ.
^

Шаг назад


Большим шагом назад называет вероятность прекращения деятельности ЮНИСЕФ Борис Альтшулер, руководитель Региональной общественной организации по защите прав ребенка, член Общественной палаты РФ.

«Для российской власти ЮНИСЕФ по части защиты детей играет нулевую роль. Рекомендации фонда, как российского представительства, так и головной организации, читают только чиновники пятого порядка, которые вообще ничего в стране не решают. Конвенцию по правам ребенка мы не можем подписать уже второй десяток лет. ЮНИСЕФ ведет узкую, очень предметную проектную деятельность во многих российских регионах, в том числе на Кавказе. В фонде работают потрясающие специалисты, а не какие-то оголтелые маргиналы. Если страна будет игнорировать рекомендации фонда, а уж тем более, не продлит пребывание организации в стране, то мы потеряем очень много. Весной 2009 года президент Медведев заявил, цитирую, что у нас просто нет системы защиты детей. С тех пор она так и не появилась»,— заявил ссылка скрыта Борис Альтшулер.


^

Астахов предлагает найти замену пожилым воспитателям в детских домах


"Детский" омбудсмен устроит всех сирот в приемные семьи за пять лет

ссылка скрыта

28.12.2010

ссылка скрыта

Павел Астахов, отчитываясь 28 декабря перед СМИ за прошедший первый год работы службы уполномоченного по правам ребенка, обозначил несколько «болевых точек» в социальной и воспитательной системах жизни детей, лишенных родительской поддержки. Система кажется ему не достаточно качественной и организованной. Более 50 должностных лиц лишились своих постов за период работы Астахова уполномоченным при президенте РФ по правам ребенка.
^

Чистка рядов


В результате вмешательства службы уполномоченного более 50 должностных лиц лишились своих постов за прошедший год, а 130 человек были привлечены к административной ответственности. По словам Павла Астахова, за год служба проверила 652 детских учреждения в 45 регионах. Особые нарекания уполномоченный высказал властям Новосибирской, Свердловской, Волгоградской, Саратовской, Архангельской областей, Хабаровского края, Калмыкии, городов Северо-Двинска, Петрозаводска. Среди уволенных и ушедших с работы после поездок «детского» омбудсмена в регионы оказались главы управлений образования, директор дома-интерната, главный врач областной детской больницы, региональный министр здравоохранения и социального развития в Карелии, Калмыкии, Ижевске, Нижне-Туринске, Северо-Двинске, Томске.

Поэтому, как отметил Астахов, «близоруко и опрометчиво» поступают регионы, где не создан институт уполномоченного по правам ребенка. Среди них Костромская, Калужская области, Забайкальский край, республики Адыгея, Хакасия, Кабардино-Балкария и Еврейский автономный округ. Отдельным губернаторам есть над чем задуматься в данной области, сказал омбудсмен. Так, по Московской области службе пришлось разбирать 346 жалоб, чаще всего по вопросам выделения жилья выпускникам детских домов.

Астахов заявил, что возбуждено 68 уголовных дел при непосредственном вмешательстве аппарата уполномоченного, в том числе «только по факту хищения средств в школе-интернате Ленинградской области возбуждено три уголовных дела».