Проблемы оптимизации правового регулирования прекращения юридических лиц без правопреемства

Вид материалаАвтореферат диссертации

Содержание


Научный руководитель
Официальные оппоненты
Ведущая организация
I. Общая характеристика диссертационной работы
Степень разработанности темы диссертационного исследования.
Методологическая основа диссертационного исследования
Нормативную основу
В качестве эмпирической базы
Теоретическую основу диссертационного исследования
Научная новизна диссертации
На защиту выносятся следующие основные положения
Апробация и внедрение результатов исследования.
Структура работы
II. Основное содержание диссертационной работы
Вторая глава «Правовое регулирование ликвидации юридических лиц и проблемы его оптимизации»
Третья глава «Правовое регулирование конкурсного производства как процедуры банкротства и проблемы его оптимизации»
В четвертой главе «Правовое регулирование административной процедуры прекращения юридических лиц и проблемы его оптимизации»
По теме диссертационного исследования опубликованы следующие работы
Автореферат Диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук Мифтахутдинов Рустем Тимурович
Научный руководитель
...
Полное содержание
Подобный материал:

На правах рукописи




Мифтахутдинов Рустем Тимурович


Проблемы оптимизации правового регулирования прекращения юридических лиц без правопреемства


Специальность 12.00.03 – гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право


Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук


Москва


2011

Работа выполнена в Федеральном государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Российская академия государственной службы при Президенте Российской Федерации» на кафедре правового обеспечения рыночной экономики.


^ Научный руководитель

доктор юридических наук, профессор,

Заслуженный юрист

Российской Федерации

Витрянский Василий Владимирович


^ Официальные оппоненты:

доктор юридических наук

Сарбаш Сергей Васильевич

кандидат юридических наук

Денисов Сергей Анатольевич


^ Ведущая организация

Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Казанский (Приволжский) федеральный университет»


Защита состоится 29 апреля 2011 г. в 11:00 на заседании Диссертационного Совета по юридическим наукам Д 502.006.15 в Российской академии государственной службы при Президенте Российской Федерации по адресу: 119606, Москва, пр-т Вернадского, д. 84, 1–й учебный корпус, ауд. 2283

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке РАГС.

Автореферат разослан 29 марта 2011 г.


Ученый секретарь

диссертационного совета В.В. Зайцев

^ I. Общая характеристика диссертационной работы

Актуальность темы диссертационного исследования обусловлена многими факторами. Указом Президента Российской Федерации от 18.07.2008 № 1108 «О совершенствовании Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрены разработка концепции развития гражданского законодательства и подготовка законопроекта о внесении изменений в Гражданский кодекс Российской Федерации (далее – ГК РФ) с учетом опыта его применения и толкования судом. Одной из составных частей концепции, разработанной в соответствии с данным Указом, являются предложения по развитию законодательства о юридических лицах. В концепции признается, что действующее законодательство не содержит эффективного механизма осуществления ликвидации юридических лиц. Также во исполнение данного Указа Советом при Президенте Российской Федерации по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства разработан проект федерального закона о внесении изменений в ГК РФ.

На протяжении многих лет в России существуют множество недействующих или убыточных организаций, функционирующих лишь благодаря недостаточной правовой регламентации в области ликвидации юридических лиц. Наличие в законодательстве нерешенных вопросов в сфере прекращения юридических лиц породило неустойчивость в предпринимательстве, нездоровое положение и незащищенность участников гражданского оборота.

Анализ судебной практики показывает, что добровольная ликвидация и банкротство как частный случай ликвидации при несовершенстве действующего законодательства всё чаще используются уже не в рейдерских целях, а в целях «узаконенного» способа неплатежа. Этим, по нашему мнению, и объясняется большое количество подобных судебных дел, в которых, как правило, фигурируют значительные суммы кредиторской задолженности. Имеются случаи, когда юридическое лицо «бросается» ликвидатором, несмотря на предусмотренную законом ответственность, и ликвидируемый должник переходит в разряд отсутствующих. Более того, сам единоличный исполнительный орган юридического лица или ликвидатор зачастую оказываются «вымышленными персонажами», которых нельзя найти даже в рамках уголовного преследования. Подобные ситуации также вызывают проблемы у правоприменителя. Естественно, невозможность кредитора получить долги негативно сказывается на его финансовом состоянии и может стать причиной его неплатежеспособности, что в целом негативно отражается на экономике государства.

Урегулированные императивными правилами закона процедуры ликвидации и банкротства, рассчитанные, прежде всего, на защиту интересов кредиторов, в условиях существующего недостаточного правового регулирования позволяют недобросовестным субъектам избегать данной цели, оставляя требования контрагентов должника без удовлетворения. Кроме того, сами законоположения содержат ряд неразрешенных вопросов, требующих обстоятельного анализа, которому и посвящена настоящая работа.

В этой связи остро встают вопросы, связанные с регулированием ликвидации юридических лиц, в том числе и путем банкротства. Значение института несостоятельности (банкротства) в такой ситуации трудно переоценить. С одной стороны, данный институт используется как важнейший стимулятор исполнения денежных обязательств субъектами предпринимательской и иной экономической деятельности; с другой стороны – позволяет устранить из экономических отношений лиц, неплатежеспособность которых губительно сказывается на экономике региона или страны в целом.

Однако, как отмечает В.В.Витрянский, в действующем Федеральном законе от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) имеется немало пробелов и ошибочных положений; кроме того, неудачная редакция некоторых правовых норм допускает различные варианты их толкования. В этих условиях весьма сложно требовать от арбитражных судов, рассматривающих дела о банкротстве, единообразия в применении соответствующих законоположений. На устранение указанных негативных моментов направлено реформирование отечественного законодательства о банкротстве, которое продолжается по сей день – последние существенные концептуальные изменения в Закон о банкротстве внесены Федеральным законом от 30.12.2008 №296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», Федеральным законом от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и Федеральным законом от 19.07.2009  № 195-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Между тем данные изменения, направленные с одной стороны на устранение существующих пробелов в законодательстве и совершенствование правового регулирования в отсутствие системного подхода, создали новые сложности правоприменителям и участникам гражданского оборота. В этой ситуации многие видные ученые и практики стали всерьез говорить о введении моратория на внесение изменений в Закон о банкротстве. Бессистемность и частота появления таких законодательных новелл дает основания сравнивать их с так называемым «ямочным ремонтом» дорог. В итоге применение норм о банкротстве сегодня напоминает езду по такой наспех залатанной дороге. Очевидно, что отмеченные правовые проблемы, а также макроэкономические задачи модернизации экономики страны требуют серьезных, комплексных и научно-обоснованных работ по замене всего «дорожного полотна».

^ Степень разработанности темы диссертационного исследования. Проблематика, связанная с прекращением юридических лиц, анализируется в отечественной юриспруденции во многих научных трудах. Она представлена в работах, посвященных как в целом прекращению юридических лиц, так и отдельным способам ликвидации и реорганизации, в частности, очень много работ посвящено такому способу прекращения юридических лиц, как несостоятельность (банкротство), среди которых следует отметить труды В.В.Витрянского, С.А.Денисова, А.В.Егорова, О.Р.Зайцева, В.Ф.Попондопуло, С.В.Сарбаша, М.В.Телюкиной.

Из всех научных трудов наиболее близко касаются темы настоящего исследования работы А.А.Мельникова и С.С.Дуканова. Однако данные авторы, так же как и А.Ю.Слоневская, исследовали только такой способ прекращения юридического лица без правопреемства, как ликвидация организации в соответствии с ГК РФ. Работы, посвященные несостоятельности (банкротству), в свою очередь, не рассматривали данный институт как самостоятельную форму прекращения юридического лица и, естественно, не касались иных форм прекращения юридического лица без правопреемства. Традиционно вопросы прекращения юридических лиц отражены в многочисленных учебниках и учебных пособиях по гражданскому праву.

Следует также отметить, что термин «прекращение юридического лица» хотя и был известен российской цивилистической доктрине, однако большинством авторов под прекращением юридических лиц понимались только реорганизация и ликвидация. Так, например, Б.Б.Черепахин, пользуясь данной терминологией, считал ликвидацию единственным способом прекращения юридического лица, при котором последнее не оставляет универсальных правопреемников.

Вместе с тем, несмотря на усилия по изучению проблематики ликвидации юридических лиц, в отечественной науке до настоящего момента вся совокупность дискуссионных вопросов прекращения юридического лица без правопреемства специальному исследованию не подвергалась.

Все вышесказанное, включая содержащиеся в Концепции развития гражданского законодательства критические замечания, убедительно свидетельствует о назревшей необходимости специального исследования правового регулирования прекращения юридических лиц без правопреемства.

Данное диссертационное исследование имеет следующую цель: на основе исследования действующего законодательства России, судебно-арбитражной практики, отечественной доктрины и иностранного правового опыта выработать целостную научную концепцию оптимизации правового регулирования прекращения юридических лиц без правопреемства.

Причиной выбора цели настоящего исследования явилось отсутствие достаточного развития положений в сфере прекращения юридических лиц без правопреемства в доктрине, законодательстве и судебной практике.

Данная цель потребовала решения следующих задач диссертационного исследования:

– проведения анализа существующих теорий и положений, раскрывающих сущность юридического лица применительно к прекращению юридического лица и разработки на основе проведенного анализа новой правовой категории – «прекращение юридического лица без правопреемства»;

– отграничения категории прекращения юридического лица без правопреемства от реорганизации юридического лица;

– исследования основных способов прекращения юридического лица без правопреемства и их классификации;

– анализа существующих оснований прекращения юридического лица без правопреемства;

– изучения субъектного состава и порядка прекращения юридического лица без правопреемства;

– обобщения системы критериев, положенных в основу инициирования процедуры банкротства, и разграничения на их основе ликвидации (общей), банкротства и административного порядка прекращения юридического лица;

– определения путей оптимизации гражданского законодательства о прекращении юридических лиц без правопреемства и подготовки на их основе конкретных предложений по изменению действующего правового регулирования.

Объектом диссертационного исследования является комплекс теоретических и практических вопросов, обусловленных необходимостью оптимизации правового регулирования прекращения юридических лиц без правопреемства.

Предметом исследования являются гражданско-правовые отношения, возникающие в сфере прекращения юридических лиц без правопреемства.

^ Методологическая основа диссертационного исследования. При решении поставленных задач автор опирался на современные методы познания, выявленные и разработанные наукой и апробированные практикой. Общеметодологическую основу диссертации составили общенаучный (диалектический) метод познания правовой действительности, позволивший рассмотреть проблематику прекращения юридических лиц без правопреемства в неразрывном единстве с иными правовыми явлениями, и системный метод. В ходе исследования применялись также специальные частнонаучные методы: формально-юридический, метод сравнительного правоведения, историко-правовой, логический, методы комплексного анализа, метод правового моделирования, межотраслевой метод юридических исследований.

^ Нормативную основу диссертационной работы составили положения Конституции РФ, отечественного гражданского законодательства, законодательства о предпринимательской деятельности и ряда иных отраслей законодательства, в которых содержатся правовые нормы, отражающие существующую систему прекращения юридических лиц. Также в работе использован опыт зарубежного законодательства в области регулирования прекращения юридических лиц.

^ В качестве эмпирической базы диссертации использовались материалы практики арбитражных судов Российской Федерации, включая практику Арбитражного суда Республики Татарстан, а также постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, информационные письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, постановления Конституционного Суда Российской Федерации.

^ Теоретическую основу диссертационного исследования составляют работы ученых в области теории права, гражданского и предпринимательского права: Т.Е.Абовой, Н.Г.Александрова, С.С.Алексеева, В.А.Белова, В.С.Белых, М.И.Брагинского, С.Н.Братуся, Д.Х.Валеева, Б.Виндшейда, В.В. Витрянского, Д.М.Генкина, Л.Л.Гервагена, Б.М.Гонгало, В.П.Грибанова, С.А.Денисова, Г.К.Дмитриевой, А.А.Дубиничина, А.В.Егорова, В.В.Зайцева, О.Р.Зайцева, О.С. Иоффе, А.И.Каминки, С.А.Карелиной, Н.В.Козловой, О.А.Красавчикова, Л.О.Красавчиковой, П.В.Крашенинникова, А.Л.Маковского, А.А.Маковской, К.И.Малышева, Д.И.Мейера, Т.Н.Нешатаевой, О.А.Никитиной, Л.А.Новоселовой, С.И.Носова, В.Ф.Попондопуло, О.Н.Садикова, С.В.Сарбаша, Б.М.Сейнароева, А.П.Сергеева, В.Л.Слесарева, Е.А.Суханова, М.В.Телюкиной, Ю.К.Толстого, А.Ф.Трайнина, Б.Н.Трубецкого, Л.В.Тумановой, Д.А.Фурсова, Р.О.Халфиной, П.П.Цитовича, В.П.Чичканова, М.Ю.Челышева, Б.Б.Черепахина, Л.И.Шевченко, Г.Ф.Шершеневича, М.К.Юкова, В.Ф.Яковлева и др.

^ Научная новизна диссертации состоит в том, что в ней впервые проводится анализ сложившейся к настоящему времени системы правового регулирования всех форм прекращения юридических лиц без правопреемства.

В этой связи в научный оборот предлагается ввести новую правовую категорию – «прекращение юридического лица без правопреемства», объединяющую такие формы, как ликвидации, банкротство и исключение юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц регистрирующим органом. По результатам анализа судебной практики, проблем, выявленных в ходе практического правоприменения, а также в целях определения путей дальнейшего развития законодательства в данном направлении выработаны конкретные предложения, направленные на совершенствование ГК РФ, Закона о банкротстве и Федерального закона от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон о регистрации юридических лиц) в целях совершенствования указанного правового регулирования.

С учетом особенностей правового регулирования прекращения юридических лиц без правопреемства, направленности его применения и достигаемого при этом результата автором впервые проводится классификация форм прекращения юридического лица без правопреемства.

^ На защиту выносятся следующие основные положения:

1. Обосновано, что базовым доктринальным основанием концепции оптимизации правового регулирования прекращения юридических лиц без правопреемства должна служить теория «персонифицированного имущества». Исходя из этого, прекращение юридического лица без правопреемства означает и прекращение имущественной составляющей юридического лица, при котором имущество перестает служить достижению целей юридического лица и распределяется между его кредиторами, а при их отсутствии – между учредителями (участниками). При этом прекращение иных признаков юридического лица является следствием, а не причиной прекращения юридического лица.

2. На основе теории «персонифицированного имущества» и в ее развитие автором раскрыта сущность прекращения юридических лиц без правопреемства: в отличие от реорганизации, это как фактическая, так и юридическая деперсонификация имущества. Имущество юридического лица перестает отождествляться с «персоной» (юридическое лицо), так как распределяется между его кредиторами (если имеются неисполненные обязательства) и учредителями, а юридическое лицо исключается из числа субъектов гражданских отношений.

3. Формы прекращения юридических лиц без правопреемства зависят от степени достаточности имущества для удовлетворения требований кредиторов, а также проведения процедуры прекращения юридического лица. Соответственно, выделяются три формы прекращения юридического лица без правопреемства: ликвидация (в случаях, когда имущества достаточно для расчетов с кредиторами); банкротство (имущества достаточно для проведения процедуры конкурсного производства и частичных расчетов с кредиторами); административный порядок прекращения юридических лиц (у юридического лица отсутствует имущество или его недостаточно для проведения процедуры банкротства). Данное разграничение форм прекращения юридических лиц без правопреемства целесообразно закрепить в законодательстве.

4. Диссертантом доказано, что банкротство как одна из форм прекращения юридического лица по своим правовым характеристикам не является частным случаем ликвидации. Соответственно, ликвидацию следует рассматривать только как прекращение юридического лица без правопреемства, регулируемое исключительно ГК РФ, а не законодательством о банкротстве.

5. В целях отграничения процедуры исключения недействующего юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц от других форм прекращения юридических лиц без правопреемства представляется необходимым для обозначения порядка прекращения недействующих юридических лиц по решению регистрирующего органа использовать новый термин – «административное прекращение юридического лица».

6. В отличие от прекращения юридических лиц без правопреемства, реорганизацию, в том числе сопровождаемую прекращением юридических лиц, следует рассматривать в качестве способа создания нового юридического лица путем изменения размера консолидированного капитала. Прекращение юридического лица здесь имеет не сущностный, а формально-регистрационный характер, тогда как правопреемство обусловлено сохранением имущественной составляющей прекращаемого юридического лица и означает юридическое следование кредиторов за его имущественным субстратом. В случае же проведения реорганизации с единственной целью – прекратить юридическое лицо, имеет место обход закона.

В диссертации имеются следующие предложения по совершенствованию действующего законодательства:

В Законе о банкротстве в целях оптимизации процедур банкротства:

– исключить процедуру наблюдения как крайне неэффективную, излишне затратную и позволяющую должникам в ряде случаев вывести активы либо совершить сделки, направленные на уменьшение имущественной массы;

– предусмотреть по результатам проведения финансового анализа и первого собрания кредиторов в конкурсном производстве возможность перехода из данной процедуры банкротства к восстановительным процедурам несостоятельности (финансовое оздоровление, внешнее управление);

– исключить процедуру банкротства отсутствующего должника (параграф 2 главы XI) как излишне затратную и дублирующую административное прекращение юридического лица.

Закон о регистрации юридических лиц дополнить правилами, детально регулирующими административное прекращение юридического лица, выделив их в отдельную главу.

В Федеральном законе от 02.10.2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» исключить подп. 6 п. 1 ст. 47.

Теоретическая и практическая значимость результатов исследования. Теоретическая значимость выражена в том, что в работе сформулирован ряд выводов, имеющих значение для науки гражданского и предпринимательского права, а также правовой науки в целом. Так, в частности, в диссертации введена новая правовая категория – «прекращение юридического лица без правопреемства».

В работе выдвигается ряд предложений по оптимизации действующего законодательства, в связи с чем практическая значимость результатов диссертационного исследования выражается в возможности их использования:

– в работе правотворческих органов при совершенствовании норм действующего законодательства, предложения по изменению и дополнению которых сформулированы в диссертации;

– для подготовки постановлений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации по вопросам, связанным с прекращением юридических лиц, в том числе путем банкротства;

– в учебном процессе в рамках преподавания курсов «Гражданское право», «Предпринимательское право», специальных курсов гражданско-правового цикла, других юридических дисциплин, а также для подготовки соответствующих учебников, учебных и учебно-методических пособий;

– в юридической практике, в частности судебной и адвокатской.

^ Апробация и внедрение результатов исследования. Рецензирование и обсуждение диссертационного исследования проведено на заседании кафедры правового обеспечения рыночной экономики Российской академии государственной службы при Президенте Российской Федерации.

Положения и выводы диссертационного исследования, в частности, предложения, касающиеся оптимизации правового регулирования банкротства и административного порядка прекращения юридических лиц, использовались диссертантом в рамках учебного процесса Казанского филиала Российской академии правосудия при чтении лекций, проведении семинарских занятий, подготовке учебной и методической литературы, в том числе учебно-методического комплекса по специальному курсу «Судебное рассмотрение дел о несостоятельности (банкротстве)». Также положения и выводы диссертационного исследования были использованы диссертантом при подготовке отзывов и рецензий на дипломные работы.

Результаты диссертационного исследования были использованы при формировании судебной практики Арбитражного суда Республики Татарстан. В частности, по делам, относящимся к исследуемой в диссертации проблематике банкротства юридических лиц, банкротства ликвидируемых и отсутствующих должников, непосредственно диссертантом было рассмотрено 4403 заявлений и требований (за период с 01.01.2005 года по 31.12.2010).

Основные положения и выводы диссертационного исследования опубликованы автором. Результаты работы над диссертацией докладывались диссертантом и обсуждались на научных и научно-практических конференциях.

^ Структура работы обусловлена целью и задачами диссертационного исследования. Диссертация состоит из введения; основной части работы, состоящей из четырех глав, подразделенных на восемь параграфов; заключения; а также списка нормативных правовых актов, материалов судебной практики и списка использованной литературы.


^ II. Основное содержание диссертационной работы

Во Введении обосновывается актуальность темы, формулируются цели и задачи исследования, определяются объект и предмет исследования, описываются методология и теоретические основы исследования, раскрываются научная новизна и основные положения, выносимые на защиту, указывается практическая значимость, приводятся сведения об апробации результатов исследования, а также определяется структура диссертации.

Первая глава «Общая характеристика правового регулирования прекращения юридических лиц без правопреемства», как и все последующие главы работы, состоит из двух параграфов.

В первом параграфе «Сущность категории прекращения юридических лиц без правопреемства» предлагается для введения в научный оборот и анализируется правовая категория «прекращение юридических лиц без правопреемства».

В целях дефиниции данной категории исследуются такие понятия, как «юридическое лицо» и «прекращение юридического лица».

Для понимания юридического лица выявляются его признаки и цели, для которых оно создавалось. В целях выяснения сути юридического лица для дальнейшего определения категории «прекращение юридического лица» предпринята попытка научной оценки теорий юридического лица с точки зрения прекращения его как субъекта. Исследуются основные теории юридического лица, такие как теория фикции (Б.Виндшейд, Кеппен, А.Бринц, Э.Беккер, Демелиус, Брунс, Белау), теория реального субъекта (О.Гирке, Кунце, Блюнчли, Штоббе, Регельсбергер, Джорджи, Л.Мишу, Г.Дернбург, Салейль, Д.М.Генкин С.Н.Братусь, Б.Б.Черепахин, В.А.Рахмилович, Н.В.Козлова), теория государства (С.И.Аскназий), теория директора (Ю.К.Толстой), теория администрации (Н.Г.Александров, С.Ф.Кечекьян), теория коллектива (А.В.Венедиктов, В.П.Грибанов, О.С.Иоффе, Г.К.Матвеев), теория социальных связей (О.А.Красавчиков), теория персонифицированного имущества (Е.А.Суханов). С позиций данных теорий, объясняющих сущность юридического лица, рассматривается институт его прекращения.

Анализ концепций юридического лица применительно к институту его прекращения позволил сделать вывод, что большинство теорий юридического лица в современном правовом регулировании утратили свое практическое и теоретическое значение и никак не объясняют вопросы прекращения юридического лица, поскольку с момента государственной регистрации прекращения юридического лица утрачивают значение большинство признаков юридического лица, сформированных на основании тех или иных теорий юридического лица (например, такой признак, как организационное единство, появившийся в результате теории фикции). В работе доказывается, что единственной теорией, имеющей актуальное значение для юридического лица и, в том числе, его прекращения является теория персонифицированного имущества. На основе примеров из судебной практики и позиции, отраженной в концепции развития гражданского законодательства, показывается определяющее значение признака имущественной обособленности, наличие которого (в отличие от всех других признаков) препятствует прекращению юридического лица. Пока имущество юридического лица не распределено (не перестало быть обособленным) и не решена его судьба, юридическое лицо не может быть ликвидировано. Равно как и обнаружение нераспределенного имущества юридического лица, после государственной регистрации его прекращения должно за собой повлечь поворот ликвидации юридического лица.

В связи с этим теория персонифицированного имущества положена в основу настоящего исследования как базовая доктринальная концепция оптимизации прекращения юридических лиц без правопреемства.

С позиции данной теории отграничивается реорганизация от ликвидации и дается авторская дефиниция категории «прекращение юридического лица без правопреемства», которая определяется как прекращение имущественной составляющей юридического лица, при котором она перестает служить достижению целей юридического лица и распределяется между его кредиторами, а при их отсутствии – учредителями (участниками). В зависимости от степени достаточности имущества прекращение юридического лица может осуществляться в форме ликвидации, банкротства или административного порядка прекращения. При этом прекращение иных признаков юридического лица является следствием, а не причиной прекращения юридического лица.

Во втором параграфе «Классификация способов (форм) прекращения юридических лиц без правопреемства» проводится систематизация видов прекращения юридических лиц без правопреемства.

В параграфе также исследуется вопрос о том, почему длительное время в законодательстве и доктрине в конце XIX-го и начале XX-го века под прекращением юридического лица понималась только ликвидация. Реорганизация в отечественном праве была отнесена законодателем к одному из способов прекращения юридических лиц только с принятием ГК РСФСР от 11 июня 1964 г.

В работе это обосновывается тем, что по целевому признаку главное отличие прекращения юридического лица без правопреемства от реорганизации юридических лиц состоит в том, что в первом цель направлена именно на ликвидацию субъекта, ликвидацию всех его признаков, а не на создание нового лица на имущественной основе прежнего.

В связи с этим реорганизацию с точки зрения цели данного явления следует рассматривать, прежде всего, не как прекращение юридического лица, а как способ создания нового юридического лица путем изменения размера консолидированного капитала. Прекращение, имеющее при этом место, является не целью, а следствием достижения указанной цели и носит формально-регистрационный характер, аналогичный изменению наименования юридического лица. Правопреемство при реорганизации как раз обусловлено сохранением имущественной составляющей юридического лица и означает юридическое следование кредиторов юридического лица за имущественным субстратом последнего.

Таким образом, можно с уверенностью говорить о двух самостоятельных правовых категориях: «прекращение юридического лица с правопреемством по обязательствам» и «прекращение юридического лица без правопреемства по обязательствам». Первая категория включает в себя только реорганизацию. Вторая, на наш взгляд, шире и не должна ограничиваться только ликвидацией юридических лиц.

Проведенное исследование показывает, что, исходя из легального правового регулирования, существующая доктрина говорит о ликвидации как о единственном способе прекращения юридического лица без правопреемства. Банкротство de lege lata в силу нормы абз. 2 п. 1 ст. 65 ГК РФ также рассматривается как частный случай ликвидации.

Действующее законодательство также предусматривает возможность упрощенного прекращения недействующих (прекративших деятельность) юридических лиц путем исключения их из единого государственного реестра юридических лиц по решению регистрирующего органа (ст.21.1. Закона о регистрации юридических лиц). При этом в ГК РФ отсутствует какое-либо упоминание об административном порядке прекращения юридических лиц. Сам административный порядок не предусматривает каких-либо ликвидационных процедур, связанных с удовлетворением требований кредиторов и распределением имущества.

Данное обстоятельство позволяет сделать в диссертации вывод о том, что законодатель не относит административный порядок исключения юридических лиц из единого государственного реестра юридических лиц (далее – Реестр, ЕГРЮЛ) к процедуре ликвидации. Такой вывод подтвержден и судебной практикой. Принятое в развитие положений названного Закона № 83-ФЗ Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2006 г. № 67 «О некоторых вопросах практики применения положений законодательства о банкротстве отсутствующих должников и прекращении недействующих юридических лиц» также разъяснило, что процедура исключения недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является специальным основанием прекращения юридического лица, не связанным с его ликвидацией.

В диссертации обосновывается, что данное разъяснение вполне оправдано и с научной точки зрения. Круг субъектов, объем их прав и обязанностей, процедура прекращения юридического лица при ликвидации, ее основания и цели существенно отличаются от прекращения юридического лица в административном порядке.

Названные параметры также различны у ликвидации, регулируемой только ГК РФ, и конкурсного производства как ликвидационной процедуры банкротства.

В связи с этим в ходе исследования также получен вывод, согласно которому нецелесообразно рассматривать банкротство (конкурсное производство) как частный случай ликвидации юридического лица, а логичнее считать его отдельной формой прекращения юридического лица без правопреемства. Термин «ликвидация» следует рассматривать как понятие, обозначающее отдельную форму прекращения юридического лица без правопреемства, и применять данный термин только к процедуре ликвидации, регулируемой исключительно нормами ГК и специальными законами об отдельных видах юридических лиц.

Таким образом, прекращение юридического лица без правопреемства состоит из трех основных форм: ликвидации, банкротства и административного порядка прекращения. Различие между названными формами проводится как на основании общих критериев (основания, цели, процедуры – чему посвящены главы 2-4 настоящего исследования), так и на основании достаточности имущественной составляющей юридического лица для процедуры прекращения и удовлетворения требований кредиторов.

Ликвидация юридического лица как самостоятельная форма его прекращения de lege ferendа должна иметь место тогда, когда имущества юридического лица достаточно для удовлетворения всех требований кредиторов и исполнения всех обязательств юридического лица. Обязательным условием применения конкурсного производства является одновременное наличие таких обстоятельств как невозможность полного удовлетворения требований кредиторов за счет имущества юридического лица (установленный факт неплатежеспособности), с одной стороны, так и возможность частичного удовлетворения требований с другой. Исключение юридического лица из Реестра в административном порядке должно применяться тогда, когда имущественной основы юридического лица не хватает даже на проведение процедуры его прекращения, либо когда имущества явно не хватает для удовлетворения требований кредиторов. Ликвидацию следует рассматривать только как прекращение юридического лица без правопреемства, регулируемое исключительно нормами ГК РФ, банкротство, в свою очередь, регламентируется и ГК РФ, и специальным законодательством о несостоятельности (банкротстве). При этом банкротство по своим правовым характеристикам не является частным случаем ликвидации.

Ликвидация, предусмотренная ГК РФ, в соответствии с п. 2 ст. 61 кодекса традиционно разделяется на добровольную и принудительную.

В отличие от ликвидации банкротство как форма прекращения юридического лица всегда носит принудительный характер, поскольку осуществляется на основании решения суда. Даже в том случае, когда должник сам обращается с заявлением о признании его банкротом, реализуя свое право, предоставленное ему нормой ст. 8 Закона о банкротстве, вывод о наличии оснований для введения ликвидационной процедуры делает суд, а должник, при установлении факта неплатежеспособности, не может своим волеизъявлением повлиять на судебный акт о его банкротстве.

Третья форма прекращения юридических лиц, каковой является административный порядок исключения (прекративших деятельность) юридических лиц из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего (административного) органа, является общей для всех юридических лиц и не подлежит более детальной классификации.

Вышеуказанное разграничение форм прекращения юридических лиц без правопреемства должно быть закреплено законодательно.

^ Вторая глава «Правовое регулирование ликвидации юридических лиц и проблемы его оптимизации» посвящена исследованию законодательства, судебной практики и доктрины по вопросам ликвидации юридических лиц, регулируемой нормами ГК, и решению проблемы совершенствования соответствующего правового регулирования.

В первом параграфе «Основания ликвидации юридических лиц» приводятся юридические факты, влекущие ликвидацию юридических лиц. Дается определение добровольной и принудительной ликвидации, согласно которому добровольной является ликвидация, в основание которой положено волеизъявление участников либо уполномоченного органа юридического лица, не нарушающего закона и чьих-либо законных интересов, в противном случае – при наличии нарушений закона либо интересов третьих лиц, требующих защиты своих прав, в случае если они носят неустранимый характер, ликвидацию следует считать принудительной.

Исследуются конкретные основания принудительной ликвидации.

В условиях либерального регистрационного законодательства и слабого контроля за недобросовестной коммерческой деятельностью делается вывод, что уставный капитал должен быть серьезной гарантией защиты прав кредиторов при осуществлении различных видов предпринимательской деятельности. В целях защиты интересов прав кредиторов необходимо ввести соответствующие гарантии еще на стадии образования юридического лица. Уставной капитал коммерческих организаций, на наш взгляд, должен быть оплачен на момент создания юридического лица, только денежными средствами, а не другим имуществом. Также необходимо законодательно закрепить правило о том, что в коммерческой организации за счет части средств, внесенных в уставной капитал, должен быть сформирован резервный денежный фонд, который может гарантировать исполнение обязательств юридического лица перед кредиторами.

Второй параграф «Субъекты и порядок ликвидации юридических лиц» посвящен процедуре ликвидации юридических лиц, регулируемой ГК РФ, и полномочиям лиц, участвующих в данных правоотношениях.

В параграфе анализируются проблемы, связанные со скудным регулированием ликвидации, предусмотренной ГК РФ, в отличие от прекращения юридического лица путем признания его банкротом. По мнению автора, применить нормативные акты, регулирующие конкурсные отношения, к правоотношениям, связанным с ликвидацией юридических лиц, вне рамок дел о банкротстве не представляется возможным ввиду сущностного различия данных форм прекращения юридического лица.

Слабое, по сути, законодательство о порядке ликвидации ведет к незащищенности интересов кредиторов, что, в свою очередь, нивелирует их законодательно закрепленное положение в ГК РФ как стороны гражданских правоотношений. О незащищенности интересов кредиторов в процессе добровольной ликвидации свидетельствует, в частности, наличие возможности окончания исполнительного производства (публичной процедуры) принятием частноправового решения должника о добровольной ликвидации организации.

При принятии решения о ликвидации юридического лица судебный пристав-исполнитель оканчивает исполнительное производство и передает исполнительные листы ликвидатору (ликвидационной комиссии) (подп. 6 п. 1 ст. 47 Федерального закона «Об исполнительном производстве»), одновременно с этим судебный пристав-исполнитель снимает наложенные им в ходе исполнительного производства аресты на имущество должника и иные ограничения по распоряжению этим имуществом (п. 6 ст. 96 Федерального закона «Об исполнительном производстве»). Функция исполнения судебных актов передается от государственного органа частному лицу – ликвидатору, назначаемому учредителями должника.

Этим нередко пользуются недобросовестные должники для того, чтобы вывести активы юридического лица и уклониться от исполнения обязательств, в том числе, по уплате обязательных платежей.

Возможность данного злоупотребления, на наш взгляд, вызвана нарушением законодателем конституционного права на судебную защиту, реализуемого в существовании таких принципов гражданского и арбитражного судопроизводства, как исполнимость и обязательность судебных актов. Право на судебную защиту входит в состав соответствующего конституционного правоотношения, в юридическое содержание которого наряду с правом на судебную защиту управомоченного лица входит обязанность суда как органа государственной (судебной) власти обеспечить реализацию данного субъективного права. Завершает реализацию права на судебную защиту исполнение решения суда, без чего соответствующее право даже в случае правильного и своевременного рассмотрения дела обратилось бы в фикцию. Несмотря на то, что деятельность службы судебных приставов не является правосудием, она направлена на государственно-принудительное исполнение судебных решений и регулируется нормами публичного права. В этой связи, на наш взгляд, недопустимо установление возможности ее окончания частноправовым актом субъекта частного права (каковым является решение учредителя юридического лица о ликвидации) с передачей функций исполнения государственного акта опять же частному лицу – ликвидкому.

В связи с изложенным предлагается в Федеральном законе «Об исполнительном производстве» исключить подп. 6 п. 1 ст. 47.

^ Третья глава «Правовое регулирование конкурсного производства как процедуры банкротства и проблемы его оптимизации» посвящена конкурсному производству как способу прекращения юридического лица.

В первом параграфе «Основания для введения конкурсного производства» автор исследует вопросы выбора критерия банкротства как основания для применения данной формы прекращения юридического лица.

Известные мировой практике два критерия банкротства – критерий неплатежеспособности и критерий неоплатности – имеют ряд недостатков, нивелировать которые можно только с помощью элементов механизма правового регулирования отношений, возникающих в связи с несостоятельностью. В этой связи, согласно позиции автора, выбор критерия банкротства невозможен без применения судейского усмотрения в конкурсном процессе. Особенно четко это прослеживается на примере банкротства ликвидируемого должника. Несмотря на то, что специальные нормы параграфа 1 главы XI Закона о банкротстве предусматривают возможность возбуждения дела о банкротстве в отношении ликвидируемого должника только по заявлению ликвидкома, это не препятствует заявителю-кредитору на основании общих норм, содержащихся в ст. 7 и ст. 11 Закона о банкротстве, обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании ликвидируемого должника несостоятельным (банкротом). Данное умозаключение также подтверждается судебной практикой, отраженной в Постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.11.2002 № 5169/02 и от 20.04.2004 г. № 1560/04.

В связи с тем, что критерий банкротства ликвидируемого должника не может изменяться в зависимости от того, какой субъект инициирует конкурс, судебная практика исходит из того, что в ст. 224 Закона о банкротстве установлен не критерий банкротства, а условие обращения в суд с заявлением ликвидационной комиссии. Критерий же для всех видов должников – юридических лиц (независимо от того, находятся они в процедуре ликвидации или нет) один – критерий неплатежеспособности.

Вместе с тем применение критерия неплатежеспособности к ликвидируемому должнику в общем порядке также порождает ряд проблем. Ликвидируемый должник может не платить по своим обязательствам не в силу отсутствия у него такой возможности, а по той причине, что законодательно установленный в ст. 63 ГК РФ порядок ликвидации юридического лица запрещает ему это делать до даты составления и утверждения промежуточного баланса. Кажущееся очевидным решение этой проблемы в виде установления более длительного срока неисполнения обязательства как признака неплатежеспособности для ликвидируемого должника (более трех месяцев) не является идеальным, поскольку срок ликвидации различных субъектов в зависимости от размера их активов и объема ликвидационных мероприятий может существенно отличаться, следовательно, выбрать оптимальный срок невозможно. В связи с этим автором предлагается в качестве одного из вариантов решения данной проблемы выработать новый критерий банкротства для ликвидируемого должника, который был бы сформирован на основании уже существующих, но включал бы в себя и иные признаки, например связанные с надлежащим (ненадлежащим) выполнением ликвидационной комиссией (ликвидатором) ликвидационных процедур. Однако для разработки и реализации этого критерия необходимо, чтобы в ГК РФ и специальном законе о регистрации юридических лиц была четко регламентирована процедура ликвидации, отступление от которой ликвидатором позволило бы кредитору инициировать конкурсный процесс. Возможным вариантом решения проблемы критерия банкротства ликвидируемого должника – до внесения изменений в законодательные акты – как раз и можно рассмотреть отнесение указанного вопроса к судебному усмотрению, исходя из каждого конкретного дела и его обстоятельств. Конкурсный кредитор или уполномоченный орган вправе обратиться с заявлением о признании ликвидируемого должника банкротом, однако суд, даже при достаточности имущества для удовлетворения требований кредиторов в порядке ликвидации, может принять решение о признании ликвидируемого должника банкротом, если установит обстоятельства, свидетельствующие о затягивании процедуры ликвидации или иных нарушениях прав кредиторов, которые в перспективе могут привести к неудовлетворению требований кредиторов.

В качестве основного вывода предлагается в целях совершенствования законодательства о банкротстве и устранения правовой неопределенности нормативно ввести новый критерий банкротства для ликвидируемого должника. Он должен быть сформирован на основании уже существующих, но включать в себя и иные детализирующие признаки, например связанные с надлежащим (ненадлежащим) выполнением ликвидационной комиссией (ликвидатором) ликвидационных процедур.

Для совершенствования такой формы прекращения юридических лиц без правопреемства, как банкротство, автором предлагается четко и последовательно в законодательстве, судебной практике и доктрине отграничивать данную форму от такого правового явления, как несостоятельность. При этом основным отграничительным признаком выступает направленность банкротства на прекращение юридического лица без правопреемства, а несостоятельности – на восстановление платежеспособности юридического лица.

Во втором параграфе «Субъекты и порядок осуществления конкурсного производства как процедуры банкротства» автор обращается к вопросу оптимизации правового регулирования деятельности субъектов конкурсного права и процедуры конкурсного производства.

Немалое внимание в параграфе уделено правовому анализу статуса должника и кредиторов. Делается вывод, что в части контрольных функций за ходом конкурсного процесса основное отличие конкурсных кредиторов от неконкурсных заключается не в возможности обжалования тех или иных действий субъектов, а в возможности определять судьбу конкурсного процесса путем принятия основных решений, оказывающих влияние на конкурсный процесс: о выборе процедур несостоятельности, о назначении арбитражного управляющего, о расходах по делу о банкротстве и т.д.

Особое внимание в работе уделено статусу арбитражного управляющего. Практика показывает, что действующее правовое регулирование позволяет арбитражным управляющим расходовать конкурсную массу преимущественно на расходы, связанные с осуществлением процедуры, развивая так называемый бизнес «на костях должников». В целях совершенствования процедуры управления имуществом должника-банкрота в конкурсном производстве обосновывается возможность передачи соответствующих полномочий организациям (юридическим лицам), профессионально занимающимся антикризисным управлением.

Дополнительно в качестве альтернативного варианта предлагается рассмотреть возможность наделения арбитражного управляющего статусом государственного служащего, за деятельность которого отвечало бы не саморегулируемая организация, а государство. Наличие такой формы арбитражного управления, наряду с существующей, было бы положительно воспринято, например, уполномоченными органами и позволило бы уменьшить текущие расходы на проведение процедур банкротства. Свобода выбора при определении субъекта арбитражного управления в условиях конкуренции будет только на руку добросовестным управляющим, будь это физические или юридические лица. Также в работе отмечается проблема отождествления понятия «арбитражного управляющего» с арбитражным судом, вносящая неопределенность в статус управляющего при его взаимоотношениях с третьими лицами. В связи с этим предлагаются убрать из понятия, обозначающего профессиональную деятельность лица, занимающегося частной практикой, прилагательное «арбитражный», заменив его, например, на «антикризисный».

Отдельно в диссертации поднимается вопрос о том, кому – должнику или кредитору – Закон о банкротстве отдает большее предпочтение? Практика показывает, что «продолжниковая» направленность Закона о банкротстве негативно сказывается на интересах кредиторов и гражданском обороте. Автором поддерживается дальнейшее усиление позиции кредиторов, обозначившееся с принятием Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

На основании статистических данных, отражающих низкий процент реабилитационных процедур и еще более низкий процент окончания их восстановлением платежеспособности должника, в целях дальнейшего усиления защиты интересов кредиторов отмечается, что необходимо изменить Закон о банкротстве, исключив из Закона о банкротстве процедуру наблюдения как крайне неэффективную, излишне затратную и позволяющую должникам в ряде случае вывести активы либо совершить сделки, направленные на уменьшение имущественной массы. При этом в работе также отмечается, что низкая эффективность реабилитационных процедур вызвана отсутствием в законе механизмов, которые бы стимулировали должника на ранней стадии инициировать дело о банкротстве в целях применения реабилитационных процедур. Фактически должник приходит к возбуждению дела о банкротстве, в том числе по заявлению кредитора, когда возможность восстановления платежеспособности полностью утрачена.

В связи с исключением процедуры наблюдения в работе предлагается модель развития конкурсных отношений, предусматривающая введение конкурсного производства после проверки обоснованности требований заявителя, оптимизированный механизм установления требований кредиторов и возможность перехода к реабилитационным процедурам после первого собрания кредиторов, проводимого в конкурсном производстве.

Процедуру наблюдения представляется необходимым сохранить только для особых субъектов, поименованных в главе IX Закона о банкротстве.

^ В четвертой главе «Правовое регулирование административной процедуры прекращения юридических лиц и проблемы его оптимизации» проведен анализ эффективности применения данной процедуры с учетом особенностей ее реализации. Глава содержит два параграфа, посвященные основаниям применения административной процедуры и порядку ее осуществления.

В первом параграфе «Основания для применения административной процедуры прекращения юридических лиц» первоначально рассматривается эволюция категории «недействующее юридическое лицо».

Анализируется проблема соотношения понятий «недействующее юридическое лицо» и «отсутствующий должник» в правоприменительной практике. Недействующим юридическим лицом признается организация, которая в течение последних 12 месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляла документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляла операций хотя бы по одному банковскому счету, то есть фактически прекратила свою деятельность.

К отсутствующим должникам законодатель относит юридические лица, которые фактически прекратили свою деятельность, не находятся по адресу, указанному в учредительных документах, и установить их местонахождение не представляется возможным.

Несмотря на различия данных понятий и, соответственно, разное правовое регулирование указанных категорий, в параграфе делается вывод о том, что анализ понятий «недействующее юридическое лицо» и «отсутствующий должник» с точки зрения базовой доктринальной теории персонифицированного имущества показывает единство сущности указанных явлений. В обоих случаях у юридического лица, как правило, полностью отсутствует имущественный субстрат, и единственным отличием отсутствующего должника от недействующего юридического лица является отсутствие также и органов его управления.

Во втором параграфе «Субъекты и порядок осуществления административной процедуры прекращения юридических лиц» рассматривается процедура исключения недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ как специальное основание прекращения юридического лица, не связанное с его ликвидацией. Поэтому п. 4 ст. 61 ГК РФ, согласно которому в случае недостаточности имущества юридического лица для удовлетворения требований кредиторов необходимо производство по делу о банкротстве, в данном случае применению не подлежит. В этой связи исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ по решению налогового органа должно допускаться и в тех случаях, когда указанное юридическое лицо имеет задолженность по налогам, сборам, пеням и санкциям перед бюджетами разных уровней.

Поддерживается точка зрения С.В.Сарбаша, согласно которой исключение недействующего юридического лица из Реестра представляет собой не одномоментный акт, изданный регистрирующим органом, а выражается в виде упорядоченного и регламентированного процесса, состоящего из ряда последовательных действий, разделяемого на четыре этапа:

1) выявление регистрирующим органом признаков недействующего юридического лица;

2) принятие регистрирующим органом решения о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (п. 2 ст. 21.1 Закона о регистрации юридических лиц);

3) получение регистрирующим органом возражений от кредиторов и иных третьих лиц, чьи права и законные интересы затрагиваются исключением юридического лица из Реестра;

4) исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ регистрирующим органом.

При этом данная позиция развивается и предлагается в зависимости от наличия у юридического лица задолженности по обязательным платежам различать два самостоятельных порядка прекращения недействующих юридических лиц. При наличии указанной задолженности к последовательному порядку прекращения недействующего юридического лица, состоящему из четырех этапов, добавляется самостоятельный первый этап в виде принятия решения о списании безнадежной задолженности по обязательным платежам. Представляется, что указанное решение, представляющее по своей сути прощение долга со стороны государства, не затрагивает прав и законных интересов недействующего юридического лица – налогоплательщика, поэтому не может быть обжаловано в порядке главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Из пункта 4 ст. 21.1 Закона о регистрации юридических лиц следует, что заинтересованное лицо в заявлении о невозможности применения административной процедуры исключения недействующего лица из ЕГРЮЛ не обязано излагать обстоятельства, свидетельствующие об осуществлении деятельности юридическим лицом, или иные обстоятельства, препятствующие указанному исключению. Для невозможности применения данной процедуры достаточно самого факта подачи такого заявления. Из этой нормы вытекает, что такое заявление может быть подано любым лицом и процедура административного исключения юридического лица может быть инициирована неоднократно.

При этом законодатель не устанавливает правовых последствий подачи таких заявлений без уважительных причин или в отсутствие доказательств вероятности обнаружения имущества юридического лица, за счет которого могут быть защищены нарушенные законные интересы заявителей. Неоднократное применение регистрирующим органом процедуры исключения недействующего юридического лица из Реестра не может быть признано целесообразным как связанное с определенными материальными и ресурсными затратами.

В связи с этим в работе делается вывод, что Закон о регистрации юридических лиц должен содержать положения, предусматривающие подачу мотивированного возражения невозможности применения административной процедуры прекращения недействующего юридического лица, а также возможность отклонения немотивированного возражения, которое может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 24 АПК РФ. В случае сообщения ложных сведений о невозможности применения административного порядка прекращения юридического лица в законе следует предусмотреть последствия в виде возложения расходов по ликвидации недействующего (отсутствующего) должника на лицо, представившее необоснованное заявление о невозможности прекращения юридического лица в административном порядке.

В случае невозможности прекращения юридического лица в административном порядке (поступление мотивированных заявлений заинтересованных лиц, либо признание решения о предстоящем исключении из Реестра или решения о таком исключении из Реестра недействительным арбитражным судом) должна применяться обычная процедура банкротства при условии доказанности вероятности обнаружения имущества для частичного удовлетворения требований кредиторов.

Также в работе предлагается необходимым внести в ГК РФ изменения, допускающие прекращение юридического лица, прекратившего свою деятельность, по решению регистрирующего органа без обращения в суд по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Законом о регистрации юридических лиц, что устранит соответствующий пробел в кодифицированном нормативном акте, предусматривающем, что юридическое лицо может быть прекращено только при реорганизации или ликвидации.

В Законе о регистрации юридических лиц следует вместо одной статьи, посвященной исключению из ЕГРЮЛ недействующего юридического лица, предусмотреть процедуру его ликвидации в административном порядке, выделив указанную процедуру в отдельную главу.

В Заключении подводятся итоги проведенного исследования, обобщаются наиболее важные выводы, обоснованные в диссертации, намечаются перспективы дальнейшего исследования данной темы


^ По теме диссертационного исследования опубликованы следующие работы:

Научные статьи, опубликованные в изданиях,

рекомендованных ВАК

1. Мифтахутдинов Р.Т. К вопросу о сущности правовой категории «прекращение юридических лиц без правопреемства» // Вестник Пермского университета. Юридические науки. Выпуск 4 (10). – Пермь, 2010. – С. 127-133.

2. Мифтахутдинов Р.Т. Реорганизация как способ прекращения юридических лиц: сущность, формы, правопреемство // Вестник экономики, права и социологии. Выпуск 4. Октябрь-Ноябрь-Декабрь. – Казань, 2010. – С. 102-106.


Иные публикации

3. Мифтахутдинов Р.Т. (в соавторстве с К.М.Арслановым), § 2 гл. 14 «Рассмотрение дел о несостоятельности (банкротстве)» и § 3 гл. 14 «Процедура разбирательства дел о банкротстве в суде» // Арбитражный процесс: Учебник / Отв. ред. Д.Х.Валеев и М.Ю.Челышев. – М. Статут, 2010. – С. 313-327.

4. Мифтахутдинов Р.Т. Трудовое право и закон о несостоятельности (банкротстве) // Судебные реформы в России: история и современность. Материалы Всероссийской научно-практической конференции. – Казань, 2010. – С. 173-178.

5. Мифтахутдинов Р.Т. Проблемы установления требований кредиторов ликвидируемого должника как особого субъекта конкурсного права // Ученые записки. Том V. Сборник статей преподавателей Казанского филиала ГОУ ВПО «Российская Академия правосудия» по материалам итоговой научно-практической конференции. – Казань, 2009. – С. 234-245.

6. Мифтахутдинов Р.Т. Проблемы определения критерия банкротства ликвидируемого должника как особого субъекта конкурсного права // Сборник статей 1-ой Всероссийской научно-практической конференции «Актуальные проблемы финансового права». – Казань, 2009. – С. 58-64.

7. Мифтахутдинов Р.Т. Судебное рассмотрение дел о несостоятельности (банкротстве). Специальный курс: Учебно-методический комплекс для студентов очной формы обучения. – Казань: Издательство Казанского филиала ГОУ ВПО «Российская академия правосудия», 2007. – 32 с.

8. Мифтахутдинов Р.Т. Судебное рассмотрение дел о несостоятельности (банкротстве). Специальный курс: Учебно-методический комплекс для студентов заочной формы обучения. – Казань: Издательство Казанского филиала ГОУ ВПО «Российская академия правосудия», 2007. – 32 с.


^

Автореферат

Диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Мифтахутдинов Рустем Тимурович

Тема диссертационного исследования


«Проблемы оптимизации правового регулирования прекращения юридических лиц без правопреемства»

^

Научный руководитель

Витрянский Василий Владимирович – доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации

Изготовление оригинал-макета


Мифтахутдинов Рустем Тимурович


Подписано в печать _____________ Тираж ____ экз.


Усл. п.л. ___________

Российская академия государственной службы


при Президенте Российской Федерации

Отпечатано ОПМТ РАГС. Заказ №_________


119606 Москва, пр-т Вернадского,84