Национальной Инновационной Системы в Московской области; 2005-2006 гг программа

Вид материалаПрограмма
Подобный материал:
А.С. Щеулин, И.М. Александрович

Научно-исследовательский и проектный институт социо-природных систем,

Международный университет природы, общества и человека «Дубна»


Теория и опыт проектирования

устойчивого инновационного развития территорий


Данный доклад построен на основе 17-летнего опыта формирования и реализации идеи устойчивого инновационного регионального развития. Этот путь кратко выглядит следующим образом:
  1. Участие в составе больших команд разработчиков:
    • 1991-1993 гг. Программа «Технополис Дубна»;
    • 1996-1999 гг. Закон РФ «О статусе наукограда Российской Федерации»;
    • 2003-2004 гг. Разграничение предметов ведения и полномочий (Администрация Президента РФ, Центральный федеральный округ);
    • 2004 г. Проект Экологической доктрины России;
    • 2007 г. Проект Комплексной программы ЮНЕСКО «Устойчивое развитие Арктики и Севера в контексте науки, образования и культуры»;
    • 2006-2007 – Проекты Концепции и Стратегии развития Оренбургской области до 2030 года.
  1. Собственные разработки (23 проекта), в том числе:
    • 2002 – 2003 гг. – проект «Экотехнополис» на Балтийской косе;
    • 2004 г. – научное обоснование Пилотного проекта регионального сегмента Национальной Инновационной Системы в Московской области;
    • 2005-2006 гг. – программа развития г. Долгопрудного как наукограда.
  1. Предложения по устойчивому инновационному развитию:

Калининградская область, ЯНАО, Татарстан, Камчатский край, Бурятия.
  1. Исследования:
    • методология устойчивого инновационного регионального развития;
    • эффективность инвестиций в науку;
    • региональные экономические, экологические и социальные асимметрии;
    • интегралы по траекториям развития территорий.

Вниманию читателя предлагаются основные, проиллюстрированные примерами, выводы этой многолетней работы:

Во-первых, при непринятии сценария устойчивого инновационного развития территорий большинство жителей России НИКОГДА не будут жить хотя бы на среднеевропейском уровне.

Во-вторых, реальное, а не декларируемое, административно-политическое устройство России является серьезным препятствием на пути развития как регионов России, так и России в целом.

В-третьих, сценарий устойчивого инновационного развития территорий приводит не только к долгосрочному экономическому росту, но и к существенному улучшению экологической обстановки.

В-четвертых, необходим и реализуем проектный подход к устойчивому инновационному развитию территорий.

В-пятых, параметризованное построение реально достижимых желаемых состояний регионов возможно при использовании траекторий регионального развития.

В-шестых, нет научных и технологических ограничений на процесс устойчивого развития.

Для иллюстрации последнего тезиса приведем примеры 8-ми крупнейших проблем человечества:
  1. Энергетическая проблема – полный отказ от углеводородного сырья на основе диверсификации энергоносителей включая термоядерное топливо, использования направленных потоков энергии (например, энергии Гольфстрима) и целый ряд других.
  2. Отходы – достижение оборота отходов до 90% и более за счет вторичного использования, применения новых материалов с использованием нанотехнологий и биотехнологий, вовлечения отходов в энергетические циклы и т.д.
  3. Питьевая вода – биоочистка стоков, Байкал, солнечные и ядерные опреснители, снижение потерь в 2-3 раза.
  4. Генетическое вырождение – глобализация с поощрением смешанных браков.
  5. Климат - переход на космические производственные технологии, биотехнологии, технологии эвакуации избыточного тепла, технологии энергосбережения и рекуперации энергии
  6. Глобальное загрязнение окружающей среды – образование, направляемое социально-экономическое развитие, фитотехнологии восстановления и очистки почв, плазмохимические реакторы снижения выбросов в атмосферу в 100 раз, продукты тонкого химического синтеза для очистки водоемов.
  7. Продовольствие – доведение производства продуктов питания с единицы площади до климатических норм (пример – Япония, где из имеющихся всего 0,3 га/чел. активно используется 0,04 га/чел., а оставшиеся 0,26 га/чел. можно признать ненарушенными, при этом трансформация энергии солнечного излучения близка к теоретическому пределу с учетом необходимых звеньев трофической цепи).
  8. Терроризм - оплачиваемая занятость, согласованное неприятие политическими и религиозными деятелями, всем гражданским обществом.

Общая картина состояния и перспектив России при действующих подходах может быть проиллюстрирована «змеей социальной стратификации» показанной на рис.1.



Зона стагнации

Зона уверенного развития


Рис. 1. Ранжирование регионов России

по уровню валового продукта на душу населения.


В настоящее время:
  • в зоне уверенного развития находятся только 6 регионов, в том числе основные ресурсные и Москва, осуществляющие реальную продажу нефти и газа;
  • в зоне возможного развития - 33 – 35 регионов;
  • в зоне стагнации - около 45 регионов.

Расчеты показывают, что 19 регионов после реализации сценария удвоения валового продукта не достигнут сегодняшнего средне-российского уровня производства и качества жизни, а действующий среднеевропейский уровень станет для этих регионов возможным только через 50-60 лет, а, точнее, вообще не будет достигнут вследствие демографических процессов.

Что касается экологического фак-тора, то обратимся к данным работы [3] по реальной экологической политике в России, отраженной на рис. 2.




Рис.2

Общим резюме может быть утверждение, что высокое значение валового продукта в ряде регионов достигается только при росте выбросов загрязняющих веществ в окружающую среду. При этом, например, при росте от региона к региону выбросов 10 раз, затраты на охрану окружающей среды увеличиваются только на 25%.

Неудивительно, что в стране растет заболеваемость туберкулезом, сердечно-сосудистыми и онкологическими заболеваниями.

Что касается реального, а не декларируемого административно-политического устройства России , то здесь достаточно рассмотреть приснопамятный Закон РФ №122, который отобрал у регионов многие права в отношении природных ресурсов и кардинально ограничил права регионов в части науки и инновационной деятельности, оставив только обходные пути: промышленную политику и исследования в интересах государственного управления.

Причем это сделано не только в прямом противоречии с Конституцией в части предметов совместного ведения, но и вопреки здравому смыслу, поскольку при развитии, например, наукоградов, финансирование развития этих поселений должно вестись и из федерального, и областного бюджетов.

Возникает множество коллизий, которые повышают нагрузку на федеральный бюджет, а, главное, лишают регионы большего количества инструментов развития своих территорий.

Прежде чем перейти к анализу эффективности сценарий устойчивого инновационного развития территорий, необходимо уточнить, что следует понимать под ним.

Авторами данного доклада было предложено следующее определение:

«устойчивое инновационное региональное развитие - направляемое изменение состояния территории, при котором высокое качество жизни обеспечивается на основе производства знаний без увеличения объемов потребляемых природных ресурсов».

В этом определении два ключевых аспекта, а именно:
  • направляемое, а не управляемое развитие (идея направляемого развития принадлежит академику Н.Н. Моисееву);
  • связь производства знаний и потребления природных ресурсов.

Формализация идеи направляемого эколого-экономического развития была начата Н.Н. Моисеевым при анализе поведения нерефлексных систем [1], т.е. подразумевающих наличие активных субъектов со слабо предсказуемым поведением. К сожалению, он не успел ее закончить.

Что же касается связи производства знания и потребления (отметим, и воспроизводства) природных ресурсов, то здесь необходимо использовать понятие развивающихся социо-природных систем, в которых возникает поток инноваций, направленных на позитивную связь природы и общества.

Определением социо-природной системы будем считать территорию, имеющую совокупное наличие следующих признаков:
  • фиксированную границу;
  • не менее одного геобиоценоза в качестве подсистемы;
  • не менее одного социоценоза в качестве подсистемы;
  • мощность социоценоза сопоставима с мощностью геобиоценоза, т.е. обменные процессы (отношения) между подсистемами происходят таким образом, что для обеспечения жизнедеятельности социоценоза (-ов) потребляется такое количество ресурсов за счет геобиоценоза (-ов) данной территории, что нарушается естественная способность последнего к саморегуляции.

Долгосрочное существование социо-природной системы возможно при соблюдении двух условий:
  • условия устойчивости: каждая из подсистем выступает для другой в качестве возобновляемого ресурса;
  • условия развития: каждая из подсистем продуцирует избыточные инновации (мутации) с закреплением полезных для системы в целом.

В результате и возникает устойчивое инновационное развитие социо-природных территориальных систем.

О том, что это принципиально возможно, говорилось выше. Ключевым является вопрос, как организовать этот процесс.

Авторами [2] был предложен и на ряде территорий апробирован проектный подход к устойчивому инновационному развитию территорий, который отличается от традиционного программного тем, что концентрирует внимание и ресурсы на достижении относительно небольшого числа показателей системы (системообразующих показателей). Для примера можно привести схематичный результат проектирования устойчивого инновационного развития Оренбургской области (рис.3)




Рис. 3

Последовательная реализация этих проектов приводит к тому, что регион, находящийся в настоящий момент на границе области стагнации, к 2015 году по ряду ключевых показателей значительно превышает среднероссийский уровень, сохраняет значительную часть невозобновляемых природных ресурсов, а к 2030 году полностью переходит в режим устойчивого развития с уровнем жизни не ниже прогнозируемого на эту дату в Европе. Эта система проектов поддержана Правительством Оренбургской области и вошла в состав Стратегии развитии этого региона.

Возникает два вопроса стратегической важности – корректно определить достижимое желаемое состояние и источник средств на улучшение экологической ситуации.

Поиску решения этих вопросов помогают два обстоятельства. Во-первых, существуют определенные соотношения между сферами промышленного производства, сельского хозяйства и услуг. Они весьма характерны для различных фаз развития общества и в предельном случае соответствуют статистике профессиональных предпочтений социума. Поэтому, планируя степень развитости общества, мы можем планировать с хорошей точностью диапазоны этих соотношений.

Кроме того, за большие периоды времени главным определяющим фактором являются результаты человеческого труда.

Отсюда следует, что, интегрируя валовой продукт по времени за искомый период достижения желаемого состояния, мы можем получить и значения инвестиций, требуемых для того, чтобы поддержать необходимые темпы экономического роста, и оптимизировать траекторию развития по показателю реинвестирования в сохранение экологической обстановки.


Литература:
  1. Моисеев Н.Н. Кибернетическое описание эколого-экономических систем//Избранные труды в 2-х томах. Т. 1. Гидродинамика и механика. Оптимизация операции и теория управления. – М.: Тайдекс Ко, 2003. - с. 346.
  2. Александрович И.М., Щеулин А.С., Устойчивое инновационное региональное развитие как экологический императив//"Устойчивое развитие. Наука и Практика"  №3/2003.
  3. Тималина Е.Ю., Территориальный экологический менеджмент как новый инструмент развития промышленного производства//Наука и промышленность России. – Москва, 2006. – С. 34 - 38.