Н. Д. Зверева Расстрельные 30-е годы и профсоюзы

Вид материалаРеферат

Содержание


2. VIII съезд профсоюзов
Подобный материал:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   39

2. VIII съезд профсоюзов


Идейно-политическая борьба в профдвижении имела свою специфику и логику развития. Она была многослойной, многоплановой, так как не исчерпывалась борьбой в рамках коммунистической идеологии. В этом смысле ее диапазон был шире, чем у внутрипартийной борьбы. Характерным примером является идейно-политическая борьба, развернувшаяся на VIII съезде профсоюзов СССР. Известно, что социальная база профсоюзного движения была более широкой, чем у коммунистической партии. Традиционно профсоюзы считались массовой организацией рабочего класса. Однако в их составе к концу 20-х годов значительно выросла категория служащих, а среди них процент коммунистов был весьма низок. Так, в 1929 году менее 12% всех государственных служащих являлись коммунистами. Среди служащих и интеллигенции оппозиционные настроения были господствующими (в частности, в инженерном союзе, инженерно-технических секциях и т.д.). Вместе с тем различие во взглядах, плюрализм мнений в среде интеллигенции, служащих, как правило, не выливались в политическую борьбу, так как основная масса интеллигенции была лояльна к Советской власти. С ужесточением же сталинского политического курса всякое выступление против "генеральной линии", всякое проявление инакомыслия, выходящего за пределы официальной идеологии, объявлялись антипартийными, антисоветскими и немедленно подавлялись карательными органами. Поэтому очень трудно проследить динамику и дать характеристику этой борьбы: о ней свидетельствуют лишь письма, мемуары, жалобы в официальные органы, в том числе и в ВЦСПС.

Потенциальными противниками сталинской политики являлись многие члены профсоюзов, живущие в деревне. Они составляли 4 млн. человек из 11 млн. членов профсоюзов. Процессы, происходившие в деревне - обыски, реквизиции, насильственная коллективизация - прямо или косвенно затрагивали эту социальную группу и давали повод для борьбы со сталинской генеральной линией. Однако указанная социальная группа не была однородной: в нее входили и представители союзов служащих (учителя, медицинские работники), и члены союза сельхозлесрабочих, и часть строителей, и рабочие промышленных предприятий, расположенных в сельской местности. Такая разобщенность не способствовала сплочению в борьбе с формировавшимся тоталитарным режимом. Однако многие факты свидетельствуют о сопротивлении ему, о нежелании членов профсоюзов вступать в колхозы, о поддержке крестьянских выступлений. Только в Московской области с января по сентябрь 1929 года было зарегистрировано 2198 случаев беспорядков в деревне. Эта борьба разворачивалась, главным образом, на местах и почти не просачивалась в высшие руководящие профорганы, на профсоюзные съезды и конференции. Отголоски этой борьбы находили отражение в выступлениях лишь отдельных делегатов, но после массовых чисток профсоюзных органов в 1929-1930 годах, после усиления репрессий речи ораторов на профсоюзных форумах перестали отражать реальную картину положения в деревне. Однако политическая борьба в деревне в начале 30-х годов не только не прекратилась, но еще более обострилась в связи с ужесточением политики.

Но наиболее организованный и целенаправленный характер имела борьба единомышленников М.П.Томского в профдвижении со сторонниками жесткого курса. В ее орбиту был вовлечен большой круг профработников и актива. Она проходила в основном на заседаниях ком-фракций профсоюзных органов. Итог борьбы решался среди партийцев-профессионалистов, но она продолжалась намеками и в профсоюзной печати, и в дебатах на профсоюзных съездах и конференциях. Она была тесно связана с внутрипартийной борьбой, но их этапы, длительность и кульминация не совпадали. В то же время события, происходившие в партии, а точнее, в высшем эшелоне ее руководства, служили своего рода камертоном, который задавал тон, обостряя борьбу в профдвижении, превращая трения - в разногласия, а их - в конфликты. Завязка этой идейно-политической борьбы относится к весне 1928 года. Следующий этап - лето и осень того же года. В этот период в бюро фракции ВЦСПС усиливается поляризация позиций и мнений по вопросам внутренней и внешней политики. Вокруг Томского группируется ряд активных деятелей профдвижения, входящих в состав высших руководящих органов партии, - председатель Московского совета профсоюзов В.М.Михайлов, редактор газеты "Труд" Я.Яглом, нарком труда В.Шмидт, председатель профсоюза текстильщиков Г.Н.Мельничанский, кандидат в члены ЦК партии, председатель Ленинградского совета профсоюзов Ф.Угаров, активный деятель профсоюза металлистов Б.Козелева. Половинчатую позицию занимал секретарь ВЦСПС А.И.Догадов."

Однако широкие круги профработников и актива не были в курсе перипетий в партийной элите, поскольку она проходила поначалу тайно, на узких закрытых совещаниях. На апрельском и июльском пленумах ЦК ВКП(б) в 1928 году, когда раскол в бухаринско-сталинской коалиции стал фактом, руководители страны все еще демонстрировали показное единодушие. На ноябрьском пленуме ЦК, где Сталин заявил о наличии "правого уклона" рабочем движении, в том числе и в партии, и назвал его главной опасностью, на вопрос коммунистов, есть ли правые в Политбюро, был дан отрицательный ответ. Политбюро снова позаботилось о том, чтобы создать видимость единства. В этой ситуации некоторым из профсоюзников, представлявшим в целом значительную группу в составе ЦК ВКП(б), нелегко было разобраться в политических хитросплетениях и определять свою позицию. Солидарность их с Томским базировалась как на доверии к его авторитету, так и на общности взглядов на роль и задачи профсоюзов в условиях НЭПа.

Атака на Томского и его единомышленников усилилась со второй половины года. К ноябрьскому пленуму ЦК партии Сталину удалось склонить большинство его состава на свою сторону. Пленум одобрил напряженный вариант пятилетнего плана, высокие темпы индустриализации и колхозного строительства. Отступление от "генеральной линии" рассматривалось как "правый уклон". Правый оппортунизм и примиренчество с ним были названы главной опасностью. Был дан намек, что правые окопались в массовых, организациях и в партии. Но никакие конкретные имена не назывались. В резолюции пленума отмечалось, что "профсоюзы имеют крупнейшие успехи в своей работе за истекший период и на деле представляют собой главный приводной ремень от партии к рабочим массам". Тем самым вроде бы был сделан примирительный шаг в сторону Томского. Но это была иллюзия. Просто Сталин опасался восстановить против себя профсоюзный актив, предпочитая постепенно заменить сторонников Томского новыми, послушными выдвиженцами. В то же время он стремился завоевать доверие профсоюзных масс мнимой заботой об их интересах. Так, ноябрьский пленум ЦК упрекнул профсоюзы, а следовательно, в первую очередь их руководство в том, что они - "наши массовые организации (профсоюзы) - зачастую не проявляют необходимой чуткости к нуждам и запросам рабочих и работниц, во многих случаях отстают от роста активности масс и потому в совершенно недостаточной мере используют свои величайшие возможности по мобилизации сил рабочего класса для разрешения стоящих перед ним основных задач и для преодоления связанных с этим трудностей". В резолюции пленума также указывалось на слабую работу "профсоюзов с новыми кадрами рабочих, влившимися в последние годы на фабрики и заводы". В дальнейшем именно на эти стороны работы профсоюзов был сделан упор - на развитие трудовой активности масс.

Притворное единодушие, продемонстрированное на пленуме, скрывало острейшую политическую борьбу, которая достигла апогея. Не случайно серьезные расхождения по проекту контрольных цифр развития народного хозяйства в годы 1 пятилетки, накануне ноябрьского пленума ЦК партии, вынудили Бухарина, Рыкова и Томского написать коллективное заявление с просьбой освободить их от занимаемых должностей. Ноябрьский пленум ЦК оставил заявление без удовлетворения, но квалифицировал позицию Бухарина, Рыкова и Томского как "правый уклон".

Решением Политбюро Томский был включен в состав политкомиссии по подготовке и проведению VIII съезда профсоюзов СССР. Зная, что председатель ВЦСПС отказывался приступить к работе, комиссия взяла дело в свои руки. Был изменен порядок выбора делегатов на съезд. Наряду с избранными на съездах отраслевых союзов и межсоюзных конференциях появилась большая группа делегатов - "рабочих от станка", направленных на съезд крупными предприятиями. Следуя указаниям центрального партаппарата, тайным директивам, местные партийные органы позаботились о том, чтобы послать на съезд сторонников "генеральной линии". Было среди посланцев и много новичков, недавно пришедших на завод и не имевших опыта профсоюзной работы.

Перед съездом была развернута в печати мощная критика в адрес профсоюзного руководства за окостенение и бюрократизм, препятствование росту производительности труда, отрыв от масс. Особенно усердствовала "Комсомольская правда". Подстрекаемая Молотовым и Кагановичем, редакция газеты развернула активную дискуссию с главным печатным органом советских профсоюзов - "Трудом". В ряде номеров "Комсомольской правды" (6, 11, 14, 29 ноября и 9 декабря 1928 года) были помещены статьи и заметки, в которых подвергалась критике неудовлетворительная работа ВЦСПС и его органа газеты - "Труд" - по подготовке VIII съезда профсоюзов. В статьях подчеркивались также и другие недостатки в работе профсоюзов, в частности, слабое развертывание критики и самокритики, неудовлетворительная работа по защите повседневных интересов и нужд трудящихся. "Комсомольская правда" обвиняла ВЦСПС в недостаточном внимании к нуждам молодежи, к улучшению материального положения и организации досуга. "Труд", в свою очередь, (10, 13, 21 ноября 1928 года) обвинил "Комсомольскую правду" в том, что не только подрывает авторитет профсоюзного руководства, но и дискредитирует профсоюзы. Эта дискуссия была неслыханным явлением, во взаимоотношениях профсоюзов и комсомола, тем более, что многие годы существовала практика взаимного представительства ответственных работников ВЦСПС и ЦК комсомола в высших органах.

Идеологическая обработка умов подкреплялась организационными мероприятиями. На местах тихо шло перемещение ряда ответственных профсоюзных работников с руководящей на второстепенную работу, переброска их в госорганы под видом выдвижения, направление в командировки, на заготовительные кампании. Все эти манипуляции позволили обеспечить такой состав делегатов - коммунистов (а именно от них зависел исход борьбы на съезде), который был готов поддержать линию ЦК ВКП(б).

Теперь важно было убедить Томского принять участие в работе съезда. Ему были даны гарантии, что он сможет по своему усмотрению сформировать список кандидатов в новый состав ВЦСПС, пополнив его свежими силами, прежде всего рабочими, расширив число беспартийных. Успокаивало Томского и то, что Политбюро соглашалось в проекте резолюции по отчетному докладу ВЦСПС одобрить его деятельность и признать правильной проводимую им политическую линию. Ободренный этим, Томский согласился. включиться в работу съезда. Однако он недооценивал коварство генсека и хитрость его окружения, которые подготовили ряд неприятных сюрпризов, но преподнесли их в предпоследний день съезда. Падение Томского, десять лет простоявшего у руля профсоюзного корабля, было предопределено.

VIII съезд профсоюзов СССР открылся официально 10 декабря 1928 года в 6 часов вечера в Большом театре. Здесь присутствовало 1505 делегатов, представлявших 11 млн. 60 тыс. членов профсоюзов. Правом решающего голоса обладали 1131 делегат и 374 - совещательным. Впервые в практике профдвижения страны 75 делегатов были избраны непосредственно на 62 крупных заводах и фабриках. 803 делегата с решающим голосом (71 %) присутствовали на съезде впервые. На съезде было представлено 76,2% делегатов от союзов, объединяющих промышленных рабочих и рабочих физического труда, остальные 24% относились к союзам, объединяющим служащих и лиц умственного труда.

Но фактическое начало работы съезда состоялось в 10 часов утра на заседании коммунистической фракции съезда. Коммунисты составляли 72,5% общего числа делегатов. На этом первом заседании фракции было зарегистрировано 1000 человек. Председательствовал Томский. Фракция утвердила порядок работы съезда, повестку дня, состав президиума и других его органов.

В повестке дня стояли важнейшие вопросы реконструкции народного хозяйства, индустриализации промышленности, определения путей дальнейшего развития профессионального движения страны и т.д. На обсуждение делегатов съезда были вынесены следующие вопросы: отчет ВЦСПС и доклад ревизионной комиссии; отчет наркомата труда; пятилетний план развития и очередные задачи народного хозяйства; тарифно-экономическая работа союзов; организационное строительство союзов; культурно-просветительные задачи профессиональных союзов; профсоюзы и кооперация и другие.

Председатель ВЦСПС М. Томский на вечернем заседании 10 декабря при открытии съезда обратился к его участникам со вступительной речью. Он отметил, что "Вся работа профессиональных союзов в отчетный период протекала в обстановке усиленного развертывания дела индустриализации страны, строительства новых фабрик и заводов, железных дорог и электростанций, переоборудования старых предприятий и напряженной работы по рационализации промышленности". Томский, отмечая вклад профсоюзов в развитие народного хозяйства, призвал всех членов профсоюзов сплотить свои ряды, укрепить организационные структуры, развернуть активность и самодеятельность на основе широкой демократии. Он выразил уверенность в том, что вся работа профсоюзов "пойдет по пути неразрывности политики и экономики, неразрывности интересов широких масс трудящихся и их профсоюзов от интересов органов советской власти".

Отчетный доклад ВЦСПС, с которым на съезде выступил. Томский, был ярким и убедительным. Он захватил делегатов своей искренностью, подлинной заботой о профсоюзах, повышении их роли и авторитета. Свой доклад Томский начал с того, что напомнил участникам съезда: "Вчера при открытии съезда я коснулся ряда основных вопросов общественно-политического значения, стоящих перед рабочим классом его партией и профсоюзами.

В этой речи я говорил также об основных очередных задачах, стоящих в данный момент перед нами. Может быть, эта речь была несовершенна, может быть, она была слишком коротка, слишком сжата, не это уже дело другого рода. Я не желаю задерживать ваше внимание, тем более после обстоятельной, также политической приветственной речи тов.Рыкова, снова и снова на политических вопросах и тем самым повторять все вчера сказанное. Таким образом, сегодня в своем отчетном докладе я буду исходить из того, что было сказано мною вчера, при открытии съезда". Эти слова приведены нами, потому, что вскоре после VIII съезда профсоюзов "Томский будет обвинен в недооценке политических тенденций развития взаимоотношений партии и профессиональных союзов, текущих и перспективных задач профсоюзов с установками партии.

Содержание вступительной речи и отчетного доклада председателя ВЦСПС были направлены на отстаивание защитной функции профсоюзов, их самостоятельности, против политики диктата и нажима на трудящихся. "На профсоюзе, - говорил Томский, - лежит основная его задача - защита экономических интересов рабочих, но эта задача не противоречит, а наоборот, увязывается с общеклассовыми задачами, задачами максимального развития производительных сил страны, поднятия трудовой дисциплины, борьбы с распущенностью, расхлябанностью"; В то же время, как истинный и потомственный пролетарий, Томский твердо стоял на позициях приоритета рабочего класса и диктатуры пролетариата: "наша политика была не цеховой... она была общеклассовой". Однако, в отличие от Сталина, в центре его внимания был не абстрактный, а конкретный человек с его нуждами. Вот почему, признавая преимущество крупного социалистического производства над мелким, частновладельческим и выступая в целом за индустриализацию, Томский опасался, что чрезмерно напряженный пятилетний план измотает рабочий класс, а профсоюзы превратятся в "арестные дома", понуждая рабочих к выполнению заданий. Он считал, что методы командования и администрирования могут привести к разрыву с массами. Поэтому он призывал изживать "душок методов командования" в профсоюзах, "гайки закручивать", "мозги выворачивать". Это те люди такие методы употребляют, у которых у самих мозги набекрень". Это заявление было вызовом генсеку. Не случайно выступление Томского не понравилось Сталину, и позже, на апрельском пленуме (1929 года) ЦК и ЦКК, где он взял реванш, генсек назвал это выступление "типичной речью тред-юнионистского политикана".

Томский считал важным разделение функций профсоюзов и хозяйственников на производстве. "Неправильна попытка превратить профсоюзы в маленький плохонький политотдел, который должен только бороться за поднятие производительности труда,... за трудовую дисциплину в то время, как хозяйственник будет стоять сбоку, заложив руки в карманы, и говорить "Профсоюзы ничего не делают!". Огромное значение он придавал первичной профсоюзной организации, фабзавкому. Протестуя против отождествления реального председателя профкома с шаржированным образом фабзавкомщика в одной советской пьесе, как это сделал делегат Вейнберг, Томский заявил: "Нельзя сценическому фабзавкомщику создавать представление о действительном, настоящем, революционном фабзавкомщике, об этой серой революционной скотинке, которая тянет на своей шее все профдвижение, все хозяйственное строительство и "всю Советскую власть!". Сколько любви, боли и горечи вложил Томский в эти слова!

Томский убежденно отстаивал свой принцип: "Профсоюзы существуют для обслуживания рабочих масс". Большое внимание председатель ВЦСС уделил углублению профсоюзной демократии - выборности, отчетности, гласности в работе% профсоюзов, а также вовлечению трудящихся в управление производством, усилению рабочих контрольных органов. Огромное значение он придавал воспитанию сознательного отношения к труду, культурно-массовой работе, подготовке новых кадров специалистов. Именно теперь, - подчеркивал он, - особенно важна эта роль профсоюзов.

В заключительном слове Томский недвусмысленно заявил о том, что ВЦСПС в своей деятельности проводил линию XI съезда партии, то есть стоял на ленинской позиции, на принципах НЭПа и отстаивал "профдвижение от всяких извращений", заботился о том, чтобы профсоюзы добросовестно и честно выполнили свою роль.

С достоинством и пониманием значимости проделанной работы Томский сказал: "...Те, кто будет подходить к нашему отчету с оценкой честной и беспристрастной, ...должны признать, что мы честно, по мере сил и возможности были объективными, защищая интересы всех рабочих в целом, не забывая ни об одной группе, ...добросовестно и честно отстаивали и развивали развертывание широкой рабочей демократии и критики, как необходимой базы для развертывания всех сторон союзной работы". Выступления Томского произвели, сильное воздействие на делегатов съезда. Несмотря на критику отдельных недостатков в работе ВЦСПС и других профсоюзных органов, делегаты в целом положительно оценивали их деятельность. Это отразилось и в постановлении съезда; "Признать, что направление работы ВЦСПС и его политическая линия правильны и одобрить его практическую деятельность за отчетный период".

Однако судьба профсоюзов, ВЦСПС и Томского решалась не на открытых заседаниях съезда, а в среде делегатов-партийцев - на комфракции съезда и в еще более узком кругу - на бюро, фракции. Именно здесь и пролегало главное поле жаркой идейной и политической борьбы. Она пришлась на последний день работы съезда -24 декабря. На этом заседании комфракции Томский уже не присутствовал.

Что же произошло?