Владимир Марцинковский

Вид материалаДокументы

Содержание


Слово от брата по вере и доброго сотрудника
Смысл жизни
Что тайна от века?И в чем существо человека?Откуда приходит? Куда он идет?И кто там вверху над звездами живет?
Видимая бессмыслица
И жизнь, как посмотришь с холоднымвниманьем вокруг,Такая пустая и глупая шутка.
И так хотелось мне сорвать веселость ихИ бросить им в глаза железный стих,Облитый горечью и злостью!
Каким должен быть смысл жизни?
Звезды и небо!.. Звезды и небо, а я человек.Люди друг к другу зависть питают,Я же завидую звездам, прекрасным,Только их место за
Четыре группы людей
Не лучше ль в тихой безжеланностиУснуть, как спит ночной ковыль?
Откровение о логосе
Вздыхают росы, шепчут травы:Свете тихий святыя славы...
Одна есть в мире красота -Любви, печали, отреченьяИ добровольного мученьяЗа нас распятого Христа.
Что это значит?
Дар напрасный, дар случайный,Жизнь, зачем, ты мне дана?
Жизнь для жизни мне дана...Познавать Его в творенье,Видеть духом, сердцем чтить -Вот в чем жизни назначенье,Вот что значит в Бог
Через борьбу и хаос дикий,Чрез страдание и ложьТы к гармонии великойНарод измученный ведешь?
Какой тяжелый сон!Толпа немых виденийРастет, растет и заграждает путь,И слышится далекий голос тени:"Не верь мгновенному: люби и
Как найти смысл жизни?
Евангелие света
...
Полное содержание
Подобный материал:
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   26

Владимир Марцинковский

Слово жизни

Избранные произведения

Оглавление


Предисловие

Слово от брата по вере и доброго сотрудника

Смысл жизни

Достоверно ли Евангелие?

Распятие и Воскресение

Христос и евреи

Христос и раввины

Христос грядущий

Вечное искупление

Наука и религия

Крещение взрослых и Православие

Первая любовь

Предисловие


Знаменитый греческий философ Платон иллюстрировал свое учение-лекцию о "познаии" трудом - "Миф о пещере". В этой работе он изображает одно волнующее событие - исход жителей из подземелья-пещеры - на яркий свет. Поводом к их исходу послужил слабый отблеск света, чудесным образом проникший в их пещеру. Следуя за ним, обитатели мрака вышли во свет жизни. В заключение, философ считает, что опыт исхода из царства мрака во свет жизни для этих людей будет поучительным и незабвенным.

В "Слове Жизни" - сборнике лекций, светлой памяти, профессора Владимира Филимоновича Марцинковского, которые он читал во многих университетах и аудиториях Европы и Палестины (Израиля), анологично отображается потрясающее событие; из жизни автора. Оно связано с духовной "Одиссеей" этого замечательного человека, вышедшего из парализующего мрака в свет полноценной жизни. При этом, важно заметить, что опыт автора не является иллюзией или мифом, а скорее всего яркой действительностью.

Мы можем проследить, как Владимир Марцинковский, обогащенный своими глубокими духовными исканиями, в корне меняет свое миросозерцание. Он начал смотреть на людей, как на братьев, участников в "великой мировой скорби", с любовью и состраданием. Как в Европе, так и в Палестине в тридцатые годы, он утешал "Словом Жизни" скорбящих, и делился последней коркой с бедными. Видя нужду и болезни среди взрослых, а в особенности среди детей Палестины, он пригласил своего друга, верующего еврея, доктора Якова Юка, специалиста по детским болезням, через служение любви которого были спасены тысячи жизней еврейских, арабских и других детей и взрослых. Везде уважали и любили Владимира Филимоновича, как доброго человека и друга.

Многоуважаемые Читатели "Слова Жизни"! По случаю семидесятилетия годовщины Издательства "Сеятель Истины" от всего сердца желаем Вам радостной и незабвенной "Одиссеи" с автором, а в особенности с Тем, Который сказал: "Я есмь свет миру!".

Выражаем нашу искреннюю благодарность и признательность с. Нелли Марцинковской, вдове автора, за ее любезное согласие издать труды ее мужа, и нашим дорогим друзьям за их материальную поддержку для осуществления этого издательского плана!

Валерий Копань

Слово от брата по вере и доброго сотрудника


Впервые я встретил Владимира Филимоновича Марцинковского в Лондоне, столице Англии, куда он приехал с коротким визитом на какую-то выставку, которую он хотел видеть. Не помню деталей, но этот визит послужил началом его лекции "Когда люди станут братьями?".

Будучи молодым человеком, я даже не мог себе представить, что эта встреча приведет с течением времени к долголетнему общению и сотрудничеству в стране Божьего обетования - в Палестине - ныне Израиле.

Это было в 1926-м году. Владимир Филимонович произвел на меня впечатление человека приветливого и доброго, хоть с виду не совсем здорового и несколько грустного. Это, естественно, объясняется тем, что он пережил потрясающие лишения в своей молодой жизни и потерю общения с родиной и с теми, которые были дороги его сердцу.

В Палестину - Израиль - В.Ф.М. впервые приехал как турист в 1928-ом году - увидеть "Святые Места", но, как царь Саул в свое время, когда он пошел искать заблудившуюся ослицу своего отца, но нашел царство - так и Владимир Филимонович, помимо ознакомления со Святыми Местами нашел себе спутницу - Нелли Шумахер - дочь известного археолога-инженера, д-ра Шумахера, которая в то время работала старшей учительницей в немецкой школе для арабских детей в Иерусалиме.

В 1930-м году В.Ф.М. женился и поселился в г. Хайфе на горе Кармил. Он довольно скоро изучил еврейский язык (современный иврит), так что был в состоянии проповедовать на этом языке, но в первые два-три года нуждался в уточняющем переводчике, и на мою долю выпала почетная обязанность помогать ему на публичных собраниях и лекциях. Еврейская интеллигенция его очень уважала за огромную эрудицию и светлый ум; многие с удовольствием приходили на его лекции, особенно выходцы из России, которых восхищал его чистейший, изящный русский язык; с огромным вниманием уроженцы Израиля слушали не такой уж красочный и богатый, но очень понятный и доходчивый перевод. Некоторые его лекции - "Третий Исход", "Наука и Религия", "Сущность Христианства" и пр. - с помощью Господа мне удалось перевести на иврит. Эти книги вышли большими тиражами и были распространены в Израиле.

Владимир Филимонович отличался Христианским смирением, простотой в общении с ближними, без чванливости и гордыни. Не один раз мы с ним вместе посещали еврейские селения (тогда их называли "колонии"), чтобы на улицах и в домах, где только можно было, раздавать трактаты, Евангелия, лично побеседовать с теми, к кому проявлялся интерес В.Ф.М., и он нисколько не тяготился работой простого книгоноши, и своим человеколюбием служил примером своему молодому сотруднику. Он мог сам, без меня выйти из дома, чтобы побеседовать с еврейскими рабочими-строителями во время их обеденного перерыва. Люди принимали его с большим почтением, очень внимательно слушали его доходчивые слова.

В его уютном, маленьком домике на горе Кармил немало евреев, арабов и других верующих, находили утешение в добром совете и укреплялись в своей вере. Он также много лет был старшим руководящим братом в Хайфской общине свободных братьев - общине основанной за несколько лет до его прибытия в Палестину. Община эта продолжает свою благословенную работу под руководством молодого верующего еврея - врача.

Владимир Филимонович ушел к Господу в 1971-ом году и похоронен на интернациональном кладбище в г. Хайфа. Вспоминается он как искренний, верный, богато-одаренный служитель Божий. Россия навсегда была для него первой любовью, мечтой и молитвой. Он никогда не оставлял русскую духовную работу. Помимо многих статей для разных журналов в разных странах русского рассеянья, но много времени отдал на корректуру нового перевода украинской Библии. Но его высокая одаренность, знания и жизненный опыт, требовали более широкого поля деятельности, чем был для него Израиль. Как один английский брат о нем выразился: "Он подобен Наполеону, оставшемуся со своим слугой". При ограниченных для него условиях, В.Ф.М. делал максимально то, что было в его силах, чтобы служить Промыслу Божию.

Тело В.Ф.М. покоится в Хайфе. "То мы благодушествуем и желаем выйти из тела и водвориться у Господа" (2 Кор., 5:8), Которому так самозабвенно служил Владимир Марцинковский.

И память о нем во многих странах русского рассеяния и в возлюбленной Богом Стране обетования еще долго, долго будет жить.

Соломон Островский