Особенности репрезентации индивидуально-авторской концептосферы в англоязычной и русскоязычной прозе (на материале рассказов А. П. Чехова и Д. Джойса)

Вид материалаРассказ

Содержание


Научный руководитель
Актуальность исследования
Научная новизна
Теоретическая значимость
Практическая значимость
Положения, выносимые на защиту
Апробация результатов работы.
Структура работы.
Основное содержание работы
Первая глава «Художественный концепт как единица индивидуально-авторской концептосферы»
Вторая глава «Особенности когнитивной структуры и языковой репрезентации концептов различных типов в идиостилях А.П. Чехова и Дж
В третьей главе
Подобный материал:

На правах рукописи


Фокина Юлия Михайловна


Особенности репрезентации индивидуально-авторской концептосферы в англоязычной и русскоязычной прозе

(на материале рассказов А.П. Чехова и Д. Джойса)


специальность 10.02.19 – теория языка


Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук


Саратов – 2010

Работа выполнена на кафедре теории и истории языка Педагогического института Саратовского государственного университета им. Н.Г.Чернышевского


Научный руководитель

доктор филологических наук, профессор Тарасова Ирина Анатольевна




Официальные оппоненты:

– доктор филологических наук, профессор Елина Евгения Аркадьевна

– кандидат филологических наук, доцент Ермакова Елена Валентиновна


Ведущая организация – Волгоградский государственный педагогический

университет


Защита состоится «17» марта 2010 г. в 14.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.243.02 при Саратовском государственном университете им. Н.Г. Чернышевского (410012, г. Саратов, ул. Астраханская, 83) в XI корпусе.


С диссертацией можно ознакомиться в Зональной научной библиотеке Саратовского государственного университета им. Н.Г. Чернышевского.


Автореферат разослан « 11 » ­­­­­ февраля 2010 г.


Ученый секретарь

диссертационного совета Ю.Н. Борисов


Интеграционный подход к изучению языка как развивающейся антропоцентричной системы является одной из определяющих черт современной когнитивно-дискурсивной парадигмы в языкознании. Не будет преувеличением сказать, что центральным понятием работ этого направления является понятие концепта. Вопросы, касающиеся описания концептов с позиции средств их языковой репрезентации, структуры, взаимодействия, типологии, рассматриваются с привлечением многочисленных методик, на материале отдельных языков и (или) текстов различных функциональных стилей (А.П. Бабушкин, Н.Н. Болдырев, В.Б. Гольдберг, Е.И. Давыдова, А.А. Залевская, В.И. Карасик, Н.А. Красавский, Н.В. Крючкова, Е.С. Кубрякова, М.В. Пименова, В.А. Пищальникова, З.Д. Попова, Г.Г. Слышкин, И.А. Стернин и др.).

Экстраполяция лингвокогнитивной парадигмы на художественный текст позволяет выявить индивидуально-авторские концепты, составляющие концептосферу писателя, и описать средства их языковой объективации (Н.С. Болотнова, Н.В. Закурдаева, Е.И. Кузнецова, О.А. Мещерякова, И.А. Тарасова, М.А. Чернякова, Л.Н. Чурилина и др.). Концептосфера понимается большинством исследователей, обращающихся в своих работах к проблемам художественной стилистики, как ментальная база идиостиля художника слова (О.В. Руднева, И.А. Тарасова, Е.В. Туктангулова, О.С.Чумак, Т.Е. Яцуга и др.).

В последние десятилетия намечается тенденция контрастивного изучения оригинальных текстов двух или нескольких языков с целью определения и последующей характеристики межиндивидуальных особенностей произведения (В.С. Баевский, Э.М. Береговская, Б.Я. Бухштаб, М.Ю. Лотман, И.Я. Чернухина). Данная тенденция получает реализацию в новой области когнитивных исследований – контрастивной поэтике.

Другим активно развивающимся направлением лингвопоэтических исследований является когнитивная поэтика (G. Brone, J. Fauconnier, M. Freeman, J. Gavins, G. Lakoff, A. Richardson, G. Steen, P. Stockwell, M.Turner, J.Vandaele). Под термином «когнитивная поэтика» объединяется совокупность «смысловых, концептуальных, семиотических и коммуникативных методик, направленных на выяснение когнитивной мотивации любых эстетически значимых компонентов и всего текста как целого» [Бутакова 2002: 85]. Многочисленные отечественные исследования, посвященные художественным концептам, вполне вписываются в исследовательскую перспективу этого молодого научного направления (С.Н. Бабулевич, М.А. Бабурина, Т.А. Бычкова, А.Ф. Гершанова, Т.А.Голикова, Е.В. Дзюба, Н.Ф. Ежова, В.Г. Зусман, Г.П. Корчевская, Э.О. Лассан, Т.А. Мегирьянц, А.А. Осипова, Е.Ю. Пономарева, А.С. Рослый, Е.Н. Сороченко, Е.В. Трошина, И.Н. Тюкова, О.Н. Чарыкова и др).

В сфере компетенции когнитивной поэтики находятся различные этапы функционирования художественного произведения, рассмотренные под углом зрения ментальных категорий: автор (индивидуальная концептосфера) – художественная реальность (концептуальная структура текста) – читатель (когнитивные механизмы восприятия), а также взаимодействия между ними.

Решение задач, связанных с исследованием когнитивных механизмов восприятия текста, сближает когнитивную поэтику с рецептивной эстетикой и психологией художественного восприятия (Л.И. Белехова, M. Freeman, R. Tsur). В русле «порождающей поэтики», ставящей целью изучение структуры и типа авторского сознания, выполнены работы отечественных исследователей (С.А. Андреева, Л.О. Бутакова, К.В. Голубина, А.В. Кузнецова, В.Г. Никонова, И.А. Тарасова и др). Для достижения данной цели создаются типологии индивидуально-авторских концептов, выявляются формы их ментального представления, рассматривается их соотношение с типами ментальных репрезентаций, с одной стороны, и с более крупными единицами – когнитивными структурами – с другой.

Реферируемое диссертационное исследование выполнено на стыке двух дисциплин – когнитивной и контрастивной поэтик – и посвящено сопоставительному изучению индивидуального сознания двух разноязычных писателей на уровне концептуальной организации художественного текста.

Актуальность исследования определяется
  • необходимостью рассмотрения категорий лингвокультурного и индивидуального варьирования концептов в их взаимосвязи;
  • подходом к индивидуально-авторскому концепту как элементу художественной коммуникации;
  • необходимостью выработки методологических принципов исследования художественных концептов и индивидуально-авторских концептосфер в сопоставительном аспекте.

Цель предпринятого исследования заключается в выявлении ментальных и языковых различий в средствах репрезентации индивидуальной концептосферы писателей, принадлежащих к различным лингвокультурам.

Данная цель потребовала решения следующих задач:
  1. охарактеризовать различные направления в изучении концептов и рассмотреть специфические черты художественного концепта как единицы индивидуально-авторской концептосферы;
  2. определить доминантные для каждого из писателей художественные концепты разных типов (предметные, абстрактные, эмоциональные);
  3. вывить структурное содержание художественных концептов «жизнь», «смерть», «церковь», «дом», «скука», вербализованных в рассказах А.П. Чехова 1880-1890-х годов и сборнике рассказов Джеймса Джойса «Дублинцы»;
  4. провести сопоставительный анализ средств репрезентации указанных концептов в англоязычных и русскоязычных художественных текстах;
  5. установить соотношение универсального, национального и индивидуального компонентов данных концептов в творчестве А.П. Чехова и Д. Джойса;
  6. определить когнитивные стратегии восприятия читателем индивидуально-авторских концептов различных типов;
  7. выявить степень трансформации индивидуально-авторских концептов в читательском сознании.

Предметом исследования является специфика индивидуально-авторской репрезентации концептов разных типов в художественной прозе неблизкородственных языков.

В качестве объекта исследования выступают объективированные в рассказах А.П. Чехова и Джеймса Джойса концепты «жизнь» (life), «смерть» (death), «церковь» (church), «дом» (house/home), «скука» (boredom) с точки зрения их ментальной структуры и средств языковой экспликации в тексте произведений.

Материалом для исследования послужили пятнадцать рассказов Джеймса Джойса, входящих в сборник «Дублинцы» (1905), и написанные в период с 1887 по 1902 годы рассказы А.П. Чехова: «Дома», «Скучная история», «Палата №6», «Студент», «Черный монах», «Убийство», «Дом с мезонином», «Моя жизнь», «Мужики», «Ионыч», «Крыжовник», «Человек в футляре», «Дама с собачкой», «Архиерей», «Невеста». Общий объем проанализированных текстов составил 221.110 словоупотреблений.

Правомерность сопоставительного изучения творчества А.П. Чехова и Джеймса Джойса обусловлена несколькими факторами:

1. Джеймс Джойс был младшим современником А.П. Чехова. Как творческая личность, чуткая к новаторству в искусстве, он формировался в философско-ителлектуальном и литературно-художественном общеевропейском контексте чеховского времени (А. Шопенгауэр, М. Нордау, П. Бурже, З. Фрейд, Г. Флобер, Э. Золя, Ги де Мопассан и др.).

2. После выхода «Дублинцев» зарубежные исследователи Джойса писали о «возможном влиянии» на него Чехова, о том, что рассказы Джойса «принадлежат к тому типу новеллы, которую узнали с тех пор, когда прочитали Чехова» (A. Cross, R. Ellman, W. Tindall). Отечественные критики и переводчики также говорили о «чеховском» в рассказах Джойса (Е.Ю. Гениева, А.М. Гильдина, Д. Жантиева, И.В. Киселева, Г.А. Пучкова, А.И. Старцев, Д.М. Урнов и др.). Принимая во внимание категоричное отрицание Джойсом факта влияния на «Дублинцев» чеховских рассказов, можно предположить, что эта близость носит типологический характер (Е.Г. Фоменко).

3. Современные зарубежные литературоведы неоднократно указывали в своих работах на общность творческого метода А.П. Чехова и Джеймса Джойса (M. Hodgart, M. Beja и др.). В произведениях обоих писателей внешняя бесфабульность скрывает напряженное внутреннее действие. В композиционной организации «Дублинцев» большое значение приобретает разработанная Джойсом концепция епифании (озарения), являющаяся структурным принципом идиостиля писателя. Епифания-озарение становится своеобразным моментом катарсиса героя. Представляется, что принцип епифании прослеживается и в композиционной организации ряда рассказов А.П. Чехова («Студент», «Скучная история», «Архиерей» и др.).

Научная новизна диссертационной работы заключается в сопоставительном исследовании фрагментов индивидуально-авторских концептосфер Д. Джойса и А.П. Чехова, творчество которых не подвергалось до сих пор концептуальному моделированию; в когнитивном анализе индивидуально-авторских концептов разных типов в сравнительном плане; в экспериментальном исследовании трансформации содержания доминантных индивидуально-авторских концептов в читательском сознании.

Теоретическая значимость работы связана с определением принципов нового направления исследования художественной речи и авторского сознания — когнитивной контрастивной поэтики; с разработкой проблемы индивидуального варьирования лингвокультурных концептов; с уточнением статуса индивидуально-авторского концепта как элемента художественной коммуникации.

Практическая значимость исследования заключается в возможности применения общих положений и выводов диссертации в лекционных курсах по когнитивной лингвистике, лингвокультурологии, стилистике художественной речи. Материалы работы могут использоваться для дальнейшего изучения творчества А.П. Чехова и Джеймса Джойса. Приемы контрастивного когнитивного исследования применимы в сопоставительном изучении творчества других разноязычных писателей.

В основе методологии диссертационного исследования лежит комплексный подход, в котором в качестве основных выступают методы концептуального и сопоставительного анализа ключевых единиц индивидуально-авторских концептосфер; экспериментальный метод, направленный на выявление структуры и содержания концептов и закономерностей их фиксации в читательском сознании, а также статистический метод (обработка данных, полученных в процессе экспериментальной работы с дальнейшей когнитивной интерпретацией результатов). Используются приемы семантико-стилистического, контекстуального, полевого, мотивного анализа.

Положения, выносимые на защиту:
  1. Сопоставительное изучение художественных текстов на уровне языковой объективации отраженных в них концептов позволяет раскрыть как общие закономерности строения авторской концептосферы, так и индивидуальные особенности, присущие художнику слова. С учетом объекта исследования (индивидуально-авторские концепты) и основного (сопоставительного) метода такое изучение может быть отнесено к сфере когнитивной контрастивной поэтики.
  2. К числу общих закономерностей строения индивидуально-авторской концептосферы относится наличие в ней концептов разных типов: предметных, абстрактных, эмоциональных. Среди концептов каждого типа могут быть выделены концептуальные доминанты, набор которых у разных писателей может частично совпадать. Для концептосферы позднего А.П. Чехова к числу доминантных концептов могут быть отнесены «жизнь», «смерть», «дом», «скука». Концептосферу Д. Джойса периода «Дублинцев» определяют доминанты «death», «church», «house», «paralysis».
  3. Особенности репрезентации художественных концептов «жизнь» (life), «смерть» (death), «церковь» (church), «дом» (house/home), «скука» (boredom) в рассказах А.П. Чехова и Джеймса Джойса позволяют говорить об индивидуальном варьировании концептов. Индивидуальное варьирование затрагивает содержание предметного слоя; оценочный знак концепта; его символический потенциал; взаимосвязь с другими концептами; включенность в концептуальные оппозиции; языковые средства репрезентации концепта; предпочитаемые писателем образные парадигмы.
  4. Для писателей, творящих в рамках национальной художественной традиции (тип А.П. Чехова), процесс формирования художественного концепта обусловлен модификацией национального культурного концепта с аналогичным именем под влиянием индивидуально-авторского мировосприятия писателя и эстетических закономерностей художественного текста. У писателей, декларирующих разрыв с национальными культурными ценностями (тип Д. Джойса), художественный концепт ориентирован либо на трансформацию национального концепта («church», «Catholicism», «house»), либо на индивидуальную интерпретацию когнитивных признаков концепта-универсалии («life», «death»).
  5. В воспринимающем читательском сознании индивидуально-авторские концепты могут подвергаться трансформации под влиянием архетипов, национальных культурных концептов, личностных смыслов воспринимающего, его языкового опыта. Анализ читательского восприятия позволяет выявить базовые стратегии концептуальной интерпретации художественного текста (стратегия актуализации понятийного компонента, стратегия актуализации личностного смысла, стратегия символизации, стратегия десимволизации, стратегия стереотипизации и др.)

Апробация результатов работы.

Основные положения и выводы исследования были представлены в виде докладов на ежегодной Всероссийской научной конференции молодых ученых «Филология и журналистика в начале ХХI века» (Саратов, 2005 г., 2007 г., 2008 г.), на Международной научной конференции «Текст и контекст: лингвистический, литературоведческий и методический аспекты» (Москва, 2007 г.), на Международной научной конференции «Славянская культура: истоки, традиции, взаимодействие» (Москва, 2008 г.). По теме диссертации опубликовано 7 статей, в том числе 2 – в изданиях, рекомендованных ВАК.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, приложения (вопросы анкеты для испытуемых) и библиографического списка. Общий объем исследования составляет 184 страницы.

Основное содержание работы


Во Введении обосновывается актуальность избранной темы, дается обзор выполненных в русле когнитивной поэтики исследований и работ, посвященных анализу авторской концептосферы. Определяются новизна, цели и задачи диссертационной работы, формулируются основные положения, выносимые на защиту.

Первая глава «Художественный концепт как единица индивидуально-авторской концептосферы» состоит из четырех параграфов. В них рассматриваются существующие в современной лингвистической науке подходы к изучению концепта, которые позволяют обосновать ключевые в разработке заявленной темы понятия «художественный концепт» и «индивидуально-авторская концептосфера», определяются способы изучения структуры художественного концепта и средства его экспликации в тексте.

При определении специфики художественного концепта нами учитываются различные аспекты рассмотрения и подходы к интерпретации термина «концепт» в русле лингвокогнитологии, представленной работами воронежской (А.П. Бабушкин, З.Д. Попова, И.А. Стернин), тамбовской (Н.Н. Болдырев, В.Б. Гольдберг, Е.И. Давыдова, Н.В. Ушкова и др.) и московской школ (Е.С. Кубрякова, В.З. Демьянков и др.); психолингвистики (А.А. Залевская, В.А. Пищальникова); лингвокультурологии (Н.Ф. Алефиренко, В.И. Карасик, Н.А. Красавский, В.П. Нерознак, Г.Г. Слышкин, М.В.Пименова и др.).

В своей работе мы исходим из психолингвистического по своей сути понимания художественного концепта как единицы писательского сознания, репрезентированной в одном произведении/ цикле/ едином тексте художника слова и выражающей индивидуально-авторское осмысление предметов или явлений (О.Е. Беспалова, Л.О. Бутакова, И.А. Тарасова). В то же время для нас является актуальным и лингвокультурологическое понимание концепта, так как каждый писатель отражает в своем индивидуальном сознании черты национальной концептосферы.

Реализация в тексте произведения подчеркивает одно из важнейших свойств художественного концепта – его коммуникативную направленность. Концепт фиксирует встречу внутренней формы произведения с процессом читательского восприятия (В.Г. Зусман), выступая не только структурой хранения знаний, но и явлением, обладающим коммуникативными функциями.

Поскольку художественный текст является полисубъектной коммуникативной структурой, «включающей в себя» сознание автора и его персонажей, концепт, репрезентированный в данном тексте, существует в двух параллельных измерениях: с одной стороны, как элемент картины мира субъекта «воображаемого» мира, продуцирующего свои тексты персонажа; с другой, как базовый компонент «индивидуальной концептосферы затекстовой личности (автора), объективированной в отдельном произведении» (Л.Н. Чурилина).

Понимание художественного концепта как «единства авторского и множества персонажных концептов» (О.С. Чумак) соотносится с традиционными исследованиями, посвященными идиостилю писателя, в которых идеологическое содержание слова рассматривается как соотношение в художественном целом авторского понимания и мировосприятия персонажей (М.Б. Борисова, Л.И. Донецких, Д.М. Поцепня, Ю.С. Язикова).

Тип художественного концепта (абстрактный, предметный, эмоциональный) определяет структуру и способ его вербализации. Изучение вербализаторов концептуального содержания позволяет исследователям выделить в качестве средств текстовой репрезентации концепта ассоциативно-смысловое поле (Н.С. Болотнова), мотив (Л.В. Миллер), когнитивно-пропозициональную структуру (Л.Г. Бабенко, И.К. Миронова). Исходным моментом в описании экспликации концепта является выбор ключевого слова-репрезентанта и выявление его дериватов.

Ключевые концепты поэтической модели мира писателя, вывод о центральном положении которых делается на основе критериев коммуникативной, смысловой и эстетической значимости их ключевых слов-репрезентантов, образуют индивидуально-авторскую концептосферу, отражающую эстетическую программу художника слова, тематическое, идейное и жанровое своеобразие его творчества.

Вторая глава «Особенности когнитивной структуры и языковой репрезентации концептов различных типов в идиостилях А.П. Чехова и Джеймса Джойса» посвящена контрастивному анализу содержания базисных разнородных конституентов авторского сознания посредством рассмотрения средств их языкового представления в рассказах А.П. Чехова и Д. Джойса.

Тип идиостилевых доминант писателя предопределяет различие конкретных методик их анализа. Для описания концептов абстрактной номинации («жизнь /life», «смерть /death», «церковь /church») наиболее оптимальными представляются полевый и мотивный методы, а также анализ когнитивно-пропозициональных структур, связанных с именем концепта. Предметные концепты («дом /house/home»), описываются при помощи методики послойного описания концептуальных структур. В отношении эмоциональных концептов («скука /boredom») применяется метод построения ассоциативно-смыслового поля. Различные методы исследования средств репрезентации концептов позволяют, на наш взгляд, учесть весь комплекс единиц, являющихся элементами индивидуально-авторской концептосферы и осложненных авторскими коннотациями.

Проведенный анализ позволил нам сделать некоторые выводы о когнитивных и языковых особенностях репрезентации индивидуально-авторской концептосферы писателей.

К числу когнитивных особенностей относится набор пропозициональных структур, кодирующих концепты «жизнь /life» и «смерть /death». Так, в рассказах А.П. Чехова когнитивно-пропозициональная структура концепта «жизнь» состоит из следующих позиций: субъект – предикат жизни – атрибутивная характеристика жизни – цель жизни – временные параметры жизни. У Джеймса Джойса она представлена составляющими: субъект – предикат жизни – атрибутивная характеристика жизни – цель жизни.

Позиция «временные параметры жизни», составляющая когнитивно-пропозициональную структуру концепта «жизнь» у Чехова («длинная жизнь», «новая жизнь», «земная жизнь», «будущая жизнь») и участвующая в раскрытии центральной концептуальной оппозиции человеческая жизнь /жизнь вечная (жизнь нервная, беспокойная, серая, грешная, безнравственная противопоставляется жизни тихой, прекрасной, таинственной, святой), для Джойса не актуальна.

Центральной концептуальной оппозицией в рассказах Джойса выступает противопоставление жизни настоящей, реальной («real life», «sober, inartistic life», «hard life», «life of commonplace sacrifices», «irksome life», «unbearable life», «vagrant life», «vermin-like life»,) и жизни вымышленной («another life», «new, brave life», «brilliant life», «triumphant life»).

Когнитивная интерпретация результатов семантико-стилистического анализа позволяет скорректировать смысловой объем концептов «жизнь»/ «life» в творчестве Чехова и Джойса. Обнаруживается, что важнейшим когнитивным компонентом концепта «жизнь» у Чехова является «осмысленность существования». Герои Д. Джойса даже не пытаются постигнуть смысл жизни, обрести цель своего существования. Следствием обостренного чувства долга дублинцев по отношению к семье, дому, обществу, религии является безотчетное чувство страха перед действительностью как таковой («terror», «distress», «anguish», «white face», «palpitations», «black mass», «threat», «in danger of (her father’s) violence», «nobody to protect» и др.).

Ярким когнитивным отличием «жизни» Чехова является возможность ее представления в качестве самостоятельного действующего субъекта, некой активной материи, существующей по собственным, ею же продиктованным законам («жизнь проходит», «жизнь ускользает», «жизнь меняется», «жизнь увлекает», «жизнь захватывает»). Жизнь предстает в произведениях А.П. Чехова неким одухотворенным началом, которое соединяет все сущее на земле и способно противостоять всему, что противоречит нравственным ценностям, составляющим основу ее разумного бытия. В анализируемых произведениях Джеймса Джойса жизнь в качестве активного деятеля не выступает.

Когнитивно-пропозициональная структура концепта «смерть /death», выступающего традиционным оппозитом к концепту «жизнь» в индивидуально-авторских концептосферах А.П. Чехова и Джеймса Джойса, состоит из позиций субъект – предикат смерти – атрибутивная характеристика смерти – временные параметры смерти – смерть как переход к вечной жизни. Позиция «смерть как критерий оценки человеческих ценностей», являющаяся центральной для Чехова, в когнитивно-пропозициональной структуре концепта «death», репрезентированного в «Дублинцах», отсутствует.

Концепты абстрактных номинаций обнаруживают различную способность к символизации. В наибольшей степени ей подвержен концепт «death». В сборнике рассказов Д. Джойса символический слой художественного концепта представлен метафорами-символами земля (clay), разбитая чаша (idle chalice), паралич (paralysis), снег (snow). В то же время, продвигаясь по ступеням абстракции, смерть как номинация конкретного явления способна символизировать духовную смерть католической церкви, смерть всей Ирландии, смерть ее национальной идентичности.

Различия в строении индивидуальных концептосфер особенно наглядно демонстрирует несовпадение оценочных знаков соотносимых концептов. Отрицательным оценочным знаком обладает концепт «church», ядро которого содержит когнитивные признаки «безверие», «продажность» и «грех». Когнитивный признак «церковь как сковывающее начало» вербализуется в рассказах «Дублинцы» через слово «snuff», сочетающее в семантике значения «табак» и «дурман».

В отличие от Джойса, в прозе А.П. Чехова ядро концепта «церковь» формируют когнитивные признаки церковного служения и соборного единения людей. Положительная авторская оценка поддерживается эмоциональным ореолом соответствующего предметного образа, а также концептуальным отождествлением обретения веры с постижением смысла жизни («Скучная история», «Студент»).

Языковые особенности реализации художественных концептов заключаются, в том числе, в предпочитаемых автором образных моделях концептуализации. Например, в прозе Джойса устойчивые образы жизни входят в следующие парадигмы: жизнь – праздник, с которого герой изгнан: «He felt that he had been outcast from life’ feast» («A Painful Case»); жизнь – тюрьма: «He was a prisoner for life» («A Little Cloud»); жизнь – повесть без событий: «His life rolled out evenly – an adventureless tale» («A Painful Case »); жизнь – сущий ад: «His life would be a hell to him» («A Little Cloud»); жизнь – тяжелый крест: «And then his life was, you might say, crossed» («The Sisters»); жизнь – чаша, которую нужно пронести сквозь скопище врагов: «These noises converged in a single sensation of life for me: I imagined I bore my chalice safely through a throng of foes» («Araby»).

Для Чехова актуальными образными моделями являются жизнь – источник постоянной скорби («Моя жизнь»); жизнь – ловушка («Палата № 6»); жизнь – красивая, талантливо сделанная композиция («Скучная история»); жизнь – тина («Моя жизнь»); жизнь – комедия («Моя жизнь»); жизнь – вздор, нелепость («Скучная история»).

Содержание концептов, репрезентированных в малой прозе А.П. Чехова и Джеймса Джойса, варьируется в зависимости от индивидуально-авторского восприятия действительности писателем, с одной стороны, и национально-культурной специфики концептов с другой.

Национально-культурно обусловленным является, в первую очередь, предметный образ, кодирующий концепт в национальном сознании. Так, в рассказах А.П. Чехова дом существует в качестве двух основных образов – «помещичьего дома», для которого характерны большие полупустые пространства, роскошь, и «крестьянской избы», где «темно, тесно и нечисто». Если в прозе Чехова представлены типичные для России ХIХ века образы «помещичьего дома» и «крестьянской избы», то в рассказах Джойса преобладает описание дома городского типа – здания из красного кирпича с блестящей крышей (bright brick house with a shining roof). Обусловлены особенностями разных лингвокультур и когнитивные признаки, формирующие предметный слой концепта «церковь /church»: «части-составляющие храма», «предметы внутреннего убранства храма», «церковное служение».

Предметные концепты способны развивать в своем содержании символический слой, при этом возникающие ассоциативные линии зачастую национально обусловлены. Так, символический слой концепта «дом» в рассказах А.П. Чехова представлен устойчивой символической ассоциацией дом – космос, гармония. Данная символическая модель соответствует традиционному в русском языковом сознании представлению о доме как месте телесного и духовного обитания человека, связанным с культурным наследием (книги, рояль, ноты), памятью (портреты), духовными традициями и ценностями (иконы). В «Дублинцах» Джойса ведущей символической линией является дом – хаос, дисгармония. Утрата духовного мира в доме ведет к превращению его в антидом. Об этом свидетельствует утрата «своего» пространства, отличного от других; невозможность покинуть свой дом; пустота дома, духовная и вещная. Эта линия ассоциаций обусловлена явлением индивидуального варьирования соответствующего концепта, его радикальной трансформацией в поле авторского сознания.

Если для концептуальной картины мира Джойса характерна отрицательная оценка образа дома, на что указывают образы некрологической семантики на уровне микроконтекста («mourning», «dust», «coffin», «the dead», «clay», etc.); атрибутивные словосочетания негативной эмоциональной окраски («somber house», «dark house», «grey house», «poor stunted houses»); а также предикаты, в значении которых присутствует сема «центробежное движение» («to leave», «to walk away», «to go away», «to come away», «to escape»), то в произведениях Чехова прослеживается амбивалентная эстетическая оценка художественного денотата. Позитивная оценка эксплицируется атрибутивными характеристиками объекта, имеющими положительную коннотацию (уютный, милый, наивный и др.), а также синтагматическими связями лексемы с предикатами, отражающими «центростремительное движение» («возвращаться домой», «идти к дому», «приехать домой», «войти в дом»). Негативная авторская оценка денотата, доминирующая в более поздних рассказах, реализуется посредством определений «проклятый», «ненавистный», «постылый». Происходит разрушение дома как пространства бытия, характеризующегося уютом и надежностью (однозначно положительная оценка художественного денотата прослеживается в более раннем рассказе «Дома»). Данное понимание дома схоже с представлением Джойса.

Концепты «жизнь», «церковь» в рассказах Джеймса Джойса и А.П. Чехова помимо признаков, зафиксированных в лексикографических источниках через словарные дефиниции, получают дополнительные индивидуально-авторские признаки, являющиеся центральными в когнитивной структуре данных концептов. У Джеймса Джойса к ним относятся признаки «долг» и «страх», формирующие понятийный слой концепта «жизнь», символ паралича, номинирующий в концепте «церковь» признак «церковь как сковывающее начало». В художественном концепте «церковь», репрезентированном в рассказах Чехова, индивидуально-авторскими являются составляющие «душевного греха»: «хамелеонство», «футлярность», а также связанный с ними специфический феномен «возвышенного эгоцентризма» (С.В. Сызранов).

Набор ключевых концептов, характеризующий идиостили различных писателей, не может полностью совпадать. Различия в актуальном наборе концептов демонстрируют несовпадающие эмоциональные доминанты художественного мира «Дублинцев» и позднего Чехова. Для Чехова основным эмоциональным концептом является концепт «скука», который приобретает в его рассказах статус экзистенциального понятия, представляющего объединение таких начал, как философия жизни и состояние (сходное с болезнью). Такая мировоззренческая интерпретация скуки в целом присуща русской национальной традиции.

Концепт «boredom» занимает значительно более скромное место в концептосфере Джойса. Его денотативный план несколько приземлен и связан, прежде всего, со сферой школьной жизни. Помимо собственного смысла «чувство, состояние», данный концепт приобретает окказиональные смыслы «разочарованность», «мода», «обстановка». На роль базового эмоционального концепта цикла претендует концепт paralysis.

Способ вербализации и структура концепта предопределены его типом. Предметные концепты объективируются лексикой конкретного значения (дом, церковь, house, church и др.). В основе тропеического употребления этих лексем лежит небольшое количество образных моделей (напр., дом – живое существо, house – living being, house – prison). Концепты с логической доминантой, для которых характерно отсутствие/нечеткость предметных репрезентаций, номинированы абстрактной лексикой (жизнь, смерть, вечность, церковь, life, death, eternity, сhurch и др.). Эксплицирующие данные концепты метафорические контексты позволяют реконструировать значительное число образных парадигм, к которым обращается автор, выражая абстрактное через конкретное (жизнь – чаша, жизнь – свет, жизнь – крест, life – paralysis, life – chalice, life – darkness). Cредством репрезентации эмоциональных концептов является эмотивная лексика (скука, тоска, boredom, melancholy и т.д.). Данные художественные концепты реализуются в прямых номинациях, которые в развернутых контекстах, носящих характер философских обобщений, обрастают многочисленными контекстными синонимами и антонимами, осложняющими семантику ключевого слова-репрезентанта.

В третьей главе, озаглавленной «Индивидуально-авторские текстовые концепты в восприятии читателя», представлены результаты эксперимента, направленного на выявление стратегий восприятия индивидуально-авторских концептов читателем.

Для проведения экспериментального исследования были выбраны два рассказа А.П. Чехова («Студент» и «Архиерей») и рассказы Д. Джойса «The Sisters», «Eveline». Данные художественные тексты, благодаря своей информативной и эмоциональной насыщенности и, одновременно, лаконичности, позволяют максимально раскрыть содержание концептов «жизнь /life», «смерть /death», «церковь /church», определяемых нами как доминантные в произведениях А.П. Чехова и Джеймса Джойса.

Для достижения основной задачи эксперимента – выявления степени трансформации авторских концептов в читательском сознании – 60 респондентам, имеющим навык профессионального чтения художественной литературы (студентам-филологам Саратовского и Астраханского государственных университетов), было предложено ответить на вопросы, сформулированные с целью определения основных компонентов концепта (понятийного, предметного, ассоциативного, образного, символического и ценностно-оценочного слоев). При этом само слово «концепт» в вопросах не упоминалось. Адекватность восприятия художественного концепта читателем определялась в результате сопоставления актуализированных реципиентом концептуальных признаков доминантного концепта с концептуальными признаками, выявленными нами при семантико-стилистическом и когнитивном анализе художественного текста с учетом его литературоведческих интерпретаций.

Результаты проведенного эксперимента верифицировали предположение о том, что в связи с различной языковой и культурной компетенцией реципиентов структура концепта, реконструированная читателем в результате понимания и последующего восприятии художественного текста, не тождественна структуре индивидуально-авторского концепта.

Трансформация индивидуально-авторских концептов, согласно полученным данным, происходит под влиянием давления архетипа (отрицательная авторская оценка смерти в «The Sisters» Д. Джойса), культурного стереотипа (ассоциация смерть-цветы в концепте «death»), личностного смысла воспринимающего (когнитивный признак «печаль» в концепте «церковь»).

Наибольшая степень совпадения зафиксирована нами в понятийном слое авторского и читательского концептов «жизнь», «life», «death», «сhurch», представленных в рассказах «Студент», «The Sisters», «Eveline». В связи с этим читательская стратегия актуализации понятийного компонента концепта представляется нам наиболее успешной. В то же время нельзя не признать, что она характеризует скорее исследователя литературы, чем «наивного» читателя.

Большее количество расхождений в структуре сопоставляемых концептов было выявлено в ассоциативном и символическом слоях (например, в эмоциональной составляющей концепта «церковь» многие читатели ассоциируют «слезы» с «печалью», «разобщенностью людей», в то время как, по мнению абсолютного большинства литературоведов, они символизируют в тексте «единение архиерея с прихожанами»). Некоторые базовые символические ассоциации оказались незамеченными читателями (символы «тьма», «заря» в содержании концепта «жизнь» (рассказ «Студент») и «небо», «поле», «крест» в содержании концепта «церковь» (рассказ «Архиерей»). Видимо, в сознании современных читателей превалирует стратегия десимволизации.

Расхождения в ассоциативном и символическом компонентах концептов свидетельствуют о подвижных границах смыслового содержания концепта. Объяснение данному обстоятельству заключается, по нашему мнению, в избранном читателем векторе концептуальной интерпретации. Так, при восприятии концепта «смерть», объективированного в рассказе Чехова «Архиерей», читатели сконцентрировали свое внимание на когнитивном признаке «смерть как время подведения итогов», обозначив признак «переход к вечной жизни» второстепенным. Вследствие этого символы «небо», «поле» и «крест», непосредственно связанные с когнитивным признаком «смерть как переход к вечной жизни», не были опознаны.

Итак, результат понимания текста, достигнутый в процессе коммуникативной и когнитивной деятельности читателя, представляет собой систему пропущенных через читательское восприятие текстовых концептов. Поэтому концепт можно считать важнейшим элементом художественной коммуникации. Наиболее важным для адекватного восприятия художественного произведения представляется нам сохранение ценностного и авторского концепта (концепты «жизнь», «death», «life», «church»), являющееся основой концептообразования, как лингвокультурного, так и индивидуально-авторского. Напротив, «навязывание» художественному денотату оценки, полярной авторской, разрушает логику строения образа и приводит к существенному искажению авторского замысла.

Вариации в восприятии предметного, ассоциативного и символического слоев концепта представляются нам вполне допустимыми, задающими диапазон читательских интерпретаций.

В Заключении диссертации делаются выводы и подводятся итоги диссертационного исследования.

Идиостиль, интерпретированный в аспекте когнитивного подхода, представляет собой совокупность ментальных и языковых структур художественного мира писателя. Основным элементом авторской концептосферы – когнитивной основы идиостиля – признается художественный концепт. Вербализация художественных концептов в тексте произведения отражает творческое видение автора, связана с его речестилевой системой, с образно-ассоциативным мышлением художника слова. Ассоциативная природа индивидуально-авторского концепта проявляется в неузуальном наполнении каждого из слоев (понятийного, образного, символического, ценностно-оценочного) и регулируется закономерностями строения текста, где ментальные проекции объединены единой системой смысла и подчинены задачам создания художественной образности.

Исследование базисных разнородных конституентов авторского сознания (концептов абстрактного, предметного, эмоционального типов) в аспекте когнитивной контрастивной поэтики позволяет постигнуть художественный мир писателей, принадлежащих к разным лингвокультурам; установить соотношения между лингвокультурным и индивидуальным типами варьирования; более глубоко проникнуть в ментальный мир создателей произведений; определить особенности их речестилевой системы.

Экспериментальное исследование, направленное на выявление стратегий восприятия индивидуально-авторских концептов читателем, предоставляет дополнительные возможности для описания содержания концепта. Результаты позволяют верифицировать актуальность тех или иных признаков художественного концепта в читательском сознании и служат существенным дополнением к другим методикам исследования концепта на текстовом материале.


Основные положения диссертационной работы отражены в следующих публикациях:

  1. Фокина Ю. М. Особенности репрезентации художественного концепта «дом» в концептосферах А. П. Чехова и Д. Джойса (на материале малой прозы) / Ю. М. Фокина // Известия Саратовского университета. Новая серия. Серия Социология. Политология. – Саратов, 2009. – Т. 9. – Вып. 2. – С. 45-48.
  2. Фокина Ю. М. Специфика репрезентации индивидуально-авторской концептосферы в рассказах А. П. Чехова и Дж. Джойса / Ю. М. Фокина // Гуманитарные исследования. Журнал фундаментальных и прикладных исследований. – Астрахань: Астраханский университет, 2009. – № 3 (31). – С. 192-200.
  3. Фокина Ю. М. Непрямые способы общения автора с читателем в рассказе Джеймса Джойса «Сестры» / Ю. М. Фокина // Филологические этюды : сб. науч. ст. молодых ученых. – Саратов : Научная книга, 2007. Вып. 10, ч. III. С. 71-75.
  4. Фокина Ю. М. Специфика реализации концепта "жизнь" в разноязычных художественных текстах (на материале рассказов А. П. Чехова и Джеймса Джойса) / Ю. М. Фокина // Вопросы филологии и методики преподавания иностранных языков : межвуз. сб. науч. тр. / отв. ред. Л. Ю. Семейн. – Омск : Изд-во ОмГПУ, 2007. Вып. 7. С. 100-105.
  5. Фокина Ю. М. Исследование концептуальной организации художественных текстов в аспекте контрастивной поэтики / Ю. М. Фокина // Текст и контекст в языковедении : Материалы X Виноградовских чтений: 15-17 ноября 2007 года : в 2 ч. / отв. ред. Е. Ф. Киров. – Ч. 1. – М. : МГПУ, 2007. С. 269-273.
  6. Фокина Ю. М. Контрастивное исследование индивидуально-авторских концептов (на материале рассказов А. П. Чехова и Джеймса Джойса) / Ю. М. Фокина // Филологические этюды : сб. науч. ст. молодых ученых : в 3 ч. – Саратов : Изд-во Сарат. ун-та, 2008. – Вып. 11, ч. III. С. 153-156.
  7. Фокина Ю. М. Специфика репрезентации художественного концепта «церковь» в рассказах А. П. Чехова и Джеймса Джойса / Ю. М. Фокина // Славянская культура: истоки, традиции, взаимодействие : Материалы Международной научной конференции «IХ Кирилло-Мефодиевские чтения», 13-16 мая 2008г. – М. : Изд-во ИКАР, 2008. С. 152-157.