Книги по разным темам Pages:     | 1 |   ...   | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 |   ...   | 53 |

Можно представить себе это приблизительнотаким образом. Маленький ребенок активен. Его восприятие аффективно, а аффектнемедленно переходит в действие. Если ему что-то интересно, он тянется, потомползет, идет, бежит, хватает, начинает с этим что-то делать и т.д. И эту егоактивность социализацияканализирует как социально опредмеченную деятельность [26]. В результате социализации мир длянего становится миром предметов, с которыми известно что можно и нужно делать[27].

Таким образом, содержанием "законной"[28] суггестии может бытьтолько то, что человек (ребенок) умеет и может делать. Научение этомупроисходит в обучении как продвижении от одних возможностей и умений к другим.

Второй аспект касается собственноволи. "Принятая" суггестияпобуждает к определенномудействию. Что это значит

Мы не раз отмечали, что суггестия кактаковая, играя значительную роль как в фило-, так и в онтогенезе человека, неявляется собственно человеческим феноменом. Существо, которое поднимает руку покоманде, точнее, у которого рука "сама" поднимается по чужой команде,– это не совсемчеловек; или, можно сказать, что это существо находится в не совсемчеловеческом состоянии. Человек определенным образом ведет себя и отвечает за свое поведение.

Иными словами, "принятая" и ставшаяпобуждением суггестия проходит через цепочку контрсуггестии (к-с) иконтр-контр-суггестии (к-к-с), аналогичную той схеме "хочу – нельзя – можно", которую мы описывали впредыдущем разделе. У взрослого цивилизованного человека суггестия сталкиваетсяс генерализованнымотвержением –контр-суггестией, и лишь потом, подкрепленная той или иной к-к-с, способнойпреодолеть к-с, может быть выполнена.

"Чистая" (то есть не дополненная к-к-с)интердикция или суггестия направлена скорее на организм как "объектвоздействия". А вот контр-контр-суггестию (обязательно предполагающую уже болееили менее развитую речь) можно считать трансакцией как таковой, имеющейопределенного адресата.Суггестор, прибегающий к к-к-с, предполагает за адресатом возможностьсамому решать, выполнитьили не выполнить суггестию, а Потому считает его ответственным за свое решение ивытекающее из нее действие или бездействие.

Ту инстанцию, которая решает, – тоесть адресата к-к-с,– мы назвалиЭго. ИзначальнойЭго-функцией являетсяфункция выбора выполнитьили не выполнить суггестию. Как мы видели, этот первоначально небогатый выбор впроцессе развития структуры Эго разворачивается до того, что мы ранее описаликак экзистенциальный выбор.

Осуществляя свой выбор, Эго опирается натри типа доводов к-к-с: (1) указание на возможные последствия в мире, (2)определение адресата (например, как Послушного Ребенка) и адресанта (например,как Родителя-в-Своем-Праве) и (3) возможное произвольное (со стороны адресанта)наказание или поощрение.

Указание на возможные последствия того илииного действия (или бездействия) в мире, то есть "предметный" довод к-к-с,расширяет ситуацию, в которой принимается решение о выполнении или невыполнениисуггестии или интердикции. Мы уже не раз упоминали, что предметный составчеловеческой ситуации может быть весьма сложным, и вся эта "разноголосица"должна быть гомогенизирована, чтобы та или иная суггестия, сопровождаемая предметными доводами к-к-с, непревращалась в интроект.

Второй довод к-к-с – напоминание о "ролях" адресата иадресанта суггестии, "кто кому кто" [29]. В традиционной культуре этот довод может быть исчерпывающим.Мера "самостоятельности" в принятии решений и наложении суггестии точноопределена, и у подрастающего индивида воспитывается ясное и отчетливоепонимание этого. Только тот может считаться принадлежащим данному обществу (его"членом", по выражению К.Кастенды), кто это понимает и действует в соответствиис этим. Напомним, что никакая личность с ее экзистенциальным выбором здесь ненужна.

Наша московская (васюковская,калифорнийская, хайдельбергская, – ненужное подчеркнуть) ситуация – другая. Это поликультурная ситуация, времявавилонской башни. У нас неизвестно, кто кому кто. Родители не знают, насколькодети должны их слушаться, и насколько (и в чем) они должны руководить детьми.Да и сами они чаще всего психологические дети, и им совершенно не хочется бытьродителями. В этой поликультурной ситуации нет заранее заданной "нормысправедливости" как равновесия и соответствия ролей друг другу.

Но так или иначе, в каждой семье иотносительно каждого ребенка (часто – по-разному с разными детьми дажев одной семье) отношения более или менее "устаканиваются", так что годам кчетырем-пяти мальчик хорошо знает, что папу нужно слушаться, потому что если ужон сказал, то добьется своего, маму можно уговорить (см. дальше), бабушку можноигнорировать до тех пор, пока она не грозит пожаловаться папе, и т.д. Такимобразом, фраза "Я кому сказала" может быть не просто "подтекстовкой" длягрозной интонации, а реальным напоминанием, что-де ты – дочка, и маму нужно слушаться,иначе неизбежно последуют такие-то и такие-то санкции.

С интересующей нас предметной точки зрениявозможность гомогенизации этого довода к-к-с создается упоминавшимся[30] понятием рангов Лефевра. С этой точки зренияфраза "мама требует, чтобы я сейчас же села за уроки" может иметь достаточносложную расшифровку: мама хочет, чтобы учительница была мной (и ею) довольна,а учительница сказала маме, что математикой нужно заниматься не позже семичасов вечера ("Иначе ребенок устанет"), и мама поверила [31].

Угрозы и обещания (третий довод к-к-с) также до некоторой степени могутгомогенизироваться таким образом, если могут быть предметно представлены. Тогдаони превращаются в "честный торг" и приучают растущего ребенка учитывать чужиеинтересы и решать конфликты.

Здесь можно наметить две линии развития.Одна линия превращение родителя в "честного партнера", то есть взрослого, блюдущего свои интересы.Определяющим в этой линии оказывается то, можно ли на этого партнераположиться. Угроза-обещание превращается в договоренность о возможных санкциях,входящую в условия договора, и взрослеющий ребенок имеет теперь возможностьпредметно учитывать интересы других людей, которые взяли на себя труд иответственность их формулировать в предметном языке, сообщая, "что за что"[32].

Важно, что на этой линии развития нужнонаучиться приспосабливаться к чужой предметности, проставляя соответствующиезначения рангов.

Другая линия – непредсказуемый родитель,который может наказать или наградить "безмерно", то есть его награды инаказания принципиально не могут гомогенизироваться с предметностью самойсуггестии. Отсюда развитие может идти по трем различным линиям.

Одна линия – манипуляция. Если родительнепредсказуем на уровне "честной" (волевой, произвольной) договоренности (тоесть если с ним нельзя договориться), может быть им можно манипулировать, например, посредствомимитации подчинения. Часто с ним нельзя договориться как раз потому, что он не"держит слова". Но тогда он, может быть, забудет проверить, выполнено ли еготребование. Манипуляция вместо договоренности приравнивает родителя (позже– партнера) к особомуфрагменту среды,вследствие чего может показаться разумной попытка "обойтись" с этим фрагментомманипулятивным образом.

Другая линия – конфронтация, отстаивание своихправ. Если с родителем нельзя договориться, приходится "урезонивать" его,противопоставляя насилию собственную силу. Это – честная конфронтация.

Наконец, третья линия – это случай, когда родительсистематически блокирует как раз возможность обсуждения. Приказание или запретне могут обсуждаться и становятся "запредельными" – тем самым "табу", о котором шларечь в первом разделе этой главы.

В этом месте интроект появляется снеизбежностью. Для того, чтобы появилась возможность его "разжевывать", нужноеще положить его "на стол", а для этого нужно разблокировать исходнуюкоммуникацию и обеспечить по отношению к ней мета-коммуникативный выход, врезультате которого возможность обсуждения исходной суггестии или интердикциибудет восстановлена. Это, как мы помним, является одной из задачкоммуникативного анализа и коммуникативной терапии.

5

Таким образом, мы описали две структурыуправления поведением человека. Одна – квази-спонтанное поведение,проходящее через сито произвольного культурно-детерминированного контроля:хочу генерализованное нельзя – ситуативное можно (или ситуативное подтверждение запрета)- контролируемое осуществление. Вторая– произвольноеповедение, возникающее на базе родительской суггестии и проходящее через ситоконтроля Эго: нужно – генерализованнаяконтр-суггестия -ситуативная контр-контр-суггевстия решение (выбор)- исполнение.

Интегрированное поведение, оно же интегрированнаяответственная (в терминахПерлза) жизнедеятельность должны быть описаны как синтез этих двухмодальностей. Это и была бы чаемая поколениями философов (но практическидоступная лишь психотехникам) свобода, включающаяосознанную необходимость, но посредством творчества выходящая за еепределы.

Как возможна подобная интеграция Каксовмещаются Эго как адресат к-к-с и "Я" как субъект определяемого интересомгештальтообразования и соответствующего поведения

Было бы ошибкой искать механизм подобного совмещения. Такаяинтеграция принципиально может быть только творческой. Каждое такого родасовмещение является творческим актом человека, а кумуляция результатов подобных актовсоздает неповторимую уникальность человеческойличности. Система различного масштаба подсистем, обеспечивающих такоесовмещение, и есть личная техникачеловека.

Чтобы соотнести это понятие техники сболее привычным, общеупотребительным, можно задуматься над тем, что любого рода"дивайсы", от стейнвеевского рояля до автомата Калашникова, могут "работать" несами по себе, а только в руках (или "под" руками) человека, который умеет сними обращаться и решает с их помощью те или иные собственные, человеческие задачи. Внекотором смысле тело с его возможностями и способностями (включая способностимышления и чувствования), является таким же "аппаратом" или "дивайсом",созданным Великой Природой для нужд Духа, и передаваемым индивидуальномучеловеку во временное пользование.

Каждый человек в той или иной мереосуществляет наработку личной техники. Он учится управлять своим телом, ходить,потом говорить, позже читать и писать и т.д. и т.п. Все это – "техники", которыми человековладевает.

При этом он встречается с "великойловушкой", вполне аналогичной той, которую описывают философы и фантасты вотношении "внешней техники". Техническая аппаратура – как внешняя, так и внутренняя,– обладает некоторойспособностью автоматического функционирования. Компьютер может по нотам разыгрывать сонатуБетховена, а самоходные стреляющие установки в "Обитаемом острове" Стругацкихпродолжают бегать по лесу и стрелять через много лет после того, какзакончилась война, на которую они были посланы. За счет этого аппаратураобособляется, и это обособление может достигать состояния отчуждения. Тогда"аппараты" перестают быть техническими средствами, то есть принадлежатьискусству достижения своихцелей с помощью внешних и внутренних приспособлений, а становятсяспецифическими –технологизированнымифрагментами внешней (для Эго и для "Я") среды. Различия ритма и другихпараметров процессов, происходящих в этих отчужденных фрагментах и в собственно"Я" и Эго, могут сделать эти фрагменты в какие-то моменты враждебными "нам".

Если речь идет о внутренних автоматизмах,то их отчуждение и самостоятельное, неподконтрольное "Я" и Эго функционированиеи есть то, что в психологии со времен Фрейда принято называть "неврозом".Психотерапией в этом смысле можно назвать возвращение тех или иных фрагментовэтой аппаратуры под власть "Я" и/или Эго. А психотехнику можно определитьтеперь как искусство систематического и сквозного, атакже интегрирующего "Я" и Эго управления всеми наработанными и нарабатываемымичеловеком техническими аппаратурами.

С этой точки зрения можно сказать,возвращаясь к нашей частной теме, что работа с интроекцией есть сквозная гомогенизация предметного содержания ответственнойжизнедеятельности человека, включая модальные иранговые характеристики различных фрагментов этой предметности.

Часть2

СЛИЯНИЕ(Confluence)

3-2-1. ПРОСТАЯ ЛЕКЦИЯ ОСЛИЯНИИ [1]

Я – это я, а ты – это ты.
Я занят своим делом, а ты – своим.
Я в этом мире не для того,
чтобысоответствовать твоим ожиданиям, а ты – моим.
Если мы встретились – это прекрасно,
если нет – этому ничем нельзя помочь"

(Ф. Перлз. Гештальт-молитва)

В рамках термина "слияние" (confluence)описывается целый ряд различных психических трудностей – "невротических механизмов" всмысле Перлза. Рассмотрим их по отдельности, с тем, чтобы, может быть, позжеобъединить в какие-то группы.

1

Один из представителей этого ряда– отождествление себяс вещами или событиями внешнего мира, что может метафорически описываться как"нарушение" контактной границы между организмом и средой.

Представьте себе, что вы сидите околоречки и смотрите на небольшой водоворот, в котором вертится щепка или листок;если вы отождествляетесь со щепкой, вас может закрутить, и ощущение этогокружения может быть глубоким и интенсивным, хотя крутит "на самом деле" не вас,а щепку. Это головокружение может быть связано не только с микро-движениямиглаз, оно может быть вызвано тем, что вы отождествили себя с этой щепкой, и васкак бы крутит вместе с ней.

Еще одни пример описан у Ч.Тарта. Кто немечтал о собственном отдельном, удобном, уютном доме Давайте представим себе,что вот это нечто (лектор складывает из бумаги домики ставит его на стол) как раз он и есть. Каждый воленпредставить себе, где этот домик стоит, сколько в нем комнат, как ониобставлены. Может быть, это домик над озером. Или над морем. У него уютноекрылечко и просторная веранда. А теперь... {Лекторвнезапным ударом ладони расплющивает бумажный домик на столе.) Те, чье отождествление было достаточно сильным, моглипочувствовать вкус реальной потери, реального удара по чему-то "своему",– хотя, вроде бы, япросто смял кусочек бумаги.

Попробуйте себе представить, как многотакого в нашей реальной жизни. "Моя" одежда, "моя" квартира, я уж не говорю– "мой" престиж.

Pages:     | 1 |   ...   | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 |   ...   | 53 |    Книги по разным темам