Родители Глеба

Вид материалаОбзор

Содержание


Родители Глеба Агеева проиграли в борьбе за детей
Найдите Машу!
Подобный материал:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   23
^

Родители Глеба Агеева проиграли в борьбе за детей


ссылка скрыта

17.08.2011




Преображенский районный суд Москвы отказал чете Агеевых в восстановлении прав на опекунство. После скандального процесса по делу об издевательстве над четырехлетним Глебом Агеевым его приемных родителей лишили прав опекунства не только на сына, но и на второго приемного ребенка — трехлетнюю Полину.

— Мы апеллировали к тому, что меня-то суд полностью оправдал, — рассказал Антон Агеев. — Но против нас выступили и прокуратура, и органы опеки. Суд принял решение по инерции: вас уже лишили прав, и нечего пороги обивать. Мы же настаиваем: Глеб и Полина должны вернуться в семью. Теперь надежда только на Европейский суд: он примет решение к весне будущего года.

В марте 2009 года семья Агеевых в одночасье «прославилась» на всю страну. Тогда в одну из подмосковных больниц доставили четырехлетнего Глеба Агеева  с ушибами и ожогами. Версия родителей о том, что кроха упал с лестницы и обжегся о чайник, суд не удовлетворила. Свою невиновность удалось доказать лишь супругу Антону Агееву. Его жену Ларису суд приговорил к 1 году и 8 месяцам исправительных работ.

Лариса Агеева сейчас работает курьером в компании, которая сотрудничает с исправительной инспекцией. 

— Это непростая работа: едва заступив на нее, ты оставляешь отпечатки пальцев, дышишь в трубочку, расписываешься в том, что ты не работаешь в другом месте. Уже потом, в процессе работы, идут постоянные прокурорские проверки, — рассказал  Антон Агеев. — Вдобавок 15% дохода, согласно решению суда, отчисляется государству. Но такая работа ей хотя бы по силам: после всех переживаний Лариса сильно сдала: неврозы, остеохондроз, грыжа позвонков.

Каждую неделю чету Агеевых можно увидеть на пороге Социального приюта для детей и подростков при департаменте семейной и молодежной политики Москвы.

— Они приезжают каждый четверг, как по расписанию, — рассказал директор приюта Сергей Альбертов. — Поначалу, когда детей только привезли, малыши постоянно плакали и плохо ели. Потом родителям разрешили их навещать, и все пошло на поправку. Но дети все равно очень скучают и ждут их. Зимой они смотрели в окно и фантазировали: дескать, когда снег растает, родители их заберут. Но снег растаял, и ничего не произошло. И вот как им объяснишь происходящее? Приходится выкручиваться и объяснять, что родители в санатории на лечении и скоро вернутся. Но долго так продолжаться не может. По мне, так из этой истории раздули черт знает что и пора бы уже вернуть детей родителям.

Однако шансов воссоединиться у Агеевых практически нет. Согласно российским законам, оступившиеся усыновители получают «волчий билет» до конца жизни и не могут взять опеку даже над ближайшими родственниками.

— Мы видим, как Агеевы забрасывают суды исками и всячески стараются вернуть детей, — рассказала Тамара Мурлыкова, юрист отдела опеки, попечительства и патронажа муниципалитета Гольяново, в ведомстве которого находится дело Агеевых. — В последний раз они провели аналогию с Украиной: там предусмотрено восстановление в правах усыновителей. Но у нас такое невозможно. И пока не было ни одного прецедента, как бы родители не старались.

Источник в Генпрокуратуре выразился еще категоричнее: «Нет никаких юридических оснований для того, чтобы реабилитировать Агеевых».

— В теории вернуть родительские и опекунские права возможно, на практике — нет, — замечает уполномоченный при президенте России по правам ребенка Павел Астахов. — Абсолютное большинство судов перестрахуется и откажет родителям, чтобы не допустить ситуаций вроде недавней истории в Новосибирске (наркоман с тремя судимостями насмерть забил двухлетнюю дочку спустя месяц после того, как суд восстановил его в родительских правах. — «Известия»). А уж если, как в случае с Агеевыми, прокуратура и органы опеки против реабилитации родителей, то шансов нет. Лично мне Агеевых по-человечески жаль. Люди явно из кожи вон лезут, чтобы воссоединиться с детьми.

Некоторые утверждают, что после повышения соцвыплат за приемных детей опекунство для многих стало бизнесом.

— Распространенность этого явления зависит от региона, — говорит Астахов. — В Краснодарском крае за каждого приемного ребенка платят по 20 тыс. рублей, поэтому опекунство там воспринимают как работу. Там уже всех детей разобрали и ездят за ними в Москву. Но я не думаю, что Агеевыми движет корысть.


^

Найдите Машу!


ссылка скрыта

12.08.2011

Татьяна Владыкина
ссылка скрыта
Актриса Наталья Захарова будет добиваться реабилитации




Президент России Дмитрий Медведев 5 августа подписал указ о помиловании актрисы Натальи Захаровой, осужденной парижским судом за поджог квартиры бывшего мужа. Освобожденная актриса рассказала журналистам о том, что ей пришлось пережить за 13 лет "французского террора".

- Я очень, очень рада всех вас видеть, - сказала Наталья, сдерживая слезы.

За последние десять лет малоизвестная актриса Захарова превратилась в мировую знаменитость. История ее проста до безобразия. Вышла замуж за гражданина Франции, через год родился ребенок, а еще через год семья распалась. После этого и начались все ее беды: лишение родительских прав, поиски ребенка и, наконец, три года колонии.

- Сейчас я испытываю два чувства, - говорит актриса, - огромной радости и страшной боли: моя дочь еще не со мной.

Вся эта история случилась с Натальей из-за естественного желания матери - она хотела, чтобы ее девочка жила с ней. После развода родителей дочь осталась с мамой, отцу было разрешено посещать ребенка и забирать девочку на выходные, а раз в год - на два месяца. После очередных таких "каникул" у отца, Маша вернулась домой с синяками. В 1998 году французский суд по правам детей подтвердил опасения матери - с дочерью действительно обращались жестоко, и вынес решение: забрать ребенка. И у отца, и у матери. В 2004 году Наталью лишили родительских прав, в 2006 году суд Парижа признал законным приговор, по которому Захарова была осуждена на три года за попытку поджога дома Патрика Уари.

- За мое желание быть с Машей была сфабрикована месть - дело о поджоге квартиры, - убеждена сегодня Наталья. - У меня есть доказательства моей невиновности и сейчас я намерена добиваться реабилитации. Все, что происходило со мной, было безобразно. Меня арестовали в зале суда, где должно было проходить слушание дела. Показали какую-то откопированную смятую бумажку без подписи и, крепко взяв за руку, повели к машине. По дороге объяснили, что это, конечно, незаконно, но есть указание. Я упала в обморок, когда на меня надели наручники и сказали про три года тюрьмы, - рассказывает она. - Ад начался. Меня посадили в камеру-одиночку, вонючую, грязную и холодную. Отобрали обувь, выдали летние тапочки, которые мне были малы. Однажды мне предложили прогуляться. Я стояла 40 минут под холодным проливным дождем в тапочках на босу ногу, а охранники за стеклянными дверями показывали на меня и хохотали. После этого я заболела воспалением легких.

Но самым ужасным испытанием были все же не летние тапочки, голод и холод. Ее самое ужасное испытание продолжается до сих пор - она по сей день не знает, где ее ребенок. Дочь Машу, которой сейчас 16 лет, Наталья не видела пять лет. Последнюю эсэмэску от дочери она получила в 2008 году, Маша писала: "мама, забери меня в Россию". Наталья призналась журналистам, что общалась с дочкой только на французском языке.

- Когда ее забирали, ей было три года, она говорила на русском. Над ребенком издевались, говоря с ней только по-французски, - негодует Захарова. - Я бесконечно признательна Дмитрию Анатольевичу за то, что он помиловал меня как жертву беспредела, - говорит она, - и я надеюсь, что он доведет дело до конца и поможет найти Машу.

Наталья рассказала, что в камере у нее был портрет дочери.

- Я смотрела на него и понимала, что просто не имею права умирать, иначе Маша осталась бы сиротой, - говорит она. - Только это и давало мне силы жить. Я очень хочу ее найти. В конце концов, по решению суда, я ответственна за ее жизнь. За эти ужасные 13 лет я потеряла все : карьеру, здоровье. 24 часа в сутки из года в год я живу только тем, чтобы вернуть своего ребенка. Между нами 13 лет пустоты. Я очень надеюсь, что Павел Астахов, поможет мне в этом. В конце концов, это его прямая обязанность.