«террор», «терроризм», «ГОСУДАРСТВЕННЫЙ терроризм», «агрессия»

Вид материалаДокументы
Подобный материал:
ТЕОРИЯ ПРАВА


Н. НАЗАРОВ,

студент 4 курса дневного отделения Института

(филиала) МГЮА имени О. Е. Кутафина в г. Кирове


К ВОПРОСУ О СООТНОШЕНИИ ПОНЯТИЙ

«ТЕРРОР», «ТЕРРОРИЗМ», «ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕРРОРИЗМ», «АГРЕССИЯ»


Одной из важнейших проблем правовой науки, имеющей методологическое значение, является проблема определения понятий. Понятие отражает процессы, явления, предметы материального мира в сознании человека. Особое теоретическое и практическое значение приобретает определение понятий, которые характеризуют социально-правовые, негативные, массовые, исторически изменчивые явления, такие как: террор, терроризм, агрессия и др.

Разгул терроризма – сегодня не только российская, но и острейшая международная проблема. В глобальном рейтинге террористической угрозы, опубликованном 16 февраля 2010 британским институтом Maplecroft, Россия заняла 17-ю строчку. Россия наряду с Филиппинами, Турцией, Израилем, Ираном и другими странами причислена к государствам с высоким уровнем террористической угрозы1.

Согласно официальной статистике в январе - декабре 2008 года зарегистрировано 642 преступления террористического характера. В январе - декабре 2009 года зарегистрировано уже 654 преступления террористического характера (+1,9%). В январе - декабре 2009 года зарегистрировано на 6,7% меньше преступлений, чем за аналогичный период прошлого года. Как видно в целом преступность уменьшилась в 2009 году по сравнению с 2008 годом, но эти положительные показатели не относятся к преступлениям террористического характера, напротив, наблюдается их рост2.

Учитывая данную статистику, на сегодняшний день вполне актуальным является рассмотрение отдельных аспектов терроризма, которые могут оказать положительное влияние на практику борьбы с терроризмом.

Как показывают исследования, сегодня проблемой является не только поиск эффективных путей противодействия терроризму, но и наведение порядка в научном понимании основополагающих понятий. В частности, возникает необходимость определения единого подхода к термину «терроризм», определить его отличия со сходными явлениями, такими как «террор» и «агрессия».

Следует убедительно обосновать несостоятельность доводов, отрицающих существование «государственного» терроризма как правовой категории.

Следует подчеркнуть значимость терминологического единства и негативное влияние расхождения в определении понятий как для практики борьбы с преступностью, так и для теории права.

Терроризм представляет собой сложное, многоплановое явление. Исключительная сложность проблемы терроризма, многообразие форм проявления определяют отсутствие общепризнанных подходов к различного рода аспектам данного, прежде всего, правового явления. На сегодняшний день стало серьёзной теоретической проблемой формирование оптимального определения понятия «терроризм». Несмотря на то, что ФЗ «О противодействии терроризму» от 2006 года содержит чёткое определение, тем не менее, сохраняется множественность подходов, а также встречается критика положений данного ФЗ относительно определения терроризма3. Возникает необходимость в выработке единого подхода к соотношению таких понятий как «террор», «терроризм», «государственный терроризм», «агрессия», «репрессии» и т.д.

Такое различие, на мой взгляд, может существенно препятствовать практике успешного применения действующего антитеррористического законодательства, например, в вопросах точной квалификации преступлений.

Прежде всего, рассмотрим соотношение понятий «террор» и «терроризм». Термин «террор (terror) » в переводе с латинского означает «страх, ужас» и определяется как: 1) устрашение политических противников, выражающееся в физическом насилии, вплоть до уничтожения; 2) жёсткое запугивание, насилие4. Террор обычно связывают с деятельностью государственной власти в определённые периоды существования государства. Он характеризуется особо репрессивной, жёсткой деятельностью государственной власти по отношению к своим политическим противникам.

Вместе с тем сказанное не означает, что помимо государственной власти другие силы не в состоянии насаждать повсеместный террор, внушая страх и ужас не только политическим противникам, а практически всем и каждому. Таковыми могут быть мощное негосударственное образование или сильная оппозиция, вступившая в откровенный военный конфликт с государственной властью и сама стремящаяся стать у руля государства5.

Таким образом, понятие "террор" олицетворяет собой акции массо­вого физического, психологического или идеологического насилия, осуществляемого общественно – политическими структурами, которые обладают властью над находящимся в их сфере деятельности социальным контингентом, в целях склонения масс к определенному поведению.

Совсем другое дело терроризм — публично совершаемые обще­опасные действия или угрозы таковыми, направленные на устрашение населения или социальных групп в целях прямого либо косвенного воз­действия на принятие какого-либо решения или отказ от него в интересах террористов6.

В литературе высказывалось мнение, что основная отличительная черта терроризма – это то, что «смыслом поступка является устрашение, наведение ужаса»7. Законодатель в ФЗ «О противодействии терроризму» 2006 года «поправил» высказывание Ю.М Антоняна 1998 года.

Поскольку смысл, каких либо действий определяется целью, то смыслом терроризма является стремление добиться принятия требуемых решений, которые носят политический характер. Устрашение же и наведение ужаса – сущность терроризма. Однако в литературе вполне справедливо отмечается, что страх и ужас могут вызываться и так называемыми серийными насильственными преступлениями: убийствами, изнасилованиями и другими притом, что преступник мстит лишь конкретным потерпевшим (женщинам определённого возраста и т.п.), набрасываясь на них внезапно и умерщвляя немедленно8.

Особен­ность терроризма состоит в том, что «страх возникает не сам по себе в результате получивших общественный ре­зонанс деяний и создается виновным не ради самого стра­ха, а ради других целей и служит своеобразным рычагом целенаправленного воздействия, при котором создание обстановки страха выступает не в качестве цели, а в качестве средства достижения цели»9.

Также, в научной литературе отмечалось, что представляются некорректными классификации терроризма, в которых выделяется уголовный терроризм10, поскольку всякий терроризм – уголовный и никакого неуголовного терроризма не существует. Вполне справедливо по этому поводу А.В. Наумов подчеркнул следующее: "Что касается попыток отграничить «уголовный» терроризм от «неуголовного» (политического, националистического, религиозного), то такое разграничение можно условно провести лишь по его мотивации, т.е. на криминологическом или психологическом уровне. В рамках же уголовного закона любой терроризм — уголовный, так как представляет собой нарушение уголовного закона"11. Я присоединяюсь к позиции А.В. Наумова, высказанной ещё в 1995 году.

Некоторыми авторами представлены классификации терроризма, в которых происходит смешение понятий «террор» и «терроризм». Например, классификация форм и разновидностей терроризма, предложенная В. Замковым и М. Ильчиковым12. Указанные авторы классифицируют терроризм следующим образом: революционный и контрреволюционный, субверсионный и ре­прессивный; физический и духовный; селективный и слепой; провокацион­ный, превентивный, военный террор и криминальный террор.

В литературе, рассуждая о необходимости выработки наиболее точного определения терроризма, встречается критика определения, данного законодателем в ст. 3 Федерального закона РФ от 6 марта 2006 г. «О противодействии терроризму». В данном законе «терроризм» определён как «идеология насилия и практика воздей­ствия на принятие решения органами государственной власти, органами местного самоуправления или между­народными организациями, связанные с устрашением населения и (или) иными формами противоправных на­сильственных действий»13. В данном законе, как утверждается критиками, в основу оп­ределения положено слово «идеология», в то время как определяющим должно быть понимание терроризма как противоправного уголовно наказуемого деяния14. В данном случае, как представляется, законодатель исходил из понимания терроризма, включающего в себя два составных элемента: идеологию и практику. В ФЗ «О противодействии терроризму» это раскрывается через «деятельность», а в УК, – через конкретные действия: террористические акты, финансирование терроризма, вовлечение лица в совершение преступления террористического характера, публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публичное оправдание терроризма.

Определение терроризма раскрывается в договоре «О сотрудничестве государств - участников Содружества Независимых Государств в борьбе с терроризмом». Договор был подписан в г. Минске 04.06.1999г. Россия ратифицировала Договор с оговорками, и он вступил в силу для России 13.01.2005г. Договор определяет терроризм как «противоправное уголовно наказуемое деяние, совершенное в целях нарушения общественной безопасности, оказания воздействия на принятие органами власти решений, устрашения населения, проявляющееся в виде:

насилия или угрозы его применения в отношении физических или юридических лиц;

уничтожения (повреждения) или угрозы уничтожения (повреждения) имущества и других материальных объектов, создающей опасность гибели людей;

причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий;

посягательства на жизнь государственного или общественного деятеля, совершенного для прекращения его государственной или иной политической деятельности либо из мести за такую деятельность;

нападения на представителя иностранного государства или сотрудника международной организации, пользующегося международной защитой, а равно на служебные помещения либо транспортные средства лиц, пользующихся международной защитой;

иных деяний, подпадающих под понятие террористических в соответствии с национальным законодательством Сторон, а также иными общепризнанными международно-правовыми актами, направленными на борьбу с терроризмом»15.

Определение терроризма также раскрывается в ст.1 «Шанхайской концепции о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом» (Шанхай, 15 июня 2001 года).

"терроризм":

а) какое-либо деяние, признаваемое как преступление в одном из договоров, перечисленных в Приложении к настоящей Конвенции (достаточно широкий перечень деяний), и как оно определено в этом договоре;

б) любое другое деяние, направленное на то, чтобы вызвать смерть какого-либо гражданского лица или любого другого лица, не принимающего активного участия в военных действиях в ситуации вооруженного конфликта, или причинить ему тяжкое телесное повреждение, а также нанести значительный ущерб какому-либо материальному объекту, равно как организация, планирование такого деяния, пособничество его совершению, подстрекательство к нему, когда цель такого деяния в силу его характера или контекста заключается в том, чтобы запугать население, нарушить общественную безопасность или заставить органы власти либо международную организацию совершить какое-либо действие или воздержаться от его совершения, и преследуемые в уголовном порядке в соответствии с национальным законодательством Сторон»16.

В данных международно-правовых актах понятие терроризма вполне полно раскрывается. Если попытаться дать более лаконичное определение, можно определить терроризм как противоправное уголовно наказуемое явление, выраженное в публичном совершении насильствен­ных действий или угрозе таковыми, направленное на уст­рашение населения, оказание воздействия на принятие решений органами государственной власти, органами местного самоуправления или между­народными организациями.

На фоне вышеизложенного возникает закономерный вопрос: как же всё- таки определить «террор»?

В литературе отмечается, что «террор — явление всеобщее, терроризм — специфическое. Всеобщность террора опре­деляется не только массовостью жертв и их палачей, но и многообразием форм и методов его воплощения. Вселяя ужасающий страх практически во все население, террор, осуществляется путем судебных и внесудебных расправ, провокации голода, внеэкономического принуждения, духовно­го порабощения. Террор обретает форму геноцида: например, высыла­ются целые народы, проводятся опыты над людьми и т. д. Терроризм — явление особенное по отношению к террору. Он, в отличие от террора, более «специфичен» и по масштабам, и по целям, и по жертвам, и по ме­тодам, и по средствам осуществления»17. И всё же специфика не совсем ясна, поскольку правовая ответственность наступает за конкретные деяния по конкретным нормам, которые отражены в УК или же в международных документах (например, процессы над Милошевичем, Пиночетом и т.д.). Невозможно привлечь к ответственности за «абстрактный террор».

В литературе выделяются следующие основные отличительные черты террора и терроризма18:

Во-первых, терроризм — это одноразово совершаемый акт либо се­рия подобных актов, имеющих не тотальный, массовый, а, напротив, ло­кальный характер.

Стоит отметить, что с принятием ФЗ «О противодействии терроризму» от 6 марта 2006 г., такой подход утратил свою актуальность, поскольку из ФЗ такая особенность не выводится.

Во-вторых, субъекты терроризма никакой официально установленной властью над социальным контингентом той ме­стности, где разворачиваются их действия, не располагают.

Законодатель не выделяет подобную особенность терроризма.

В-третьих, если террор — социально-политический фактор действи­тельности, то терроризм — явление уголовно-правового свойства, и его насилие с целью понуждения к каким-либо действиям на фоне созданно­го состояния страха имеет не всеобщее, а местное значение.

Подобная отличительная черта представляется сомнительной: как же международные террористические организации (например, «Аль-Каида», «Хамас», «Хезболла»), деятельность которых распространяется по всему миру?

Следует отметить ещё раз, данные отличия были выделены в 1999 году. Впоследствии законодатель скорректировал сторонников такого подхода. Представляется совершенно верным подход законодателя, который в ФЗ «О противодействии терроризму» от 6 марта 2006 г. не выделяет подобных «отличий».

На мой взгляд, при определении понятия «террор», да и любого другого понятия, имеющего международно-правовое значение, следует в первую очередь учитывать позицию международного сообщества.

С одной стороны определение «террора» в международных актах не встречается, но, учитывая употребление данного термина в международных документах, можно определить его содержание. Слово «террор» употребляется в «Совместном заявлении по борьбе с терроризмом», подписанном в г. Брюсселе 11.11.2002 года: «4. Мы согласны в том, что борьба с терроризмом имеет долгосрочный характер, и подчеркиваем, что вызов терроризма является глобальным по своей природе и что ответ международного сообщества на него так же должен иметь глобальный характер. Борьба с терроризмом требует от международного сообщества комплексного подхода, включающего политические, экономические, дипломатические и военные средства. Вместе мы будем противостоять в любой точке мира всем, кто стремится навязать свою волю через акты террора»19.

В "Декларации о мерах по ликвидации международного терроризма"
(Принята 09.12.1994 Резолюцией 49/60 на 84-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН) слово «террор» употребляется в следующем контексте: «3. Преступные акты, направленные или рассчитанные на создание обстановки террора среди широкой общественности, группы лиц или конкретных лиц в политических целях, ни при каких обстоятельствах не могут быть оправданы, какими бы ни были соображения политического, философского, идеологического, расового, этнического, религиозного или любого другого характера, которые могут приводиться в их оправдание»20.

Как видно из приведённых примеров мировым сообществом «террор» рассматривается, как устрашение с целью навязать свою волю (в первом случае); и как обстановка (ситуация) страха и ужаса среди широкой общественности, которая создаётся преступными актами (в том числе и террористическими актами) в политических целях (во втором случае). Следует, на мой взгляд, присоединиться к мнению мировой общественности.

Теперь попробуем определиться с понятием «государственный терроризм». Существует мнение, что «в самом этом понятии заложено внутреннее противоречие, поскольку делается попытка соединить несоединимое: государство как носителя суверенной политической власти и терроризм как уголовно на­казуемое деяние, предусмотренное УК РФ».21 Далее отмечается следующее:

«Для мирового сообщества в настоящее время стало очевидным то, что терроризм — это разновидность обычных уголовно наказуемых дея­ний, квалифицируемых по соответствующей статье уголовного закона, а не какая-то специфическая политическая акция, требующая особого под­хода.

В свете сказанного об общеуголовной сущности терроризма можно ставить вопрос о неправомерности существования в уголовно-правовой терминологии понятий "террористическая политика" и "государственный терроризм". Нельзя же всерьез относиться к словосо­четаниям "воровская политика", "хулиганская политика", "взяточни­ческая политика". А ведь и терроризм, так же как кража, хулиганство, взяточничество, есть преступление, а не политика»22. Прошло семь лет и законодатель в ФЗ «О противодействии терроризму» поправил сторонников данного подхода. В соответствии с ФЗ терроризм включает в себя идеологию и практику, то есть речь как раз идёт и о политике в том числе.

Также отмечается, что «…государ­ство, будучи политической организацией общества, не может совершать террористические акты, как не может оно совершать кражи, вымогатель­ства, убийства, изнасилования, ибо все перечисленные деяния соверша­ются конкретными физическими лицами, обладающими признаками субъектов преступления»23.

«Недопустим указанный подход и по чисто формальным основаниям, поскольку в со­ответствии с уголовным законодательством субъектом преступления может быть только физическое вменяемое лицо, достигшее возраста уголовной ответственности (ст. 19 УК РФ). Коль скоро государство не является субъектом преступлений, а терроризм есть лишь одно из преступлений, предусмотренных УК, то нет никаких правовых оснований для существования понятия «государственный терроризм»24. Здесь следует возразить: а что государства не могут быть субъектами международного права? Более того, государства – основные субъекты международного права, а значит и субъекты международно-правовой ответственности. Если рассматривать международные документы, то следует обратить внимание на то обстоятельство, что ООН обязывает государства «воздерживаться от организации террористических актов на территориях других государств». Такое положение содержится в "Декларации о мерах по ликвидации международного терроризма" (Принята 09.12.1994 Резолюцией 49/60 на 84-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН): «4. Государства, руководствуясь целями и принципами Устава Организации Объединенных Наций и другими соответствующими нормами международного права, обязаны воздерживаться от организации террористических актов на территориях других государств, подстрекательства к ним, пособничества им или участия в них, а также от попустительства или поощрения деятельности на своей территории, направленной на совершение таких актов»25. Отсюда следует, что мировое сообщество рассматривает государство как субъект терроризма.

Сторонники несостоятельности понятия «государственный терроризм» в качестве аргумента пишут также следующее: «Следует принимать во внимание и то обстоятельство, что демонстрируемый подход ведет к огульному обвинению в преступной деятельности всего населения того или иного государства, тогда как в каждом государстве общество далеко не однородно, и одни его слои поддерживают преступную деятельность каких-то представителей госу­дарственной власти, другие же, напротив, осуждают ее и находятся к властным структурам в крайней оппозиции. Данное обстоятельство со­вершенно неприемлемо в уголовно-правовой отрасли права, исходящей из принципа индивидуализации ответственности и наказания»26. В данном случае, следует разграничить понятия «государство» и «общество». Государство один из элементов политической системы общества (наряду с политическими партиями, общественными объединениями, органами местного самоуправления, гражданами и т.д.). «Назначение государства состоит в организации управления обществом. Иначе говоря, государство – это специальное учреждение, предназначенное для принятия управленческих, политических решений в масштабах всего общества»27. Исходя из данных положений, можно заключить, что «огульное обвинения в преступной деятельности всего населения того или иного государства» не соответствует общей теории права. К ответственности привлекаются конкретные лица за конкретные правонарушения.

Термин «государственный терроризм» получил широкое распространение в международных отношениях, вплоть до того, что данный термин получил отражение в международных документах. Например, наиболее признанное понятие «государственный терроризм» закреплено в резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 39/159 «О недопустимости политики государственного терроризма и любых действий государств, направленных на подрыв общественно-политического строя в других суверенных государствах», принятой на 39-й сессии в 1984 г28. В принципе развёрнутого определения понятия «государственный терроризм» эта резолюция не содержала. Лишь в самых общих чертах он определялся как действия, направленные на насильственное изменение или подрыв общественно-политического строя суверенных государств, дестабилизацию и свержение их законных правительств. Также понятие «государственный терроризм» раскрывается в Женевской декларации о терроризме 1987 г.29 В данном документе перечисляются явления, которые рассматриваются как государственный терроризм. К их числу относятся:
  1. Практика полицейского государства, направленная против своих граждан: наблюдение, разгон собраний, контроль за новостями, избиения, пытки, ложные аресты, массовые аресты, фальсифицированные обвинения, показательные суды, убийства;
  2. Атака вооруженными силами государства целей, которая представляет угрозу для гражданского населения, живущего в другом государстве;
  3. Отмена гражданских прав и свобод, положений конституции и законов под предлогом противодействия терроризму;
  4. Кампании по дезинформации, направленные на дестабилизацию других государств и т.д.

Ряд учёных рассматривают «агрессию» как вид «государственного терроризма» и наоборот. Например, Н.Б. Крылов и Ю.А. Решетов пишут следующее: «…США и их союзники проводят самые разнообразные акции государственного терроризма, в том числе широкомасштабные, типа агрессии против Гренады»30. В данном случае «агрессия» рассматривается как «широкомасштабная акция государственного терроризма». Согласно резолюции "Об агрессии", принятой XXIX сессией Генеральной Ассамб­леи ООН 14 декабря 1974 г., "агрессией является применение вооружен­ной силы государством против суверенитета, территориальной непри­косновенности или политической независимости другого государства или каким-либо другим образом, несовместимым с Уставом Организации Объединенных Наций, как это установлено в настоящем определении" (ст. 1).31 Исходя из данного определения, можно сделать вывод, что с правовой точки зрения речь идёт об агрессии США против Гренады, поскольку имело место применение вооружен­ной силы государством против другого государства.

Некоторые авторы полагают, что «…терроризм со стороны государства, направленный на иностранные государства или на поддержку террористических действий на территории иностранных государств, корректнее относить к разновидности международного терроризма, поскольку устрашение осуществляется, как правило, по отношению к физическим лицам других государств, и действия от подобного рода актов насилия тоже ожидаются от представителей иностранных государств…»32. Полагаю, следует присоединиться к такой точке зрения. Речь идёт о международном терроризме, если за подобными действиями стоят высокопоставленные лица в государстве или же всё правительство в целом.

Таким образом, можно сделать следующий вывод: различные теоретические подходы к определению понятий, которые не основаны на положениях действующего законодательства, ничего не проясняя, вносят лишь дополнительную путаницу. В данном случае, при определении понятий «террор», «терроризм», «государственный терроризм», «агрессия», необходимо, прежде всего, учитывать нормы международного права, а также положения ФЗ «О противодействии терроризму» от 6 марта 2006 г.



1 Израиль: 17 место в мировом рейтинге террора // Израильские новости. URL: <ссылка скрыта> (последнее посещение – 20 мая 2010 г.).

2 Сайт МВД РФ // Статистика. URL: <ссылка скрыта> (последнее посещение – 20 мая 2010 г.).

3 См., например: Матчанова З.Ш. Понятие терроризма в современном российском законодательстве // История государства и права. 2007. №23. С. 2

4 Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка: 4-е издание. М., 2007.

С. 796

5 Комиссаров В.С., Емельянов В.П. Террор, терроризм, «государственный терроризм»: понятие и соотношение // Вестник Московского Университета. Серия 11, право. 1999. №5.

С. 37

6 Там же: С. 38

7 См., например: Антонян Ю. М. Терроризм. Криминологическое и уголовно-правовое исследование. М., 1998. С. 8

8 Криминология. Под общей редакцией А.И. Долговой. 2008. С. 596

9 Емельянов В.П. Проблемы ответственности за международный терроризм // Государство и право. 2000. №1. С. 71

10 См., например: Лунеев В. В. Организованная преступность, терроризм и коррупция: Криминологический ежеквартальный альманах. М., 2003. С. 22

11 Терроризм: психологические корни и правовые оценки. «Круглый стол» журнала «Государство и право» // Государство и право. 1995. № 4. С. 34

12 Замковой В. И., Ильчиков М.З. Терроризм – глобальная проблема современности. М., 1996. С. 9

13 СПС «Консультант Плюс». 2010

14 Матчанова З.Ш. Понятие терроризма в современном российском законодательстве // История государства и права. 2007. №23. С. 3

15 СПС Консультант Плюс. 2010

16 СПС Консультант Плюс. 2010

17 Дикаев С.У. Террор, терроризм и преступления террористического характера. 2006. С. 61

18 Комиссаров В.С., Емельянов В.П. Террор, терроризм, «государственный терроризм»: понятие и соотношение // Вестник Московского Университета. Серия 11, право. 1999. №5.

С. 38

19 СПС Консультант Плюс. 2010

20 СПС Консультант Плюс. 2010

21 Комиссаров В.С., Емельянов В.П. Террор, терроризм, «государственный терроризм»: понятие и соотношение // Вестник Московского Университета. Серия 11, право. 1999. №5.

С. 41

22 Там же: С. 42

23 Там же: С. 42

24 Там же: С. 43

25 СПС Консультант Плюс. 2010

26 Комиссаров В.С., Емельянов В.П. Террор, терроризм, «государственный терроризм»: понятие и соотношение // Вестник Московского Университета. Серия 11, право. 1999. №5.

С. 43

27 Лазарев В.В., Липень С.В. Теория государства и права. М., 2005. С. 149

28 Грачёв С.И. Ретроспективно-правовой обзор понятия «государственный терроризм» // Юридический мир. 2007. №10. С. 19

29Государственный терроризм // Словари и энциклопедии на Академике. URL: <ссылка скрыта> (последнее посещение – 20 мая 2010 г.).

30 Крылов Н.Б., Решетов Ю.А. Государственный терроризм – угроза международной безопасности // Советское государство и право. 1987. №2. С. 78

31 Резолюция Генеральной ассамблеи ООН «Об агрессии» от 14 декабря 1974 г. URL: <ссылка скрыта> (последнее посещение – 20 мая 2010 г.).

32 Грачёв С.И. Ретроспективно-правовой обзор понятия «государственный терроризм» // Юридический мир. 2007. №10. С. 21