А. Н. Пилясов директор центра экономики Севера и Арктики

Вид материалаДокументы

Содержание


Цель настоящего доклада
2. Основные причины (каузальные основания) актуальности проектирования парадигмы.
Концепт «парадигма»
Концептуальные основания парадигмы - контуры исследовательского поля.
Концептуальные «идеи – основоположения» российских ученых – североведов
Он сформулировал пять, условий сохранения и реализации этнокультурного потенциала коренных народов
4. Формулировка (концептуализация) антропо-этно-экологической парадигмы нового цивилизационно - промышленного освоения севера
На основании первоначального варианта сформулированной парадигмы, авторы также, попытались концептуализировать понятие
Подобный материал:

Антропо-этно-экологическая парадигма политики нового цивилизационно-промышленного освоения Севера: контуры исследовательского поля.


Грибанов В.В. - доктор политических наук, профессор, ректор Коми республиканской академии государственной службы и управления, заслуженный работник Республики Коми.

Теребихин В.М. – кандидат философских наук, эксперт Центра проблемного анализа и государственно-управленческого проектирования, заслуженный работник Республики Коми

«Человек, его права и свободы являются высшей ценностью»

Конституция РФ

«Развитие человека – это и основная цель, и необходимое условие прогресса современного «общества. Это сегодня и в долгосрочной перспективе – наш абсолютный национальный приоритет»

В.В.Путин

«Человеческое, социальное измерение постиндустриальной трансформации северной периферии закономерно выдвигается на первый план…

А.Н. Пилясов – директор центра экономики Севера и Арктики


Цель настоящего доклада - это попытка авторов представить общий контур, панораму исследовательского поля проектируемой нами междисциплинарной, интегральной и интегративной «антропо-этно-экологической парадигмы политики нового цивилизационного промышленного освоения северных территорий».

Научное обоснование парадигмы - теоретическая основа проектирования и реализации современной антропо-этно-экологической, социальной, гуманистически - ориентированной политики государства и корпоративной политики ресурсного промышленного бизнеса в сфере инновационного, постиндустриального промышленного освоения Севера - политики преображения Севера или (и) внесения необходимых изменений в политику кампаний, участвующих в промышленном освоении Севера, гармонизации отношений между органами государственной власти, корпорациями с одной стороны, и, традиционным природопользованием, укладом жизни коренных народов Севера и местного старожильского населения, с другой.

Данная парадигма должна быть одной из множества других «программопорождающих» методологических оснований для новой политики устойчивого развития Севера.

2. Основные причины (каузальные основания) актуальности проектирования парадигмы.

Во-первых, мы исходим из того, что, поиск оптимальных решений для осуществления оптимальной политики, в том числе, и новой политики постиндустриального промышленного освоения Севера связан, по справедливому утверждению известного российского североведа, члена – корреспондента РАН В.Н. Лаженцева, «с установлением самых общих положений, не противоречащих естественно-историческому развитию общества».

Концепт «парадигма» (понятие введено американским ученым Томасом Куном), согласно постулатам философии науки, и является таким «общим положением». Эта категория представляет систему теоретических, методологических и аксиологических установок, принятых в качестве образца решения научных задач, совокупность теоретических, методологических, ценностных и иных установок принятых на каждом этапе развития науки. Это исходная концептуальная идея, нормативная модель, установка, определяющая взгляды, поведение, направление, цели деятельности людей, их сообществ, способы постановки проблемы, методика исследования какой-то сферы общества, или общества в целом. Это система общепринятых образцов” – схем решения конкретных задач структурирующая реальность.

Во- вторых, авторы исходят из того, что дальнейшее инновационное, цивилизационное «освоение – обживание» Севера, в том числе промышленное, объективно необходимо для развития России как северной цивилизации, поскольку, после распада СССР «общий экономико-географический «центр тяжести» России испытал значительный сдвиг в северном направлении», «Российская Федерация стала преимущественно, северной страной».

Поэтому, проектируемая авторами парадигма не носит «охранительный гуманитарно-этно-экологический характер» и, не ставит барьеры на пути промышленного развития. Мы, поддерживаем позицию тех североведов, которые выступают за реальное взаимодействиие цивилизации северных народов и постиндустриальной цивилизации, что предполагает «включение этих народов в процесс освоения северных территорий, их активное приобщение к модернизации, при бережном сохранении основных цивилизационных устоев», обеспечению «этносохраняющего образа жизни».

В частности, Президент ассоциации малочисленных народов Севера, Сибири, Дальнего Востока, председатель Государственной Думы Ямало-Ненецкого автономного округа к.ю.н. С. Н. Харючи полагает, что территории традиционного землепользования северных народов будут отторгаться для промышленного освоения. Но, при этом, он считает, что должны применяться современные высокоэкологичные технологии в области природопользования, инновационные технологии промышленного освоения, обеспечивающие высокую культуру природопользования, не наносящие ущерба антропонатурсоциоэкосистеме и основанные на достижениях северной цивилизации, уникальном опыте и знаниях коренных малочисленных народов Севера и местного старожильского населения.

А, поэтому, речь должна идти не о конфликте техногенной и традиционной цивилизации, а о том, чтобы эти цивилизации в равной степени сохранялись и развивались, дружно сосуществовали. Опыт содружества этих цивилизации имеется во многих странах, в том числе в Канаде, где добывается нефть и газ, но при этом рядом с буровой пасутся олени, водятся звери, охотятся аборигены.

По оценке исследователей Н.Л. Добрецова и В.Е.Селиверстова, «триада природа-человек-ресурсы» является главной составляющей государственной политики в отношении Севера в Канаде» ( ) Добрецов Н.Л. Селиверстов В.Е. Об опыте взаимодействия Сибирских регионов России и Канады по развитию северных территорий//Горизонты экономического и культурного развития: материалы пленарного заседания Второго северного социально-экологического конгресса (Отв. ред. В.А. Черешнев.- М.: Наука, 2007, С.32 ).

Основная цель авторов доклада на данном этапе научной рефлексии – представить многомерность, междисциплинарность исследовательского пространства – дискурса проектируемой научно-практической проблемы, осуществить анализ теоретических концепций, представленных в отечественной и зарубежной северологии, практики осуществления этно-экологической политики северных стран мира, изучения положительных примеров (к сожалению, немногочисленных), российского цивилизационного «освоенческого» опыта, а также, норм и принципов, зафиксированных в российском и международном праве, в том числе, в «Рамочном документе по политике «Северного измерения», концептуализировать понятие «антропо-этно-экологическая политика» органов государственной власти и корпораций, участвующих в промышленном освоении Севера», сформулировать некоторые «человекоориентированные», этно-экологические, антропоаксиологические и этические «основания-императивы» политики нового «освоения-преображения», обеспечивающие «гуманизацию и этно-экологизацию» северной промышленной политики.

Во- вторых, авторы поддерживают идеи североведов о необходимости смягчения глубокого аксиолого- мировоззренческого и этно- экологического конфликта, вызванного «столкновением» индустриальной и традиционной парадигмами жизнеобеспечения северного этноса, «выработке базовых ориентиров и ценностей, поиске универсальных критериев, в соответствии с которыми можно было бы сверять стратегические ориентиры и конкретные программы устойчивого развития Севера» (Гудыма А.П.), проектирования инновационных направлений и форм постиндустриального развития северных территорий, поиска «путей диверсификации социально-экономической жизни на пространстве российского Севера выработке новых парадигм жизнеобеспечения, которые могли бы обеспечить его сбалансированное социально-экономическое и экологическое развитие» в период сложного, многофакторного процесса - перехода к новой социально-ориентированной модели развития Севера.

Во-третьих, авторы исходят из того, что актуальность научного обоснования (проектирования) антропо-этно-экологической парадигмы, объясняется объективной потребностью в разработке концепции и доктрины современной северной политики, (парадигма является одним из компонентов концептосферы доктрины) и, ее практической реализации, что позволит обеспечить снижение остроты кризисности современных антропо-этно-экологических (и социально-экономических) процессов на Севере, определить теоретические основания и способы разрешения сложившейся системы противоречий:
  • между объективной необходимостью (потребностью) нового, цивилизационного, постиндустриального промышленного «освоения-обживания» Севера и ущербностью существующей стратегии освоения, которая заключается в "отсутствии учета антропо-этно-экологической обусловленности жизнедеятельности народов Севера и кризисностью современной антропо-этно-экологической ситуации;
  • между детериорацией положения народов Севера, ухудшением антропо-этно-экологической и социокультурной ситуации в северных регионах и отсутствием в российском федеральном законодательстве четких норм по оценке воздействия проектов промышленного освоения на исконную среду обитания и традиционный образ жизни коренных народов, отсутствием научно- обоснованных и законодательно оформленных механизмов справедливого возмещения ущерба, и в целом, отсутствия научно-обоснованной государственной северной доктрины, а, следовательно, и системной политики освоения Севера. («Россия – единственная из полярных стран, у которой нет доктрины освоения Севера» (В.Б. Митько - президент Арктической академии наук).
  • между усилением антропо-этно-экологических проблем народов Севера, «сокращением и ухудшением их "жизненного пространства" из-за деградации природной среды, объясняемой "безответственным освоением Севера" (Ч.М.Таксами), «интенсивной индустриализацией районов Крайнего Севера (трехкратный рост промышленного производства за последние 20 лет), повышенной антропогенной нагрузкой на северные экосистемы, высокой пространственной концентрацией ресурсодобывающих отраслей, преобладанием "технократического менталитета": стратегия "добыча - выкачка", невниманием к развитию и внедрению экологически безопасных технологий, нежеланием учитывать ресурсные интересы традиционных отраслей хозяйствования малочисленных народов Севера» (С.А.Хрущев), «резким нарушением этноландшафтпого, этнокультурного, этнопсихологического, этнодемографического и этногенетического равновесия» (Гладкий.Ю.И.) и отсутствием «умной», цивилизованной, научно-обоснованной постиндустриальной политики корпораций, осуществляющих промышленное освоение.

Концептуальные основания парадигмы - контуры исследовательского поля.

По мнению авторов доклада, базисными теоретическими основаниями общей архитектоники концептосферы парадигмы являются:
  • северология, как находящаяся в стадии научной институционализации междисциплинарная наука включающая комплекс когерентных, непротиворечивых ее отраслей: философия Севера, североведение, северное регионоведение, этика Севера, северная медицина и др.);
  • современные синтезированные, междисциплинарные научные направления: этноэкология, антропоэкология, гуманитарная география, гуманитарная экология, экофилософия, экогуманизм, экософия, этнософия, инвайроментальная этно-экология, этно-экологическая этика, этническая геоэкология», биополитика, философская, социальная и культурная антропология и др.
  • теоретические и научно-практические идеи, изложенные в «Декларации Северного социально- экологического конгресса», в том числе:
    1. северная стратегия России призвана соединить устойчивое развитие и экономический рост, защиту интересов местного населения и определение приоритетов международной политики в интересах оптимального использования природных ресурсов Севера России;

2.север - это не только кладезь ресурсов, требующих рачительного отношения к природному наследию, но и лицо единой многонациональной России, граждане которой являются главным культурным достоянием страны и активными участниками строительства ее благополучного будущего;

3.основным условием устойчивого и экологически безопасного социально-экономического развития северных территорий является понимание глубинной и неразрывной связи, существующей между природным и культурным наследием народов Российского Севера;

4.установка на единство социального и экологического измерений северной стратегии России не имеет альтернатив как в определении целей и задач национальной социальной стратегии, призванной обеспечить физическое и духовное здоровье нации, так и в геополитическом плане. От состояния северных регионов зависит устойчивость основных планетарных социоприродных систем. Север играет приоритетную роль в сохранении глобального климата, биогеохимического равновесия планеты;

5.если все риски, связанные с освоением Севера, ложатся на плечи самих северян, то именно им должны принадлежать и все права необходимые для того, чтобы устранить или компенсировать эти риски. ( ) Декларация о защите культурного и природного наследия Севера России (принята первым Северным социально-экологическим конгрессом "Культурная и природная палитра северных территорий России" (г. Сыктывкар, 22 апреля 2005 года)

В систему базисных оснований концептосферы парадигмы должны быть включены и концептуально – методологические идеи северного социально-экологического конгресса, сформулированные его участниками, в том числе:

1. «освоение Севера на современном этапе цивилизационного развития – это не столько поиск и потребление все новых и новых ресурсов, сколько способность их рационального, щадящего использования и сбережения для следующих поколений» (В.А.Черешнев);

2. необходимость проектирования «новой генеральной идеи (парадигмы) развития Севера», которая, выражается в установках: «не только освоение, но и обживание (за исключением арктической зоны); «не только использование, но и системное воспроизводство человеческого и природного потенциала» (В.Н.Лаженцев);

3. идеи о необходимость разработки «новой стратегии отношения к Северу, новой философии и идеологии Севера» (И.Л.Набок), «новой концепции, новой доктрины, новой парадигмы действий на Севере» (Попков Ю.В. Тюгашев Е.А.), «комплексной концепции развития северной территории (А.И.Татаркин);

4. идея экоантропоцентризма - «единства двух начал – «природосбережения и человекосбережения» (Черешнев В.А., Расторгуев В.Н.);

5. концептуальное положение о том, что «уникальное разнообразие природно-климатических, и национально-культурных российских ландшафтов, должно быть бережно освоено, претворено в региональное разнообразие форм жизнеустройства, в их числе, и экономических», идея что «на севере сложились территориальные общности людей со своими ориентациями и духовными ценностями, воспроизводство которых выступает главным ориентиром в организации здесь экономической деятельности» (академик Д.С. Львов);

6. «на севере России сформировались устойчивые историко-культурные ядра – территориальные общности людей. Подрыв этого культурного фонда также губителен для нации, как и вторжение в генофонд любой популяции (Добровольский Г.В. Челышев Е.П.);

Концептуальные «идеи – основоположения» российских ученых – североведов:
  • члена корреспондента РАН В.Н.Лаженцева о том, что «хозяйственное освоение становится устойчивым, если оно идет и как обживание территории… с целью «системного воспроизводства самой жизни»;
  • идеи заместителя председателя Совета Федерации, первого Президента Республики Саха Якутии М.Е. Николаева о необходимости перехода «от освоения северных территорий к освоению жизни на этих территориях», о необходимости заботиться о жизнеобеспечении, инфраструктуре и качестве жизни человека».
  • идеи директора Центра экономики Севера и Арктики» А.Н. Пилясова – о том, что «человеческое, социальное измерение постиндустриальной трансформации северной периферии закономерно выдвигается на первый план…, что «переход к экономике знаний дает северной периферии шанс расстаться с прежней траекторией развития и осуществить прорыв в инновационную экономику», о «ЛИДЕРской стратегии (люди, институты, доступность, единство, ресурсы) развития северных сообществ, об «умном» освоении пространства северной периферии», идея о том что «в новое время акцент будет сделан на улучшение качества человеческих ресурсов, инвестиции в человека, что означает наращивание совокупного пула знаний, компетенции сообщества северной периферии и многие другие инновационные идеи этого автора о постиндустриальном преобразовании северной периферии. ( ) Пилясов А.Н. И последние станут первыми: северная периферия на пути к экономике знаний. М.: Книжный дом «Либероком», 2009, С.25).
  • идея исследователя И.Е. Задорожнюка, что «освоение Севера в этом столетии должно проводиться с опорой на новые социальные технологии, важнейшим измерением которых, является антропологическое» ( )Задорожнюк И.Е. Север России как площадка для общего продуктивного дела Востока и Запада//Concept. Научно-гуманитарный, художественно-публицистический журнал Ухтинского технического университета, 2010, №2, С. 93-94),
  • комплекс идей руководителя движения «Партия развития», председателя Наблюдательного совета института демографии, миграции и регионального развития Ю.В.Крупнова: о формировании эколого - сетевой парадигмы цивилизационного строительства новой жизни на Севере, о гуманитарно-антропологической и энвайроментально-экологической ориентации северной промышленной политики, о формировании комплексных социо-культурно-эколого-промышленных укладов, о переходе от «освоенческой парадигмы работы с Северами» к «парадигме обживания», «не освоение Северов», а «цивилизационное освоение жизни на Северах», «перехода от затратного экстенсивного освоения Севера к политике социально-стабилизационного интенсивного освоения Севера», идея «цивилизационного продвижения» как формы «нового освоения» северных российских территорий, как нового качества освоения, идея «жизнедеятельностного освоения жизни на территории и создания новых стилей жизнедеятельности» (Ю.Крупнов. Предложения к разработке Генеральной схемы развития Российского Севера на 2002-2050гг.//адрес сайта: www.http. Kroupnov.ru );
  • идеи исследователей – североведов: о преображении (прообразовании) северного территориального пространства, как форме нового пространственного освоения, о северном регионосозидании, о «сохранении этногенетического разнообразия Севера, как важнейшей задачи, схожей с целью сохранения его природного (биологического) разнообразия», о сохранении уникального этнокультурного социума циркумполярного мира, уважения к среде обитания, к культурам локальных сообществ, культурообразующим конфессиям, о том, «политика нового промышленного освоения должна гарантировать северным народам, не только сохранность и доступность их культурного наследия, но и право на сбережение природного наследия во всей его полноте, необходимой для поддержания и восстановления жизненных укладов северных этносов, об учете природной и этнокультурной и конфессиональной специфике северных регионов при промышленном освоении, а также, идеи социолога О.Н.Яницкого о этномодернизации России, ее регионов и др.
  • парадигма должна также основываться на концепции «северного неотрадиционализма» (А.И.Пика, Е.Андреева, С.Гусев), предусматривающая разумное сочетание старого и нового в развитии коренных народов Севера, обосновывающая идею осуществления традиционного природопользования, натурального хозяйства и рыночных отношений с опорой на помощь государства и компенсации от промышленной разработки природных ресурсов Севера. При этом «северный неотрадиционализм» в социокультурном смысле, понимается как «реализация права на ту хозяйственную культуру, которая обеспечивает сохранение этноса, оказывается созвучным формирующемуся постиндустриальному обществу (А.П.Гудыма).
  • В архитектуру парадигмы входят основополагающие выводы философа – северолога А.П.Гудымы о том, что концепция устойчивого развития может стать основой стратегии сохранения и развития образа жизни и культуры малочисленных народов Севера», о ревитализации как системе мер по сохранению традиционной хозяйственной культуры и ее модернизации и др.
  • Для проектирования парадигмы значимой является идея президента Арктической академии наук В. Б. Митько о том, что «Север должен воплотить новую модель взаимоотношений природы и человека».
  • Органической частью концептосферы является «концепция устойчивого этнодемографического развития народов Севера (гомеостаза или этнодемографического равновесия северных популяций с кормящим их ландшафтом», разработанная североведом К.П.Ивановым, сформулированная в рамках теории этноса как природного коллектива, детально разработанная в трудах Л.Н.Гумилева.

Как справедливо полагает исследователь С.А.Хрущев «для устойчивого развития народов Севера требуется жесткое выполнение двух условий:
  • сохранение "кормящего" ландшафта, т. е. возобновимость всех его трофических звеньев;
  • сукцессия (смена) поколений должна обеспечивать преемственность для нормального воспроизводства всего цикла традиционного хозяйствования. При несоблюдении каждого из этих двух условий этноценозы народов Севера быстро теряют свою равновесность».

Данным исследователем осуществлен системный анализ и типологизация существующих в этноэкологии конструктивных решений и концептуальных идей по трансформации современного природопользования на Севере. По его мнению, их можно классифицировать следующим образом:

- размежевание природно-хозяйственных территорий зон промышленного

освоения от зон традиционного природопользования;

- закрепление за народами Севера приоритета в природопользовании и создании комплексных заповедных территорий или специальных экологических зон с самостоятельным юридическим статусом в лице самоуправляющихся общин;

- изменение экономического механизма природопользования путем введения платы за ресурсы и системы экологических платежей, создание фондов природоохранной деятельности;

- переоценка биологических ресурсов традиционных отраслей хозяйства;

- развитие экологической инфраструктуры - системы защитных объектов, улучшающих качество среды обитания;

- инвентаризация, классификация и картографирование эколого-хозяйственного состояния территорий, особенно агроландшафта в зонах промышленного освоения.

В концептосферу проектирования парадигмы должна быть включена идея д.г.н.А.Б.Клокова о «непатерналистической парадигме» сохранения народов Севера, о том, что «политика государства в области традиционного природопользования народов Севера должна быть направлена на переход от патернализма и пассивной адаптации к активному сотрудничеству с ними... В случае активной адаптации целесообразно развивать сотрудничество путем создания системы совместного управления (со - менеджмент)»;

В архитектонику парадигмы включены также идеи ученых - метафизиков Севера Ю.В.Попкова и Е.А. Тюгашева - (авторов первой в северологии монографии, посвященной проблемам научной институционализации философии Севера), о конституировании Севера, как доминирующего субъекта глобальной рефлексии, северной философии, о России как северной цивилизации, идея о том, что «ценностными основаниями первого порядка становится обеспечение устойчивого, сбалансированного по ресурсам и потребностям развития коренных народов Севера в интересах безопасносного и благополучного будущего», предложения о «разработке этноориентированных целевых комплексных программ устойчивого развития коренных малочисленных народов Севера на основе единства объектно и субъектно ориентированного подходов к разработке данных программ и целый комплекс других инновационных идей. ( ) Ю.В.Попков. Е.А. Тюгашев. Философия Севера: коренные малочисленные народы в сценариях мироустройства», Салехард; Новосибирск, 2006.

Основополагающими для проектирования парадигмы являются концептуальные идеи научного проекта «Сакральная география и традиционные этнокультурные ландшафты народов Европейского Севера», осуществляемого учеными и преподавателями Поморского государственного университета им. М.В.Ломоносова (первого метафизика Севера) под научным руководством доктора философских наук Н.М.Теребихина. ( ) см, например, Поморские чтения по семиотике культуры: Вып.3 «Сакральная география и традиционные этнокультурные ландшафты народов Европейского Севера; отв. ред.Н.М.Теребихин; Поморский гос. у-нт имени М.В. Ломоносова, Архангельск, 2008; Н.М.Теребихин. Метафизика Севера: Монография. Поморский университет, 2004.
  • Для проектирования парадигмы важны идеи о развитии коренных народов, ведущих традиционный образ жизни, изложенные исследователем – североведом А.И. Сухаревым ( ) Сухарев А.И. Методология сохранения традиционных этнокультур // Фольклор и современная культура финно-угров: Мат. научн. симпозиума. (Саранск, 17–18 июня 1992 г.). — Саранск, 1993.

Он сформулировал пять, условий сохранения и реализации этнокультурного потенциала коренных народов:

Во-первых, сохранить и обеспечить развитие традиционной культуры может только сам народ — ее творец и носитель. В связи с этим «...самим этносам, особенно их интеллигенции, необходимо освободиться от стереотипа обвинителя за издержки в развитии их культуры и взять на себя всю полноту исторической ответственности за собственный культурный прогресс, в том числе за сохранение и развитие их традиционной культуры».

Во-вторых, ценности традиционной этнокультуры должны становиться основой достижений профессиональной национальной культуры, сопоставимых по своему уровню с достижениями других народов.

В-третьих, новые поколения национальной интеллигенции должны быть подготовлены для профессионального освоения всех видов традиционной культуры своих народов;

В-четвертых, актуальным является сохранение и развитие родного языка, прежде всего литературного.

В-пятых, необходимо создание этнически ориентированной среды обитания народов.

Таким образом, формулируемая А.И.Сухаревым методология ориентирует на актуализацию субъектного потенциала, фронтальную реализацию тех возможностей развития коренных народов, которые придадут новый импульс и развитию мирового сообщества в целом. В результате этого коренные народы будут выступать не только пассивной, страдающей стороной в экспансии, осуществляемой мировыми цивилизациями, но смогут активно участвовать в определении собственной судьбы со всей полнотой исторической ответственности.

Как справедливо полагают философы Ю.В.Попков и Е.А.Тюгашев, «принципиальное значение предлагаемых ныне изменений в жизни народов Севера видится в том, что из объекта управления они должны превратиться в субъекта управления своей жизнью, своим будущим» Ю.В.Попков. Е.А. Тюгашев. Философия Севера: коренные малочисленные народы в сценариях мироустройства», Салехард; Новосибирск, 2006.

Ведущим научным центром, целенаправленно осуществляющим фундаментальные и прикладные исследования по этнической экологии является Институт этнологии и антропологии им. Н.Н.Миклухо-Маклая Российской академии наук. Научные изыскания по этнической экологии института охватывают широкий круг проблем взаимодействия этносов с природой и социальной средой, вопросы адаптации и жизнеобеспечения этносов, сохранения этнокультурной среды. Сотрудниками данного института в последние десятилетия было опубликовано немало значительных трудов в которых дан обстоятельный анализ предметного «поля» этнической экологии с акцентом на этноэкологические кризисы и проблемы этнического выживания малых народов Севера, вопросы аккультурации и утраты этнических ценностей, стрессовое состояние этнического сознания и т. д. Речь идет, прежде всего, о работах В.И.Козлова «Основные проблемы этнической экологии», В.Г.Бабакова «Этнические кризисы», И.И.Крупника «Арктическая этноэкология (модели традиционного природопользования морских охотников и оленеводов Северной Евразии)», Лебедевой Н.М. «Психологические аспекты этнической экологии» и многие другие научные публикации.

Вопросам переплетения природных, социальных, этно- и социокультурных факторов деятельности человека и проблеме гармонизации социо-природных и антропоэкологических отношений посвящено значительное число работ, авторами которых исследователи: К.Х. Делокаров, Е.В. Никонорова, А.Д. Урсул и др.

Для проектирования парадигмы представляют интерес методологические идеи исследователя – методолога Т.Е.Дмитриевой о постиндустриальных ориентирах пространственного развития Севера, модельных процессах постиндустриальной трансформации северной периферии;

В концептуальное поле проектирования парадигмы включены: «основания-идеи» концепции антропологического преображения регионов Севера (В.В.Грибанов,В.М.Теребихин), теоретические основания антропо-этнокультурного ландшафтоведения: этнографических, этнологических, этнокультурных ландшафтов, ландшафтной географии, антропогеографии, сакральной географии а также, концепция Б.М.Цыдендоржиевой об антропоэкологическом взаимодействии, как «качественно особом процессе, локализованном в сфере непосредственного единства и взаимопроникновения антропосистемы и природной и социальной экосреды, концептуальная идея исследователя И.Ю.Гладкого о том, что характерным свойством и основной функцией этноэкосистемы является сохранение этноландшафтного, этнокультурного, этнопсихологического, этнодемографического, этногенетического равновесия, в то время как главное свойство этносистемы - способность «продуцировать» этнокультурную идентичность;
  • Для проектирования парадигмы важен учет положительного зарубежного опыта освоения и обживания Севера, а также опыта взаимодействия ресурсных компаний и организаций коренных народов, в том числе, заключение и реализация соглашений о социально-экономической помощи родовым общинам и оленеводческим хозяйствам в НАО и ХМАО (компании: «Лукойл Коми», «ЛУКойл-Западная Сибирь» «Северное Сияние»), тройственные соглашения о сотрудничестве органов государственной власти ЯНАО, организации коренных малочисленных народов «Ямал-потомкам!» и компаний «Газпром», НОВАТЭК, Роснефть, Лукойл, ТНК ВР в ЯНАО, создание первого этнологического совета в Ямальском районе, реализация с 2006 года «Плана содействия развитию коренных малочисленных народов Сахалинской области» компанией «Сахалин Энерджи» совместно с уполномоченными представителями коренных малочисленных народов и органами власти Сахалинской области. (О.Мурашко).

4. Формулировка (концептуализация) антропо-этно-экологической парадигмы нового цивилизационно - промышленного освоения севера.

В самом первом приближении, антропо-этно-экологическая парадигма (политики) нового цивилизационно - промышленного освоения Севера, как составная часть общей архитектуры концепции, доктрины стратегии и политики нового освоения Севера – это сложнокомпонентная, междисциплинарная, интегральная, интегративная, нормативная, рамочная теоретическая конструкция, формулирующая гуманистические, антропо-этно-экологические приоритеты, цели, направления деятельности новой политики субъектов промышленного освоения северных территорий, основанная на междисциплинарном синтезе относительно самостоятельных, но при этом, когерентных, непротиворечивых, взаимосвязанных гуманитарных и естественно-научных отраслей, в том числе, северологии (североведение, северное регионоведение, философия Севера, этика Севера, северная медицина), а также, этноэкологии, экологии человека (антропоэкологии, экологической антропологии), сакральной и гуманитарной географии, экофилософии, экопсихологии, социальной экологии, экологической этики, экогуманизме), «естественный гуманизме», циркумпулярной аксиологии, этике устойчивого развития», экоантропоцентризме, антропополитике, биополитике, этнополитике, этнокультурологии, гуманитарной экологии, инвайроментальная этно-экологии и этике, биогеофилософии, теории и практике антрополаншафтирования, социоэкосистемной и гуманитарной экономике, а также, других отраслях, видах и направлений наук, теорий, концепций, методологических основоположений, представленных в работах отечественных и зарубежных научных центров и исследователей, правовых норм отраженных в международных и российских законодательных актах и др.

Основные приоритеты, принципы, императивы и основоположения политики «умного», гуманистически ориентированного освоения севера в на этапе постиндустриальной трансформации.

Приоритеты:
  • приоритет целей человекоориентированного, гуманитарного и социального развития северных территорий и интересов населения Севера (человек, его права и свободы являются высшей ценностью (Конституция РФ), человек – основной субъект природопользования и высшая цель политики устойчивого развития);
  • приоритет долгосрочных целей комплексного устойчивого развития северных территорий над тактическими, текущими целями добывающих кампаний;
  • приоритет всеобщей пользы при промышленном освоении, над утилитарной прибылью бизнеса;
  • приоритет возвышения нематериальных ценностей: креативности, творчества, мобильности, качества жизни, чистой природы, комфортизации жизни, ценностей культурного разнообразия самобытности, саморазвития местных северных сообществ и др.

Принципы:
  • экоантропоцентризма - «единства двух начал – «природосбережения и человеко-сбережения»;
  • этно-экологического гуманизма;
  • этноэкологического равновесия;
  • «оптимум меньше максимума», «относись ко всей природе так, как хочешь, чтобы относились к тебе» (золотое правило экологии);
  • «экологозависимости» экономики (принцип «сначала экономика и потом экология», исчерпал себя (О.Н.Яницкий)
  • «единства природного и этнокультурного многообразия» (А.П.Гудыма );
  • презумпции экологической безопасности планируемой хозяйственной деятельности (Василенко В.Н.);
  • сбалансированности изменений как основы устойчивого развития;
  • дифференцированного подхода к проектированию и осуществлению северной политики, в том числе политики промышленного освоения, учета разнообразия «северов», их уникального многообразия (в том числе, многообразия и особенностей национальных укладов жизни, ментальностей северных народов) и др.,
  • баланса между хозяйственной активностью и ассимиляционной способностью экосистемы.
  • сочетания (единства) объектно-ориентированного и субъектно-ориентированного подходов к проектированию и реализации комплексных программ устойчивого развития территорий освоения, в т.ч. и коренных малочисленных народов Севера (подхода основанного на активизации их внутреннего потенциала) .
  • упреждения (предосторожности) – упреждающих (опережающих) действий по предупреждению экологической катастрофы;
  • биосферосовместимости отношений к природе;
  • экологической справедливости;
  • принцип синхронизации осуществления антропосоциальных и экологических проектов;


Основные императивные методологические основоположения:
  • «подлинным ресурсодержателем применительно к стратегическим ресурсам России и Российского Севера, является не отдельный собственник, который должен постоянно помнить о персонифицированной социальной ответственности за их эксплуатацию, а сами народы России, исторически освоившие ее территории» (В.А. Черешнев, В.Н. Расторгуев);
  • «не только освоение, но и обживание, (за исключением арктической зоны); «не только использование, но и системное воспроизводство человеческого и природного потенциала» (В.Н.Лаженцев);
  • «человеческое, социальное измерение постиндустриальной трансформации северной периферии закономерно выдвигается на первый план» ( А.Н. Пилясов)
  • «из объекта управления коренные малочисленные народы должны превратиться в субъекта управления своей жизнью, своим будущим (Ю.В.Попков и Е.А.Тюгашев);
  • если все риски, связанные с освоением Севера ложатся на плечи самих северян, то именно им должны принадлежать и все права, необходимые для того, чтобы устранить или компенсировать эти риски.
  • стратегии северных регионов и отдельных корпораций, осваивающих их ресурсы, должны быть согласованы и реализованы с помощью государственной политики и координации всех активных общественных, хозяйственных и властных структур (академик РАН Н.Л. Добрецов)
  • признание равноправия различных культур независимо от уровня их развития, сложности и самобытности (культурный релятивизм);
  • природопользователи должны платить не за загрязнения, а за предупреждения «глокальных» вредных воздействий (Василенко В.Н.);
  • деградация среды обитания равнозначна деградации этноса (А.П.Гудыма).
  • «жизнеобеспечение этноса является синтетическим по своему характеру и включает, продовольственную экономическую, демографическую, духовную, нравственную, экологическую, генетическую, медицинскую и другие составляющие».

На основании первоначального варианта сформулированной парадигмы, авторы также, попытались концептуализировать понятие «антропо-этно-экологическая политика» органов государственной власти и корпораций, участвующих в промышленном Севера».

В расширенном (развернутом) изложении антро-этно-экологическая политика – это научно – обоснованная, скоординированная система деятельности органов государственной власти, местного самоуправления, институтов гражданского общества (в том числе, и общественных объединений коренных малочисленных народов Севера), корпораций, участвующих в промышленном освоении Севера по созданию условий обеспечивающих устойчивое, сбалансированное антропо-этно-экологическое развитие и преображение территорий, «месторазвития» промышленного освоения, повышение качества жизни, сбережение населения, развитие и повышение качества человеческого потенциала, гармонизацию взаимодействия этносов с природной и социальной средой в интересах настоящих и будущих поколений, в соответствии с международными и российскими нормативными актами (законодательством) на основе принципов современного социогуманизма, экологического гуманизма, оптимизации и гармонизации антропоэкологического и этно-экологического взаимодействия (как компонента антропонатурсоциоэкоэтносистемы), этно-экологического оптимума, эколого-хозяйственной устойчивости, баланса этноландшафтного, этнокультурного, этнопсихологического, этнодемографического, этногенетического равновесия, учета этно-экологической обусловленности жизнедеятельности населения Севера (в том числе, коренных малочисленных народов северной цивилизации), единства природного и этнокультурного разнообразия и использования (применения) инновационных (современных) гуманитарных, этно-экологических, политических, социальных, организационно-управленческих технологий, в том числе: применения объектно и субъектно - ориентированных подходов к разработке программ комплексного развития территорий освоения и коренных малочисленных народов Севера, технологий «корпоративной социальной ответственности», использования технологий, обеспечивающих переход от политики патернализма и пассивной адаптации к проактивной и инновационной стратегии адаптации, политике активного сотрудничества с местным (пришлым и старожильским) населением в решении проблем преображения территорий промышленного освоения, в том числе, путем создания системы тринитарной связи: самоуправление, соуправление – управление (например, муниципальные или (и) корпоративные этно-экологические советы, различные формы территориального общественного самоуправления и другие традиционные и инновационные формы (в том числе, и инфокоммуникационные формы электронной демократии) практического участия населения в разработке и осуществлении политики промышленного освоения, обеспечения прав на участие коренных малочисленных народов в принятии решений по вопросам защиты исконной среды обитания, традиционного образа жизни и на возмещение убытков, причиненных им в результате нанесения ущерба исконной среде обитания, осуществления антропо-этно-экологического мониторинга с использованием этноэкологической (антропоэтнокультурной, гуманитарной) экспертизы, изменения мировоззренческого подхода к освоению ресурсного потенциала, повышению антропо-этно-экологической культуры управленческих кадров и персонала промышленных корпораций и всего населения и др.

В решении этой важнейшей задачи можно использовать программу курса и материалы учебного пособия «Учет интересов коренных малочисленных народов при принятии решений в сфере природопользования» изданную Институтом экономики и организации промышленного производства Сибирского отделения (СО) РАН, опыт преподавания спецкурса по проблемам этноэкологии топ-менеджеров «Лукойл – Коми» (Д.А. Несанелис) студентам Усинского филиала Ухтинского технического университета.

Предложенный в данном докладе первоначальный вариант формулировки парадигмы и антропо-этно-экологической политики освоения (прообразования, преображения - Теребихин Н.М.) северного пространства имеют статус незавершенности, форму первоначального осмысления и нуждаются в дальнейшей научной рефлексии этой актуальной проблемы. Научные идеи и практические рекомендации, изложенные в докладах, научных сообщениях, выступлениях участников международной научной конференции «Промышленное освоение и проблемы этноэкологии» помогут нам в этой работе