А. И. Кравченко Рекомендовано Министерством образования Российской Федерации в качестве учебного пособия для студентов высших учебных заведений

Вид материалаКнига

Содержание


Предисловие автора
Подобный материал:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   39

Предисловие автора


Когда общество находится в кризисной точке своего развития, но обладает мощным интеллектуальным потенциалом, в нем происходит активная мыслительная работа по анализу причин и законов общественного развития. Всякий раз на очередной лекции, а читать приходится в самых разных местах и для самых разных аудиторий, меня спрашивают о том, почему же России провально не везет: и политический режим в XX веке у нее был самым жестоким, и экономический базис отсталый, и социальной защиты населения нет никакой. Одним словом, самая нецивилизованная страна, если не считать ее высочайшей культуры и духовного богатства, среди всех цивилизованных стран, а уж тем более среди великих держав, какой она сама и другие страны считают Россию.


Каждый раз приходится доказывать, что ответить на подобные вопросы могут и должны только гуманитарные науки – каждая дисциплина со своей точки зрения, раскрывая свой очень узкий фрагмент реальности. И только социология берет на себя смелость показать общемировые универсалии и доказать, вооружившись эмпирическими фактами и теоретическими законами, что Россия – никакое не исключение из общего ряда, не заповедник зла. Все страны в разное время и в разной форме переживали те острые и болезненные процессы, которые наблюдаются сегодня у нас. Психологи способны раскрыть внутренний мир индивида, экономисты – дать рекомендации по оздоровлению производства, а политологи – описать существующие во властных структурах противоречия. Но когда мы касаемся фундаментальных процессов и законов развития общества в целом, мы не способны всесторонне раскрыть проблему, не обращаясь к категориям социальной структуры, социальным институтам, изменениям классовой системы общества, уровню жизни, проблемам бедности и богатства и множеству других, которые относятся к компетенции социологии. Именно ей по плечу решать все вопросы в комплексе и дать общую картину мира.


Вот, пожалуй, мы и подошли к разгадке названия этой книги. Почему она называется «Социология. Общий курс», а, скажем, не «Социология», «Основы социологии» или как-то еще? Мне видятся несколько причин. Первая и самая главная – общая социология призвана давать не самые общие, оторванные от реальной жизни знания и категории, а прежде всего общую картину развития общества. Пусть кратко, не вдаваясь в исторические подробности, методологические тонкости построения научного знания и не увлекаясь отраслевыми социологиями, показать ключевые социологические понятия, логично увязанные в единую систему. Только таким образом студент способен избавиться от хаоса точек зрения и многообразия эмпирических фактов. Какие понятия лежат в основе социологической картины мира, как из них – логично и последовательно – выводятся другие категории – это наиглавнейшая задача.


Вторая и не менее важная. Спрашиваем: для чего студенту нужна теоретическая система знаний? Отвечаем: для того чтобы с его помощью лучше понять то общество, в котором он живет. Ни теория М. Вебера, ни построения П. Сорокина или Т. Парсонса сами по себе ничего не стоят. Знать их только для расширения своего кругозора – задача нелепая и бессмысленная. Беру на себя смелость утверждать, что эти теории необходимы для решения одной-единственной задачи – научить молодежь тому, как жить в этом обществе, как разбираться в перипетиях социальной реальности и глубже осмыслить происходящее вокруг. Если в книге излагаются социологические теории ради самих себя, то учебником именовать такую книгу нельзя. Это может быть монография. Назовите ее как-то иначе. Но учебник должен учить жить. Вооружаясь интеллектуально, вы совершенствуетесь практически.


Приведу простой пример. Первую теорию социальной стратификации создал 2500 лет назад Платон, а чуть позже ее развил Аристотель. Первый учил нас тому, что власть в обществе надо предоставлять интеллигенции, а не «новым русским» или «старым бюрократам». Он называл ее представителей по-своему: философами. Слова разные, а суть одна. И даже описал приемы, при помощи которых можно обуздать власть имущих и, если надо, воспитать их. Непременным условием он ставил пожизненное обучение: правителям нужно периодически проходить переаттестацию и повышение квалификации, а не засиживаться и не жиреть у «кормушки».


Специалисты непременно обвинят меня в том, что я утрирую содержание платоновской концепции. Она была создана не для нас, и не нас она стремилась научить уму разуму. Но мне, впрочем, как и вам, глубоко все равно, чему она хотела научить древних греков. Мне гораздо важнее то, какие полезные уроки я могу извлечь из нее сейчас и именно для себя. Следовательно, необходимо посмотреть на платоновское учение под иным углом зрения. Приходится и утрировать, и гипертрофировать, и выяснять то, что содержалось в скрытом виде, и добавлять новое знание, которое, не искажая сути дела, позволит актуализировать древнейшую теорию.


Или Аристотель. Тот утверждал, что становым хребтом общества должен быть средний класс. Понадобилось две тысячи лет, чтобы сегодня переоткрыть эту истину. И ведь как совпало. О среднем классе как остове общества мы заговорили только на исходе XX столетия, когда начали строить демократию. Но ведь Платон и Аристотель создавали свои концепции тоже для демократического общества. Почему-то никто в советском обществе не говорил о среднем классе как о хребте социальной структуры. Никто не осмеливался заявить, что обществом должны править интеллигенты и философы. Интеллигенцию мы превратили в жалкую прослойку между рабочим классом и крестьянством. Нарушили вековые законы развития общества, вот и поплатились.


Много еще таких законов, которые и сейчас, и две тысячи лет назад управляли и управляют обществом, которые нам предстоит постичь, а значительную часть уже открытых узнать и вооружиться ими. Вооружиться для того, чтобы снова и снова не экспериментировать над страной, пытаясь нащупать какие-то особые, свойственные только России законы развития. Может быть наша особость проистекает от незнания универсальных закономерностей. Большие претензии всегда свойственны людям, мягко выражаясь, малограмотным.


Такова первая причина того, почему книга, которую вы держите в руках, именуется учебником по общей социологии. Вторая заключается в свободе от частностей. Стремясь построить общую картину социальной реальности, разумеется, такой, какой вижу ее я, а не кто-то другой, намеренно избегаю многих подробностей, к примеру, необходимости давать систематический очерк истории социологии.


Уникальность данной книги состоит в том, что параллельно теоретическому материалу дается обширный практический. В него вошли лучшие работы, подготовленные в последние годы студентами разных вузов в рамках настоящего курса.


У меня накопился неплохой иллюстративный материал и того, как правильно надо выполнять задание, и того, как этого не следует делать. Такого рода практикум очень эффективен в усвоении теоретического материала. Большинство практических заданий ориентированы на повседневную жизнь, требуют от студента наблюдательности, смекалки и умения применять полученный теоретический материал. Никаких сверхспособностей или энциклопедических знаний не требуется. Социологическое видение должно быть обращено на окружающих людей, например, на составление статусного портрета своей семьи или анализ его динамики.


Вызывали неизменный интерес у студентов и такие задания, как составление социальной автобиографии, написание социологической сказки, составление ролевого конфликта в семье и др. Если собрать выполненные задания в одну книгу, получится занимательное и очень поучительное произведение. Но мне показалось правильным давать их в дополнение к лекционному материалу. Так они выигрышнее смотрятся, получают необходимое теоретическое разъяснение. А если дополнить их комментариями преподавателя, то действительно получится не сборник задач, а настоящий практикум – особый жанр, призванный обучить практическому ремеслу на примере анализа правильно и неправильно выполненных заданий.


В заключение хочу поблагодарить своих юных помощников, тех, кто конспектировал мои лекции и чертил схемы: студентов 1-го курса (1999 г.) социологического факультета МГУ Д. В. Кондрашова, И. А. Островского, М. А. Архипова, А. Негребецкого; студентов 1-го курса (1998 г.) Института социологии Государственного университета гуманитарных наук (ГУГН) О. Перфильеву, А. М. Власенко, И. Желанову, Д. Авербух, Ю. В. Гришину.


Имена авторов практических заданий указаны в соответствующих разделах.