< Предыдущая   Оглавление   Следующая >

4.3.18. Бихевиоризм, психологическая школа, психологическое искусствоведение, биосемиотика и биогерменевтика

Область эстетических исследований в самой философии бихевиоризма обычно не выделялась; для бихевиористского стиля мышления это понятие уже само по себе было "метафизичным", лишенным "объективно-научного" содержания. Элементы бихевиористского подхода мы можем найти в эстетике информационизма, прагматизма, неопозитивизма, даже англо-американской семиотике.

Бихевиоризм основывался на последовательной психологизации философских проблем и идеале точного знания, понятого в качестве получаемого экспериментально-технически. Любая установленная закономерность должна быть воспроизводимой, в том числе экспериментально. Основным механизмом для бихевиоризма был открытый и исследованный рефлексологией механизм стимула и ответной реакции. Затем стали исследоваться и более сложные формы поведения, но за границы поведения вообще бихевиоризм не выходит принципиально. Соответственно, сфера эстетического рассматривалась как поле особых реакций, вызываемых специфическими раздражителями и возбуждаемых эмоций приятного, неприятного и т.п. характера. Подобный подход используется в настоящее время, например в психосемантике, когда исследуются корреляции звука и ассоциированного с ним цветового или вкусового представления; однако рассматривать такой подход как базис эстетики невозможно. Тем не менее в начале XX в. некоторые авторы (Э. Мейман, например) полагали, что эстетическое воздействие есть сложная сумма разнообразных реакций, а эстетические переживания не отличаются принципиально от иных, более ординарных (вроде удовольствия от вкусной пищи). Предлагалось экспериментально исследовать реакции человека на разного рода раздражители, которые затем станут составляющими эстетического воздействия - например, исследовать стандартные и нестандартные реакции на предъявления тех или иных цветов, предметов той или иной формы и т.д. Каждая типичная реакция в таком случае становилась бы предсказуемой. Так понимаемая эстетика грозила полностью слиться с экспериментальной психологией. Из области наук о духе она перешла бы в разряд естественных и экспериментальных. Уже сама но себе такая возможность послужила одним из мотивов отказа от строгого подчинения эстетики бихевиоризму, поскольку потеря эстетики как таковой есть непомерная цена, вносимая за получение сомнительных результатов. Заметные коррективы бихевиористских взглядов на природу и функционирование искусства внес Л. С Выготский, занимавшийся эстетическими исследованиями в рамках психологии искусства и привлекавший в этой связи некоторые идеи семиотики и структурализма. Связь особенностей произведения с личностью художника рассматривали Ч. Ломброзо и М. Нордау, интересуясь патологическими проявлениями. Э. Эннекен предлагал через анализ эмоций, вызываемых произведением, реконструировать психику и личность автора. Одним из положительных моментов такого подхода было подчеркивание индивидуальной особенности таланта, обусловленной психикой человека, а не обществом. Выбор понравившихся текстов объясняется в таком случае сходством личностного склада художника и реципиента. Если таким методом пользоваться неаккуратно, он чреват смещением центра тяжести от произведения к личности автора, о нежелательности чего говорил Г. Г. Шпет. Кроме того, при анализе личности возникает проблема нормы и отклонений от нее (не случайно Ломброзо был основателем судебной антропологии), решение которых с точки зрения психологии и антропологических дисциплин, в свою очередь, достаточно сложно. Эти идеи позднее развивали или независимо высказывали Н. А. Рубакин, В. П. Эфроимсон, Ю. А. Сорокин, представитель современного психологического литературоведения В. П. Белянин.

Здесь же следует упомянуть и исследования некоторых представителей биосемиотики и биогерменевтики (С. В. Чебанов).

< Предыдущая   Оглавление   Следующая >