Борин Редактор О. Пузырева Художник обложки В. Шимкевич Подготовка иллюстраций И. Резников Корректор М. Рошаль Оригинал-макет подготовил А. Борин ббк 88. 5

Вид материалаДокументы

Содержание


Рис. 4.5. Количество несчастных случаев со смертельным исходом, происшедших до, в день и после опубликования сообщения о самоуби
Обезьяний остров
Подобный материал:
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   25
141

Количество

100 Г

аварий

90

Л

коммерческих самолетов

80

-



70

I \



60

I ч



50

А



40 30

: / V \



20

/ \



10

Q

*-+--* J ,,,.,,, У •*•-!*>



-2 -1 | +1 +2 +3 +4 +5 +6 +7 +8 +9 +10 +11 День



Сообщение

Количество

70

Л

аварий неком-





мерческих

60

' \

самолетов

50

' \ ,*



40

'' \ *"*"* ч



30

«. / vr



20

*



10





-2 -1 | +1 +2 +3 +4 +5 +6 +7 +8, +9 +10 +11 День



Сообщение

Количество автокатастроф

335 325

:



315





305

: f \ i \



295

/ \ * *



285

/ \ / *



275

' \ , \



265

К. •* Ч /



255

'** \ 1 \



245

- / \ / \



235





225

I 4 *J



nf 1 1 1 1 1 1 I t 1 I t t 1 1



-2 -1 f +1 +2 +3 +4 +5 +6 +7 +8 +9 +10 +11 День



Сообщение

Рис. 4.5. Количество несчастных случаев со смертельным исходом, происшедших до, в день и после опубликования сообщения о самоубийстве

Как наглядно видно из этих графиков, самая большая опасность существует в течение трех-четырех дней после публикации сообщения в прессе. После короткого периода снижения кривой следует еще один подъем приблизительно через неделю после опубликования рас­сказа. К 11 дню кривая снижается до обычного уровня. Эта графическая модель позволяет выявить важную деталь, имеющую отношение к скрытым самоубийствам. Те, кто намерен представить свое самоубийство как несчастный случай, ждут несколько дней, прежде чем совершить этот акт — возможно, чтобы набраться мужества, спланировать происшествие или привести в порядок свои дела. Какими бы ни были причины, важно одно — путешественники подвергаются наибольшей опасности в течение трех-четырех дней после публикации сооб­щения о самоубийстве и затем, в меньшей степени, несколькими днями позже. Следователь­но, путешественникам надо быть особенно внимательными в это время

142 Глава 4

продуктов, начиная от знаменитого дела о капсулах тайленола, в которые был добав­лен цианид, заканчивая детским питанием Gerber с кусками стекла внутри. По дан­ным судебных экспертов ФБР, каждый подобный инцидент, широко освещенный в средствах массовой информации, порождает примерно 30 подражательных преступ­лений (Toufexis, 1993). В последние годы мы все были потрясены серией массовых убийств, носивших, несомненно, подражательный характер, которые были соверше­ны сначала в офисах, а затем — трудно поверить — в школах нашей страны. Напри­мер, немедленно после кровавой расправы в 20 апреля 1999 года в городе Литтлтоне, штат Колорадо, которую учинили двое подростков над своими одноклассниками, школы США захлестнула волна агрессивных выходок, заговоров и попыток убийств. Две такие попытки оказались «успешными»: 14-летний подросток из Табера (Альбер­та) и 15-летний из Коньерса (Джорджия) убили и ранили 8 одноклассников в тече-• ние 10 дней после расправы в Литтлтоне.

Такие серьезные инциденты требуют немедленного анализа и объяснения. Необ­ходимо как-то объединить отдельные черты в единую систему, чтобы они обрели смысл. В случае с убийствами на работе исследователи заметили, что большинство из них произошло в помещениях для персонала на почте. Не следует ли сделать из этого вывод о «невыносимом напряжении», которое испытывают сотрудники американской почты? Что касается стрельбы в школах, то журналисты, комментировашие эти со­бытия, отмечали странную закономерность: все школы, в которых произошло пре­ступление, находились или в сельской местности, или в пригороде, но отнюдь не в ра­бочем районе или гетто, где школы считаются основными рассадниками подростко­вой преступности. Таким образом, средства массовой информации пытаются убедить нас в том, что все дело в «невыносимом напряжении», которое испытывают дети, ра­стущие в пригороде или сельской местности. С этой точки зрения работа на почте и жизнь в сельской местности США создает такой стресс, что он приводит к неконтро­лируемым реакциям у тех, кто там живет и работает. Объяснение самое прямолиней­ное: схожие социальные условия порождают схожие реакции на стресс.

Но давайте пока отвлечемся от теории «схожих социальных условий», прежде чем начнем выстраивать свою схему фатальных совпадений. Вспомните предположение Филлипса, что наличие ряда общих социальных условий в определенной ситуации может объяснить всплеск самоубийств (Phillips, 1979). В случае с самоубийствами это предположение оказалось неудовлетворительным, и, мне кажется, оно так же не объясняет феномен массовых убийств. Давайте попытаемся, прежде всего, посмотреть правде в глаза: разве работники почты или сельские подростки постоянно испытыва­ют «невыносимое напряжение»? Допустим. Но что уж тогда говорить о тех, кто рабо­тает на угольных копях или живет в криминогенной обстановке гетто? Разумеется, та среда, в которой произошли убийства, имеет свои жизненные тяготы. Но они не намного серьезнее (а чаще вообще несопоставимы), чем условия жизни во многих других местах, где подобные происшествий не случилось. Нет, теория «схожих соци­альных условий» не дает правдоподобного объяснения.

В таком случае, где нам искать это объяснение? Я склоняюсь к теории социально­го доказательства, которая утверждает, что многие люди, особенно неуверенные в себе, склонны подражать поведению других. Кто больше похож на обиженного почто­вого служащего? Другой обиженный почтовый служащий. Кто больше похож на де­ревенского подростка, у которого что-то не ладится в жизни? Другой деревенский

Социальное доказательство

143



Рис. 4.6. Убийца-подражатель

20 мая 1999 года за пять минут до начала уроков пятнадцатилетний Томас Соло­мон открыл огонь по своим одноклассникам и успел застрелить шестерых, преж­де чем был героически остановлен учителем. Пытаясь понять внутренние причины того, что произошло, мы должны подумать о возможном воздействии целого ряда подобных преступлений: в Джонсборо (Арканзас), в Спрингфельде (Орегон), в Литтлтоне (Колорадо) и в Табере (Альберта). Один из друзей Соломона, отве­чая на вопрос, почему обиженный подросток мог взяться за оружие, сказал: «Мы видим это и слышим об этом постоянно. Наверное, он подумал, что нашел новый способ решить свои проблемы» (Cohen, 1999)

подросток в похожей ситуации. К сожалению, в современной жизни стало уже обыч­ным явлением, что многие люди испытывают постоянный психологический диском­форт. Как они справляются с этим дискомфортом, зависит от многих факторов, и один из них — то, как избавляются от дискомфорта похожие на них люди. Как видно из ис­следований Филлипса, широко освещенные в средствах массовой информации само­убийства порождают ответный всплеск самоубийств — среди тех, кто чувствует свою схожесть с самоубийцей. Я уверен, что то же самое относится к информации о массо­вых убийствах. Думаю, работникам телевидения следует серьезно подумать о том, какое место уделять в программах подобной информации. Такие репортажи не толь­ко интересны или сенсационны — они еще и опасны.

144 Глава 4

Обезьяний остров

Работы доктора Филлипса и другие подобные ей помогают нам оценить масштабы влияния на наше поведение похожих на нас людей. Коль скоро грандиозность силы этого влияния осознана, становятся понятными причины одного из самых широко­масштабных «актов уступчивости» нашего времени — массового самоубийства в Джонс­тауне, в Гайане. Это трагическое событие заслуживает подробного рассмотрения.

Возникший в Сан-Франциско Народный Храм являлся организацией культового типа, которая привлекала в свои ряды малоимущих жителей этого города. В 1977 го­ду преподобный Джим Джонс — бесспорный политический и духовный лидер груп­пы — обосновался с большей частью членов организации в небольшом поселении в джунглях Гайаны в Южной Америке. Там Народный Храм существовал в относи­тельной безвестности вплоть до 18 ноября 1978 года, когда конгрессмен из Калифор­нии Лео Р. Райан (который прибыл в Гайану, чтобы провести расследование относи­тельно культа), три члена группы Райана, проводящих расследование, и один отступ­ник культа были убиты при попытке улететь из Джонстауна на самолете. Уверенный в том, что он будет арестован и обвинен в убийствах, в результате чего Народный Храм перестанет существовать, Джонс захотел по-своему решить судьбу Храма. Он собрал всех членов общины и призвал их к смерти в едином акте самоуничтожения.

Первой отреагировала молодая женщина, которая спокойно подошла к цистерне с ядом, ароматизированным земляничной эссенцией, дала дозу своему ребенку, при­няла дозу сама, а затем села на землю в поле, где и умерла вместе со своим ребенком в конвульсиях через четыре минуты. Другие спокойно последовали ее примеру. Хотя горсточка джонстаунцев предпочла бежать, а некоторые члены общины пытались сопротивляться, выжившие утверждают, что подавляющее большинство людей, ко­торые умерли (а их было ни много ни мало 910 человек), приняли яд спокойно и доб­ровольно.

Сообщение об этом событии вызвало в обществе шок. Радио, телевидение и газе­ты на протяжении нескольких дней выдавали самые свежие новости и аналитические материалы. Несколько дней подряд наши разговоры были заполнены этой темой и вопросом «Сколько мертвых нашли к данному моменту?» Человек, которому удалось спастись, рассказывал, что они пили яд так, точно были загипнотизированы или что-то в этом роде. Люди только и делали, что спрашивали друг друга: «Что они вообще делали в Южной Америке?», «Что послужило причиной?»

Да, «что послужило причиной?» — это ключевой вопрос. Почему люди оказались такими уступчивыми? Были предложены различные объяснения. Некоторые предпо­лагали, что большое значение имели особенности личности и, соответственно, пове­дения Джима Джонса. Члены общины любили этого человека, считали его своим спа­сителем, доверяли ему, как отцу, и почитали его, как императора. Другие исследова­тели считали основной причиной то, что членами Народного Храма были люди определенного рода. Они в большинстве своем были бедными и необразованными и готовы были отказаться от своего права на свободу мыслей и действий ради обрете­ния безопасности в месте, где все решения за них принимал бы лидер. И наконец, не­которые исследователи подчеркивали, что Народный Храм являлся по своей сути ква­зирелигиозной организацией, в которой имела место слепая вера в культового лиде­ра, обладавшего огромным авторитетом.

Социальное доказательство

145



Рис. 4.7

I Тела жителей Джонстауна лежали правильными рядами, демонстрируя потрясающую уступ­чивость погибших

Без сомнения, в каждой из этих гипотез содержится рациональное зерно, но я не нахожу данные объяснения исчерпывающими. В конце концов, в мире полно ре­лигиозных организаций, членов которых ведет за собой харизматическая фигура. В прошлом обстоятельства нередко складывались подобным образом. Но практиче­ски никогда и нигде не происходили события, даже отдаленно напоминающие инци­дент в Джонстауне. Должно было иметь место что-то еще, что сыграло решающую

; роль.

' Ключ к разгадке нам поможет найти ответ на следующий вопрос: «Если бы общи-, на осталась в Сан-Франциско, подчинились бы ее члены требованию преподобного Джима Джонса?» Конечно, это крайне умозрительный вопрос, но некоторые иссле­дователи не имеют сомнений относительно ответа. Луис Джолион Уэст (Louis Jolyon West), ведущий специалист в области психиатрии и науки о поведении в UCLA (Уни­верситет Калифорнии, Лос-Анджелес), руководитель нейропсихиатрического секто­ра в этом учреждении, в течение многих лет занимался изучением различных куль­тов. Он начал наблюдать за Народным Храмом за восемь лет до трагедии, происшед­шей в Джонстауне. Когда у доктора Уэста брали интервью непосредственно после данного события, он заявил: «Этого не случилось бы в Калифорнии. Но они жили в полной изоляции от мира, в джунглях, в чужой стране».

146 Глава 4

К сожалению, на слова Уэста в суматохе, вызванной трагедией, мало кто обратил внимание. Однако наблюдение доктора Уэста вполне соотносится с тем, что мы зна­ем о принципе социального доказательства, и высвечивает причину патологинеской уступчивости членов Народного Храма. Важной предпосылкой являлся имевший место годом ранее переезд организации в поросшую джунглями страну с незнакомы­ми обычаями и враждебно настроенными жителями. Если верить рассказам о злом гении Джима Джонса, он прекрасно понимал, какое мощное психологическое воздей­ствие должно было оказать на членов группы подобное переселение. Внезапно они оказались в месте, о котором ничего не знали. Южная Америка, особенно влажные леса Гайаны, не была похожа ни на что из того, что было им знакомо. Страна, в кото­рой они оказались, должна была представляться им очень ненадежной во всех отно­шениях.

Неуверенность — правая рука принципа социального доказательства. Как уже от­мечалось, когда люди неуверенны, они обращают особое внимание на действия дру­гих, чтобы руководствоваться ими в своих собственных действиях. Во враждебном гайанском окружении члены Народного Храма были готовы следовать, примеру дру­гих. Но, как мы уже видели, особенно заразителен пример похожих людей. Перед нами открывается жуткая красота стратегии преподобного Джима Джонса. В такой стра­не, как Гайана, для выходцев из Джонстауна не могло быть других «похожих», кроме самих бывших жителей Джонстауна.

Что является правильным для члена общины, определялось в основном тем, что делали и во что верили другие члены коммуны, находившиеся под сильнейшим вли­янием Джонса. Рассматриваемые с этой точки зрения организованность, отсутствие паники, спокойствие, с которым люди шли к цистерне с ядом и к своей смерти, стано­вятся понятными. Члены организации не были загипнотизированы Джонсом; они были убеждены — и в этом главную роль сыграл принцип социального доказатель­ства, — что самоубийство является правильным действием. Чувство неуверенности, которое члены общины, разумеется, испытали, услышав команду своего лидера, за­ставило их посмотреть на тех, кто их окружал, чтобы определить, как следует вести себя в данной ситуации.

Особенно важно то, что члены Народного Храма нашли два впечатляющих обще­ственных доказательства, каждое из которых подталкивало их в одном и том же на­правлении. В качестве первого источника социального свидетельства выступили чле­ны группы, которые быстро, не задумываясь, приняли яд. В любой группе, где вла­ствует сильный лидер, всегда найдется несколько таких фанатически послушных индивидов. Трудно узнать в данном случае, были они заранее специально проин­структированы, как надо будет в нужный момент подать пример, или они просто были наиболее внушаемыми по своей природе и, вследствие этого, самыми послушными воле Джонса. Это не имеет значения; психологический эффект действий этих инди­видов, несомненно, был очень сильным. Услышанное или прочитанное Сообщение о самоубийстве может заставить впечатлительного человека убить себя, даже если са­моубийца ему неизвестен и не имеет с ним ничего общего. Вообразите, насколько бо­лее «заразительным» будет подобный акт, совершенный без колебания вашими сосе­дями в отдаленном поселении в такой стране, как Гайана. Вторым источником соци­ального свидетельства являлась толпа. Как я думаю, то, что произошло, было ярким проявлением феномена плюралистического невежества. Каждый член общины на-

Социальное доказательство

147

блюдал за действиями окружающих, чтобы оценить ситуацию, и, находя, что все остальные выглядят спокойными (они ведь тоже скорее тайком следили за другими, чем самостоятельно реагировали), решал, что терпеливо встать в очередь за ядом бу­дет правильным.

Подобное неверно истолкованное, но тем не менее убедительное социальное до­казательство явилось причиной жуткого спокойствия членов группы, которые шаг­нули навстречу своей смерти в джунглях Гайаны.

По моему мнению, большинство исследователей, пытавшихся проанализировать данный инцидент, излишне сосредоточивались на личных качествах Джима Джонса. Бесспорно, Джонс был сильным лидером. Однако в основе власти, которой он обла­дал, лежали, на мой взгляд, не столько его выдающиеся личные качества, сколько его глубокое понимание фундаментальных психологических принципов. Будучи гени­альным лидером, Джонс осознавал, что личное лидерство не может не быть ограни­чено. Ни один лидер не может постоянно и без посторонней помощи убеждать в чем-либо всех членов группы. Волевой лидер, однако, может убедить некоторую часть членов группы. Затем необработанная информация, воспринятая достаточным коли­чеством членов группы, может «сама» убедить остальных. Следовательно, наиболее влиятельными являются такие лидеры, которые умеют создать в группе атмосферу, наиболее подходящую для того, чтобы принцип социального доказательства работал на них.

Похоже, Джонс был именно таким лидером. Он сделал ловкий ход, переселив ком­муну в Гайану и оторвав ее тем самым от урбанистического Сан-Франциско. В усло­виях изоляции в джунглях экваториальной части Южной Америки чувство неуверен­ности, испытываемое членами общины, и отсутствие рядом с ними посторонних лю­дей, которые были бы хоть в чем-то похожи на них, заставили принцип социального доказательства работать на Джонса с максимальной отдачей. В таких условиях общи­ну, состоящую из тысячи человек, чересчур большую, чтобы один человек был в со­стоянии держать ее под постоянным контролем, можно было превратить в стадо. Люди, работающие на скотобойнях, знают, что стадом легко управлять. Просто дайте нескольким особям двигаться в желательном направлении, и другие — ориентируясь не столько на лидирующее животное, сколько на тех, кто их непосредственно окру­жает, — станут автоматически двигаться туда же. Следовательно, могущество препо­добного Джима Джонса объясняется не столько особенностями его личного стиля, сколько глубоким знанием искусства социального джиу-джитсу.