Нп «сибирская ассоциация консультантов»

Вид материалаДокументы
Подобный материал:

НП «СИБИРСКАЯ АССОЦИАЦИЯ КОНСУЛЬТАНТОВ»

ссылка скрыта


ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ СЛОЖНЫХ ПРИЛАГАТЕЛЬНЫХ
В РУССКОМ ЯЗЫКЕ XX ВЕКА


Каунова Екатерина Викторовна

старший преподаватель Волгоградского государственного

социально-педагогического университета, г. Волгоград

E-mail: kate08d@rambler.ru


Сложные образования в XX в. стали особенно богатой лексической группой, причем характерной чертой в развитии сложных прилагательных этого периода является резкое увеличение терминологических, общественно необходимых слов, отражающих развитие науки, техники, культуры, искусства.

В начале века в эпоху «серебряного века» писатели, и особенно поэты, проявляют большой интерес к сложным словам, в частности сложным прилагательным. Символизм, акмеизм, футуризм – литературные направления, в каждом из которых поэты по-своему стремились выразить сущность искусства. Активно использовались сложные адъективные новообразования в поэтической речи русских символистов. Благодаря этим течениям в литературе появилось немало интересных образов, которые передаются с помощью сложных слов: равнодушно-желтый огонь (А. Ахматова), переплеск разорвано-слитный, волна шаловливо-беспечная, девственно-ясная вакханка, нежно-стыдливые лилий цветы (К. Бальмонт), изумрудно-пенные волны (А. Белый), звонко-звучная тишина, сказочно-ласковый образ (В. Брюсов), звезда белокрылая (С. Городецкий), смешно-нелепые фигуры, пестрокрылый сон Н. Гумилев), зелень стозвонная, златоколенный дождь, облак желтоклыкий (С. Есенин), нежно-заревая алость (М. Кузьмин), позорно-легкомыслая головенка, старомозгий Плюшкин, медногорлая сирена (В. Маяковский), летуче-красный полумесяц губ (О. Мандельштам), чудовищно-быстрое и медлительно-долгое движение (Б. Пастернак), туманно-призрачное желанье (И. Северянин) и др. Следует отметить, что активно использовались сложные адъективные новообразования в поэтической речи русских символистов.

Привлекает к себе внимание тот факт, что в творчестве, например, М. Цветаевой в основном встречаются сложные прилагательные в краткой форме, которая указывает на временный, непостоянный признак предмета. Ср.: голос безучастно-далек, движенья торжественно-хрупки, ели стройно-прямы, протяжно гулок звон часов, скалы заманчиво-сыры, сны прозрачно-белы и др.

Как указывает А.В. Громова, в поэтических текстах М.И. Цветаева часто использует тире в качестве «индивидуально-авторского графического регулятивного средства в составе атрибутивно-предикативных структур с краткими прилагательными. Регулятивные структуры с краткими прилагательными ярко и образно транслируют читателю мироощущение поэта» [1, с. 189].

В языке художественного произведения на фоне изобилия предметных слов и глаголов на первый план зачастую выступает своеобразие признаковых единиц. Они отличаются тем, что не просто называют признак предмета, а живописуют и характеризуют создаваемый образ. По мнению Т.М. Гусевой, «такие единицы как бы расцвечивают повествование, придают ему неповторимый колорит» [2, с. 74].

Во многих периодических изданиях, особенно начала века, встречается большое количество новообразований. Сложные прилагательные часто используются писателями и авторами статей в функции эпитета. Например, в журнале «Аполлон» и «Новое слово» при выборке материала нами были выделены следующие композиты: безудержно-нежные слезы (Аполлон. 1909. № 2. С. 12), трепетно-живой огонь (Новое слово. 1909. № 9. С. 46), весело-трагическая комедия (Аполлон. 1909. № 2. С. 30), волшебно-зыблемое покрывало (Аполлон. 1910. № 8. С. 14), грациозно-деревянные портреты (Новое слово. 1909. № 11. С. 159), жутко-чуткая глубь (Новое слово. 1909. № 9. С. 47), красно-коралловый берег (Аполлон. 1910. № 8. С. 19), нервно-напряженная атмосфера (Аполлон. 1910. № 7. С. 19), неуловимо-зыбкий (Аполлон. 1910. № 7. С. 26), празднично-трехцветные флаги (Аполлон. 1910. № 8. С. 4), радужно-мрачный визионер (Аполлон. 1910. № 7. С. 1), слащаво-поучительные и изящно-простые сказки (Аполлон. 1910. № 7. С. 36), туманно-мистический образ (Там же. С. 26), углубленно-вдумчивое изучение (Аполлон. 1910. № 8. С. 17), сосредоточенно-набожная и экстатически-сладострастная религия (Аполлон. 1909. № 2. С. 19) и др.

Обогащение современного русского языка идет не только за счет новообразований, но и за счет переосмысления и расширения лексических и стилистических возможностей уже имеющихся средств языка, в частности сложных прилагательных (например, в произведениях М. Горького, А. Толстого, М. Шолохова и др.). В произведениях М. Шолохова сложные прилагательные выполняют описательную функцию, они помогают автору охарактеризовать предметы, явления окружающей действительности, состояние человека, его внешний вид и др.: белогубый щенок, слезливо-мокрые глаза (Родинка), низкорослый курган, бледнорадужный журавль, круглоглазое окошко, медноголосый журавль, красноталый плетень, кособокий месяц (Путь-Дороженька), человек: ширококостый, злобно-голодный взгляд (Червоточина), крутолобая гора, ширококостная и низкорослая фигура, малосильный мужик, непоправимо-тяжелое что-то, крупнозернистый хлеб, дымчато-серые ручейки (Батраки).

В художественном стиле в середине XX в. композиты все же встречаются в умеренных количествах. Они почти не употребляются в произведениях поэтических и драматических. Причина, на наш взгляд, заключается в том, что события, происходившие в это время, не могли не повлиять на частотность их употребления. В произведениях военных лет сложные образования выступали, как правило, в номинативной функции (повседневный, многочисленный, классово-пролетарский, военно-каторжный, критико-публицистический, организационно-деятельностный), реже – изобразительной.

Увеличилось употребление сложных прилагательных в произведениях научного жанра и в языке газеты. В словарях фиксируются стилистически нейтральные композиты, многие из которых являются терминами: административно-бюджетный, бетономазочный, бурорыхлительный, варено-сушеный, визуально-индустриальный, врачебно-инженерный, директивно-волевой, длиннокозырьковый, доброжелательно-требовательный, квартально-групповой, малооснащенный, пахотно-посевной, пористо-наполненный, селеностационарный, труднообогатимый и мн. др. [3]; абстрактно-киношный, абсурдно-сюрреалистический, авторитетно-националистический, административно-юридический, алюминиево-воздушный [4]; административно-бюрократический, акционерно-биржевой, бритоголовые, валютно-фондовый, верноподданнический, военно-гэбистский, денежно-кредитный, жидкокристаллический, законотворческий, конкурентоспособный, криминально-бюрократический, лечебно-исправительный, многомандатный, неблагонадежный, оптико-волоконный, планово-распределительный [6].

Особенно продуктивным стало образование сложных прилагательных с причастием в качестве опорного (последнего) компонента, например: билетопечатающий, влагоотталкивающий, горно-перерабатыающий, жироперерабатывающий, лучеиспускающий, новоиспеченный, сосудосуживающий, тепловыделяющий, шумопоглощающий, щитоформирующий и др. [5].

Сложные прилагательные употребляются во всех функциональных стилях русского языка. Однако на данный момент, проанализировав большой иллюстративный материал, мы пришли к выводу, что сложные прилагательные в современном русском языке являются в основном языковой приметой научного стиля. По общему количеству обследованных слов преобладающими являются дефисные написания (72 %).

В XX в. в связи с научно-техническим прогрессом увеличивается количество сложных образований в русском языке. Поскольку большинство композитов становятся терминами, то они начинают активно употребляться и в научном стиле.

Одной из основных функций сложных лексических единиц становится номинативная, они помогают выразить в языке сложное понятие в одном слове. В художественном стиле наблюдается снижение употребления сложных прилагательных, авторы если и используют их, то предпочитают создавать окказиональные сложные образования.


Список литературы:
  1. Громова А.В. Регулятивный потенциал прилагательных в поэтическом дискурсе М.И. Цветаевой: дис. ... канд. филол. наук. – Томск, 2010. – 212 с.
  2. Гусева Т.М. Сложный эпитет как стилеобразующая единица художественного пространства И.А. Бунина: дис. ... канд. филол. наук. – М., 2001. – 178 с.
  3. Новое в русской лексике. Словарные материалы – 80 / под ред. Н.З. Котеловой. – М., 1984. – 287 с.
  4. Новое в русской лексике. Словарные материалы – 94 / под ред. Ю.Ф. Денисенко. – СПб., 2006. – 397 с.
  5. Орфографический словарь русского языка: Ок. 100000 слов / Рос. АН, Ин-т русского языка; подгот. С.Н. Боруновой и др.; под ред. В.В. Лопатина и др.– 31-е изд., стер. – М.: Русский язык, 1994. – 414 с.
  6. Толковый словарь современного русского языка. Языковые изменения конца XX столетия / ИЛИ РАН; под ред. Г.Н. Скляревской. – М.:Астрель: АСТ: Транзиткнига. – 2005. – 894 с.

Материалы международной заочной научно-практической конференции

«ФИЛОЛОГИЯ, ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ И КУЛЬТУРОЛОГИЯ
В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ»


09 НОЯБРЯ 2011 Г.