Ионина Надежда Алексеевна, Кубеев Михаил Николаевич 100 великих катастроф м.: «Вече», 1999 isbn 5-7838-0454-1 / 5-9533-0492-7 Scan, ocr: ???, SpellCheck: Chububu, 2007 книга

Вид материалаКнига

Содержание


Корейский «боинг», сбившийся с курса
«челленджер», взорвавший небо
Чернобыль — невидимая смерть
Подобный материал:
1   ...   24   25   26   27   28   29   30   31   32

КОРЕЙСКИЙ «БОИНГ», СБИВШИЙСЯ С КУРСА


В ночь с 31 августа на 1 сентября 1983 года над островом Сахалин был сбит южнокорейский авиалайнер «Боинг-747». Четырнадцать минут с высоты 11 тысяч метров падали останки самолета, 269 пассажиров и членов экипажа. В те мгновения весь мир приблизился к краю катастрофы.

Исчезнувший с экранов радаров самолет, совершавший обычный рейс по маршруту Нью-Йорк — Сеул, не сразу вызвал серьезное беспокойство японских авиадиспетчеров, которые в семь утра ожидали его пролет над своей территорией. Вначале они посчитали, что это временный сбой, что скоро все наладится и через минуту-другую «Боинг» снова появится на экранах. Когда же время прошло, а он все не появлялся на экранах, японцы решили, что самолет сильно отклонился от курса. И если это так, то он, наверное, приземлился. Но где, на чьей территории? И почему от него не поступило никаких сигналов?

В томительном ожидании прошло около суток, в течение которых никаких сигналов так и не поступило. Предположения высказывались самые разные: отказали сразу все четыре двигателя и самолет упал в море? Но почему не было сигналов? Нет такое не могло случиться. Ждали утра.

А утром, как гром среди ясного неба, по радио прозвучало выступление государственного секретаря США Джорджа Шульца, повергшее всех в шок. Он объявил, что в результате анализа данных, полученных американскими компьютерами, пассажирский самолет KAL-007 южнокорейской авиакомпании был сбит ракетами типа «воздух — воздух», выпущенными с борта советского истребителя-перехватчика. Теперь уже никто не сомневался, что случилось непоправимое.

Трагедия над Японским морем тотчас вызвала шквал негодования на Западе, страсти на международной арене накалились до предела, хотя толком никто не мог понять, как могло такое произойти. Зарубежные телевидение, радиостанции и следом газеты наперебой высказывали самые различные версии, в частности, и такие, что лайнер могли угнать террористы или на нем произошел взрыв. Наиболее ретивые из них призывали к походу против красных и звали к отмщению. Но при этом без ответа оставались главные вопросы: почему оснащенный современными навигационными приборами пассажирский самолет отклонился от заданного курса и вторгся в воздушное пространство Советского Союза? Почему он не ответил на сигналы советского истребителя-перехватчика? Почему были произведены смертельные выстрелы?

Советская сторона молчала. И только через два дня после трагедии прозвучало заявление ТАСС. В нем утверждалось, что неопознанный самолет грубо нарушил государственную границу и вторгся на большую глубину в воздушное пространство СССР. При этом истребитель-перехватчик сделал предупредительные выстрелы, однако самолет на них не прореагировал. В этом же заявлении прозвучали намеки, что, очевидно, полет выполнялся под руководством американцев со шпионскими целями. Выступивший министр иностранных дел А. Громыко подтвердил, что советская территория и границы Советского Союза — священны и ненарушимы. Каждый, кто прибегает к провокациям подобного рода, должен знать, что понесет ответственность за свои действия.

В этот тяжелый момент и русские, и американцы срочно приступили к поискам «черного ящика», расшифровки записей которого могли бы внести ясность в происшедшее. Море штормило, и «черный ящик» отыскать не смогли. В волнах только плавали разрозненные куски дерева, пластмассовой обшивки и человеческие останки, не поддающиеся никакой идентификации.

Через восемь дней с разъяснениями по телевидению выступил начальник Генерального штаба министерства обороны СССР маршал Николай Огарков. Он признал, что советские истребители «остановили» авиалайнер двумя ракетами класса «воздух — воздух», и обвинил южнокорейский самолет в шпионаже в пользу Соединенных Штатов. Однако все эти версии международной общественностью были отвергнуты как несостоятельные. Пассажирский самолет «Боинг-747», пролетая ночью на большой высоте, не мог собрать никакой полезной информации. Представитель США в ООН Джин Киркпатрик высказалась однозначно, что цивилизованные страны не признают отклонение самолетов от курса преступлением, за которое полагается смертная казнь.

И все же, несмотря на грозные выступления политиков, дипломатов и военных, обостривших ситуацию до предела, победили соображения высшего порядка. Никто не хотел, чтобы инцидент вылился в открытую конфронтацию двух великих держав. Одиннадцать западных государств хоть и согласились с предложением США прекратить воздушное сообщение с Советским Союзом, но только на два месяца. Страсти постепенно угасли, и мировое общественное мнение вскоре сменило гнев на милость. Обе стороны пытались разобраться в произошедшем.

Теперь, спустя почти шестнадцать лет, можно почти досконально объяснить ту ситуацию, в которой оказался южнокорейский самолет. Вывод, который напрашивается после ознакомления с имеющейся информацией, малоутешителен: не только цепь роковых обстоятельств и ошибок как в работе бортовых компьютеров, так и в действиях наземных диспетчеров и пилотов самого «Боинга» могли привести к тому, что никто не заметил отклонения от курса.

Так, в 1997 году один из бывших высокопоставленных чинов японской военной разведки признал, что южнокорейский самолет выполнял-таки задание американских спецслужб и его отклонение было не ошибкой навигационных устройств или диспетчеров, а явной попыткой попасть в советское воздушное пространство, чтобы привести в действие советскую систему противовоздушной обороны и засечь радиолокационные станции. Все американские самолеты-разведчики, периодически нарушавшие советское воздушное пространство, были вынуждены возвращаться на свой маршрут. Им не удавалось засечь ничем не выдававшую себя систему противовоздушной обороны СССР. Американцы рассчитывали, что эту задачу лучше всех выполнит пассажирский самолет, который вряд ли кто рискнет сбить. Однако все получилось совсем иначе.

Вылетев из аэропорта американского города Анкоридж на Аляске, «Боинг» взял курс сначала в район Алеутских островов. Через четыре часа во время радиоконтакта с Токио радист «Боинга» сообщил о продвижении к Сеулу. В 5 часов 07 минут местного времени с авиалайнера передали, что миновали контрольную точку. Так было зафиксировано первое ошибочное сообщение. В этот момент авиалайнер уже отклонился от своего курса на несколько десятков километров и находился над территорией Камчатки. Примерно через час самолет попросил у Токио разрешения подняться на высоту одиннадцать тысяч метров. Разрешение было дано. И при этом ни в Токио, ни на «Боинге» опять-таки не зафиксировали, что отклонение от курса уже достигало 181 километра и машина пролетала над островом Сахалин. До начала трагедии оставались считанные минуты.

В это время на земле судорожно решали, как поступить с вторгшимся в воздушное пространство чужим самолетом. Два с половиной часа советские военные авиадиспетчеры следили за странным полетом вдоль границы СССР неопознанного объекта. И как только он появился над территорией Камчатки, в небо взлетели четыре самолета МиГ-23 и Су-15. Вначале в их задачу входило приблизиться к незнакомцу и попытаться принудить его к посадке. Но у лайнера была слишком большая высота, а на сигналы он не реагировал. Для советских военных летчиков проблема заключалась в том, что в воздухе их самолеты-перехватчики могли находиться около часа, на большее время не хватало горючего.

Итак, пилот Су-15, приблизившись к авиалайнеру, передал на землю, что видит, как вспыхивают огни самолета. Освещенный полумесяцем силуэт гигантского белого «Боинга» довольно отчетливо выделялся на фоне темного неба. Советский истребитель послал запрос — «свой или чужой» (IFF), но и на него ответа не последовало. Дело в том, что такой сигнал и на такой частоте мог принять только советский самолет.

До выхода из воздушного пространства СССР чужаку оставались считанные секунды. В баках у перехватчика кончалось горючее, пора было возвращаться на базу. Это означало, что чужак мог уйти. Его уход грозил не только серьезными неприятностями от местного командования.

Теперь можно привести запись разговора между пилотом советского самолета-перехватчика и землей. Эту запись сделали японские авиадиспетчеры, они же ее и расшифровали.

18.13.05 — Я наблюдаю его визуально и на экране.

18.13.26 — Цель не отвечает на запрос.

18.13.40 — Оружие включил.

18.19.02 — Иду на сближение с целью.

18.19.08 — Они меня не видят.

18.20.49 — Веду огонь из пушки.

18.23.37 — Теперь попробую ракетами.

18.26.20 — Произвел пуск.

18.26.22 — Цель уничтожена.

Во время визита в ноябре 1992 года в Сеул президент Российской Федерации Борис Ельцин признал ошибочными действия советского военного командования и выразил глубокое сожаление по поводу трагедии, разыгравшейся над Сахалином.


«ЧЕЛЛЕНДЖЕР», ВЗОРВАВШИЙ НЕБО


Цветная фотография семи улыбающихся американских космонавтов — двух женщин и пяти мужчин — в голубых костюмах и со скафандрами в руках на фоне звездно-полосатого флага 28 января 1986 года обошла весь мир. Вначале как радостная весть НАСА. «Они астронавты, они улетают в космос, чтобы вернуться героями». Затем в тот же день эта же фотография появилась на экранах телевизоров в черной траурной рамке. Подпись под ней гласила: «Они улетели в космос и никогда уже не вернутся на Землю. Будем вспоминать их добром. Они герои и погибли во имя науки».

Старт космического корабля «Челленджер», который НАСА разрешила транслировать по телевидению прямо с места события, был назначен на 28 января 1986 года на 9 часов 38 минут местного времен с мыса Канаверал (штат Флорида). Неожиданно он был перенесен на два часа пополудни. Как сообщили вездесущие репортеры, обнаружились небольшие неполадки в герметической системе запоров люков. Ничего страшного, специалисты обещали все быстро устранить.

Несколько часов свободного времени дали репортерам возможность порассуждать на тему о безопасности полетов в космос, расспросить ведущих специалистов, присутствовавших в этот день на стартовой площадке, о причине неполадок и о перспективах использования космических челноков. Вспоминали также о том, что 30 июля 1985 года при выходе на околоземную орбиту у корабля «Челленджер» уже один раз аварийно отключился один из трех двигателей. По этой причине пришлось тому «Шаттлу», который совершал свой восьмой полет, спуститься на пониженную орбиту. Но на этот раз специалисты заверяли, что все будет в полном порядке, никаких неприятностей не будет.

Журналисты заполняли вакуум эфирного времени разного рода рассказами и интервью, тем более что на трибуне среди почетных зрителей находился и президент США Рональд Рейган со своей супругой Нэнси. Он тоже отвечал на вопросы репортеров и с улыбкой поглядывал на сверкавший белизной космический корабль. У всех было приподнятое настроение, все улыбались, наводили бинокли на стартовую площадку. Небо было чистым, сияло яркое солнце, ветер дул не очень сильный — хорошая погода для старта.

Чтобы и далее заполнить возникшую паузу, телевидение передавало историю полетов в космос кораблей системы «Спейс-Шаттл», предсказывало великое будущее этим новым мощным представителям ракетной техники. Говорилось и том, что перенос старта на более позднее время был вызван переменой погоды и неполадками в системе герметического запора люков.

И вот наконец отсчет времени пошел на секунды: до старта осталось — три, две, одна… Мощный гул и яркое пламя вырвалось из сопел «Челленджера». Чуть покачиваясь, он оторвался от стартовой площадки и поднялся в небо, оставляя позади себя серебристый шлейф. Зрители внимательно следили за полетом. Космическое время начало свой отсчет. Одна секунда, вторая, третья…

Полет проходил в штатном режиме. Скорость космического корабля достигла трех тысяч километров, высота — семнадцати километров. Казалось, можно вздохнуть с облегчением: старт состоялся. Но…

Шла 73-я секунда полета, как вдруг в небе вспыхнул яркий желтый жар. То, что было космическим кораблем «Челленджер», в мгновение ока превратилось в белое пузырящееся раскаленное облако, словно десятки реактивных истребителей расчертили небо. «Челленджер» на глазах тысяч зрителей, присутствующих на мысе Канаверал, и миллионов телезрителей, наблюдавших за стартом, взорвался. Семьсот тонн кислорода и водорода, ракетного топлива вместе с семью космонавтами сгорели в атмосфере.

Это была величайшая трагедия. В тот момент все присутствующие и президент Рейган буквально потеряли дар речи. Все испытывали шок. А с неба, на землю и в залив, падали между тем раскаленные остатки «Челленджера».

В те тягостные минуты даже бойкие репортеры не знали, как и о чем говорить. Просто не верилось, что на глазах у празднично настроенной публики в небе произошел взрыв, свершилась трагедия и семь героев-астронавтов погибли. Среди них находилась и учительница Криста Мак-Олифф, о которой писали, что она первая из женщин-преподавательниц проведет из космоса два телевизионных урока и снимет учебный фильм.

Попытки составить из найденных на земле и поднятых из моря остатков «Челленджера» целостную ракету, чтобы определить причины катастрофы, ни к чему не привели. Многих частей не хватало. В результаты эксперты ни к каким определенным выводам прийти не смогли. Высказывались разные предположения о причинах катастрофы, в частности, что на топливных баках вследствие высокой температуры могли образоваться трещины и вытек керосин, который, смешавшись с кислородом, мог послужить причиной взрыва.

И все же большая часть экспертов склонялись к той версии, что взрыв мог произойти из-за повреждений в ускорителе первой ступени с твердым топливом. Затем по цепочке взорвались топливные баки. Не отрицалась также и другая версия, согласно которой один из топливных баков в момент старта из-за тряски мог выйти из своего укрепления и ударить по самой ракете, отчего и произошел взрыв. Но точный ответ на этот вопрос человечество вряд ли когда узнает.

После такой крупнейшей катастрофы НАСА было вынуждено прекратить дальнейшие полеты в космос. И все пятнадцать запланированных вылетов «Шаттл» на 1986 год были отменены. Ответственные работники Управления по космическим полетам давно знали, что наиболее уязвимыми местами в комплексе «Шаттлов» были именно твердотопливные ракеты. Инженеры фирмы, на которой производили ракеты, хотели перенести старт, чтобы еще раз проверить все системы безопасности, но НАСА не пожелало откладывать полет. Проведенные несколькими комиссиями расследования показали, что нормы гарантии безопасность полетов НАСА нарушало и в прошлом. Во многих случаях космонавты подвергали себя смертельному риску, но до поры до времени им помогал его величество «Счастливый случай» В этот раз все произошло иначе.


ЧЕРНОБЫЛЬ — НЕВИДИМАЯ СМЕРТЬ


Человек со своими шестью органами чувств, к сожалению, не способен заметить, увидеть, услышать, обонять смертельную опасность XX века — радиацию, проникающую всюду. Она действительно невидима, беззвучна, не имеет запаха, цвета, вкуса и дает знать о себе только необратимыми изменениями в организме, неизлечимыми заболеваниями. Единственный прибор, который способен сегодня определить опасную дозу излучения, — это счетчик Гейгера. Но такие чуткие измерители имеются далеко не у каждого, да и стоят они недешево.

Когда в 1945 году на Хиросиму и Нагасаки были сброшены две американские атомные бомбы и жертвами их стали десятки тысяч человек, это стало общечеловеческой трагедией. Смерть от бомбардировок была понятной. Однако спустя некоторое время (и даже годы) внешне не пострадавшие от бомбардировки тысячи людей начали жаловаться на непонятные недомогания, на слабость и чрезмерную сонливость. Японские врачи оказались беспомощными перед незнакомой болезнью. Они не могли понять, отчего умирали люди, не имевшие видимых очагов болезни.

Особенно страдали дети, у которых отмечались белокровие, лейкемия, увеличение щитовидной железы. Никакие лекарства не помогали, и все лечение сводилось только к клиническим процедурам. Никто не догадывался тогда, что сыпавшийся сверху черный пепел был радиоактивным (следовательно, смертельно опасным), что вода в реках сделалась «отравленной» излучением, что все живое и мертвое, оказавшееся в зоне радиации, несло с собой лучевую болезнь и смерть.

Вполне объясним тот факт, что в те военные годы, когда произошел налет американских самолетов, решивших отомстить за поражение в Пирл-Харборе, появились неизбежные жертвы. Пилоты сбросили атомные бомбы, раздались взрывы огромной разрушительной силы, были тысячи погибших от взрыва и позднее тысячи от радиации.

А как должна повести себя радиация, упрятанная в стальные оболочки мирных реакторов, если бы она вырвалась наружу? Этого не знал никто. Радиация наружу пока нигде не вырывалась, да и с проблемами такими медики еще не сталкивались. Поэтому о последствиях возможной утечки радиации особенно не задумывались.

«Эксперимент» начался в пятницу 25 апреля 1986 года: на четвертом энергоблоке Чернобыльской атомной электростанции, располагавшейся примерно в 100 километрах севернее Киева. Его было решено приостановить, чтобы провести ряд технических операций. Однако неожиданно для самих инженеров и техников, обслуживавших четвертый реактор, он повел себя нестандартно, буквально вырвался из повиновения. На нем резко повысилась температура, попытки снизить ее ни к чему не привели. Начался пожар. Уже в субботу, 26 апреля 1986 года, произошли два взрыва, плотная металлическая оболочка реактора прорвалась, не выдержала и бетонная защита. Примерно 180 тонн пылающего урана вырвалось наружу. Радиоактивная мощность ядерного реактора в тот момент составляла 1500 атомных бомб, сброшенных на Хиросиму. Однако настоящие масштабы катастрофы выяснились гораздо позднее.

Три дня советское руководство не хотело делать никаких официальных заявлений, надеялось, что ничего страшного не случилось. Три дня мир находился в полном неведении. И только 30 апреля, когда работники шведской АЭС Форсмарк, расположенной на берегу Балтийского моря, зарегистрировали мощное ядерное излучение, исходившее не от их станции, а от пришедшего с востока облака, был дан сигнал тревоги. Откуда появилось зараженное облако? Ответ был один — с востока, из Советского Союза, в котором имеются ядерные реакторы огромной мощности. Повышенную радиацию зафиксировали также в Японии и США. Именно тогда физики определили, что центром неизвестного ядерного излучения явился взрыв на ядерном реакторе под Киевом.

И все это время на Чернобыльской АЭС в реакторе горели 180 тонн белого раскаленного урана. Горели на открытом воздухе, и никто толком не знал, что нужно делать в первую очередь — тушить пожар, засыпать поврежденный энергоблок или вывозить людей.

В Киеве началась паника. Люди стремились уехать из цветущего весеннего города. Во всех домах закрывались окна, двери, на улицу старались без особой необходимости не выходить. И только тогда правительство начало действовать: стало собирать консилиумы ученых, специалистов, врачей, которые стали сообща искать выход из положения.

Вся страна всколыхнулась. Всяческую помощь были готовы оказать из-за границы. За первые дни тушения пожара на энергоблоке погибли тридцать два человека, двести человек получили ядерное облучение и были по сути обречены. Стало ясно также, что с территории в 200 тысяч квадратных километров, прилегавшей к Чернобылю, на которой проживало примерно сто тридцать тысяч человек, необходимо всех эвакуировать, потому что всем грозила опасность радиоактивного заражения. Но ведь, кроме людей, на этой земле находились еще домашние животные и птицы. Вся эта территория объявлялась зоной заражения, непригодной для проживания в течение нескольких десятилетий.

Вот как описывал аварию один из жителей прилегавшего к станции поселка, который непосредственно наблюдал взрыв и пожар на атомной электростанции. «26 апреля была суббота, день выдался солнечный, теплый. И наш сосед по дому полез на крышу загорать. Но не прошло и нескольких минут, как он вернулся, сказал, что сегодня с утра что-то сильно печет. И его тело действительно быстро покрылось красным налетом, а потом и волдырями, как от ожога. Мы очень удивились. Какое странное солнце! Потом решили вместе слазить на крышу и проверить. Вот тогда мы и обратили внимание, что над Чернобыльской станцией появилось яркое зарево. Как будто вспыхнуло еще одно солнце. Там что-то горело. Но что? Энергоблок? Вечером того же дня с моим соседом сделалось плохо. У него началась рвота, поднялась температура. И его сразу отправили в клинику. И только 27 апреля по радио объявили о пожаре на станции и всем рекомендовали не выходить из домов».

На место катастрофы прибыла самая различная техника, в основном военная — самоходки, бульдозеры. Требовалось засыпать горевший реактор, но проблема заключалась в том, что вблизи его человеку нельзя было находиться дольше одной минуты и десяти секунд. Лишние шестьдесят секунд обозначали верную смерть. Чтобы избежать жертв, инженеры предложили прямо на месте монтировать управляемые роботы-бульдозеры, которые по команде двигались бы к реактору и создавали бруствер из бетона, песка, камней. В то же время сверху тридцать мощнейших вертолетов сбрасывали тонны цемента и дробленого свинца. День и ночь рыли подземный туннель, который вел к основанию реактора. Было решено замуровать четвертый энергоблок в бетонную оболочку, создать вокруг него вечный саркофаг.

В это же время началась дезактивация жилых домов и целых улиц. Сотни поливальных машин лили воду, смывая грязь. Тысячи людей были вынуждены покинуть свои места и перебираться в незнакомые города и поселки. Вырвавшийся джинн из Чернобыля принес неисчислимые беды не только Советскому Союзу.

Радиоактивное облако, прошедшее над Европой, отравило в некоторых местах землю, растения и животных. В скандинавских странах были вынуждены заколоть сорок тысяч домашних животных, 30000 овец на северо-западе Англии оказались облученными и их тоже уничтожили. Тысячи тонн молока в Германии посчитали отравленными и вылили в землю.

Иностранные врачи и специалисты, побывавшие на месте катастрофы, считали, что в предстоящие десятилетия в Европе значительно повысится число людей, страдающих от раковых заболеваний. И, как минимум, число жертв составит 75000 человек. Два американских профессора, Джон Гофман и Карл Морган, сделали прогноз, согласно которому следующие 70 лет примерно полмиллиона человек будут страдать от раковых заболеваний.

Как стало известно позднее, основной причиной взрывов пожаров стали ошибки, совершенные в ходе эксперимента, проводившегося на четвертом реакторе, когда его производительность была снижена на 7 процентов от установленной нормы. Оказалось, что сами контрольные приборы на АЭС не были готовы к отклонению в работе реактора.

И только шестого мая температура ядерного реактора относительно стабилизировалась, но лишь к 30 ноября саркофаг был практически готов. Триста тысяч тонн бетона и шесть тысяч тонн металлов ушло на его сооружение.

В апреле 1991 года советский ученый Владимир Чернышенко сообщал, что в результате чернобыльской катастрофы погибло не тридцать два человека (как официально сообщалось), а, по меньшей мере, от семи до десяти тысяч. И были это в большинстве своем шахтеры и военнослужащие, боровшиеся с последствиями катастрофы. К сожалению, никто не вел точную статистику, никто не подсчитывал число людей, страдающих в настоящее время от последствий Чернобыльской аварии. В. Чернышенко отметил, что в то время советские власти предоставили МАГАТЭ неверные данные, заявив, что выброс в атмосферу составил только 3 процента радиоактивного вещества в реакторе, в то время как самом на деле выброс составил от шестидесяти до восьмидесяти процентов. В. Чернышенко имел в виду, что жертвами этого выброса и радиоактивного излучения стали не только взрослые, но и дети, у которых была поражена щитовидная железа. В конце XX века в разных странах Европы на излечении находятся дети из Чернобыля, получившие большую долю облучения. Зримая катастрофа давно закончилась, а ее незримые последствия все еще дают о себе знать.