< Предыдущая   Оглавление   Следующая >

5.3. Арабы Азии и мир арабов сегодня

Еще сравнительно недавно, как о том уже шла речь, чуть ли не самой отсталой периферией были аравийские монархии, а наиболее передовой зоной арабского мира считалась восточно-средиземноморская с Египтом, Сирией и Ливаном в качестве и экономических, и политических лидеров. Страны Магриба стояли как бы посередине. Сегодня в этой расстановке сил многое изменилось. По-прежнему общим для всех арабских стран являются их генетические связи и религиозное родство. Общим следует считать их давнишнюю, продлившуюся до середины XX в., политическую несамостоятельность или хотя бы неполную самостоятельность в качестве сначала периферии Османской империи, а затем колоний или колониально-зависимых стран. Для всех деколонизация стала исходным моментом нового развития, и практически все арабские государства, за редкими исключениями вроде Мавритании, Судана или Йемена, развиваются достаточно успешно и весьма быстрыми темпами, особенно по сравнению со странами Тропической и Южной Африки (кроме ЮАР). Безусловно, здесь сказался исходный более высокий цивилизационный фундамент. Но сыграло свою роль и нечто другое, причем именно это другое и разделило современный мир арабов на несходные судьбой группы стран. Речь идет о нефти и нефтедолларах.

В Алжире, Тунисе и Сирии нефтедоллары лишь помогают сводить концы с концами, зато в монархиях Аравии, в Ливии и Ираке нефть льется потоками и оказывается не просто основой основ экономики, но и залогом процветания, богатства. Более того, за счет нефтедолларов даются дотации тем странам ислама, у которых нет нефти, и где в противном случае, т.е. без вливаний извне, было бы трудно избавиться от бедности, а то и вообще обеспечить выживание, как, например, ничего не производящим и ничем не торгующим палестинцам. Практически сказанное означает, что все арабские страны Азии так или иначе существуют за счет нефти либо вливания нефтедолларов. Это, разумеется, не ликвидирует существенную разницу между группой стран, богатых нефтью, и теми, кто ее не имеет, но зато позволяет странам второй группы поддерживать их жизненный стандарт. В странах Магриба нефть играет аналогичную роль. Только лишенный нефти Марокко и мало ее имеющий Египет (оставляя в стороне периферийные и полуарабские Мавританию и Судан) живут не за счет нефтедолларов. Не будучи вовлечены в рискованные социальные эксперименты, как Марокко, либо преодолев последствия таких экспериментов и решительно вступив на путь капиталистического развития, как Египет, они успешно развиваются и без нефтедолларов.

Резюмируя, можно сказать, что нефть и нефтедоллары в какой-то степени разделили арабский мир и поддержали те его части, которые оказались без нефти, но их оказалось явное меньшинство. Подавляющее большинство стран так или иначе зависит от нефти и нефтедолларов. Более того, все их вооружение, количество которого особенно впечатляет в Ираке и Сирии, равно как и все их рискованные социальные эксперименты с марксистским акцентом (это касается Алжира, Сирии, Ливии, Ирака, отчасти и других), также оплачивались нефтедолларами. Словом, мир арабов отличается от остальных регионов не столько своими цивилизационными особенностями, сколько обилием нефти. Неудивительно поэтому, что нефтяное хозяйство здесь пользуется очевидным приоритетом и что в первую очередь создается та инфраструктура (дороги, трубопроводы, нефтеперерабатывающие предприятия, насосные станции, терминалы и т.п.), которая нужна для бесперебойной работы скважин и реализации нефти и нефтепродуктов. Во всех экспортирующих нефть странах существуют министерства нефтяного хозяйства, а министры регулярно представляют свои страны на совещаниях Организации стран - экспортеров нефти (ОПЕК).

Если говорить о развитии промышленности, то наивысшего уровня она пока что достигла в Египте, кое-чего в этом смысле добились Сирия, Алжир и Ирак, сделавший в свое время акцент на военную промышленность. Что касается сельского хозяйства, то в ряде случаев радикальные аграрные реформы способствовали некоторому росту производства продовольствия. Однако тот печальный факт, что эти реформы нередко сопровождались рискованными экспериментами, направленными на кооперирование крестьянства и против частного сектора, объясняет, почему, скажем, богатые хорошими землями Алжир и Ливия обеспечивают себя продовольствием лишь примерно на 30%.

В целом результаты развития арабского мира все-таки гораздо более внушительны, чем можно было бы ожидать, имея в виду и социальные эксперименты, и истощающие Ближний Восток частые войны, и безудержную гонку вооружений, и традиции кочевой жизни бедуинов. Стоит принять во внимании неприятие исламом и особенно исламским радикально-экстремистским фундаментализмом западных капиталистических норм, ценностей и порядков. Несмотря на все это, следует повторить, некоторые успехи налицо. Причин здесь две:

o во-первых, нефтедоллары, о которых много уже было сказано;

o во-вторых, существенная тенденция к всеарабской солидарности, что также было отмечено. Впрочем, об этом стоит сказать еще несколько слов.

Дело в том, что реальной политической солидарности арабы в современном мире обычно не демонстрируют. Уже обращалось внимание на то, что случаи объединения между соседними странами уникальны и к тому же созданные союзы не всегда прочны. Говорилось и о расколах между арабскими странами в серьезные моменты, например в ходе ирано-иракской войны, когда радикально настроенные

Сирия и Ливия поддержали Иран. То же, хотя и с иным раскладом сил (Иордания, Ливия за Ирак), произошло в связи с аннексией Ираком Кувейта. Но если так, то на чем держится экономическая солидарность арабов, почему миллиарды нефтедолларов ежегодно текут из богатых аравийских стран в некоторые восточно-средиземноморские арабские государства, в связи с чем? Ответ один, и он хорошо известен.

Речь о проблеме Палестины, проблеме, которая не просто объединяет всех арабов, но и является для них столь принципиально важной, что, коль скоро о ней заходит речь, все остальное остается на заднем плане. Не случайно миллиарды щедро текут на помощь палестинцам, а также тем странам, которые несут на себе тяжесть противостояния с Израилем. И далеко не случайно Саддам Хусейн мечтал разыграть израильско-палестинскую карту и тем не только сохранить за собой аннексированный Кувейт, но и стать признанным лидером всего арабского мира. Хусейн, как известно, проиграл. Но при несколько ином раскладе сил и как-либо изменившихся обстоятельствах он вполне мог и выиграть. Так в чем же суть проблемы палестинцев?

< Предыдущая   Оглавление   Следующая >