Комплексный анализ причин и предпосылок Корейской войны
Курсовой проект - История
Другие курсовые по предмету История
?ло Маньчжурии поясом радиоактивного кобальта и закрыть Корею от вторжения на суше с Севера по крайней мере на 60 ближайших лет. По утверждению А. Миллетта, американское командование 4 раза поднимало вопрос о ядерной бомбардировке, однако ОКНШ и президентская администрация возражали против этого ко комплексу причин. Во-первых, там понимали, что неэффективные атаки Китая или Северной Кореи не окажут на СССР должного сдерживающего влияния. К тому же к началу корейской войны у США было около 300 атомных бомб, чего едва хватало для прикрытия европейского театра военных действий [23; стр 236-239].
Во-вторых, тактическое ЯО в это время только разрабатывалось. В-третьих, стратегическое командование авиации во главе с генералом К. Лемэем полагало, что применение атомного оружия оправдано при стратегических бомбардировках в случае вступления США в глобальную войну. Корея же не является тем объектом интересов Америки, ради которого можно идти на риск развязывания третьей мировой. Риск вступления в войну Советского Союза был слишком велик, а разгромить СССР наличным атомным арсеналом американцы не могли. Против использования ЯО были и военные, в особенности - генерал Брэдли, и союзники: заявление о готовности применить в Корее бомбу вызвало протест со стороны Англии, Франции и Канады, а 3 декабря премьер-министр Англии К. Эттли вылетел в Вашингтон и фактически добился, чтобы Трумен дезавуировал своё заявление. Один из британских журналистов даже назвал этот визит восстанием свободной Европы против лидерства Америки.
Осенью 1951 г. ОКНШ устроил утечку конфиденциальной информации о том, что Пентагон завершил разработку плана нанесения массированного атомного удара по Северной Корее и, возможно, Северо-Восточному Китаю. Затем с одобрения президента Г. Трумэна в октябре 1951 г. ВВС США провели манёвры под кодовым наименованием Хадсон Харбор, целью которых было нанесение ядерных ударов по КНДР, однако данную операцию автор скорее рассматривает как одну из мер давления в процессе начавшихся переговоров.
Заключение
Корейскую войну надлежит рассматривать, с одной стороны, не в отрыве от общемировых процессов, проходивших после окончания Второй мировой войны и связанных с формированием и закреплением нового биполярного миропорядка, а с другой - обязательно учитывать тот местный фундамент, на котором разгорелся конфликт. К силовому решению проблемы готовились обе стороны, и готовились примерно одинаково. Первые признаки напряженности и частые пограничные конфликты начались еще в 1949 г., при этом инициаторами стычек чаще выступали южане. Однако в наследство КНДР досталась гораздо более боеспособная армия, которая могла присоединить Юг, если бы режиму Ли Сын Мана не была оказана помощь извне. Еще один важный момент, с моей точки зрения, заключается в том, что у обеих Корей были внешние атрибуты государства, но одна и та же территория. Такое положение одного государства с двумя правительствами позволяет трактовать военный конфликт между Севером и Югом не как агрессию одной державы против другой, а как гражданскую войну, вмешательство в которую иностранных держав было юридически неправомерно. Граница между Севером и Югом не была официально признанной государственной границей между двумя странами (и заметим, именно это использовалось как оправдание, когда ее перешли с Другой стороны). Именно поэтому наступление северян следует сравнивать не с нападением Германии на Польшу в 1939 г. / аншлюсом Австрии (как это сделали в ООН в начале войны) или вторжением Ирака в Кувейт в 1990 г. (как это любят делать сейчас), а с наступлением Северного Вьетнама на Южный. Если же говорить о роли внешних сил, то со стороны Севера скорее Пхеньян подталкивал Москву, нежели Москва Пхеньян. Автор данного текста поддерживает версию о приоритете внутренних факторов, доказывая в своих разработках несостоятельность аргументов как сторонников войны Сталина, так и сторонников войны Макартура или войны Мао Цзэдуна. На определенном этапе и Советский Союз, и США сдерживали потуги Пхеньяна и Сеула решить корейскую проблему силой. Такую позицию Вашингтона и Москвы можно трактовать по-разному в зависимости от политических пристрастий трактующих. Однако на определенном этапе (причем довольно поздно) Москва изменила свое решение и дала Пхеньяну добро на вторжение. При этом решающим аргументом могли быть не столько победа коммунистов в Китае или появление у СССР атомного оружия, сколько идеологические доводы, трактующие положение на Юге как революционную ситуацию, на фоне которой успешная интервенция будет мгновенно поддержана восставшим народом Южной Кореи. В этом контексте особое внимание уделяется роли Пак Хон Ёна, который, по мнению автора, был заинтересован в успехе этой операции гораздо больше, чем Ким Ир Сен. Конфликт на полуострове был продиктован внутренними причинами, а холодная война лишь послужила катализатором. Иное дело, что когда война уже началась, сверхдержавы не преминули воспользоваться открывшимися возможностями.Самое грустное при этом в том, что с учетом внутренних факторов начало войны на полуострове кажется автору неизбежным. Даже если бы весной 1950 г. Москва не дала добро на блицкриг, кто знает, как развивалась бы ситуация после того, как в течение года - полутора Южная Корея ликвидировала бы левое сопротивление и, завершив программу перевооружения и переподготовки, получила в свое распоряжение армию, которая была