Учебники

2.4. Проблема разработки новой геополитики

Все сказанное свидетельствует о том, что геополитическая мысль в России в настоящее время переживает своего рода инкубационный период и действительно геополитические, научно обоснованные концепции и идеи только начинают появляться. Несомненный интерес представляют, например, работы К.В. Плешакова, К. Э. Сорокина и других российских авторов, их попытки преодолеть географический детерминизм приверженцев традиционной геополитики. По мнению, например, К.В. Плешакова, геополитика может быть определена не просто как объективная зависимость внешней политики той или иной нации от ее географического местоположения, а как объективная зависимость субъекта международных отношений от совокупности материальных факторов, позволяющих этому субъекту осуществлять контроль над пространством.

Заслуживает внимания попытка Плешакова выявить взаимосвязь между геополитикой и идеологией. Такая взаимосвязь, безусловно, была характерна как для традиционной геополитики Запада, так и для геополитических построений российских евразийцев. Плешаков предложил свое видение «геоидеологической парадигмы», основывающейся на взаимопроникновении идеологии и геополитики. Он выделил две модели такого взаимопроникновения: конфронтационную и интеграционную. Первая представлена взаимоотношениями между СССР и США, Востоком и Западом в период холодной войны, когда внешняя политика обеих сторон была насквозь пронизана идеологией. Здесь любые геополитические шаги обосновывались идеологической целесообразностью и, наоборот, идеология поддерживалась конкретными действиями на геополитическом фронте. Примером второй модели являются отношения между странами Запада и СССР в 1989–1991 гг., когда идеологические мотивации гасили возможные геополитические возмущения, что в конечном счете способствовало поддержанию геополитического и идеологического статус-кво.

Поставив своей задачей выяснить, «в чем данная научная дисциплина устарела и какие поправки на современность ей необходимы; как данная дисциплина могла бы быть использована для удовлетворения конкретных российских государственных потребностей», К.Э. Сорокин пришел к выводу, что в ней существует два раздела — геополитика фундаментальная, изучающая развитие геополитического пространства планеты со своей, разумеется, точки обзора, и прикладная, вырабатывающая принципиальные рекомендации относительно генеральной линии поведения государств или группы государств на мировой сцене. Причем, последнюю К.Э. Сорокин считает возможным именовать геостратегией.

Очевидно, что такие подходы позволяют выйти за традиционные чисто пространственные параметры, оторваться от пуповины географического детерминизма и сделать геополитику самостоятельной политологической дисциплиной, призванной всесторонне исследовать основополагающие реальности современного мирового сообщества.

В целом следует признать такую постановку вопроса правильной. Однако главная проблема состоит в том, чтобы решительно отмежеваться от традиционного понимания геополитики как дисциплины, призванной изучать исключительно или преимущественно пространственный аспект международных отношений, и лежащего в основе этого подхода географического детерминизма, а также от трактовки геополитики как внешнеполитической стратегии, направленной на экспансию и достижение гегемонии с помощью военно-силовой политики.

Естественно, география и месторасположение государства имеют немаловажное значение для исторических судеб и перспектив любого государства или народа. Более того, в древнейший период истории человечества, когда природа в буквальном смысле слова продолжала диктовать людям формы жизнеустройства и хозяйственной организации, географический фактор играл определяющую роль в жизни людей и государств. Как писал Л.И. Мечников, «четыре древнейшие великие культуры все зародились и развились на берегах больших рек. Хуанхэ и Янцзы орошают местность, где возникла и выросла китайская цивилизация; индийская, или ведийская, культура не выходила за пределы бассейнов Инда и Ганга; ассиро-вавилонская цивилизация зародилась на берегах Тигра и Евфрата — двух жизненных артерий Месопотамской долины; наконец, Древний Египет был, как утверждал еще Геродот, “даром” или “созданием” Нила».

География и месторасположение имеют множество аспектов, таких как размеры и масштабы территории конкретного государства, место его расположения, топография, климат, условия для сельскохозяйственного производства, наличие природных ресурсов, доступ к морям и океанам и т.д. Эти аспекты влияют на потенциальные и реальные возможности государства, определяющие его место в мировом сообществе стран.

Как показывает исторический опыт, сама земля, территория государства составляет тот стратегический ресурс, который по значимости, возможно, превосходит все остальные ресурсы. Реальные размеры территориальных владений не могут в той или иной форме и мере не оказывать влияния как на характер, так и на основополагающие параметры интересов государства. Ландшафт, степень плодородия почвы, природные ресурсы непосредственным образом сказываются как на структуре и отдаче народного хозяйства, так и на плотности населения. Топография и климатические условия страны крайне важны для развития путей сообщения, размещения ресурсов и народнохозяйственной инфраструктуры, внутренней и внешней торговли. Положение относительно океанов и морей определяет близость или удаленность от важнейших рынков, центров силы и очагов конфликтов. Немаловажное значение для безопасности и национальных интересов имеет также близкое окружение государства. Очевидно, что географическое положение создает определенные параметры при решении государством не только многочисленных экономических и внутриполитических, но также основополагающих внешнеполитических задач.

На протяжении всей истории вплоть до недавнего времени главная цель государств состояла в завоевании территорий для решения своих экономических задач, требований безопасности и т.д. Для этого использовались средства империалистического подчинения одного народа другому или аннексии прилегающей территории. Со времени Вестфальского мира (1648) территориальные границы государств считались священными и свидетельствовали о стабильности и жизнеспособности международной системы. Государства, особенно великие, во все времена руководствовались императивом расширения своего контроля над соседними странами и народами, а при возможности и над всей международной системой.

По этой причине теорию изменений в международной политике следовало бы назвать одновременно теорией империализма и территориальной экспансии. Вплоть до промышленной революции в условиях господства традиционной технологии и низкой производительности труда в сельском хозяйстве и промышленности то или иное государство могло увеличить свои богатство, мощь и власть путем установления контроля над чужими территориями или завоевав другие страны и народы.

Фактически мощь и богатство государства во многом определялись размерами контролируемой им территории. По-видимому, основные постулаты традиционной геополитики, в первую очередь географический детерминизм, в той или иной форме применимы к реальностям евро-(западно-)центристского мира. И то с некоторыми существенными оговорками.

Что касается современного мира, особенно начиная с конца второй мировой войны, эти принципы безнадежно устарели. Помимо всех прочих аспектов, которые подробно проанализированы в учебнике, необходимо учесть, что условия среды, географическое расположение, которые несомненно оказывали существенное влияние на исторические судьбы и характер народов и стран, со временем изменялись, изменялась и их общественно-историческая роль. Как писал еще Р. Элизе в 1889 г., «океаны, которые являются в наше время орудием международного единения и путем торговых и идейных сношений, некогда вселяли в человечество только чувство ужаса и служили средством разъединения народов».

То же самое можно сказать о дальних расстояниях, преодоление которых стало просто рутинным делом с изобретением и широкомасштабным внедрением новейших средств транспорта, таких как сверхскоростная авиация, ракетная техника, способная доставить в любую точку земного шара оружие массового уничтожения. Очевидно, что влияние географического расположения на геополитику государства не может быть столь фатальным в современную эпоху информационных технологий и новейших средств транспорта и коммуникации, как это было в период преобладания аграрного хозяйства и гужевого транспорта.

В современном же мире, если даже теоретически допустить правомерность подхода старой геополитики, географические и пространственно-территориальные факторы мирового сообщества и соответственно отдельно взятых стран и народов в их отношениях друг с другом подверглись радикальной трансформации. Более того, научно-технический прогресс второй половины ХХ в. имеет своим результатом качественную модификацию самих географических факторов функционирования и развития обществ. При этом не совсем корректным представляется то, что нередко понятия «пространство» и «территория» используются как синонимы. Дело в том, что в современном мире реальное значение приобретают различные формы пространства. Наряду с территориальным (водным, воздушным) пространством, обладающим четко осязаемыми физико-географическими характеристиками, можно говорить о пространствах экономическом, культурно-цивилизационном, информационном и т.д., которые оказывают влияние как на характер и направленность мировых процессов, так и на политическую стратегию каждого отдельно взятого государства. Очевидно, что в определении реального статуса того или иного государства увеличивается значение многополярности миропорядка, многофакторности и динамичности происходящих в нем процессов.

Все это свидетельствует о том, что назрела необходимость радикального пересмотра фундаментальных и методологических принципов изучения современного мирового сообщества. В качестве одного из способов решения данной проблемы предлагается по-новому интерпретировать префикс гео- в термине «геополитика»: не как картографическое измерение международно-политических реальностей, а как понимание мирового сообщества в виде единой «завершенной» системы в масштабах всей планеты. Раскрытие этой новизны и «завершенности» и составляет основное содержание последующих глав учебника

< Назад   Вперед >
Содержание