ГОТОВЫЕ ДИПЛОМНЫЕ РАБОТЫ, КУРСОВЫЕ РАБОТЫ, ДИССЕРТАЦИИ И РЕФЕРАТЫ
Типы социальной памяти в культуре | |
Автор | ошибка |
Вуз (город) | СибГАУ |
Количество страниц | 19 |
Год сдачи | 2008 |
Стоимость (руб.) | 500 |
Содержание | Содержание
Введение………………………………………………………………….3 1. Социальная память: понятие проблемы перспективы……………...5 2. Виды социальной памяти в культуре……………………………….11 3. От пространства памяти к памятным местам: социальная память в ситуации кризиса в культуре………………………………………………….13 Заключение………………………………………………………………17 Литература……………………………………………………………….18 Введение Процессы информатизации и глобализации, получающие все большее и большее распространение во всем мире, оказывают влияние на все сферы человеческой жизни – от культуры до экономики. С точки зрения социальной философии, одним из наиболее значительных последствий этих процессов является кардинальное изменение социальной идентичности, которая трансформируется в соответствии с кризисом традиционных социальных субъектов и выходом на политическую арену новых участников исторического процесса – социальных и политических образований. Резкое ускорение преобразований, изменение самих механизмов социализации и приобщения индивида к социальным ценностям делают особенно актуальной проблему отношений человека и культуры, к которой он принадлежит, со своим прошлым. Ничто в современном мире не устаревает так быстро как знания, поэтому разрыв, который создается между личным опытом человека и социальной памятью предшествующих поколений, заставляет по-новому переосмысливать прошлое, искать новые стратегии его присвоения и освоения. Традиционные подходы к социальной памяти, разрабатывавшиеся в рамках неклассической парадигмы социальной философии, сосредотачивали свое внимание на отдельных культурных объектах, социальных группах, либо на обществе в целом, утверждая определенную гомогенность социальной памяти, ее возможность делать людей равными путем приобщения к общему запасу культурных, исторических и социальных знаний. Объектом исследования является социальная память как универсальный социальный феномен, обладающий набором специфических характеристик (типологией) применимых к культуре. Предмет исследования Предметом исследования являются характерные черты типов социальной памяти в культуре. Основная цель и задачи исследования Основной целью исследования является выявление топологической структуры социальной памяти и рассмотрение современных способов конструирования социальной памяти в культуре. Исходя из подобной цели исследования, выделяются следующие задачи: 1. Исследовать существующих социально-философских подходов к социальной памяти и ее типов в культуре. 2. Сформулировать топологический подход к социальной памяти, базирующийся на принципах топологизма, плюрализма и конструктивизма. 3. Вычлененить социокультурные и теоретические предпосылки формирования нового понимания социальной памяти. Методологические основания исследования Характер рассматриваемой проблемы обуславливает необходимость методологического синтеза. В первой главе используются ретроспективно-исторический и компаративистский подход, что вызвано задачей определения универсальных характеристик социальной памяти в рамках классической и неклассической парадигм социального познания, а также необходимостью целостного видения исследуемого феномена с позиций постнеклассического подхода. 1. Социальная память: понятие проблемы перспективы Проблема социальной памяти затрагивает весьма широкий круг исследований, в рамках которых рассматриваются отдельные аспекты этой темы. Изначально социальная память являлась объектом дисциплинарных исследований, что наложило отпечаток на специфику ее понимания в современных гуманитарных науках, обусловив многообразие подходов и способов изучения. Социология обращается к социальной памяти через призму прикладных социологических исследований – тестов, опросов, фокус-групп, ограничиваясь, как правило, анализом места в социальной памяти отдельных исторических событий или персонажей. Социальная психология рассматривает социальную память через призму психологических особенностей отражения в индивидуальной памяти социальных явлений. В исторической науке исследуются закономерности сохранения в памяти событий прошлого, обращение к ним в результате политических интриг или потребности в социальном самоопределении отдельных групп и слоев населения . В культурологии проблема социальной памяти первоначально оказалась заявлена в скрытом виде. Платон и Аристотель подчеркивали внеиндивидуальный характер памяти, апеллируя при этом к внешним источникам запоминания и актуализации воспоминаний. Августин вскрывает связь памяти с временем, акцентируя внимание на их противоположной направленности. Д. Локк выдвигает предположение, что именно воспоминания являются основой как личной, так и социальной идентичности, что позволяет рассматривать память не только как способность человеческого сознания, но и в качестве важного элемента духовной жизни общества. Бергсон рассматривает существование двух типов памяти – привычки и непроизвольного воспоминания, из чего выводит такую важную функцию памяти как обеспечение существования прошлого в настоящем, делая, тем самым, шаг к пониманию важности воспоминаний для нормального функционирования общества и человека в настоящем. В культурологическом исследовании социальной памяти можно выделить несколько основных подходов. Первым по времени возникновения следует считать функциональный подход, который, избирая в качестве объекта исследования определенную социальную группу (коллектив), сосредотачивает свое внимание на той интеграционной функции, которая выполняет коллективная память в этой группе. Наличие общих воспоминаний позволяет обеспечить единство коллектива, придает ему необходимую устойчивость и осознание собственной целостности. Наиболее значительными представителями функционального подхода являются Э. Дюркгейм, М. Хальбвакс, М. Мосс. Феноменологический подход, заявленный в работах Э. Гуссерля, А. Шюца, П. Рикера, П. Бергера, Т. Лукмана, Г. Люббе, направлен на установление соответствия между запасом социальных воспоминаний и жизненным миром человека. Индивид, вступая в непосредственное взаимодействие с другими людьми, образует, тем самым, общие воспоминания, которые имеют социальный характер, поскольку присутствуют у всех представителей малой социальной группы, создавая условия для успешного продолжения коммуникации. Вместе с тем, индивидуальный запас воспоминаний отдельного человека представляет собой уникальную совокупность воспоминаний, отсылающих к различным социальным группам, в которые индивид оказывается включен в своей повседневной деятельности. Принципиально иное понимание социальной памяти было сформулировано в рамках информационного подхода, наиболее яркими представителями которого были В. Г. Афанасьев, В. А. Колеватов, Я. К. Ребане, В. Б. Устьянцев, А. С. Уйбо. Исходя из трактовки социальной памяти в качестве ретроспективного типа социальной информации, сторонники этого направления исследований сосредоточили свое внимание на изучении механизмов передачи информации и их связи с культурными изменениями. Особый упор делался на исследовании социальных институтов, с помощью которых знания о прошлом продолжают успешно транслироваться от поколения к поколению – музеи, библиотеки, архивы и т.д. В рамках саратовской школы (В. Б. Устьянцев, О. Ю. Рыбаков, В. Б. Самсонов, И. А. Ромащенко, В. П. Барышков, А. Ю. Шеховцев) была предпринята попытка сбалансированного рассмотрения социальной памяти в многообразии всех составляющих его элементов: институционального, информационного и ценностно-деятельностного . Культурно-семиотический подход, представленный работами Ю. М. Лотмана, Я. Ассмана, О. Г. Эксле, Й. Рюзена, рассматривал социальную память в ее культурном измерении, через отношение к средствам массовой коммуникации, исторически изменчивым и, соответственно, формирующим различные типы представлений о прошлом. На протяжении истории общества сменялись различные типы коммуникации: на смену устной коммуникации в традиционном обществе пришла письменная коммуникация в обществе современного типа. Именно поэтому культурная память, согласно теоретикам этого подхода, имеет текстовую природу и является сочетанием двух базовых элементов: канонических текстов и способов их декодирования, позволяющих обеспечить актуальность этих текстов вне зависимости от стадии общественного развития. |
Список литературы | 1. Арон Р. Этапы развития социологической мысли. — М., 1993.
2. Бердяев H.A. Философия творчества, культуры и искусства (глава «О культу¬ре»). - М, 1994. 3. Боголюбова Е.В. Культура и общество. — М., 1978. 4. Гердер И.Г. Идеи к философии истории человечества.— М., 1977. 5. Дюркгейм Э. О разделении общественного труда. Метод в социологии. — М., 1990. 6. Додольцев Р.Д. Концепция культуры 3. Фрейда. — M 1989. 7. Иконникова С.Н. История культурологии: Идеи и судьбы. — СПб., 1996. 8. История буржуазной социологии XIX — начала XX в. — М., 1979. 9. История немарксистской социологии в западной Европе и США. — М., 1991. 10. Кассирер Э. Опыт о человеке. — M 1993. 11. Культура: Теории и проблемы/Под ред. Т.Ф. Кузнецовой. — М., 1995. 12. Культурология. XX век. — М., 1995. 13. Малиновский Б. Научная теория культуры // Вопросы философии, № 2. 14. Манхейм К. Диагноз нашего времени. — М., 1994. 15. На переломе. Философские дискуссии 20-х гг. — М., 1990. 16. Осипова Е.В. Социология Эмиля Дюркгейма. — M 1977. 17. Психоанализ и культура. — М., 1995. 18. Самопознание европейской культуры XX в. — М., 1991. 19. Современная американская социология. — М., 1994. 20. Сорокин П.А. Социологические теории современности. — М., 1993. 21. Сорокин П.А. Человек, цивилизация, общество. — М., 1992. 22. Токарев Э.Б. История зарубежной этнографии. — М., 1978. 23. Тэйлор Э.Б. Первобытная культура. — М., 1989. 24. Тэн И. Чтения об искусстве. СПб., 1912. 25. Тэн И. Философия искусства. — М., 1997. 26. Фрейд 3. Будущее одной иллюзии // Сумерки богов. — M 1992. 27. Фрейд 3. Психоанализ. Религия. Культура. — М., 1992. 28. Фромм 3. Душа человека. — М., 1993. 29. Юнг К. Архетип и символ. — М., 1991. |
Выдержка из работы | 2. Виды социальной памяти в культуре
Применение топологического подхода к исследованию социальной памяти в культуре заключается в кардинальной смене методологических установок и формулированию трех базовых принципов, позволяющих сформулировать постнеклассическое понимание данного феномена: плюрализма, конструктивизма и топологизма. Принцип плюрализма заключается в констатации того факта, что социальная память приобретает фрагментарный и децентрализованный характер, не позволяющий говорить о безоговорочном приоритете какого-либо социального субъекта на упорядоченную совокупность представлений о прошлом. Конструктивизм подчеркивает отсутствие субстанциального начала в феномене социальной памяти в культуре и, соответственно, ее постоянное изменение в соответствии с изменением потребностей социальных субъектов. Кризис исторической репрезентации в культуре приводит к концептуализации принципа топологизма, согласно которому социальная память теряет свое временное измерение, следовательно, наиболее адекватным способом происходящих в ее составе изменений являются пространственные характеристики. Социокультурным основанием подобной смены методологических ориентаций являются процессы глобализации и информатизации, следствием которых становится фрагментаризация пространства социальной памяти. Конфигурация социального пространства, основными агентами которого выступали национальные государства, подвергается кардинальным переменам, поскольку большое значение приобретают, наряду с государствами, транснациональные корпорации, которые формируют свой тип социальной памяти. Сохранение имеющихся структур социальной памяти и появление новых способов репрезентации прошлого приводят к образованию нелинейного и многополярного пространству социальной памяти, различие между уровнями которого служит основой эскалации социальных конфликтов. Следствием изложенных социальных тенденций является то обстоятельство, что деконструкции подвергается и тот запас знаний о прошлом, который легитимировал существование свойственных индустриальному обществу социальных субъектов. Отдельный индивид получает доступ к различным уровням пространства социальной памяти, что может вести как к дезориентации и потере укорененности, так и к выстраиванию собственной культурной и исторической идентичности на основе самостоятельного выбора, в основе которого лежат не запрограммированные стереотипы поведения, а реалии современного общественного и культурного развития. Социальная память становится конструктом, конфигурирующим разрозненные топосы пространства социальной памяти и функционально служащим для обеспечения устойчивой идентичности того или иного создающегося сообщества. В качестве наиболее распространенного способа конструирования социальной памяти в культуре можно говорить о коммеморативных практиках, представляющих собой устойчивые способы репрезентации исторического прошлого, призванные подчеркнуть значимость прошлого для современного состояния культуры. Разумеется, подобные практики существовали и в предшествующих типах общественного устройства, но их активизация в современную эпоху оказывается связана с изменением механизмов коммуникации. Усиление воздействия коммеморативных практик осуществляется в настоящее время в связи с увеличением роли средств массовой информации: на смену манифестациям и праздничным шествиям приходят телевизионные шоу, формирующие определенный образ прошлого у глобальной аудитории. 3. От пространства памяти к памятным местам: социальная память в ситуации кризиса в культуре По мнению автора, основной функцией социальной памяти является самоидентификация определенного сообщества через подчеркивание его отличий от остальных сообществ и преуменьшение возможных разногласий внутри него самого. Существование определенной репрезентации прошлого оказывается возможным только в силу заинтересованности той или иной социальной группы в пролонгировании своего существования в исторической ретроспективе, поскольку только такая идентификация позволяет создать устойчивый критерий отделения «своих» от «чужих». Как только память отдельного сообщества получает необходимые условия для фиксации (традиция заучивания сакральных текстов в иудаизме или закрепление базисного набора сведений в форме школьной программы), то можно говорить о том, что происходит историзация памяти, ее превращение в текст. Надежные способы фиксации памяти (например, каменные скрижали) могут пережить даже сообщество, в котором этот тип памяти функционировал, становясь с течением времени предметом профессиональных исторических исследований. В противном случае, социальная память может исчезнуть, не оставив после себя никаких следов, кроме отдельных фрагментов, сохраняемых в качестве сакрального знания, не поддающегося верификации именно в силу своей чужеродности последующей культурной традиции. В качестве основных социальных процессов, определяющих алгоритм изменения социальной памяти в современном обществе, в данном диссертационном исследовании рассматриваются процессы информатизации и глобализации, поскольку именно они определяют распад традиционных социальных субъектов и возникновение усложненной картины социального пространства. В процессе глобализации, имеющей экономическую подоплеку, на смену государствам в качестве агентов социального пространства приходят транснациональные корпорации, лишенные жесткой привязки к определенной географической территории, национальным особенностям и культурным навыкам, что приводит к наложению контуров различных социальных групп в пространстве социальной памяти. Кризис национальных государств под давлением процессов информатизации и глобализации вызывает к жизни необходимость пересмотра и того типа памяти, который концентрировался вокруг истории отдельного государства и вдохновлялся национальными ценностями. На смену национальной памяти постепенно приходит память единого мирового сообщества или тех социальных институтов, которые принимают на себя функцию репрезентации мирового сообщества в определенных сферах человеческой деятельности (ООН, НАТО и др.) . Связывание всего мирового населения с помощью информационных сетей (символом и олицетворением которых можно считать глобальную информационную сеть Интернет) приводит к возможности создания сообществ, объединенных не государственной принадлежностью или локализацией местопребывания, но исключительно собственными культурными или политическими (в смысле выбора стратегии глобального развития, а не конкретных партий) предпочтениями. В этом смысле интересно то, что информация, потенциально являющаяся залогом создания глобального информационного пространства, свободного от влияния национальных или политических идеологий, выступает одновременно и как ресурс, обладание которым является условием доступа к власти. Информационные коммуникации становятся, прежде всего, транслятором ценностей определенных, экономически влиятельных группировок, что и позволяет многим антиглобалистам и даже прозападно настроенным политологам говорить о глобализации как в большей степени о вестернизации. Следствием изложенных социальных тенденций является то обстоятельство, что деконструкции подвергается и тот запас знаний о прошлом, который легитимировал существование свойственных индустриальному обществу социальных субъектов. Национальная история становится рудиментарным образованием, которое является источником постоянно возникающих конфликтов между различными государствами или в пределах одного государства. |