В то время, когда в литературе утверждались футуризм, символизм, акмеизм и другие «-измы», в русской словесности во весь голос заявил о себе поэт, который не примыкал ни к одному из литературных объединений и союзов. Это была Марина Цветаева.

Она пришла в этот мир 26 сентября (8 октября) 1892 года. в Москве в день Иоанна Богослова:

Красною кистью, Рябина зажглась. Падали листья. Я родилась. Спорили сотни Колоколов. День был субботний: Иоанн Богослов…

Отец будущей поэтессы Иван Владимирович Цветаев был профессором искусствоведения Киевского, а затем Московского университета, основателем первого в России музея изящных искусств, мать Мария Александровна, в девичестве Мейн,— талантливой пианисткой. Именно она значительно повлияла на формирование личности своей дочери. Мария Александровна учила детей музыке, языкам, прививала интерес к истории и литературе. Будучи родом из немецко-польской семьи, она уделяла большое внимание знакомству детей не только с русской, но и с зарубежной культурой. Детство Марины, как и её брата и двух сестёр, прошло в мире легенд и сказок, прекрасной музыки и живописи. Об этом времени своей жизни юная Цветаева позднее напишет:

О золотые времена, Где взор смелей и сердце чище! О золотые имена: Гекк Финн, Том Сойер, Принц и Нищий!                 («Книги в красном переплёте…»)

Золотые времена семьи Цветаевых закончились в 1906 г., когда ещё совсем молодая Мария Александровна умерла от чахотки. Марине пришлось быстро повзрослеть и устраивать свою жизнь самостоятельно. Уже в 1910 г. она дебютировала в литературе книгой стихов «Вечерний альбом», которую заметили такие именитые литераторы, как В.Брюсов и М.Волошин. А Н.Гумилёв писал: «Многое ново в этой книге: нова смелая (иногда чрезмерно) интимность; новы темы, например, детская влюблённость; новы непосредственное, безумное любование пустяками жизни… Здесь инстинктивно угаданы все главнейшие законы поэзии, так что эта книга— не только милая книга девических признаний, но и книга прекрасных стихов».

С тех пор прекрасные стихи стали судьбой Марины Цветаевой. Их рождению во многом способствовало знакомство с такими творческими личностями, как Максимилиан Волошин и Сергей Эфрон. С первым её связывали дружеские отношения, второй в 1912 г. стал её мужем. Восхищаясь рыцарскими качествами своего избранника, М.Цветаева посвятила ему многие лирические строки. Среди них и знаменитое стихо­творение «Генералам двенадцатого года» (1913), впослед­ствии прозвучавшее прекрасным романсом:

Вы, чьи широкие шинели Напоминали паруса, Чьи шпоры весело звенели И голоса. И чьи глаза, как бриллианты, На сердце вырезали след — Очаровательные франты Минувших лет. Одним ожесточеньем воли Вы брали сердце и скалу, — Цари на каждом бранном поле И на балу…

Жизнь новобрачных поначалу складывалась счастливо: свадебное путешествие в Париж, достойное наследство, по­зволяющее реализовывать творческие планы, и громадьё этих самых планов, поступление С.Эфрона на историко-филологический факультет Московского университета, незабываемые встречи с М.Волошиным в солнечном Коктебеле. В 1912 г. вышла вторая книга Цветаевой «Волшебный фонарь». И хотя тиражи первых сборников не разлетались так, как хотелось бы их автору, М.Цветаева верила в своё поэтическое будущее:

Моим стихам, написанным так рано, Что и не знала я, что я— поэт, Сорвавшимся, как брызги из фонтана, Как искры из ракет, Ворвавшимся, как маленькие черти, В святилище, где сон и фимиам, Моим стихам о юности и смерти, —Нечитанным стихам! – Разбросанным в пыли по магазинам (Где их никто не брал и не берёт!), Моим стихам, как драгоценным винам, Настанет свой черёд.

Молодые супруги воспитывали дочь Ариадну, мечтали о литературных успехах, но в их жизненные и творческие планы неожиданным и страшным вихрем ворвались политические события. Первым тревожным сигналом, свидетельствовавшим об окончании былой безоблачной жизни, стал призыв С.Эфрона в 1915 г. в армию. Но самое страшное для семьи связано с Октябрьской революцией 1917 г. Будучи к тому времени офицером, С.Эфрон вступает в ряды Добровольческой армии и отправляется на борьбу с большевизмом. Марина Цветаева на тот момент уже с двумя дочерьми остаётся в голодной и растерзанной политическими страстями Москве. Ей, жене белого офицера, приходится не только тащить на своих хрупких плечах бытовые проблемы, но и жить в постоянной тревоге за свою судьбу, судьбы мужа и детей. Самым страшным ударом стала смерть от голода в 1920 г. младшей дочери— двухлетней Ирины. Едва удалось спасти Ариадну. Вот как о роковых изменениях в жизни поэтессы пишет П.Е.Фокин: «Биография Цветаевой разрублена тяжёлым топором русской революции на две половины. Они зеркально отражаются друг в друге. До революции жизнь шла естественным чередом, со своими радостями и заботами, удачами и потерями— “в руце Божией”. После— всё перевернулось вверх дном, начался сплошной “дьяволов водевиль”.

Казалось, всё вокруг рушится, но в этом аду не рушился мир поэзии Цветаевой. К ней, как и в прежние времена, приходят стихи:

Стихи растут, как звёзды и как розы, Как красота— ненужная в семье. А на венцы и на апофеозы — Один ответ: «Откуда мне сие?» Мы спим— и вот, сквозь каменные плиты, Небесный гость в четыре лепестка. О мир, пойми! Певцом— во сне— открыты Закон звезды и формула цветка.                                                 (14 августа 1918 г.)

Многие из поэтических строк Цветаевой, как и прежде, мысленно обращены к её прекрасному рыцарю— Сергею Эфрону. Только теперь он не был рядом, о его судьбе она ничего не знала. Написанные в те годы произведения составили поэтические циклы «Лебединый стан» и «Разлука».

Летом 1921 г. М.Цветаева наконец-то получает «благую весть» от мужа, из которой узнаёт, что он вынужден эми­грировать в Прагу. Поэтесса, преодолевая множество препят­ствий, в мае 1922 года покидает Советскую Россию. Но эми­грация не возвратила М.Цветаевой отобранного революцией счастья. Вместо ожидаемой радости воссоединения семьи в её жизнь вторглись бесконечные мытарства по Германии, Чехии, Франции, безнадёжная безработица, ещё более мучительная нищета. Ко всему этому прибавилась жгучая тоска по родине. Вот только некоторые свидетельства из многочисленных писем М.Цветаевой того времени: «Жизнь мало чем отличается от московской, бытовая её часть,— пожалуй, даже бедней!..», «Удушены долгами…», «…Пробую жить как все, но плохо удаётся, что-то грызёт…». Несмотря на всё это, М.Цветаева не прекращала писать. Отмечая необыкновенную работоспособность матери, Ариадна рассказывала: «Глохла и слепла ко всему, что не рукопись, в которую буквально впивалась— остриём мысли и пера… Работе умела подчинять любые обстоятельства, настаиваю, любые. Талант трудоспособности и внутренней организованности был у неё равен поэтическому дару». На чужбине рождаются поэмы «Поэма Горы», «Поэма Конца», «Крысолов», «Лестница», а также стихотворения, вошедшие в циклы «Земные приметы», «Деревья», «Стихи к Пушкину», «Стихи к Чехии» и другие. Здесь она возвращается к драматургии (первые пьесы были написаны ещё в 1918–1919 годах). Разрабатывая свою излюбленную тему Рока, обращается к античным мотивам (трагедии «Ариадна», «Федра»). В эмигрантский период своей жизни Цветаева начинает писать прозу (цикл мемуарных очерков, серию литературных портретов, эссе, лирическую документалистику).

Тем временем поэтессу в который раз ждали печальные изменения в её судьбе. Живя вдали от родины, бывший белый офицер С.Эфрон разочаровался в былых взглядах и, ощущая свою ненужность в чужой стране, решил возвратиться в Россию. Путь домой лежал через сотрудничество с совет­скими спецслужбами— Сергей Яковлевич стал тайным агентом НКВД. В связи с провалом секретной операции в 1937 году он вынужден был спешно выехать в СССР.Вскоре на родину вернулась и увлечённая идеями отца Ариадна. Она, как и многие, кто в те времена возвращался в Россию, не знала, что едет в мир сталинских репрессий, а свято верила в светлое будущее молодой страны. Мечтая о воссоединении семьи, 12 июня 1939 г. в СССР вместе с сыном приехала Марина Цветаева. Эти возвращения сыграли роковую роль в судьбе всей семьи. В 1939 г. по подозрению в шпионаже была арестована 27-летняя Ариадна, вскоре и С.Эфрон. Цветаева не знала о том, что мужа расстреляют в октябре 1941 года, дочь проведёт 8 лет в исправительно-трудовых лагерях, а после освобождения будет приговорена к пожизненной ссылке в Красноярский край. Она не знала, но, видимо, многое предчувствовала. А пока опять, как недавно на чужбине, осталась одна с сыном, фактически без работы. Только здесь, на родине, ещё и в статусе неблагонадёжной, подозреваемой. И на этот раз муза поэзии покинула её, стихи, «как звёзды и как розы» уже практически не росли в измученном сознании. В это время М.Цветаева занималась в основном переводами, в частности работала над стихотворениями испанского поэта Федерико Гарсиа Лорки, встреча с творчеством которого у вас впереди. С началом войны в 1941 г. поэтессу против её воли отправили в эвакуацию.

Вот как пишет о последнем периоде жизни великой мученицы известная исследовательница её биографии и творчества А.Саакянц: «Война забросила Цветаеву с сыном в далёкую, глухую Елабугу на Каме. И здесь, у последней черты, все чув­ства Марины Ивановны достигли своего абсолюта. Тоска полнейшего одиночества и заброшенности; предстоящие впереди мрак и зима в глуши; трагическое ощущение собственной ненужности и беспомощности; паралич воли, страх за сына, которого она невольно втягивала в лабиринт отчаяния и безнадёжности… 31 августа 1941 года Марина Ивановна Цветаева покончила с собой.

Она ушла из жизни, когда в ней погасли остатки последней энергии. Жизнь задувала этот огонь со всех сторон…

Смерть Поэта тоже входит в его бытие. А его бытие принад­лежит Будущему.

Это Будущее уже наступило. Творчеству Марины Цветаевой настал черёд…».