Художественные особенности комедии «Горе от ума» А. С. Грибоедова

Художественная форма пьесы, созданной Грибоедовым, была очень необычна и непривычна для его современников, поскольку сочетала в себе традиционные и но­ваторские элементы. Комедия «Горе от ума», как никакое другое произведение, соединила в себе черты, которые были свойственны и сопротивлявшемуся новым веяниям классицизму, и бурно наби­рающему силы романтизму, и делающему первые шаги реализму. В этом смысле «Горе от ума» остается одним из самых уникальных художественных созданий начала XIX века в русской литературе.

Драматургу приходилось считаться с требованиями классицизма, которые продолжали господствовать на русской сцене, а потому в комедии сохраняются некоторые его черты. Главное из них — со­блюдение принципа трех единств: времени, места и действия. Гри­боедов действительно сохранил единства времени (действие комедии происходит в течение одного дня) и места (все действие протекает в доме Фамусова), однако требование единства действия оказалось на­рушенным, так как в пьесе существует два конфликта — обществен­ный и личный — и соответственно две сюжетные линии.

В комедии также сохранились черты традиционного «любовного треугольника» и связанной с ним системы амплуа, но изменения, внесенные в эти устоявшиеся формы Грибоедовым, столь сущест­венны, что позволяют говорить, скорее, об их разрушении. То же касается и использования «говорящих фамилий»: хотя формально они сохранились (Скалозуб, Молчалин, Репетилов, Тугоуховский), но не определяют полностью, как в классицизме, характер персо­нажа, поскольку он является подлинным реалистическим типом и не исчерпывается одной чертой.

Таким образом, в рамки традиционной «высокой комедии» класси­цизма Грибоедов включает то, что характерно для произведений реа­листического направления — изображение типических героев в типи­ческих обстоятельствах. «Характеры и редкая картина нравов», по выражению Пушкина, были порой пугающе достоверными. В то же время Чацкому противостоят не Фамусов, Молчалин или Скалозуб, а весь «минувший век», сатирически изображенный Грибоедовым. Вот почему здесь так много эпизодических и внесценических персонажей, позволяющих расширить рамки социального конфликта.

Реализм сказывается также в неоднозначном отношении автора к своему герою. Чацкий — вовсе не идеальный образ, это реальный человек с присущими ему достоинствами и недостатками. Часто в нем сказывается романтическое безрассудство — он бросается в борьбу со всем фамусовским обществом, находясь там в абсолютном одиночестве и, почти до конца действия пьесы, не замечает, что его вовсе не хотят слушать. Чацкий «чувствителен, и весел, и остер», но он же поражает нелепостью поведения, неуместностью некоторых словесных выпадов, что создает комический эффект. Часто оказы­ваются смешны и другие персонажи, попадающие в комические си­туации. А потому можно утверждать, что не смотря на несколько трагедийное звучание финала пьесы, перед нами, как отмечал Гончаров, «и картина нравов, и галерея живых типов, и вечно ост­рая, жгучая сатира, и вместе с тем комедия, и… больше всего коме­дия — какая едва ли найдется в других литературах».

Новаторству в области жанра, композиции, системы образов и изображения персонажей соответствовало и новаторство языкового стиля. Об этом писал еще Белинский, отмечая, что, во-первых, ко­медия Грибоедова была написана «не шестистопными ямбами», как полагалось в высокой комедии, а «вольными стихами, как до того писались только басни». «Вольный стих» «Горя от ума» подготавли­вал переход русской драматургии к прозаическому реалистическо­му языку, языку гоголевского «Ревизора».

Во-вторых, комедия была написана «не книжным языком, кото­рым никто не говорил, а живым, легким разговорным русским язы­ком». Такой язык давал возможность создавать подлинно реали­стические типы героев пьесы. Каждый из них говорит своим, присущим только ему языком. Например, язык Фамусова выдер­жан в «старинном стиле» и содержит много элементов народной ре­чи, архаизмов (едал, вдругорядь, испужал). Речь Чацкого литера­турная, книжная, с включением ораторских приемов («Где? укажите нам, отечества отцы, которых мы должны принять за об­разцы?»), порой эмоционально-лирическая (в разговорах с Софьей), порой сатирически-обличительная. Молчалина отличает лаконизм, точность чиновника, характерные обороты с прибавлением частицы «-с», выражающие почтение перед вышестоящими. Скалозуб груб, прямолинеен, в речи его много солдафонских выражений, а стиль ее похож на военные приказы («дистанции огромного размера»).

В-третьих, «каждое слово комедии Грибоедова поражало быстро­тою ума, и почти каждый стих в ней превращался в пословицу или поговорку». Об этом же писал и Пушкин: «О стихах я не говорю, по­ловина должна войти в пословицу». Время подтвердило эти оценки. Немало выражений из «Горя от ума» стало сейчас восприниматься как пословицы и поговорки: «счастливые часов не наблюдают», «свежо предание, а верится с трудом», «блажен кто верует, тепло ему на свете» и многие другие.

Таким образом, ритмическая гибкость грибоедовского текста в сочетании с естественностью разговорной речи стала ярчайшим об­разцом поэтического реализма и во многом определила дальней­шее развитие русской реалистической драматургии.