Исторические свидетельства о походе князя Игоря

Сюжетную основу «Слова о полку Игореве» составляют подлинные исторические события: неудачный поход Новгород-Северского князя Игоря Святославовича против степных кочевников половцев весной 1185 года, который закончился страшным поражением русских войск и пленением князя Игоря.

Открывает «Слово» вступление, в котором автор опреде­ляет свою задачу: в отличие от легендарного древнерусского певца-сказителя Бояна, он не собирается восхвалять подвиги князей, а хочет «по былинам сего времени», то есть следуя ис­торической правде, рассказать о подлинных событиях недав­него прошлого. Для того чтобы установить, насколько точно автор отражает исторические факты, рассмотрим, что нам из­вестно из исторических источников об этом событии.

Сохранилось два летописных рассказа о походе князя Игоря. Один из них — более подробный — включен в Ипатьевскую летопись. Другой, рассказывающий в краткой форме о трагических событиях похода на половцев князя Иго­ря, содержится в Лаврентьевской летописи. На основании этих двух источников ученым удалось достаточно точно ре­конструировать подлинные исторические факты

Походу князя Игоря предшествовал другой, в котором объединенные силы русского войска возглавил Киевский князь Святослав Всеволодович. Он состоялся в 1184 году оказался очень успешным: половцы, объединенные ханом Кобяком, были разбиты, сам хан, как и многие его воины, был взят в плен, также были захвачены военные машины, а пленные русские князья освобождены. Но Новгород-Северский князь Игорь, находившийся в феодальном подчинении у сво­его двоюродного брата князя Святослава Киевского, не при­нял участия в этом походе. Причиной тому явились погодные условия: поход начался весной, когда вокруг еще лежал лед, и конница князя Игоря не успела вовремя присоединиться к объединенному войск) русских. Честолюбивый князь Игорь тяжело переживал свою неудачу и хотел доказать всем, что он сам и его воины — это тоже «храбрые русичи», как их называет автор «Слова». Тогда у него созрел дерзкий план: едино­лично «поискать славы» и отправиться в поход на половцев. Таковы исторические факты, предшествовавшие походу героя «Слова».

Благодаря указанию на то, что во время похода князя Иго­ря произошло солнечное затмение, мы можем абсолютно точ­но датировать момент выступления русской дружины: 23 ап­реля 1185 года, во вторник. Насчет союзников князя Игоря в этом походе у исследователей нет такого единодушия. Точно известно, что вместе с князем Игорем вышли войска его сына Владимира Путивльского, племянника князя Святослава Ольговича Рыльского и дружины, присланные от Ярослава Всево­лодовича Черниговского во главе с Ольстином Олексичем, присоединившиеся по дороге. Солнечное затмение застигло их у берегов Донца 1 мая, что считалось плохим предзнамено­ванием. Еще два дня у реки Оскола Игорь ждал своего брата Всеволода («буй-тура», как называет его автор «Слова»), ко­торый шел с войском из Курска.

Известный исследователь и переводчик «Слова» А. К. Югов утверждает, что в походе приняли участие галицкие дружины, комментируя строку «...не буря соколы занесе через поля широкая, галиции стады бежать к Дону Велико­му...». Выступая против ошибочного перевода «слетаются галки к Дону Великому» Югов ссылается на данные летопи­сей. В Лаврентьевской летописи под 1185 годом отмечен по­ход с галицкой помощью, а в Ипатьевской летописи указыва­ется, что участие галицких полков князя Ярослава, отца молодой жены князя Игоря Ефросинии Ярославны, в походах против половцев было обычным делом. Судя по данным лето­писей, на протяжении десятилетия, предшествующего походу князя Игоря, войска Ярослава Осмомысла, влиятельного князя богатых Галицких земель, непременно участвовали в походах, организованных против половцев Киевским князем. Историки установили также, что могущественный тесть князя Игоря по­сылал свои галицкие полки и для участия в Крестовых похо­дах. в частности в третьем крестовом походе против гурок султана Саладина. Галич в XII—XIII веках переживал пору эко­номического расцвета, а князь галицкий Ярослав Владимиро­вич был признан всеми окружающими его странами. Не слу­чайно именно он принимал у себя, по данным Ипатьевской летописи, византийского императора Андроника Комнина, а богатство и влиятельность этого князя выразительно характе­ризуются автором «Слова»: «Высоко сидишь на своем златокованом столе». Прозвище Осмомысл, данное галицкому князю Ярославу, свидетельствует о его мудрости (мудр за восьмерых). На основании приведенных сведении Югов дела­ет вывод: «Учтя все это, можно ли сомневаться, что и в походе его зятя Игоря участвовали галицкие полки Ярослава!».

От Оскола объединенные русские войска под предводи­тельством князя Игоря пошли к реке Сальнице, но расчет на неожиданное нападение не оправдался Русские «сторожа» донесли, что половцы готовы к бою, а потому князю Игорю пришлось поторопиться: он не стал останавливаться на ноч­лег, а вел войско всю ночь. На следующий день состоялась первая, победная для русских битва с половцами у реки Сюурлия. По свидетельству Ипатьевской летописи, русские захватили богатую добычу, в которой особую ценность пред­ставляли дорогие ткани — паволоки и оксамиты.

Там же сообщается, что на следующий день половецкие полки объединенными силами под предводительством ханов Гзака и Кончака двинулись на русское войско. Кончак Отрокович, постоянный противник русских, не раз ходивший по­ходами на русские земли, шел навстречу войску князя Игоря впереди Гзака, указывая ему путь. Так оказалось, что против небольшого русского войска выступило намного превосхо­дящее по численности половецкое. Кроме того, половцы имели преимущество в расположении: битва обычно начина­лась издалека перестрелкой идущих впереди строя стрель­цов, а попутный ветер со стороны Азовского моря позволял стрелам половцев точнее достигать цели. Косвенно об этом говорится в «Слове», когда Ярославна в своем плаче упрека­ет ветер.

Согласно Ипатьевской летописи, битва началась утром в пятницу, длилась всю субботу и закончилась лишь в воскре­сенье, то есть она шла без перерыва больше двух суток! «И тако, во день святого воскресения шведе на ны плачь и во ве­селие место желю, на реце Каяты» (Ипатьевская летопись). Автор «Слова» неоднократно упоминает место битвы — на реке Каяле. Но ученые не смогли точно установить какая река в XII веке так называлась. Есть предположение, что это река Макатиха, которая находится недалеко от Торских озер. Но ход сражения и его страшные для русского войска последст­вия описанные автором «Слова», точно согласуются с дан­ными летописей.

Русские были окружены половцами плотным кольцом. Чтобы пробиться к Донцу, не разбивая войско, а двигаясь вме­сте, Игорь приказал конным спешиться. Воины были устав­шие, они страдали от жажды, многие кони пали, а среди бой­цов было не только много убитых, по и раненых, которым трудно было передвигаться. Сам князь Игорь был ранен в ру­ку, но оставался в строю. На рассвете в воскресенье дрогнули и обратились в бегство черниговские воины. Тогда князь Игорь смял шлем, чтобы они могли его узнать, но остановить бегство не смог. На обратном пути к твоему полку, изнемогая от раны, он был взят в плен половцами. Ипатьевская летопись описывает то, что во время своего пленения Игорь, уже свя­занный, видел, как отчаянно бьется его брат Всеволод, и хотел умереть, чтобы не видеть его гибели: «...проси души своей смерти, яко да бы не видел падения брата своего». Известно, что из всего русского войска спаслось только 15 человек, мно­гие утонули. В плен попали, кроме князя Игоря, его сын Вла­димир и тяжело ращенный в бою Всеволод.

Князя Игоря взял на поруки хан Кончак — ранее бывший союзником русского князя. Такие союзы между русскими князьями и кочевниками в ходе междоусобном борьбы были не редкостью. Не случайно в «Слове» хан Кончак и его воины названы «сватами». Из исторических источников известно, что дочь хана Кончака еще до похода 1185 года была просва­тана за сына князя Игоря. Уже в плену Владимир действи­тельно женился на Кончаковне, а потом в 1187 году вернулся из плена с молодой женой и ребенком и здесь был обвенчан по церковному обряду. Положение князя Игоря в плену тоже было не самым тяжелым: он пользовался относительной свобо­дой, мог, например, ездить на ястребиную охоту, ему оказы­вали почет и уважение, но тем не менее, его охраняли двадцать стражников, которые, впрочем, должны были испол­нять поручения князя и слушаться его.

В то же время князь Игорь не мог не понимать, насколько тяжелы для Руси в целом оказались последствия поражения его войска. Задолго до этого в 1106 году дед хана Кончака Шарукан потерпел жестокое поражение от Владимира Мономаха, и теперь Кончак наконец мог отомстить за это бессла­вие. Половцы отправились в поход на Русь но среди них не было согласия: Кончак хотел идти на Киев, а его союзник Гзак предлагал идти на реку Сейм. В результате войско раздели­лось, Гзак осадил Путивль, по не смог взять город, зато его войско разгромило Посемье. Кончак отправился к Переяславлю-Южному, осадил город, но затем был отбит. На обратном пути он захватил Римов, один из линии укрепленных русских городов на пограничной с Половецкой степью реке Суле.

Но на этом нашествия степных кочевников на русские земли не прекратились. В памятнике древнерусской литерату­ры нашло отражение в «золотом слове» Святослава реальное отношение Киевского князя к походу князя Игоря и его по­следствиям для Руси. Автор «Слова» вкладывает в уста Киев­ского князя упрек Игорю и Всеволоду в том, что они рано вы­ступили против половцев. Летописные источники помогают уточнить этот важнейший эпизод. Сам князь Святослав пла­нировал летом идти в поход на половцев на Дон, и занимался сбором своих воинов из северных владений. Он узнал о несо­гласованном с ним походе князя Игоря, когда направлялся в Новгород-Северский, что вызвало закономерное неудовольст­вие Киевского князя («не любо бысть ему»). Весть о пораже­нии русского войска дошла до Святослава, когда он подходил к Чернигову. Летопись свидетельствует, что Святослав при этом «глубоко вздохнул», «утер слезы» и сказал: «Дал ми Бог притомили поганыя, но не воздержавше юности отвориша во­рота па Русьскую землю...». Действительно, в результате по­ражения князь Игорь «отворил ворота» половцам на Русь, пе­речеркнув тем самым достигнутые за год до того в 1184 году успехи объединенных русских войск под предводительством Киевского князя Святослава.

Осознание этого сделало для князя Игоря пребывание в плену особенно мучительным, но он не сразу согласился на предложение о побеге, что значило в те времена бесславие. Обстоятельства сложились так, что Игорь все же был вынуж­ден бежать: до него дошли сведения о том, что половцы воз­вращающиеся от Переяславля, собираются убить всех русских пленных. Помощником Игоря стал один из половцев по имени Овлур, которого в летописи называют Лавр или Лавор. Рус­ский историк XVIII века В. Н. Татищев установил, что мать Лавра была русской, причем из мест, где правил князь Игорь. Видимо, такое происхождение вызывало подозрения со сто­роны половцев, хотя Овлур (Лавр) слыл храбрым воином. Но и князь Игорь не сразу стал доверять ему, хотя потом вынуж­ден был принять его помощь. Известно, что, вернувшись из плена, князь щедро отблагодарил своего помощника, сделав Лавра одним из своих приближенных и выдав за него дочь ты­сяцкого Рагуила.

Время для побега было выбрано не случайно вечером, на заходе солнца. Стражи, охранявшие князя Игоря, веселились и развлекались, думая, что пленник спит. Он же отправил своего конюшего к Лавру, передав чтобы тот ждал беглеца с конем на другой стороне реки. Так Игорю удалось незаметно уйти и, переплыв через реку, бежать. Именно так описывается побег князя Игоря в «Слове», при этом соответствие историческим фактам сочетается там с народно-поэтической образностью, характерной для сказок. Исторические источники свидетель­ствуют, что путь князя Игоря до пограничного города Донца занял 11 дней. Затем, побывав в своем Новгороде-Северском, князь отправляется в Чернигов и Киев, где его радостно встречают.

Автор «Слова», следуя основной художественной идее произведения о необходимости единения русских сил, не­сколько изменяет этот путь: у него князь Игорь сразу направ­ляется в Киев, где ему и его соратникам весь народ поет славу. Но, как мы убедились, рассматривая исторические источники и свидетельства о походе князя Игоря, в главном автор «Сло­ва» точно следует своему принципу: писать «по былинам сего времени».