Мы все глядим в Наполеоны (сочинение-памфлет)

В Гражданскую войну бойцы уходили воевать с песней о светлом будущем, в которой были такие слова: «Мы наш, мы новый мир построим: кто был ничем, тот станет всем». И «каждая кухарка у нас будет управлять госу­дарством» — лозунг того же порядка. Воодушевленный и обнадеженный, народ искренне верил в то, что является носителем неограниченной власти в своей стране, что каж­дый человек отныне — потенциальный Наполеон.

Но действительность оказалась куда более прозаичной. Новыми «наполеонами» оказались только Ленин и Сталин. Остальные лишь копировали их. Реальный режим, создан­ный новым «наполеоном» Лениным и усовершенствованный Сталиным, представлял собой систему без обратной свя­зи, напрочь лишенную способности к саморегулированию. Но эта система обнаружила огромную способность к само­развитию. Основным законом развития этой системы стал закон отрицательной селекции. Вследствие его действия на руководящие посты мог выдвинуться только человек, обладавший отрицательными моральными, интеллектуаль­ными и деловыми качествами.

Так постепенно возникла супердержава с ядерным ору­жием, спутниками и космическими ракетами, которой уп­равляли «наполеоны» и «наполеончики», с трудом читав­шие свои доклады по заранее подготовленной шпаргалке. На самом же деле они были обыкновенными мещанами — с мещанскими запросами и интересами. В своей книге воспо­минаний дочь Сталина С. Аллилуева, выданная замуж за сына Жданова, пишет: «В доме, куда я попала, я столкну­лась с сочетанием показной, формальной, ханжеской “партийности” с самым махровым “бабским” мещанством — сундуки, полные “добра”, безвкусная обстановка сплошь из вазочек, салфеточек, крошечных натюрмортов на стенах».

Это как в пьесе В. Маяковского «Клоп», где главный герой Пьер Скрипкин — бывший рабочий, партийный вы­движенец, ощутивший вкус земных радостей, говорит о себе: «Товарищ Баян, я против этого мещанского быту — канареек и прочего… Я человек с крупными запросами… Я зеркальным шкафом интересуюсь…».

И не только Жданов, но и остальные «наполеончи­ки» — соратники вождя народов — были людьми с круп­ными запросами.

Сам Сталин, по признанию его дочери, тоже получал дорогие подарки. Но он ими никогда не интересовался, а потому сдавал в музей. Он отличался от своих соратников тем, что был верным последователем Ленина и являлся человеком с крупными запросами. Мне кажется, что, сравнивая себя со своими соратниками, о себе и о Лени­не Сталин вполне мог бы сказать словами О’Брайена — героя романа Дж. Оруэлла «1984»: «Мы не из таких. Мы знаем, что еще никто не захватывал власть с намерением отказаться от нее. Власть не средство, она — цель… Цель гонения — гонение. Цель пыток — пытки. Цель власти — власть».

Чтобы показать, кто истинный «наполеон» с безгра­ничной властью, а кто всего лишь жалкое подобие его тени, Сталин почти всегда носил затрапезный китель и держался как бы на втором плане. Это очень хорошо вид­но на кадрах документальной кинохроники того времени: Сталин и соратники на трибуне Мавзолея; те же идут по кремлевскому двору.

У В. Войновича есть произведение под названием «В кругу друзей». Писатель в форме пародии показывает, что представляли собой эти мнимые «наполеончики» и кто был главным «кукловодом» среди них. Компания «вож­дей народа» в изображении В. Войновича предстает перед нами в виде воровской малины. (Сам Сталин говорит о соратниках: «Кто здесь находится? Вожди? Руководите­ли? Или просто блатная компания».)

О советских «наполеончиках» ниже уровнем, более мел­кого масштаба, рассуждает в своих воспоминаниях Э. Не­известный: «В ходе внутрипартийного отбора, за счет ут­раты всех человеческих качеств, они выработали одно — подозрительность… Я это обозначил для себя как “демо­ноискательство” советского партийного функционера. Что я имею в виду? Иванов, которого подсиживает Петров и иже с ним, во всем видит заговор. Не против системы как таковой, а заговор против своего личного благополучия… И вот такой человек, поднимаясь по иерархической лест­нице, утрачивая все человеческие качества, обретает огромную бдительность, и воспринимает весь мир как де­мона, затаившего против него и запрятавшего личную пакость».

Вот, оказывается, в чем главная и основная суть всех тех, кто «глядит в Наполеоны»: «демоноискательство». И в этом все «наполеоны» и «наполеончики» едины — снизу доверху. Достаточно посмотреть на героев в стихах В. Вы­соцкого или А. Галича, чтобы убедиться, что так и было на самом деле. Но страшна и опасна, на мой взгляд, не близость социальных «верхов» и «низов». То, что человек поднимается по служебной лестнице, стремясь достигнуть социальных верхов, это еще полбеды. Страшно то, что даже на самом верху этот человек сохраняет свою основ­ную суть и остается люмпеном. В конце концов, сталин­ские чистки 30-х годов XX века и так называемое «совет­ское выдвиженчество» привело к полной люмпенизации на­шего общества. И пока в нашей стране не будут преодоле­ны последствия этой политики, она не достигнет полного и окончательного выздоровления.