Перелом в мировоззрении Л. Н. Толстого (о творчестве 80—90-х гг. XIX века)

В начале 80-х гг. происходит ре­шительный перелом во взглядах Толстого на жизнь, на ее нравст­венные основы, на общественные отношения. «Со мной сделался переворот, — признавался писатель, — который давно готовился во мне и задатки которого всегда были во мне. Со мной случилось то, что жизнь нашего круга — богатых, ученых — не только опротивела мне, но потеряла всякий смысл». Не­обходимо, утверждал Толстой, «отрекаться от всех утех жизни, трудиться, смиряться и быть милости­вым». Он не останавливался даже перед отрицанием завоеваний культуры, если они непонятны и чужды народу. Будучи человеком последовательным и бес­компромиссным, Толстой готов был даже перечерк­нуть и свое собственное художественное творчество. Прочтет ли мужик «Войну и мир»? Так ли нужна ему «Анна Каренина»? Очевидно, нет. В таком случае, они не нужны вообще.

Теперь Толстой на все жизненные явления смот­рит глазами народа. Он последовательно и убежден­но защищает интересы «земледельческого класса», призывает к уничтожению зла и насилия во всех их проявлениях, но без применения силы. Эта теория получила название «непротивление злу наси­лием». Речь идет не о проповеди равнодушия, без­различия к господствующему злу, несправедливости, угнетению. Толстой призывает к борьбе с ними, но борьба эта не должна быть насильственной, кровной, ибо любое насилие (в том числе и револю­ционное), по мнению писателя, только увеличивает зло. «Как огонь не тушат огнем, так зло не может потушить зла», — писал Толстой в трактате «В чем моя вера?».

Учение о нравственном самоусовершенствовании, о непротивлении злу насилием, которое Толстой рас­сматривал как действенное средство в борьбе с об­щественной несправедливостью, определило характер его творчества на рубеже XIX и XX вв. Новые взгляды писателя отразились не только в его публи­цистических, но и в художественных произведениях.