Современен ли главный герой повести Бальзака «Гобсек»?

Незыблемо лишь одно-единственное чувство,

вложенное в нас самой природой: инстинкт

самосох­ранения. В государствах европейской цивилизации

этот инстинкт называется личным интересом.

О. Бальзак

«Человеческая комедия» Бальзака, в которую входит и повесть «Гобсек», до сих пор не утратила своей актуальности. Возможно, потому, что люди с тех пор мало изменились. Доброта, чуткость, преданность, чистота по-прежнему противостоят злу, зависти, жестокости, алчности.

Когда жизнь нашего общества потекла по другому, капиталистическому руслу, абстрактные для многих понятия «вексель», «акция», «закладная» и т. д. наполни­лись конкретным содержанием. Суть возвышений и падений многих бальзаковских героев несколько прояснилась. Оказалось, что первые шаги свободного предприни­мательства в независимой Украине во многом похожи на деятельность французской буржуазии в эпоху Реставрации.

Если оставить в стороне экономические вопросы и обратиться к нравственным проблемам, то выяснится, что деньги правят нашим миром открыто и цинично. И открыто управляют обществом люди, подобные «папаше» Гобсеку. Ведь кто такой Гобсек? Человек с темным и по современным меркам явно уголовным прошлым: он с десяти лет плавал юнгой на разных судах, был пиратом, искателем кладов, прини­мал участие в борьбе за независимость Соединенных Штатов, служил индийским раджам, несколько раз приобретал и терял состояние, пока не занялся ростовщиче­ством в Париже. Ремесло выгодное, но опасное. Недаром Гобсек постоянно носит с собой оружие: доведенный до отчаяния клиент способен на все.

Гобсек проговаривается стряпчему Дервилю о том, что он — лишь частица гра­бительского механизма: «Я и мои собратья, связанные со мною общими интереса­ми, в определенные дни недели встречаемся в кафе «Фемида»... Там мы беседуем, открываем друг другу финансовые тайны. Ни одно самое большое состояние не введет нас в обман, мы владеем секретами всех видных семейств. У нас есть своего рода «черная книга», куда мы заносим сведения о государственном кредите, о банках, о торговле». Не правда ли, очень похоже на современную теневую экономику с ма­фией во главе? Трудно, правда, предположить, что наследники Гобсека обладают той же дотошностью и честностью в делах. Ведь умудренного жизнью бальзаков­ского героя интересует прежде всего «человеческая комедия», игра чужих страс­тей, а нынешние «живоглоты» сколачивают свои первые состояния — им не до психологии. К тому же и во времена Гобсека совершенно нормальным считалось обмануть и обойти конкурента.

Деньги всегда имели бесспорную власть над большинством людей. Теперь об этом говорят вслух с тем же цинизмом, с каким делился своей жизненной философией с Дервилем Гобсек. На что же остается надеяться? Только на то, что в наше время живут и трудятся честные, бескорыстные люди, подобные Дервилю или Фанни Мальво, которые не утратили доброты и чувства собственного достоинства.