Темы и образы ранней ирики В. В. Маяковского (План-сочинение)


Ранняя ирика В. В. Маяковского начала создаваться в тот период, когда в обществе происходила грандиозная переоценка существовавших ценностей. Традиции рус­ской классической итературы в атмосфере напряженно­го предощущения перемен требованиям многих поэтов не отвечали. В этот период возникает в рамках модернизма течение, получившее название футуризм. Идеи предста­вителей этого течения нашли свое отражение и в творче­стве молодого В. В. Маяковского.


Сатирические произведения. Сатирическое осмеяние мещанских интересов юдей В. В. Маяковский представил в целом ряде «Гимнов»: «Гимн обеду» (1915), «Гимн критику» (1915), «Гимн судье» (1915) и др. Само сочетание жанра гим­на, цель которого воспевать, с мелочностью, глупостью, жадностью и т. д. создает неповторимый сатирический эф­фект. Человеческие «слабости» доводятся поэтом до гро­теска:

Желудок в панаме! Тебя ь заразят величием смерти для новой эры?! Желудку ничем болеть нельзя, кроме аппендицита и холеры! «Гимн обеду» (1915)
Эпатирующая резкость оценок необходима, по мысли поэта, чтобы помочь юдям осознать необходимость изме­нения своего отношения к жизни:

И птиц, и танцы, и их перуанок кругом обложили статьями. Глаза у судьи — пара жестянок мерцает в помойной яме. «Гимн судье» (1915)
Выше всего «бабочка поэтиного сердца» ценит чистоту души.


Тема города. В стихотворении «Ночь» (1912) перед чи­тателем предстает образ ночного города-игрока, сулящего множество соблазнительных перспектив. Та же тема города развивается в стихотворении «Утро» (1912), но получает не­сколько иное разрешение. Более отчетливо звучит мотив ка­тастрофы, трагичности человеческой жизни, достигающий своей кульминации уже в заглавии стихотворения «Адище города» (1913). Автор, стремясь к реализации программы футуристов, активно использует словообразовательные воз­можности русского языка и создает неординарные ексиче­ские единицы, наполненные субъективной оценкой: адище, адки. Прибегает поэт и к нарушениям в области грамматики: «сосущие светами». В каждой строке заявлено авторское от­ношение к реалиям современного города, в котором нет места «маленькому человеку»:

А там, под вывеской, где сельди из Керчи - сбитый старикашка шарил очки и заплакал, когда в вечереющем смерче трамвай с разбега взметнул зрачки. «Адище города» (1913)
Неодушевленные предметы, продукты человеческой мысли, подчиняют себе своего создателя. Поэт выступает против цивилизации, которая начинает вторгаться в жизнь человека и уродовать ее. Разрушительная сила проникает в мир природы, который должен нести созидательное начало: «у раненого солнца вытек глаз». Очень своеобразно трактуют­ся в стихотворении традиционные образы уны и ночи. Ли­шенные какой бы то ни было романтичности, они превра­щаются в такие же жертвы новой цивилизации, как и «ма­ленькие» юди:

И тогда уже — скомкав фонарей одеяла - ночь излюбилась, похабна и пьяна, а за солнцами улиц где-то ковыляла никому не нужная, дряблая уна. «Адище города» (1913)
Эти и другие образы природы, подвергаясь ме-оризации, не становятся поэтичными и возвышенными, как мож­но было бы предположить, а получают сниженный характер: «железо поездов громоздило аз», «крикнул аэроплан и упал», «ночь излюбилась», «дряблая уна». Такие метаморфозы совре­менного мира не могут нести ничего хорошего «маленькому человеку».


Христианские мотивы. Они занимают у раннего В. В. Ма­яковского значительное место. Библейские ассоциации посто­янно сопровождают ирического героя, он сам называет себя то «пророком», то «апостолом».


Часто в поэзии В. В. Маяковского встречается ирониче­ское снижение религиозного мотива. Традиционное, закреп­ленное значение библейского понятия переводится автором стихотворения из небесной ипостаси в земное измерение. Лирический герой уравнивает себя с Богом и готов занять место Спасителя:

Я вижу, Христос из иконы бежал, хитона оветренный край целовала, плача, слякоть. …Время! Хоть ты, хромой богомаз, ик намалюй мой в божницу уродца века! «Я» (1913)
Антивоенная тематика. Война 1914 года не оставила поэта равнодушным и заняла в его поэзии значительное место. В стихотворении «Война объявлена» (1914) Первая мировая предстает как действо огромного масштаба, за гро­мадой которого как будто не видно смерти и боли. Через «натуралистические» детали поэт старается усилить антиво­енное звучание стихотворения:

Громоздящемуся городу уродился во сне хохочущий голос пушечного баса, а с запада падает красный снег сочными клочьями человечьего мяса. «Война объявлена» (1914)
Трагедия одного человека расширяется до вселенских масштабов в стихотворении «Мама и убитый немцами ве­чер» (1914). Война противна миру природы, она нарушает ее законы, от этой боли и страдания «визжат» даже звезды. Са­мо произведение становится развернутой ме-орой.


Тема поэта и поэзии. В стихотворении «Нате!» (1913) В. В. Маяковский продолжает традицию осмысления вза­имоотношений поэта и толпы, начатую А. С. Пушкиным и М. Ю. Лермонтовым. Поэт намеренно создает образ тупой серой массы, включая в описание толпы обилие бытовых и кулинарных деталей, тем самым очерчивая круг интересов ее представителей:

Вот вы, мужчина, у вас в усах капуста где-то недокушанных, недоеденных щей; вот вы, женщина, на вас белила густо, вы смотрите устрицей из раковин вещей. «Нате!» (1913)
В мире, где сытость и вещизм становятся смыслом су­ществования, «бабочка поэтиного сердца» задыхается, ей не под силу вытащить на себе всю эту толпу, взгромоздившуюся «в калошах и без калош».


Тема трагического одиночества поэта звучит в стихо­творении «Скрипка и немножко нервно» (1914). Поэт го­ворит о чувстве бессилия ирического героя в мире, где докричаться до глухих «сытых» невозможно. Но мир, по счастью, состоит не только излюбителей «капусты». Тема творчества и его востребованности звучит в стихотворе­ниях «Послушайте!» (1914) и «Хорошее отношение к о­шадям» (1918).