Жанр, идеи и герои романа Война и мир Л. Н. Толстого


В центре романа — эпохальное историческое событие — Отечественная война 1812 г. Но временные рамки произведения шире — события начинаются с 1805 г., а заканчиваются 1820 г. В традициях древнегреческого эпоса повествование разворачива­ется спокойно, последовательно. Эпически, как сложившийся и нерушимый уклад жизни, представлен быт разных социальных групп и сословий: от императора и фельдмаршала до простого солдата. В романе более 589 персонажей, многие из которых имеют свою сюжетную инию. Основу романа образуют инии трех се­мей — Ростовых, Болконских, Курагиных.


Название романа имеет глубокий философский смысл. Слово «мир» обозначает не только состояние, противоположное вой­не, но и сообщество юдей. В общей концепции романа мир отрицает войну. Сочетание «война и мир» — это и антитеза, и отношение общества к войне, это жизнь в ее универсальности.


Одной из граней жизни мира как общества являются духов­ные поиски учших представителей дворянства — Андрея Бол­конского и Пьера Безухова. При всей несхожести натур и Бол­конский, и Безухов стремятся к общей цели: открыть смысл жизни человека.


Князь Андрей презирает свет с его бездушным эгоизмом, карьеризмом, извращенной нравственностью, но он сам до не­которых пор часть этого света. Он стремится к ичной славе, его кумиром становится Наполеон. Болконский мечтает о своем «Ту­лоне», считая, что история творится усилиями отдельных вели­ких юдей. Сражение под Аустерлицем разбивает его наполео­новские устремления. Князь Андрей, думавший, что от его ич­ных действий зависит исход событий, совершает подвиг. Он ни­чего не может изменить в общем ходе сражения. Битва под Ау­стерлицем вызывает тяжелый душевный кризис. Болконский понимает мелочность своих честолюбивых целей перед огром­ным потоком жизни, символизируемым «вечным небом».


единенная жизнь в своих имениях, государственная деятель­ность, юбовь к Наташе — путь князя Андрея от Аустерлица к 1812 г. Это внешняя канва. Внутренний, духовный путь — это путь от эгоцентризма к жизни «для других». Болконский ощуща­ет потребность в понимании, но сам не всегда способен понять других: «Надо, чтобы не для одного меня шла жизнь, чтобы на всех она отражалась и чтобы все жили со мной вместе». Лишь страдание, через которое проходит Андрей, рождает понима­ние души другого человека. После ранения на Бородинском поле он думает о всеобщей юбви, но чувствует какую-то односторон­ность своих рассуждений, ему не хватает конкретности и дейст­венности такой юбви.


Андрей Болконский проходит путь от честолюбивого, хотя и честного эгоиста, через скептицизм и отрицание света к юбви и пониманию народа. Если бы князь Андрей остался жив, не исключено, что он был бы с декабристами — огика духовных поисков вела именно к действенной юбви к народу.


Пьер Безухов проходит сложный путь познания жизни, пре­одоления наивности и освобождения от иллюзий. Непосредст­венный, способный глубоко чувствовать, Пьер вначале отдает­ся бесшабашной жизни светского бездельника и кутилы, же­нится на холодной красавице Элен. Постепенно он начинает понимать ожь и ицемерие светского общества.


Поиски нравственного усовершенствования приводят Пьера к масонам, которые призывали к объединению на началах брат­ской юбви. В сложный «масонский» период Безухов ищет при­чины зла. Он, отказываясь от ичных интересов, направляет свои силы на освобождение крестьян, учреждение больниц, школ. Желание «переродить» человеческую природу, сделать себя «со­вершенным» человеком и неумение осуществить это на практи­ке приводят к ипохондрии и тоске. Но Пьер преодолевает их. Он постоянно ищет в других «внутреннего человека», постоянно работают его мысль и душа. Понятие «внутренний человек» и «внешний человек» рождаются в сознании Пьера в период разоча­рования в масонстве. «Внутренний человек» — это «душа в жиз­ни», «внешний человек» — олицетворение «мертвенности» и «праха» души.


Важным этапом в духовных исканиях Пьера становится Боро­динское поле, где его пронзает «мысль народная». Безухов пони­мает, что историю творит народ, видит оптимизм и мудрость кре­стьян. Общение с Платоном Каратаевым приводит Пьера к внут­ренней гармонии: он «узнал не умом, а всем существом своим, жизнью, что человек сотворен для счастья, что счастье в нем са­мом, в удовлетворении естественных человеческих потребностей». Пьер начинает понимать народ, затем критически анализировать окружающую жизнь. В эпилоге он — один из деятелей тайного об­щества, цель которого — борьба против социального зла.


В тесной связи с духовными поисками героев романа стоит вопрос о народе и роли ичности в истории. Каждый положитель­ный герой, в конце концов, связывает свою судьбу с судьбой народа, нации.


Толстой писал, что главная мысль романа — «мысль народ­ная». По мнению писателя, история творится не отдельными ичностями, а совокупной волей народа, нации. Из множества побудительных мотивов отдельных юдей складывается дух на­ции в целом. От того, насколько силен дух народа, зависят исторические события.


Война 1812 г. показала решающую роль народа в истории. Перед угрозой порабощения вся нация обрела единую «общую жизнь». Независимо от социального положения все население подня­лось против французов. «Скрытой теплотой патриотизма» назы­вает Толстой чувство, определившее единство нации.


Писатель показывает два вида патриотизма. Один — это показ­ной патриотизм салона Анны Павловны Шерер, который выра­жался в том, что в свете перестали говорить по-французски, не смотрели спектакли французских драматургов. Понятно, что не этот же-патриотизм определил исход войны. Толстой осмеивает и «ура»-патриотизм некоторых московских дворян, которые, взбудоражен­ные приездом царя, собирались «показать Европе».


«Скрытая теплота патриотизма» не нуждается в громких сло­вах. Она проявляется в поступках: купец Ферапонтов сжигает свой дом, чтоб не достался врагу; крестьяне не дают сена францу­зам; создаются партизанские отряды — большие и маленькие — дьячка, старостихи Василисы, поэта-гусара Дениса Давыдова; героически сражается батарея Тушина и рота Тимохина; Тол­стой изображает войну как войну народную, справедливую. За­щита Отечества стала объединяющей идеей и «дубина народной войны» поднялась со всей своей грозной и величественной си­лой и… поднималась, опускалась и гвоздила французов до тех пор, пока не погибло все нашествие». Впервые за всю историю наполеоновских войн «личный произвол Наполеона разбился о волю народа».


Толстой, признавая роль ичности в истории, считает, что она только тогда способна определять историю, когда ее воля совпадает с волей народа. Эта концепция наиболее полно выра­зилась в антитезе Наполеон — Кутузов. Наполеон — «сверхчело­век» (так он считает), для которого важно «только то, что происходило в его душе», «…а все, что было вне его, не имело для него значения, потому что все в мире, как ему казалось, зависело только от его воли». Для Кутузова же первостепенно то, что в душах других.


Кутузов оценивает свои действия по нравственным критери­ям народа, по тому народному чувству, «которое он носил во всей чистоте и силе его». Для Наполеона критерий нравственно­сти — он сам: «…в его понятии все то, что он делал, было хоро­шо не потому, что оно сходилось с представлением того, что хорошо и дурно, но потому, что он делал это».


Личная воля Кутузова подчинена той общей жизни, которой жил весь народ в период войны. Умение уловить настроение на­рода — важная черта Кутузова. Кутузов понимает ход событий, правильно оценивает его, и это приносит конечную победу. Он человек волевой, что ярко демонстрирует решение оставить Москву после Бородинского сражения, чтобы сохранить рус­скую армию. Несмотря на сопротивление всего военного ру­ководства, Кутузов остается непреклонен и оказывается прав.


Наполеон выступает как агрессор, ради своих честолюбивых целей уничтожающий юдей. Он жесток, деспотичен. Естествен­ности поведения Кутузова Толстой противопоставляет позерст­во Наполеона, произносящего напыщенные речи, принимаю­щего позы римских полководцев. Он примеривает на себя тогу всемирного властителя.


Толстой снижает человеческий облик Наполеона, но не ума­ляет его значения как полководца. Вместе с тем, сопоставляя Кутузова и Наполеона, Толстой пишет: «Нет и не может быть величия там, где нет простоты, добра и правды».


Толстой всех героев проверяет мерками народной морали, но в его изображении народ вовсе не однородная масса. Писа­тель отмечает два полярных типа русского национального ха­рактера. Один представлен взбунтовавшимися богучаровскими мужиками, другой — образом Платона Каратаева. Между ними ряд народных образов: Тихон Щербатый, старостиха Василиса, староста Дрон. Каждый представляет какой-то тип народного характера или отдельную черту.


Тихон Щербатый воплощает учшие качества народа-созидателя. Он расторопный, смекалистый, хитрый, мастер на все руки. В мирное время такие юди незаменимы в хозяйстве. В вой­ну он проявляет отвагу, героизм. Его ненависть к врагу рождена беззаветной юбовью к родине.


Особое место в нравственно-философской концепции романа принадлежит Платону Каратаеву. В этом образе Толстой воплощает не только идеализируемое им патриархальное крестьянство, но и свою теорию «непротивления злу насилием». В облике и в характере Каратаева подчеркивается идея круглости, завершенности. Самое существенное в его характере — верность себе и неизменность своей постоянной душевной правде, которая заключена в «роевом» соз­нании Каратаева. Каратаев убежден в том, что все делается по Божь­ему закону и человек должен принимать мир таким, каков он есть, не сопротивляясь. Основным типом поведения Каратаева являются пассивность и созерцательность. Платон Каратаев может вселить надежду, поддержать в трудную минуту, но победа над Наполеоном была достигнута не такими Каратаевыми. Хотя Толстой давал образ Каратаева как положительный пример патриархально-христианской нравственности, объективно путь Каратаева — это пример высокого антипути.


В романе Толстого отразились многие нравственные, фило­софские, социальные проблемы времени и собственные проти­воречия писателя.