Краткие содержания произведений Лермонтова

“Эта книга испытала на себе еще недавно несчастную доверчивость некоторых читателей и даже журналов... Иные ужасно обиделись... что им ставят в пример такого безнравственного человека, как Герой Нашего Времени; другие же очень тонко замечали, что сочинитель нарисовал свой портрет и портреты своих знакомых...”

Автор поясняет, что “Герой Нашего Времени... это портрет, составленный из пороков всего нашего поколения... Ему <автору> просто было весело рисовать современного человека, каким он его понимает и... слишком часто встречал. Будет и того, что болезнь указана...”.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

1

БЭЛА

Путь по горной дороге сводит вместе автора повествования и штабс-капитана в годах, поражающего своего спутника умелым обращением с горцами и знанием местных условий. По совету офицера караван останавливается яа ночь в придорожной дымной сакле. Завязывается разговор, и штабс-капитан Максим Максимыч припоминает одну грустную и отвратительную историю, в центре которой — молодой офицер Григорий Александрович Печорин. За ним водились некоторые странности: так, в дождь он целый день мог пропадать на охоте, в другой раз все жалуется на сквозняк, вздрагивает и бледнеет при неожиданном стуке, а между тем один ходил на кабана. Порой был способен рассмешить до крайности целую компанию... Максим Максимыч с содроганием вспоминает год, который они прожили по соседству.

Местный князь приглашает их на свадьбу своей старшей дочери, и там Печорин видит Бэлу, девушку лет шестнадцати, младшую дочь. Он не отрывает от нее глаз — но не только он, но и известный в округе отчаянный Лихач Казбич. Выйдя подышать свежим воздухом, Максим Максимыч случайно подслушивает разговор Казбича с Азаматом, сыном хозяина: последний упрашивает его продать или выменять на что-нибудь, пусть даже на Красавицу сестру Бэлу, его любимого коня Карагёза. Тот не соглашается.

Максим Максимыч простить себе не может, что пересказал этот разговор Печорину, человеку, напрочь лишенному совести. Печорин раззадоривает Азамата, и тот, взамен Карагёза, отдает ему Бэлу. Князь, на несчастье, оказался в отлучке. Казбич утром, как обычно, пригнал десяток баранов на Продажу и вдруг — переменился в лице: вдали на его лихом Карагёзе ска-Кал Азамат. Он выстрелил, промахнулся и, поняв это, зарыдал, как ребенок, И упал на землю... На другое утро он пришел в крепость — узнать, кто увел его коня. Ему сказали. Но отца Азамата все не было.

Максим Максимыч, одевшись во всей форме, идет к Печорину. Тот полулежит с погасшей трубкой в руке и делает вид, что его не замечает. Максим Максимыч не позволяет ему обращаться к нему больше по имени: онштабс-капитан. Своим полным бесстыдством Печорин ставит старого офицера в тупик, он просто не знает, как доказать этому молодому человеку, что он совершил подлость. “...Нехорошо... что ты увез Бэлу...” — “Да когда она мне нравится!..” А если отец узнает, что она здесь? “А как он узнает?” — отвечает Печорин, делая старого служаку своим соучастником.

Девушку он держит в закрытой комнате и приставил к ней татарку, которой надлежит беспрерывно ее уговаривать, что она принадлежит Печорину. Сам он каждый день делает ей подарки, от которых она первое время гордо отказывается. Мало-помалу Бэла начинает понимать по-русски, между тем как Печорин учит татарский язык. Постепенно он сломил волю девушки, более того — рна полюбила его, даже привязалась к нему. “Да неужели... отец не догадался, что она у вас в крепости?” — удивился спутник. Максим Максимыч рассказывает, что он, наверное, что-то подозревал. Спустя несколько дней узнали мы, что старик убит. Ему отомстил Казбич, который вообразил, будто Азамат с согласия отца украл у него лошадь.

Рассказчик и Максим Максимыч продолжают свой путь среди дикой и величественной природы Кавказа. Они хотели обогнуть Крестовую гору, но тучи спустились, повалили град, снег; ветер, врываясь в ущелья, ревел, свистал, как Соловей-разбойник, и скоро каменный крест скрылся в тумане... Предание говорит, что крест этот поставил сам император Петр I, проезжая через Кавказ... До Коби, куда они направлялись, добраться было невозможно. Слева на косогоре что-то чернелось — несколько саклей. Они свернули туда. Рассказчик узнал позже, что правительство им платит и кормит их с условием, чтобы они принимали путешественников, застигнутых бурей.

После ужина разговор снова зашел о Бэле. Максиму Максимычу горько ее вспоминать. Он любил ее, как дочь, и она любила его. Печорин между тем начал уже скучать. И вот впервые он оставил Бэлу и отправился на охоту. Максим Максимыч ведет ее гулять по крепости. Они садятся на углу бастиона. Из лесу появляется всадник. Бэла узнает Казбича на коне ее отца.

Вечером Максим Максимыч начинает упрекать Печорина за то, что переменился к Бэле, обращается с ней холодно, ласкает редко, по полдня проводит на охоте... Большие глаза Бэлы потускнели.

Печорин в ответ говорит, что ему все очень быстро надоедает, и с этим он ничего сделать не может, хотя и самому ему неприятно. Вот так и с Бэлой. Она больше не нужна ему.

Печорин уговорил Максима Максимыча ехать вместе с ним на кабана. Тот долго не соглашался, но все же поехал. Охота не удалась. И вдруг послышался выстрел. “...Я узнал Казбича, только не мог разобрать, что такое он держал перед собою... Печорин на скаку приложился из ружья... пуля перебила заднюю ногу лошади... Казбич соскочил, и тогда мы увидели, что он держал на руках своих женщину, окутанную чадрою... Это была Бэла... бедная Бэла! Он что-то нам закричал по-своему и занес над нею кинжал...” Бэла прожила еще два дня. Печорин был несколько нездоров, о Бэле говорить больше не хотел. Месяца через три по новому назначению он уехал в Грузию.

МАКСИМ МАКСИМЫЧ

Проходит какое-то время, и путники — рассказчик и Максим Макси — встречаются вновь на кавказских дорогах. Дело было в гостинице самого неухоженного вида, где нельзя было даже как следует поесть. Предстояло ждать “оказии” еще три дня. Что такое “оказия”? Это — прикрытие, состоящее из полроты пехоты и пушки, с которым ходят обозы через Ка-барду из Владикавказа в Екатериноград.

На другой день рано утром во дворе появилась повозка. С Максимом Максимычем они встретились как старые приятели. К тому же он оказался неплохим поваром. После трапезы говорить было не о чем. И вдруг во двор гостиницы въехало несколько повозок с армянами и за ними пустая дорожная коляска щегольского вида. Шедший за ней парень был явно балованный слуга ленивого барина.

Коляска принадлежала Печорину. Максим Максимыч засиял от радости. Просит лакея сообщить господину, что Максим Максимыч здесь. А сам присел у ворот. Он думал, бедолага, что Печорин сейчас к нему прибежит. Не тут-то. Рано утром он снова уже сидел на лавочке. Наконец решает сходить к коменданту, а путника своего просит, чтобы непременно прислали за ним, если Печорин появится. Увидев Печорина с полковником, который, простясь с ним у гостиницы, поворотил обратно в крепость, повествователь скоренько послал за Максимом Максимычем.

Печорин был среднего роста молодой человек лет двадцати трех, хотя порой можно было ему дать и все тридцать. Он был крепкого сложения, небрежен в походке, садясь же, горбился и как-то весь расслаблялся. В его улыбке было что-то детское. На бледном лбу под вьющимися белокурыми волосами лишь с трудом можно было заметить следы морщин. Усы и брови его были черны. Что же до глаз, то они не смеялись, когда он смеялся! Это признак, по мнению повествователя, или злого нрава, или глубокой постоянной грусти. Печорин явно собирается в дорогу. Повествователь просит его подождать, сейчас подойдет его старый приятель. Через площадь бежал, запыхавшись, Максим Максимыч. Он хотел кинуться было на шею Печорина, но тот довольно холодно, хотя и с приветливой улыбкой, протянул ему руку. Печорин говорит с непроницаемой миной, расспрашивает старого офицера, куда он да как он, и проч. Максиму Максимычу хочется отвести душу со своим приятелем, каким он его простодушно считает. Но Печорин спешит. В последний момент Максим Максимыч вспоминает об оставшихся у него каких-то бумагах Печорина. “Что мне с ними делать?” — “Что хотите”. Печорин едет в Персию.

Простодушная натура Максима Максимыча в расстройстве и растерянности. Как можно забывать старых друзей! Максим Максимыч ходит у повозки, скрывая слезы. Спутник просит его отдать ему бумаги Печорина, и тот с гневом вышвыривает их, одну за другой, из чемодана. Максим Максимыч не успел из-за ожидания встречи с Печориным оформить дела с полковником, так что ему придется ждать здесь следующей “оказии”.

ЖУРНАЛ ПЕЧОРИНА Предисловие

Оказывается, недавно Печорин, возвращаясь из Персии, умер. Случайный обладатель дневников очень рад этому обстоятельству, потому что может теперь напечатать эти записки, и даже под своим именем.

Записки эти довольно искренни, мало того — они с беспощадностью выставляют наружу собственные слабости и пороки писавшего их. А ведь история души человеческой, хотя бы самой мелкой души, едва ли не любопытнее и не полезнее истории целого народа, особенно когда она — след

ствие наблюдений зрелого ума над самим собою и когда она писана без тщеславного желания возбудить участие или удивление. В книге помещено только то, что относилось к пребыванию Печорина на Кавказе.

Может, кто-то захочет узнать мнение автора о характере Печорина? Его ответ — заглавие этой книги. “Да это злая ирония!” — скажут они. “Не знаю”, — говорит автор.

Тамань

“Тамань — самый скверный городишко из всех приморских городов России. Я там чуть-чуть не умер с голода, да еще вдобавок меня хотели утопить”. Я ехал по казенной надобности в действующий отряд, мне нужна казенная квартира. Десятник повел меня по городу, но кругом было занято. После трех дней пути очень хотелось спать, было холодно. Остановились у небольшой хаты под камышовой крышей, на самом берегу моря. Обрывистый берег падал в море.

Он велел денщику выложить чемодан и отпустить извозчика, но из избы никто не отзывался. По словам слепого, выползшего наконец из сеней, хозяйка ушла в слободку, когда будет, неизвестно. Хата внутри была убога и пуста: две лавки, стол и огромный сундук. Ни одной иконы — дурной знак! Печорин разостлал бурку на лавку и уснул, но тут же проснулся: во мраке двигался слепой с белыми глазами. За окном мелькнула тень. Он спрятался у забора. Слепой прошел мимо с каким-то узлом под мышкой и стал спускаться к морю по крутой тропинке. Печорин осторожно пошел следом.

Слепой остановился и положил рядом с собой узел. Через несколько минут с противоположной стороны подошла и села около слепого белая фигура. Они переговорили о каком-то Янко, не боящемся бури. Помолчали. Женщина вскочила и беспокойно посмотрела вдаль. Но к берегу приближалась средь волн лодка. Все трое стали вытаскивать из нее что-то очень громоздкое. Взяв на плечи по узлу, они пустились вдоль по берегу, и скоро Печорин потерял их из виду.

Казак, уверенный в том, что хозяин его спит, очень удивился, встретив его одетым. Печорин ничего не стал ему рассказывать. От коменданта Печорину надо было узнать час отъезда в Геленджик. Но в крепости Фанаго-рии никто ничего не знал. По возвращении он наткнулся на своего денщика с испуганным лицом. Урядник сказал ему, что “здесь, брат, нечисто, люди недобрые!..” Печорин спросил, не показывалась ли, по крайней мере, хозяйка? Тот сообщил, что приходила старуха и с ней дочь. Но у нее же нет дочери! Нужно спросить у старухи — вон сидит в хате. Та на все его вопросы отвечала, что глуха, не слышит. Слепой сидел перед жарко натопленной печью. Печорин приступил к нему с вопросом, куда это он ночью таскался с узлом? Старуха на сей раз оказалась не глуха и заворчала. Он вышел, твердо решившись добиться разгадки этой тайны.

Сидя, завернувшись в бурку, на камне у забора, я смотрел на море и вспоминал северную столицу. Вдруг откуда-то послышалось пение — то протяжный и печальный мотив, то быстрый и живой. На крыше хаты стояла девушка с распущенными косами. Она пела, и Печорин запомнил эту песню с начала до конца. Ему почудилось, что ночью он уже слышал этот голос, но когда он снова взглянул на крышу, там никого не было. Девушка пробежала мимо него, что-то напевая, вбежала к старухе, и о чем-то они заспорили. Старуха сердилась, девушка хохотала. Девушка, пробегая снова мимо Печорина, остановилась и пристально посмотрела ему в глаза, потом небрежно обернулась и пошла к пристани. Целый день она вертелась около его квартиры. Она как будто чего-то ждала, но как только Печорин начинал говорить, убегала с коварной улыбкой. Ничего подобного он еще не видел. Она была обворожительна, хотя в ее косвенных взглядах он читал что-то дикое и подозрительное. Под вечер Печорин заговорил с ней, но ответы ее были странны и уклончивы. Позже она сама явилась к нему в хату. Она явно соблазняла его. “Нынче ночью, когда все уснут, выходи на берег”, — шепнула она и выскочила из комнаты.

“Часа через два... я разбудил своего казака. "Если я выстрелю из пистолета, — сказал я ему, — то беги на берег". Я заткнул за пояс пистолет и вышел. Она дожидалась меня на краю спуска”. Они стали спускаться по очень крутой тропе. У берега темнела причаленная лодка. Девушка пригласила в лодку. Печорин не боязлив, но отступать было некуда. Он не заметил, как лодка уже плыла. “Что это значит?” — сказал он сердито. “Это значит, — отвечала она, — что я тебя люблю...” Она прижалась к Печорину. Но вдруг что-то шумно упало в воду: то был его пистолет. Печорина охватило ужасное подозрение. До берега около пяти сажен, а он не умеет плавать! Они начали отчаянно бороться; бешенство придавало Печорину силы, но девушка превосходила его в ловкости. “Чего ты хочешь?” — закричал он, крепко сжав ее маленькие руки. “Ты видел, — отвечала она, — ты донесешь!” Сверхъестественным усилием она повалила Печорина на борт лодки, они оба по пояс свесились за борт. Минута была решительная. Схватив девушку за волосы и горло, Печорин сбросил ее в волны. На дне лодки он нашел половину старого весла и кое-как причалил к берегу. Пробираясь к хате, Печорин осторожно осматривался. Ему показалось, что кто-то в белом сидел на берегу; Печорин подкрался и прилег в траве. Он не очень удивился, узнав свою русалку. Скоро вдали показалась лодка, из нее вышел высокий человек в татарской шапке, с большим ножом за поясом. “Янко, — сказала она, — все пропало!” Они тихо о чем-то стали разговаривать. Появился слепой с мешком на спине. Янко говорит слепому, что едет искать работы в другом месте и что надо было платить больше, тогда бы и не ушел. Девушка едет с Янко, а старухе пусть слепой скажет, что зажилась, надо и честь знать. Слепой им не нужен. Янко и девушка сели в лодку, подняли парус и быстро понеслись. Слепой долго плакал... “Мне стало грустно. И зачем было судьбе кинуть меня в мирный круг честных контрабандистов? Как камень, брошенный в гладкий источник, я встревожил их спокойствие и, как камень, едва сам не пошел ко дну!”

В хате Печорин догадался, что же такое тащил проклятый слепой, — все самые его ценные вещи. Пришлось промолчать о краже, иначе это было бы смешно.

Конец первой части

Герой нашего времени (часть 2)

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

(ОКОНЧАНИЕ ЖУРНАЛА ПЕЧОРИНА)

II

Княжна Мери

11-го мая

“Вчера я приехал в Пятигорск, нанял квартиру на краю города... у подошвы Машука: во время грозы облака будут спускаться до моей кровли”. Вид чудесный. Внизу перед ним пестреет чистенький, новенький городок, шумят целебные ключи, шумит разноязычная толпа, — а там, амфитеатром громоздятся горы... Весело жить в такой земле! В прекрасном, добром настроении Печорин идет к источнику, где, как говорят, утром собирается все водяное общество.

По дороге Печорин успевает дать краткие описания, притом не из лестных, местному обществу. Он язвителен. У колодца сидят несколько раненых офицеров. Гуляют дамы. Печорин стоит на краю горы, рассматривая окрестности, когда его окликает знакомый голос. Это Грушницкий, с которым он вместе воевал. Грушницкий — юнкер, всего год на службе, но носит толстую солдатскую шинель и героический солдатский крестик. Это для дам. Его амплуа — необыкновенные чувства, возвышенные страсти и исключительные страдания. Сам он так часто уверяет других, что он — существо, обреченное каким-то тайным страданиям, что почти сам в этом уверился. Печорин его разгадал, а потому он его не любит, что взаимно. Трагическая мантия Грушницкого не обманула проницательного Печорина, что, естественно, не нравится тому, стесняет его. Мимо проходят две со вкусом одетые дамы. Грушницкий сообщает, что это княгиня Литовская и ее дочь Мери. Гордый Грушницкий, конечно же, не испытывает ни малейшего желания с ними знакомиться. Заодно Грушницкий задевает и встретившегося в пути Раевича из Москвы, который, по его мнению, игрок. При приближении давешних дам Грушницкий успевает произнести по-французски самую что ни на есть нигилистическую фразу. Младшая обернулась и посмотрела с любопытством. Отделавшись от Грушницкого, Печорин спешит домой. Проходя мимо источника, наблюдает интересную сцену. Грушницкий уронил стакан и, бедный, старается его поднять, да вот беда — мешает больная нога и костыль. Мери быстро подскочила к нему и подала стакан. Однако через минуту, проходя мимо с матерью и московским франтом, будто и не заметила его страстного взора. Далее Печорин пишет, что ему нравится выводить людей из себя, он терпеть не может энтузиазма.

13-го мая

Поутру пришел местный доктор Вернер. Он интересен уже тем, что скептик, материалист и вместе с тем поэт, хотя и не пишет стихов, зато его злой язык лишил покоя многих. Он насмешлив с больными, но плачет над умирающим солдатом. Он мечтает о миллионах, но ничего абсолютно для этого не делает. Он интересен и своей внешностью — из тех, что поначалу очень не нравятся, зато нравятся потом, когда человек научится читать в неправильных чертах отпечаток души испытанной и высокой. Были случаи, когда женщины влюблялись до безумия в этого малорослого, худого и слабого, как ребенок, человека, у которого одна нога была короче другой. Он любил одеваться в черное — да еще при черных его глазах, — за что молодежь прозвала его Мефистофелем. Что же до дружбы Печорина с Вернером, то Печорин признается, что к дружбе неспособен: ведь один из друзей всегда раб другого, а он, естественно, в таком положении быть не может. Так что все ограничилось приятельскими отношениями.

Они любят рассуждать на всевозможные темы, доводя их до абсурда, что приводит обоих в самое веселое настроение. С тем обычно и расходятся. Оба они считают себя очень умными людьми и полагают, что без дураков было бы скучно. Вернер сообщает новость: княгиня Лиговская заинтересовалась им, Печориным, а Мери, как тут же угадал Печорин, — страдальцем Грушниц-ким. Княжна уверена, что этот молодой человек в солдатской шинели разжалован в солдаты за дуэль. Княгиня рассказала кое-что о похождениях Печорина в Петербурге, дочка слушала с любопытством. Вернер подробно описывает княгиню Литовскую и ее дочь. Княжна нелюбезна с молодыми людьми. На вопрос Печорина, кого он видал сегодня у Литовских, Вернер сообщает об одной даме из новоприезжих, очень хорошенькой, но, кажется, очень больной... Она была и у колодца... Она среднего роста, с правильными чертами, цвет лица чахоточный, а на правой щеке черная родинка... Вернер тут же догадывается, что это — любовь Печорина, хотя тот не признается.

Печорину очень грустно. Случайна ли их встреча?

После обеда часов в шесть он пошел на бульвар. Там было все местное общество и не общество. В центре одного из кружков сидели княгиня с княжною. Печорин сел на другой лавке поодаль, остановил двух знакомых офицеров и начал рассказывать что-то, что им казалось смешно, так что вскоре все хохотали и некоторые из общества княжны перешли к нему. Печорин сорил без устали анекдотами и историями — и так увеселял публику до захода солнца. Княгиня с дочерью были явно заинтригованы. Княжна была раздражена. Печорину почему-то захотелось расстроить ее еще больше. Зачем? Повышаются шансы Грушницкого на то, что он будет-таки представлен княгине. Ведь ей скучно.

16-го мая

Печорин делает все, чтобы отравить времяпрепровождение княжны. Он всячески старается отвлечь от нее внимание ее бывших обожателей. У него каждый день дом полон гостей. Встретив Лиговских в магазине, где княжна упрашивала мать купить ей ковер, Печорин тут же, переплатив, купил ковер себе и велел нарочно провести мимо окон княжны свою черкесскую лошадь, покрытую этим ковром.

У Грушницкого дела налаживаются. Печорин уверяет его, что княжна 1в него влюблена. Грушницкий сообщает, что княжна справлялась о нем, (хотя и безо всякой доброжелательности. Пользуясь недалекостью и тщеславием Грушницкого, Печорин все больше привязывает его к Мери.

На следующий день Печорин гулял по виноградной аллее, вспоминая молодую женщину с родинкой на щеке... И вдруг увидел ее на скамье. Она его любила, измучилась этой любовью. Сейчас замужем.

Печорин всякую любившую его женщину подчинял своей воле, а это счастья не дает, ведет к расставанию. После встречи с Верой Печорин сел верхом и поскакал в степь. Нет женского взора, которого бы он не забыл при виде кудрявых гор, озаренных южным солнцем, при виде голубого неба или внимая шуму потока, падающего с утеса на утес. Печорин хвастается своим искусством в верховой езде на кавказский лад. Вообще, ставит он себя весьма высоко.

Спустившись в один из оврагов, чтобы напоить коня, Печорин увидел на дороге шумную, блестящую кавалькаду; впереди ехал Грушницкий с княжною Мери. Тот витийствовал. В это время показался Печорин.

Тем же вечером, встретив Грушницкого, возвращавшегося от княгини Лиговской, Печорин небрежно бросает, что если захочет, то завтра же вечером будет у княгини и даже станет волочиться за княжной...

21-го мая

Прошла почти неделя, а Печорин все еще не познакомился с Литовскими. Грушницкий следует тенью за Мери. Когда же ей надоест? Впервые у колодца появилась Вера. Она может видеться с Печориным только у Лиговских. Завтра бал по подписке в зале ресторации, и Печорин будет танцевать с княжной мазурку.22-го мая

Залу ресторации превратили в залу Благородного собрания. В девять часов все съехались. Княгиня с княжной явились среди последних. Под окном стоял в толпе Грушницкий, прижав лицо к стеклу и не спуская глаз со своей богини. Она, заметив его, кивнула ему головой; он просиял.

Толстая дама, позади которой Печорин стоял, возмущенно жаловалась своему кавалеру, драгунскому капитану, на то, что княжна ее толкнула и не извинилась: “Уж ее надо бы проучить...” “За этим дело не станет!” — отвечал услужливый капитан.

Печорин тут же пригласил княжну Мери на вальс. На лице ее мелькнуло на миг торжествующее выражение. Печорин заводит светский разговор, намекая на то, что княжна почему-то не испытывает к нему добрых чувств. Она отвечает с иронией. В это время подошел явно пьяный господин и, уставив на княжну мутно-серые глаза, пригласил на мазурку. Княжна растерялась, не зная, что ей делать. Между тем господин не отставал. Она готова была упасть в обморок от страха и негодования. Печорин подошел к пьяному господину, взял его довольно крепко за руку и, посмотрев ему пристально в глаза, попросил удалиться, — потому, объяснил Печорин, что княжна давно уже обещалась танцевать мазурку с ним. Княжна посмотрела на Печорина глубоким, чудесным взглядом. Она рассказала все матери, в результате дом Лиговских для него открыт. Печорин и княжна продолжали разговаривать, и он дал ей понять, что она ему нравится. Он открыл, как бы между прочим, тайну Грушницкого, чем мгновенно уронил его в глазах княжны. За ужином он сообщил о перемене обстоятельств Вернеру.

23-го мая

На бульваре Грушницкий подошел к Печорину и с каким-то смешным восторгом стал его благодарить за вчерашнее спасение княжны. Если б он только знал об остальном, то не удивлялся бы тому, что взгляд княжны сегодня тускл и холоден.

В девятом часу они вместе пошли к княгине. Вскоре вошла Вера. Печорин старался понравиться княгине. Княгиня усадила дочь за фортепьяно, а он, пользуясь суматохой, отошел к окну с Верой. Мери недовольна — ее не слушали, комплименты сомнительны. Мери решила наказать Печорина^ самым глупым оружием — кокетничаньем с другим. Она подсела к Груш-ницкому, чем доставила ему, глупому, несказанное счастье. Печорин провел время в разговоре с Верой.

29-го мая

Печорин без зазрения совести завлекает княжну Мери, пользуясь ее^ наивностью и доверчивостью. Зачем? У него, видите ли, система. Он смеетсяг [ над всем на свете, особенно над чувствами. Печорин демонстративно стара - , ется оставить княжну Мери наедине с Грушницким. Она была этому рада или делала вид, во второй раз она рассердилась на Печорина, в третий — на ' Грушницкого. На вопрос Мери, зачем Печорин это делает, он отвечал, что жертвует счастью приятеля своим удовольствием... “И моим”, — прибавила она. Грушницкий ей надоел — это было очевидно.

3-го июня

Печорин рассуждает, зачем он старается добиться любви Мери, которую обольстить он не хочет и на которой никогда не женится. Из зависти к Груш-ницкому? Ничуть! Радость и страдания других для Печорина ничего не значат. Сам он страстей лишен. Рассуждения очень длинные, но читатель может сделать из них один вывод — тщеславие: вот что движет Печориным.

Пришел счастливый Грушницкий — он произведен в офицеры. По мнению Вернера, сняв солдатскую шинель, Грушницкий лишится оригинальности в глазах дам.

Следующий заслуживающий нашего внимания разговор Печорина с Мери состоялся на узкой тропинке, ведшей вверх на гору среди кустарников и скал. Печорин принялся высмеивать, сначала шутя, а потом и со злостью, различных знакомых. Мери заметила в ответ, что с его языком он хуже убийцы. Печорин начинает игру. Он описывает свое несчастное детство, когда все почему-то читали на его лице признаки дурных свойств. Пришлось таким стать. Бедного Печорина никто не ласкал, а только все оскорбляли. И так далее, и так далее... Классический набор, применяемый молодыми людьми, старающимися завоевать симпатии девушки, какого бы зла ни натворили они в жизни. Княжна Мери повела себя именно так, как повели бы себя многие чистые девушки: в ее глазах Печорин видит слезы. Печорин возвращается домой довольным: Мери обвиняет себя в холодности, но завтра захочет вознаградить его! Он все это знает наизусть — вот что скучно! 4-го июня

Вера замучила Печорина своей ревностью. Кажется, княжна вздумала поверять ей свои сердечные тайны. Вера требует сказать, что Печорин не любит Мери. Если он ее не любит, так зачем преследовать, тревожить, волновать ее воображение? Вера послезавтра уезжает в Кисловодск. Печорин должен тоже отправиться туда за ней. Княгиня остается здесь дольше. В тот же день Печорин поручил нанять квартиру в Кисловодске.

Вечером явился Грушницкий. Завтра, как раз к балу, будет готов его мундир! Он собирается танцевать с княжной Мери весь вечер. Грушницкий не захотел идти на бульвар. Печорин, отправившись один и встретив княжну Мери, тут же пригласил ее на мазурку. 5-го июня

За полчаса до бала явился сияющий, самодовольный и при этом несколько неуверенный Грушницкий. “Ты, говорят, эти дни ужасно волочился за моей княжной?” — сказал он довольно небрежно и не глядя на Печорина. “Где нам, дуракам, чай пить!” — отшутился тот. Грушницкий робеет — ему придется начинать с княжной мазурку. Откуда ему, глупому, знать, что Печорин уже все устроил! Через полчаса после Грушницкого отправился на бал и Печорин. Он, как всегда, играет сам с собой: ах, зачем мне единственное назначение на земле — разрушать чужие надежды?

В зале он потихоньку подошел так, чтобы слышать разговор Грушницкого с княжной Мери. Тот просит ее не мучить его. Она так ужасно переменилась с тех пор, как он ее не видел... Княжна переходит к иронии: “Кто видел вас однажды, тот навеки унесет с собою ваш божественный образ”. В это время к ним подходит Печорин и присоединяется к насмешкам над

Грушницким.

Весь вечер Грушницкий преследовал княжну, танцевал или с ней, или ухвата, он пожирал ее глазами, вздыхал и надоедал ей мольбами и упреками.

Стали разъезжаться. Сажая княжну в карету, Печорин, по своему предварительному решению, и не иначе, быстро прижал маленькую ручку Мери к своим губам. Возвратился он в зал очень довольным собой. Когда Печорин вошел, все замолчали. Судя по всему, Грушницкий организует против него шайку. Что ж, Печорин это любит.

6-го июня

Утром Вера уехала с мужем в Кисловодск. Не хотела встречаться с Печориным наедине — пусть теперь страдает ревностью... С этой мыслью Печорин продефилировал к княгине Лиговской. Впрочем, княжна Мери не показалась. У Грушницкого тоже отчаянный вид, но даже и грусть Груш-ницкого смешна Печорину.

Возвратясь домой, Печорин поймал себя на мысли, что ему чего-то недостает. Он не видел Мери! Она больна. Уж не влюбился ли он в нее в самом деле? Какой вздор!

7-го мая

В одиннадцать часов утра, когда княгиня Литовская принимает лечебные ванны, Печорин отправился к Мери. Она была бледна и грустна. Печорин снова приступил к игре: “Простите меня, княжна! Я поступил как безумец... этого в другой раз не случится... Зачем вам знать то, что происходило до сих пор в душе моей? Прощайте”. Вслед вроде бы послышался плач.

Вечером к Печорину зашел Вернер, принесший слух о том, что Печорин якобы собирается жениться на княжне Мери. Печорин считает, что это проделки Грушницкого. Он ему отомстит.

10-го июня

Вот уже три дня, как Печорин в Кисловодске. Каждый день видит Веру у колодца и на гулянье. Будто нечаянно, они встречаются в саду наедине.

Грушницкий приехал вчера.

11-го июня

Наконец приехали Лиговские. У Печорина вздрогнуло сердце, когда он услышал стук их кареты.

За обедом княжна смотрела на Печорина нежно, зато Вера ревнует к княжне, чего Печорин и добивался! Он самого низкого мнения о женщинах, считает себя много умнее их и при этом ничего на свете не любит, кроме них.

12-го июня

Сегодняшний день был полон происшествиями. Неподалеку от Кисловодска, в ущелье “есть скала, называемая Кольцом; это — ворота, образованные природой; они поднимаются на высоком холме, и заходящее солнце сквозь них бросает на мир свой последний пламенный взгляд”. Посмотреть на это отправилась многочисленная кавалькада, хотя многие преследовали совсем другие цели. Печорин ехал возле княжны. Возвращаясь домой, надо было переезжать речку вброд. Горные реки, даже самые мелкие, опасны — дно их часто меняется, и там, где вчера был камень, сегодня может быть яма. Печорин взял под уздцы лошадь княжны и свел ее в воду, которая была не выше колен; они тихонько стали продвигаться наискось против течения. Переезжая быстрые реки, лучше не смотреть в воду, иначе может закружиться голова. Печорин забыл сказать об этом княжне Мери. Когда они уже были на самой середине, в самой быстрине, Мери вдруг покачнулась в седле. “Мне дурно!” — проговорила она слабым голосом. Печорин-наклонился к Мери и обхватил ее за талию. “Смотрите наверх! — шепнул он ей. — Это ничего, только не бойтесь; я с вами”. Мери стало лучше, и она попыталась освободиться из объятий Печорина, но тот прижал ее еще крепче. Наконец они выбрались на берег. Мери была в смущении и отчаянии. Печорина это ничуть не трогало. Ему хотелось видеть, как Мери выпутается из этого затруднительного положения. “"Или вы меня презираете, или очень любите! — сказала она наконец голосом, в котором были слезы. —

Может быть, вы хотите посмеяться надо мной, возмутить мою душу и потом оставить... Это было бы так подло, так низко, что одно предположение... О нет! не правда ли, — прибавила она голосом нежной доверенности, — не правда ли, во мне нет ничего такого, что бы исключало уважение? Ваш дерзкий поступок... я должна, я должна вам его простить, потому что позволила... Отвечайте, говорите же, я хочу слышать ваш голос!.." В последних словах было такое женское нетерпение, что я невольно улыбнулся; к счастию, начинало смеркаться... Я ничего не отвечал. "Вы молчите? — продолжала она, — вы, может быть, хотите, чтоб я первая вам сказала, что я вас люблю?.." Я молчал. "Хотите ли этого?" — продолжала она, быстро обратясь ко мне... В решительности ее взора и голоса было что-то страшное... "Зачем?" — отвечал я, пожав плечами. Она ударила хлыстом свою лошадь и пустилась во весь дух по узкой, опасной дороге...” Весь вечер она была необыкновенно весела. А Печорин наслаждался своим достижением, как же — было чем... Слезши с коней, дамы вошли к княгине, а Печорин поскакал в горы — развеяться. Проезжая через слободку, он заметил яркий свет, пробивавшийся сквозь ставень; слышались говор и крики. Печорин подобрался к окну. Компания Грушницкого разрабатывала план, как разделаться раз и навсегда с Печориным. План был таков: Грушницкий под каким-нибудь предлогом придерется к Печорину и вызовет его на дуэль. Пистолеты будут без пуль, а противников поставят в шести шагах. Вот и станет видно, трус ли Печорин. Согласится ли Грушницкий на этот план, который должен был выставить его бывшего приятеля на посмешище? Печорин со злостью ждал. Тот согласился. Печорин отправился домой, волнуемый двумя чувствами. Первое было грусть: “За что они все меня ненавидят?” Второе — злость: “Со мной этак не шутят”. Утром Печорин встретил княжну у колодца. Девушка продолжала искать хоть какое-нибудь объяснение неприличному поведению Печорина. А причина была проста — неуважение, высокомерное презрение. “Я вам скажу всю истину, — отвечал я княжне, — не буду оправдываться, ни объяснять своих поступков; я вас не люблю”. 14-го июня

Далее автор дневника явно пишет на публику: как он себя иногда презирает, боится показаться смешным самому себе, стал не способен к благородным порывам, как страстно он ценит свою свободу, а потому одно упоминание о женитьбе заставляет его бежать прочь... 15-го июня

Сегодня будет представление заезжего фокусника, и все собираются идти его смотреть. После обеда, проходя мимо окон Веры, Печорин подобрал с земли записку, в которой сообщалось, что муж ее уехал до утра в Пятигорск. Все складывалось удачно. Можно сослаться на представление, а ночь провести у Веры. Около двух часов пополуночи Печорин спустился с верхнего балкона на нижний. Это была комната княжны. Печорин заглянул в окно. Мери сидела перед открытой книгой, хотя мысли ее были далеко...

В эту минуту кто-то шевельнулся за кустом. Печорин спрыгнул с балкона на землю. Кто-то невидимый схватил его за плечо. “Ага, попался!” — закричал грубый голос. К нему присоединился другой. Это были Грушницкий и драгунский капитан. Печорин вырвался и бросился в кусты. Все тропинки сада были ему хорошо известны. Через минуту Печорин уже был в своей комнате, разделся и лег. Не успел лакей запереть дверь, как начали стучаться Грушницкий и капитан. “Печорин, выспите?” — “Сплю”. — “Вставайте! Воры... черкесы”. “У меня насморк, — отвечал я, — боюсь простудиться”.

Герой нашего времени (часть 3)

Поднялась тревога. Из крепости прискакал казак. Все искали черкесов по всем кустам. Никого не нашли.

16-го июня

Утром у колодца только и было разговоров, что о ночном нападении черкесов. Печорин, встретив вернувшегося только что из Пятигорска мужа Веры, завтракал в ресторане. Муж Веры был очень обеспокоен. Они сидели возле двери, ведущей в угловую комнату, где находилось человек десять молодежи, среди прочих Грушницкий. Судьба дала Печорину еще один случай подслушать разговор, который должен был решить его участь. Грушницкий не видел Печорина, умысла в его речах быть не могло, и это только увеличивало его вину в глазах Печорина. По словам Грушницкого, некто сказал ему, что видел вчера в десятом часу вечера, как кто-то прокрался в дом к Литовским. Княгиня была на представлении, а княжна дома. Печорин испугался, не догадается ли вдруг о чем-нибудь муж Веры, но этого не произошло. Между тем, по словам Грушницкого, их компания отправилась в сад просто так, попугать гостя. Просидели до двух часов. Вдруг кто-то сходит с балкона. Грушницкий уверен, что ночной посетитель был у княжны, точно, а потом бросился в кусты, тут-то Грушницкий по нему и выстрелил. Грушницкий готов назвать имя любовника. Это был Печорин. В эту минуту, подняв глаза, он встретился с глазами Печорина, стоявшего в дверях. Печорин требует от него немедленно отказаться от своих слов. Равнодушие женщины к блестящим достоинствам Грушницкого, по его мнению, не заслуживает такого ужасного мщения. Поддерживая свои слова, Грушницкий теряет право на имя благородного человека и рискует жизнью. Грушницкий был в сильном волнении, но борьба совести с самолюбием была непродолжительна. Вмешался капитан, которому Печорин предложил быть секундантом. Пообещав прислать сегодня же своего секунданта, Печорин вышел. Он пошел прямо к Вер-неру и рассказал ему все — свои отношения к Вере и княжне, подслушанный разговор, из которого узнал о намерении этих господ подурачить Печорина. Но теперь дело было не до шуток. Доктор согласился стать секундантом Печорина. Они обговорили секретные условия. Вернер вернулся через час и сообщил, что поединок предполагается в глухом ущелье, расстояние — шесть шагов. У доктора есть подозрение, что они несколько переменили свой план и собираются зарядить только пистолет Грушницкого. Печорин ответил, что он им не поддастся, но пока что это — его тайна.

Ночью Печорин думает о своей жизни, о назначении, которого, судя по всему, не угадал, его любовь никому не принесла счастья, потому что он ничем не жертвовал для того, кого любил. Он любил только для себя, для собственного удовольствия.

Продолжение дневника Печорина относится уже ко времени его пребывания в крепости N5 Максим Максимыч ушел на охоту, скучно, сквозь серые тучи солнце проглядывает желтым пятном. Печорин перечитывает последнюю страницу: смешно! Он думал умереть, но этого не было суждено. Чаша страданий осушена еще не вся. Печорину кажется, что его ждет еще долгая жизнь.

Всю ночь перед поединком Печорин не спал, его томило беспокойство. На столе лежал роман Вальтера Скотта “Шотландские пуритане”, он сел и начал читать — сначала с усилием, потом увлекшись волшебным вымыслом.

Наконец рассвело. Печорин посмотрелся в зеркало и остался доволен собою: лицо было бледно, но глаза, хоть и в темным кругах, блистали гордо и неумолимо. После нарзановой ванны он был свеж и бодр, как будто собирался на бал. Явился доктор Вернер в очень смешной, огромной косматой шапке.

Я не помню утра более голубого и свежего! Солнце едва выказалось из-за зеленых вершин... Я помню — в этот раз, больше чем когда-нибудь прежде, я любил природу”. Вернер спрашивает, написал ли Печорин завещание. 1ет, не написал, писать некому и не о Чем. Но вот и противники. “Мы давно уж вас ожидаем”, — сказал драгунский капитан с иронической улыбкой. “Я (вынул часы и показал ему”. Он извинился. Грушницкий поднял глаза на 1ечорина, взгляд его выражал внутреннюю борьбу. Выясняются условия извинения. Обе стороны извиняться отказываются. Печорин выдвигает свое условие: так как соперники решили драться насмерть, то необходимо сделать все, чтобы это осталось тайной и секундантам не пришлось нести ответственности. Вон там, на вершине отвесной скалы, есть узенькая площадка, оттуда будет сажен тридцать. Внизу острые камни. Если дуэлянты станут по краям площадки, то даже легкая рана будет смертельна. Предложенные противной стороной шесть шагов вполне с этим согласуются, не так ли? Раненый непременно полетит вниз и разобьется вдребезги; пулю доктор вынет, и тогда эту смерть можно будет объяснить неудачным прыжком. Грушницкий был (согласен, но по лицу его то и дело пробегала тень сомнения. Ведь при обычных условиях он мог просто ранить Печорина, а теперь должен был или выстрелить в воздух, или стать убийцей. Все начали взбираться на вершину скалы. Площадка изображала почти правильный треугольник. От выдающегося угла отмерили шесть шагов. Решили, что если стоящий на самом углу (избежит выстрела, противники поменяются местами.

“Я решился предоставить все выгоды Грушницкому; я хотел испытать его; в душе его могла проснуться искра великодушия, и тогда все устроилось (бы к лучшему”. Но этого не случилось. Оставалось еще одно — что он выстрелит в воздух. Этому могло помешать одно: мысль, что Печорин потребует вторичного поединка. Доктор теребит Печорина — по его мнению, самое время раскрыть заговор. Печорин против. Противники становятся на свои места. “Грушницкий... начал поднимать пистолет. Колени его дрожали. Он целил мне прямо в лоб... Неизъяснимое бешенство закипело в груди моей”. Но Грушницкий вдруг опустил пистолет и, бледный как полотно, повернулся к секунданту: “Не могу”. “Трус!”, —отвечал капитан. Выстрел раздался. “Пуля оцарапала мне колено. Я невольно сделал несколько шагов вперед”.

Капитан, уверенный, что никто ни о чем не знает, притворно прощается с Грушницким. “Я несколько минут смотрел ему пристально в лицо, стараясь заметить хоть легкий след раскаяния. Но мне показалось, что он удерживал улыбку”.

Печорин подозвал Вернера: “Доктор, эти господа, вероятно, второпях, забыли положить пулю в мой пистолет: прошу вас зарядить его снова, — и хорошенько!” Капитан попытался было возражать, но Печорин предложил стреляться и с ним особо на тех же условиях... Грушницкий стоял, опустив голову на грудь, смущенный и мрачный. “Грушницкий! — сказал я, — еще есть время; откажись от своей клеветы, и я тебе прощу все... вспомни — мы были когда-то друзьями...” “Стреляйте! — отвечал он, — я себя презираю, а вас ненавижу. Если вы меня не убьете, я вас зарежу ночью из-за угла. Нам на земле вдвоем нет места...”

Печорин выстрелил. Когда дым рассеялся, Грушницкого на площадке не было. Спускаясь по тропинке вниз, Печорин заметил... окровавленный труп Грушницкого. Он невольно закрыл глаза. У него на сердце был камень, и он долго скакал по ущелью. Дома его ждали две записки: первая — от Вернера — о том, что все устроено. Записка кончалась словом “Прощайте”. Во второй Вера сообщала, что они расстаются навсегда. Вера писала далее, что утром муж рассказал про ссору Печорина с Грушниц-ким. Она так переменилась в лице, что он как будто что-то заподозрил. Она призналась мужу в любви к Печорину. Муж был очень груб и пошел закладывать карету. Вера всей душой надеется, что Печорин остался в живых. “Не правда ли, ты не любишь Мери? Ты не женишься на ней? Послушай, ты должен мне принести эту жертву: я для тебя потеряла все на свете...”

Печорин выскочил на крыльцо, вспрыгнул на своего Черкеса и пустился во весь дух по дороге в Пятигорск. Он загнал коня, попробовал идти пешком — ноги подкосились, он упал на мокрую траву и как ребенок заплакал. Вернувшись в Кисловодск в пять часов утра, он бросился на постель и заснул сном Наполеона после Ватерлоо.

Проснулся он уже вечером и сел у окна, подставив грудь свежему горному ветру. Вошел хмурый доктор. Против обыкновения, он не протянул Печорину руки. Он сообщил, что княжна больна нервным расстройством. Княгиня же говорит, что Печорин стрелялся за ее дочь.' Доктор пришел предупредить Печорина. Может быть, они больше не увидятся, Печорина ушлют куда-нибудь. Чувствовалось, что при прощании доктору очень хотелось пожать руку Печорину, но тот не сделал ни малейшего ответного движения. Он вышел.

На следующее утро, получив приказание от высшего начальства отправиться в крепость N. Печорин зашел к княгине проститься. Оказалось, что у нее к нему есть серьезный разговор. Она знает, что Печорин защитил ее дочь от клеветы и стрелялся за нее. Дочь призналась ей в том, что любит Печорина. Княгиня согласна на их брак. Что же удерживает его? Печорин попросил разрешения поговорить с Мери наедине. Княгиня была против, но, подумав, согласилась. Вошла Мери: “ее большие глаза, исполненные неизъяснимой грусти, казалось, искали в моих что-нибудь похожее на надежду; ее бледные губы напрасно старались улыбнуться...” “"Княжна, — сказал я, — вы знаете, что я над вами смеялся?.. Вы должны презирать меня... Следственно, вы меня любить не можете... Видите ли, я перед вами низок. Не правда ли, если даже вы меня и любили, то с этой минуты презираете?.." "Я вас ненавижу", — сказала она”.

Через час курьерская тройка мчала Печорина из Кисловодска. В крепостной скуке он часто задумывается над тем, почему его не манит спокойная жизнь.

III Фаталист

Печорин пишет, что как-то ему случилось недели две прожить в казачьей станице; рядом стоял батальон пехоты. Вечером офицеры собирались друг у друга поочередно играть в карты.

Однажды, бросив карты, засиделись за разговорами. Против обыкновения, разговор был занимателен. Вот, говорят, что мусульмане верят, будто судьба человека написана на небесах; в это верят и некоторые христиане.

Начали рассказывать разные необыкновенные случаи. “Все это вздор, — сказал кто-то, — ...и если точно есть предопределение, то зачем же нам дана воля, рассудок? почему мы должны давать отчет в наших поступках?”

К столу подошел сидевший до того в углу комнаты офицер и окинул всех спокойным и торжественным взглядом. Человек этот был серб — поручик Вулич. Он был храбр, говорил мало, но резко, никому не поверял своих тайн, почти не пил вина, за молодыми казачками не волочился. У него была только одна страсть — карты. По этому случаю даже рассказывали интересный случай.

Вулич предложил, вместо того чтобы спорить впустую, испробовать на себе, может ли человек своевольно располагать своей жизнью, или каждому из нас заранее назначена роковая минута... Держат пари, что это сделает сам Вулич. Он взял наугад со стены один из разнокалиберных пистолетов и зарядил его. “Я пристально посмотрел ему в глаза; но он спокойным и неподвижным взором встретил мой испытующий взгляд, и бледные губы его улыбнулись... мне казалось, я читал печать смерти на бледном лице его”. О таком говорят многие старые воины... “Вы нынче умрете!” — сказал ему Печорин. “Может быть, да, может быть, нет”, — ответил он. Начались шумные разговоры насчет пари и пистолета... “Послушайте, — сказал я, — или застрелитесь, или повесьте пистолет на прежнее место, и пойдемте спать”. Вулич приказал всем не трогаться с места и выстрелил себе в лоб... осечка. Он опять взвел курок и выстрелил в висевшую над окном фуражку. Раздался выстрел. Вулич выиграл пари. “...Не понимаю теперь, отчего мне казалось, будто вы непременно должны нынче умереть...” — сказал Печорин Вуличу.

Все пошли по домам. Печорин шел и со смехом думал о далеких предках, уверенных в том, что светила небесные принимают участие в их ничтожных спорах за клочок земли и какие-нибудь вымышленные права! Но звезды все светят, а надежды их и страсти давно угасли вместе с ними,..

Происшествие вечера произвело на Печорина глубокое впечатление. Вдруг он наткнулся на что-то мягкое, лежавшее на дороге. Это была свинья, разрубленная пополам шашкой. Из переулка выбежали два казака. Один из них спросил, не видел ли Печорин пьяного, что гнался с шашкой за свиньей. Он, напившись, очень опасен.

Ранним утром в окно застучали. Оказалось, что убит Вулич. На него наскочил тот пьяный казак, о котором говорили. Перед смертью Вулич сказал только два слова: “Он прав!” — “Я понимал: я предсказал невольно.

М. Ю. Лермонтов. Маскарад. Краткое содержание драмы

М. Ю. Лермонтов. Маскарад

1835

Краткое содержание драмы.

Читается за 10–15 мин.

Оригинал — за 5070 мин.

Евгений Александрович Арбенин, человек не первой молодости, игрок по натуре и по профессии, разбогатев на картах, решает переменить судьбу: заключить «союз с добродетелью», жениться и зажить барином. Задумано — сделано. Жизнь, однако, вносит существенную поправку в прекраснейший сей план. Посватавшись не то чтобы по прямому расчету, скорее «по размышленьи зрелом», Евгений, неожиданно для себя, влюбляется, и не на шутку, в юную свою жену. А это при его-то угрюмстве и с его темпераментом — как лава, «кипучем» — душевного комфорта не обещает. Вроде бы «утих», причалил к семейной пристани, а чувствует себя «изломанным челноком», брошенным снова в открытое, бурное море. Жена его, спору нет, ангел, но она — дитя, и душой, и годами, и по-детски обожает все, что блестит, а пуще всего «и блеск, и шум, и говор балов». Вот и сегодня: праздники, Петербург развлекается, танцует, развлекается где-то и Настасья Павловна Арбенина (по-домашнему — Нина). Обещалась быть до полуночи, сейчас уж час второй… Наконец является. Подкрадывается на цыпочках и целует, как доброго дядюшку, в лоб. Арбенин делает ей сцену, да милые бранятся — только тешатся! К тому же Евгений Александрович и сам нынче не без греха: нарушил зарок — «за карты больше не садиться». Сел! И крупно выиграл. Правда, и предлог благовидный: надо же выручить из беды проигравшегося князя Звездича! Со Звездичем же из игорного дома едет он в дом маскарадный — к Энгельгардту. Чтобы рассеяться. Рассеяться не получается: в праздной толпе Арбенин всем чужой, зато Звездич, молодой и очень красивый гвардеец, в своей стихии и, конечно же, мечтает об амурном приключении. Мечта сбывается. Таинственная дама в маске, интригуя, признается ему в невольной страсти. Князь просит на память о маскарадной встрече какой-нибудь символический «предмет». Маска, не рискуя отдать свое кольцо, дарит красавчику потерянный кем-то браслет: золотой, с эмалью, премиленький (ищи, мол, ветра в поле!). Князь показывает маскарадный «трофей» Арбенину. Тот где-то видел похожий, но где, не помнит. Да и не до Звездича ему, некто Неизвестный, наговорив дерзостей, только что предсказал Евгению несчастье, и не вообще, а именно в эту праздничную зимнюю ночь!.. Согласитесь, что после такого бурного дня у господина Арбенина есть основания нервничать, ожидая припозднившуюся жену! Но вот гроза, так и не превратившись в бурю, умчалась. Ну что с того, что Нина любит иначе, чем он, — безотчетно, чувствами играя, так ведь любит же! Растроганный, в порыве нежности Евгений целует женины пальцы и невольно обращает внимание на её браслет: несколько часов назад точно таким же, золотым и с эмалью, хвастал Звездич! И вот тебе на! На правом запястье браслета нет, а они — парные, и Нина, следуя моде, носит их на обеих руках! Да нет, не может быть! «Где, Нина, твой второй браслет?» — «Потерян». Потерян? Потерю, по распоряжению Арбенина, ищут всем домом, естественно, не находят, в процессе же поисков выясняется: Нина задержалась до двух часов ночи не на домашнем балу в почтенном семействе, а на публичном маскараде у Энгельгардта, куда порядочной женщине, одной, без спутников, ездить зазорно. Пораженный странным, необъяснимым (неужели всего лишь детское любопытство?) поступком жены, Арбенин начинает подозревать, что у Нины — роман с князем. Подозрение, правда, еще не уверенность. Не может же ангел-Нина предпочесть ему, зрелому мужу, пустого смазливого мальчишку! Куда больше (пока) возмущает Арбенина князь — до амурных ли шалостей было бы этому «купидону», если бы он, Арбенин, не отыграл великодушно его карточный проигрыш! Устав до полусмерти от выяснения отношений, супруги Арбенины, в самом дурном расположении духа, расходятся по своим комнатам.

На другой день Нина отправляется в ювелирный магазин; она наивно надеется, что муж сменит гнев на милость, если удастся подобрать взамен утраченной безделушки точно такую же. Ничего не купив (браслеты — штучной работы), мадам Арбенина заезжает к светской приятельнице молодой вдове баронессе Штраль и, встретив в гостиной Звездича, простодушно рассказывает ему о своей неприятности. Решив, что таинственная дама в маске и Нина Арбенина — одно и то же лицо, а «сказочка» про якобы потерянный браслет — с намеком, Звездич в миг преображается из скучающего бонвивана в пламенного любовника. Остудив его пыл «крещенским холодом», Нина поспешно удаляется, а раздосадованный князь выкладывает «всю историю» баронессе. Вдова в ужасе, ведь это именно она, не узнанная под маскарадной маской, нашла и подарила Нинин браслет!

Спасая свою репутацию, она оставляет Звездича в заблуждении, а тот, в надежде запутать Нину и тем самым добиться своего, отправляет ей, по домашнему адресу, предерзкое письмо: дескать, скорей умру, чем откажусь от вас, предварительно оповестив о его содержании половину светского Петербурга. В результате многоступенчатой интриги скандальное послание попадает в руки Арбенина. Теперь Евгений не только убежден, что жестоко обманут. Теперь он видит в случившемся еще и некий вещий знак: дескать, не тому, кто испытал «все сладости порока и злодейства» — мечтать о покое и беспечности! Ну, какой из него, игрока, муж? И тем более добродетельный отец семейства! Однако отомстить коварному «соблазнителю» так, как это сделал бы «гений злодейства» и порока, то есть задушить Звездича словно кутенка, — спящим, Арбенин не может: «союз с добродетелью», пусть краткий, видимо, все-таки что-то изменил в самом его существе.

Между тем баронесса Штраль, испугавшись за жизнь князя, которого, несмотря ни на что, любит, за что — не зная, «быть может, так, от скуки, от досады, от ревности», решается открыть Арбенину истину и тем самым предотвратить неизбежную, по её представлению, дуэль. Арбенин, прокручивая в голове варианты отмщенья, не слушает её, точнее, слушая, не слышит. Госпожа Штраль в отчаяньи, хотя волнуется она напрасно: поединок не входит в планы Евгения; он хочет отнять у счастливчика и баловня судьбы не жизнь — зачем ему жизнь «площадного волокиты», а нечто большее: честь и уважение общества. Хитроумное предприятие удается вполне. Втянув бесхарактерного князька в карточное сраженье, придирается к пустякам, публично обвиняет в мошенничестве: «Вы шулер и подлец», дает пощечину.

Итак, Звездич наказан. Очередь за Ниной. Но Нина — это не безнравственный и безбожный князек; Нина это Нина, и Арбенин, суеверный, как все игроки, медлит, ожидая, что скажет, что подскажет судьба ему, её старинному и верному рабу. Судьба же «ведет себя» крайне коварно: распутывая интригу, тут же и запутывает ее! Госпожа Штраль, после неудачной попытки объясниться начистоту с мужем подруги и понимая, что при любом повороте событий светская её карьера безнадежно погублена, решает удалиться в свое деревенское именье, а перед отъездом разъясняет Звездичу «разгадку сей шарады». Князь, уже переведенный, по собственной его просьбе, на Кавказ, задерживается в Петербурге, чтобы вернуть злополучную безделушку её настоящей владелице, а главное, чтобы остеречь Нину, которая симпатична ему: берегитесь, мол, ваш муж — злодей! Не придумав иного способа поговорить с госпожой Арбениной наедине, он весьма неосторожно подходит к ней на очередном великосветском балу. Называть вещи своими именами князь не решается, а Нина решительно не понимает его намеков. Ее Евгений — злодей? Муж собирается ей отомстить? Какая чепуха? Не догадывается она и о том, к какому решению приходит издалека наблюдающий эту сцену Арбенин («Я казнь ей отыщу… Она умрет, жить вместе с нею доле я не могу»). Разгоряченная танцами, давно позабыв о смешном офицерике, Нина просит мужа принести ей мороженое. Евгений послушно плетется в буфетную и перед тем, как подать блюдечко с мороженым жене, подсыпает туда яд. Яд — быстродействующий, верный, в ту же ночь, в страшных мучениях, Нина умирает. Проститься с телом покойной приходят друзья и знакомые. Предоставив визитеров скорби слугам, Арбенин в мрачном одиночестве бродит по опустевшему дому. В одной из дальних комнат его и находят Звездич и тот самый неизвестный господин, который несколько дней назад, на маскараде у Энгельгардта, предсказал Арбенину «несчастье». Это его давний знакомый, которого Евгений Александрович когда-то обыграл и пустил, что называется, по миру. Изведав, на своем горьком опыте, на что способен этот человек, Неизвестный, уверенный, что мадам Арбенина умерла не своей смертью, заявляет открыто, при Звездиче: «Ты убил свою жену». Арбенин — в ужасе, на некоторое время потрясение отнимает у него дар речи. Воспользовавшись возникшей паузой, Звездич, в подробностях, излагает истинную историю рокового браслета и в качестве доказательства передает Евгению письменное свидетельство баронессы. Арбенин сходит с ума. Но перед тем как навеки погрузиться в спасительный мрак безумия, этот «гордый» ум успевает бросить обвинение самому Богу: «Я говорил Тебе, что ты жесток!»

Неизвестный торжествует: он отмщен вполне. А вот Звездич безутешен: дуэль при нынешнем состоянии Арбенина невозможна, и, значит, он, молодой, полный сил и надежд красавец, навек лишен и спокойствия, и чести.

Маскарад. Краткое содержание

Действие начинается за карточным столом. Князь Звездич, Казарин и Шприх мечут банк и понтируют. Входит Арбенин. Казарин упрекает Арбенина, что с женитьбой он забыл прежних друзей и перестал играть. Арбенин предлагает Звездичу поехать на маскарад.

На маскараде среди масок Князь Звездич говорит, что его сердце холодно, хотя повсюду старается найти развлечения. Маска вступает с князем в беседу.

Ты! Бесхарактерный, безнравственный, безбожный,

Самолюбивый, злой, но слабый человек;

В тебе одном весь отразился век,

Век, нынешний, блестящий, но ничтожный.

Наполнить хочешь жизнь, а бегаешь страстей.

Все хочешь ты иметь, а жертвовать не знаешь;

Людей без гордости и сердца презираешь,

А сам игрушка тех людей.

Дальше разговор заходит о любви. Князь говорит, что не ищет её.

Женская маска, разговаривавшая с князем, в одиночестве размышляет. На полу она замечает браслет и решает отдать его князю, чтобы по нему князь нашёл её впоследствии. Появляется князь, убеждает её открыть лицо, но та убегает, оставляя ему браслет. Появляется Арбенин, подшучивает над князем, которому в душу запала незнакомка. Тот говорит, что отыщет её обязательно. После маскарада Арбенин дома. Его жены нет, хотя уже второй час ночи. Он размышляет над тем, что наказан за прежние грехи: его вот так ждали чужие жёны, как он теперь ждёт свою.

Появляется Нина. Арбенин упрекает её, что она вернулась так поздно. Она в ответ говорит, что, если бы он любил её, она оставила бы свет и скрылась в деревне, но он не любит и не ревнует её. Арбенин убеждает её в обратном, они почти мирятся, но вот он целует её руки и на одной не видит браслета. Арбенин в чрезвычайном возбуждении. Нина упрекает его в том, что тревога поднята из – за такого пустяка. Арбенин грозит разорвать свою и её жизни, несмотря на то, что он любит её. Он не терпит измены. Со словами «Прощай, я знаю всё» Арбенин гонит её прочь. Нина уверяет, что измены не было. Арбенин ей не верит. Баронесса в одиночестве размышляет о судьбе женщины в современном обществе. Приезжает Нина. Баронесса замечает, что у неё заплаканные глаза. Приезжает князь. Он намекает, что на маскараде узнал присутствующих женщин. Его упрекают, говоря, что порядочные дамы не посещают такие места, но князь не верит. Он заводит разговор о браслете. Нина не понимает, куда он клонит, сердится, разговор заканчивается. Спустя некоторое время, князь пытается поговорить с Ниной, возвращает ей браслет и сообщает, что уезжает на Кавказ. Арбенин решает убить жену. На балу он всыпает ей в мороженое яд. Нина умирает. Арбенин в печали размышляет. К нему приезжает неизвестный человек. Вместе с князем они обвиняют Арбенина во многих грехах, в том числе и в убийстве жены. В разговоре открывается, что Нина умерла невиновной. Огромное горе охватывает Арбенина.

Мцыри

Немного лет тому назад

Там, где сливался, шумят,

Обнявшись, будто две сестры,

Струи Арагви и Куры,

Был монастырь...

Теперь один старик седой,

Развалин страж полуживой,

Людьми и смертию забыт,

Сметает пыль с могильных плит,

Которых надпись говорит

О славе прошлой — и о том,

Как, удручен своим венцом,

Такой-то царь в такой-то год

Вручал России свой народ.

“Однажды русский генерал из гор к Тифлису проезжал...” С ним был пленный умирающий ребенок лет шести, который отказывался от пищи. Один монах пожалел ребенка и оставил его в монастыре. Но рос он нелюдимым, одиноким, ему были чужды детские игры... Он тосковал по родине. Однако постепенно он как будто привык к плену, выучил чужой язык, был окрещен и уже собирался принять монашеский обет, когда вдруг исчез.

Три Дня все поиски по нем

Напрасны были, но потом

Его в степи без чувств нашли

И вновь в обитель принесли.

Но юноша увядает, уже приближается его конец. К нему приходит исповедник, просит его поговорить с ним, и Мцыри открывает уста:

Ты слушать исповедь мою

Сюда пришел, благодарю.

Все лучше перед кем-нибудь

Словами облегчить мне грудь;

Но людям я не делал зла,

И потому мои дела

Не много пользы вам узнать, —

А душу можно ль рассказать?

Я мало жил и жил в плену.

Таких две жизни за одну,

Но только полную тревог,

Я променял бы, если б мог...

Мцыри признается старику, что в душе его всегда была единственная пламенная страсть — к свободе. “Зачем ты спас меня?” — упрекает он старика. Ведь жить ему пришлось в плену, он никому не мог сказать священных слов “отец” и “мать”. И вот Мцыри, как жил в земле чужой, умрет

рабом и сиротой.

“Меня могила не страшит... — говорит юноша, — но с жизнью жаль расстаться мне. Я молод, молод... Пускай ты слаб, ты сед... Ты жил, старик! Тебе есть в мире что забыть! Ты жил, — я также мог бы жить!”

Мцыри рассказывает о прекрасной природе, среди которой он оказался.

Вдали я видел сквозь туман

В снегах, горящих, как алмаз,

Седой незыблемый Кавказ;

И было сердцу моему

Легко, не знаю почему.

Мне тайный голос говорил,

Что некогда и я там жил,

И стало в памяти моей

Прошедшее ясней, ясней...

Ему вспоминается отцовский дом, в тени рассыпанный аул, домой бегущие табуны, лай знакомых псов. Он вспоминает смуглых стариков, блеск кинжалов длинных... А вот и отец, как живой, в своей одежде боевой, молодые сестры и звук их песен над его колыбелью-Мцыри говорит старику:

Ты хочешь знать, что делал я

На воле? Жил — и жизнь моя

'Без этих трех блаженных дней

Была б печальней и мрачней

Бессильной старости твоей.

Мцыри давно хотелось взглянуть на дальние поля, посмотреть на землю, на природу, понять, “для воли иль тюрьмы” родится человек. Он проводит ночь у обрыва, утром спускается вниз, к потоку. И видит, как к потоку приходит за водой прекрасная грузинка. Он не тревожит ее покоя. У него одна цель — пройти в родимую страну, ради этого он превозмогает чувствоголода. Мцыри заблудился в лесу и, зная, что он один, позволил себе заплакать от отчаяния. Проснулся он на лесной поляне от шума: из чащи выскочил могучий барс. В схватке с барсом Мцыри побеждает. Это убеждает его в том, “что быть бы мог в краю отцов не из последних удальцов”.

Израненный, он вышел из леса и вдруг понял, что края эти ему знакомы, — он вернулся туда, откуда бежал.

И смутно понял я тогда

Что мне на родину следа

Не проложить уж никогда.

Мцыри теряет сознание, бредит, в таком состоянии его находят монахи и приносят обратно в монастырь.

Да, заслужил я жребий мой!

Могучий конь, в степи чужой,

Плохого сбросив седока,

На родину издалека

Найдет прямой и краткий путь...

Что я пред ним?..

На мне печать свою тюрьма

Оставила...

Прощай, отец... дай руку мне:

Ты чувствуешь, моя в огне...

Знай, этот пламень с юных дней,

Таяся, жил в груди моей;

Но ныне пищи нет ему,

И он прожег свою тюрьму

И возвратится вновь к тому,

Кто всем законной чередой

Дает страданье и покой...

Мой дух найдет себе приют...

Увы! — за несколько минут

Между крутых и темных скал,

Где я в ребячестве играл,

Я б рай и вечность променял...

Мцыри просит похоронить его в монастырском саду, где растут две акации... “Оттуда виден и Кавказ!”

Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова

Ох ты гой еси, царь Иван Васильевич!

Про тебя нашу песню сложили мы,

Про твово любимого опричника

Да про смелого купца, про Калашникова;

Мы сложили ее на старинный лад,

Мы певали ее под гуслярный звон

И причитывали да присказывали...

Не сияет на небе солнце красное... то за трапезой сидит во златом венце грозный царь Иван Васильевич. Позади его стоят стольники, супротив его все бояре да князья, по бокам его все опричники... Все веселятся, лишь удалой опричник Кирибеевич “опустил головушку на широку грудь — а в груди его была дума темная”. Царь спрашивает своего верного слугу-опричника, почему он грустит на пиру: “Аль ты думу затаил нечестивую? Али славе нашей завидуешь? Али служба тебе честная прискучила?” Отвечает Кирибеевич, кланяясь царю в пояс: причина его грусти — Алена Дмитриевна.

На святой Руси, нашей матушке,

Не найти, не сыскать такой красавицы...

Как увижу ее, я и сам не свой,

Опускаются руки сильные,

Помрачаются очи бойкие;..

Царь, смеясь, дарит Кирибеевичу перстень яхонтовый да ожерелье жемчужное, советует найти сваху побойчее. Кирибеевич отвечает, что Алена Дмитриевна “в церкви Божией перевенчана, перевенчана с молодым купцом по закону нашему христианскому...”.

2

Не идет сегодня торговля у молодого купца Степана Парамоновича, по прозванию Калашников. Вот уж отзвонили вечерню во святых церквах; опустел широкий гостиный двор. Запирает Степан Парамонович свою лавку и идет домой за Москву-реку. Приходит он в свой высокий дом и дивится: не встречает его молода жена, не накрыт дубовый стол белой скатертью... Спрашивает он старую работницу Еремеевну, где в такой поздний час жена его Алена Дмитриевна и что детки — спозаранку спать уложилися? Отвечает Еремеевна, что Алена Дмитриевна пошла к вечерне, но вот уже поп прошел с молодой попадьей, а хозяюшки все нет, дети почивать не легли, плачем плачут, ожидая мать.

Задумался купец думой крепкою, стал к окну, глядит на улицу... Потом слышит шаги торопливые; перед ним стоит Алена Дмитриевна — бледная, простоволосая... смотрят очи мутные как безумные. “Уж ты где жена, жена, шаталася, на каком подворье, на площади?..” Задрожала Алена Дмитриевна, горько восплакалась, в ноги мужу повалилася. Когда она возвращалась из церкви, нагнал ее опричник Кирибеевич, сулил богатые дары. “Закружилась моя бедная головушка, и стал он меня цаловать-ласкать”. 146

А соседи смеялись, пальцем показывали. Когда она вырвалась, то остался в руках “разбойника” подарок мужа — узорный платок. Алена Дмитриевна просит мужа заступиться за нее, ведь больше у нее никого нет. Зовет Калашников своих братьев и рассказывает им, что “опозорил семью нашу честную злой опричник царский Кирибеевич”. Завтра он будет биться с Кирибеевичем на Москве-реке при самом царе, и коли побьет его опричник, братья должны выйти за святую правду-матушку.

3

На Москву-реку собираются удалые бойцы московские. И приехал царь со дружиною, со боярами и опричниками. “Кто побьет кого — заявляет царь, — того царь наградит. А кто будет побит, тому Бог простит!” Серебряной цепью оцепили место для охотницкого боя, одиночного. Выходит удалой Кирибеевич, царю в пояс молча кланяется, скидает с могучих плеч шубу и ждет противника. Выходит Степан Парамонович, по прозванию Калашников. Поклонился прежде царю грозному, после белому Кремлю да святым церквам, а потом всему народу русскому. На опричника смотрит пристально, супротив него становится. Кирибеевич просит его назвать себя, а как услышал он ответ Степана Калашникова, то побледнел в лице, как осенний снег. Вот молча оба расходятся, — богатырский бой начинается. Размахнулся Кирибеевич и ударил купца Калашникова посередь груди — пошатнулся Степан Парамонович; медный крест со святыми мощами из Киева, что висел у него на груди, погнулся и вдавился в грудь. Как роса из-под него кровь закапала. Изловчился Степан Парамонович, собрался со всей своей силою и ударил ненавистника прямо в левый висок со всего плеча. Опричник мертв. Царь гневно спрашивает купца: “Отвечай мне по правде, по совести, вольной волею или нехотя, ты убил насмерть мово верного слугу, мово лучшего бойца Кирибеевича?”

“Я кажу тебе, православный царь:

Я убил его вольной волею,

А за что, про что — не скажу тебе,

Скажу только Богу единому...

Не оставь лишь малых детушек,

Не оставь молодую вдову

Да двух братьев моих своей милостью...”

Царь обещает исполнить просьбу купца, а самого его приказывает

казнить.

Схоронили его за Москвой-рекой,

На чистом поле промеж трех дорог...

И бугор земли сырой тут насыпали...

И проходят мимо люди добрые:

Пройдет стар человек — перекрестится,

Пройдет молодец — приосанится,

Пройдет девица — пригорюнится,

А пройдут гусляры — споют песенку.