Международно-правовая база таможенно-тарифного регулирования в Едином экономическом пространстве ЕврАзЭС

(Пащенко А. В.) ("Реформы и право", 2014, N 1) Текст документа

МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВАЯ БАЗА ТАМОЖЕННО-ТАРИФНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ В ЕДИНОМ ЭКОНОМИЧЕСКОМ ПРОСТРАНСТВЕ ЕВРАЗЭС <*>

А. В. ПАЩЕНКО

Пащенко Андрей Владимирович, старший преподаватель кафедры финансового права Национального исследовательского университета "Высшая школа экономики".

При формировании правовой системы Таможенного союза ЕврАзЭС возникли проблемы с определением как иерархии нормативных правовых актов по юридической силе, так и юридической природы нормативных актов, относящихся к наднациональному уровню, а также их места в законодательстве государств - членов Таможенного союза ЕврАзЭС. Эти вопросы рассматриваются применительно к регулированию таможенно-тарифных отношений.

Ключевые слова: источники правового регулирования; международно-правовая база; таможенно-тарифные правоотношения.

International legal acts regulating custom-tariff relations in Economic Union of EurAzES A. V. Pashchenko

During development a law system of Astern Union EurAzES problems arise with determine hierarchy of legal acts and identification of law nature of the acts related to supranational level. Additionally the place of the acts has not been determined in law system of parties of Astern Union EurAzES. The problems are discussed in connection with legal regulation of custom-tariff relations.

Key words: source of legal regulations; international legal acts; custom-tariff relations.

Формирование Таможенного союза ЕврАзЭС (далее - ТС ЕврАзЭС), а впоследствии Единого экономического пространства ЕврАзЭС, поставило перед учеными, изучающими таможенное право, задачу не только проанализировать более 2000 нормативных правовых актов <1>, но и попытаться в постоянно изменяющихся условиях находя ответы на конкретные вопросы обобщать наработанные материалы, выявляя общие закономерности развития правового регулирования для определения новых категорий. -------------------------------- <1> По данным с официального сайта Евразийской экономической комиссии на 27 октября 2013 года. http://www. eurasiancommission. org (дата обращения: 27.10.2013).

Определение нормативной правовой базы регулирования таможенных отношений в ТС ЕврАзЭС является одним из базовых вопросов, от ответа на который зависит методология решения иных стоящих перед таможенным правом задач. Изучение правового статуса Высшего Евразийского экономического совета показало, что правовое регулирование главного органа Единого экономического пространства не лишено изъянов <2>, нарушающих один из принципов правоустановительной деятельности - принцип системности <3>. -------------------------------- <2> Пащенко А. В. Институты ЕврАзЭС: Межгосударственный Совет и Высший Евразийский экономический совет // Реформы и право. 2013. N 3. С. 13 - 20. <3> Нерсесянц В. В. Общая теория права и государства: Учебник. М., 2010. С. 420.

Лишь единичные исследования посвящены правовому регулированию в ТС ЕврАзЭС <4>, вероятно, это одна из причин того, что в таможенных отношениях между государствами - членами ТС ЕврАзЭС "количество изъятий и ограничений не уменьшилось, а по некоторым направлениям даже возросло" <5>. Исследования, обобщающие и систематизирующие знания об источниках правового регулирования в рамках ТС ЕврАзЭС, приобретают особую актуальность в связи с интенсивностью нормотворческого процесса. -------------------------------- <4> См., например: Козырин А. Н. Таможенное регулирование в Таможенном союзе ЕврАзЭС: международный, наднациональный и национальный уровни // Право и экономика. 2013. N 3. С. 51 - 58. <5> Российская газета (столичный выпуск). 25.10.2013. N 6217 // http://rg. ru/2013/10/25/putin. html (дата обращения: 30.10.2013).

При изучении источников правового регулирования важно провести их систематизацию <6> и определить пределы действия нормативных правовых актов на каждом из уровней регулирования (международном, наднациональном или национальном) <7>. Однако, несмотря на проводимые исследования, остаются неизученными особенности правовой базы регулирования конкретных отношений. В частности, не исследована международно-правовая база регулирования таможенно-тарифных правоотношений <8>, являвшихся ключевыми при формировании ТС ЕврАзЭС и опосредующих поступление в федеральный бюджет от 6,52% до 8,38% внутреннего валового продукта Российской Федерации <9>. -------------------------------- <6> См., например: Козырин А. Н. Таможенное регулирование в Таможенном союзе ЕврАзЭС: международный, наднациональный и национальный уровни // Право и экономика. 2013. N 3. С. 51 - 58. <7> См., например: Козырин А. Н. Пределы наднационального регулирования в Едином экономическом пространстве ЕврАзЭС // Реформы и право. 2013. N 3. С. 3 - 8. <8> Определение понятия "таможенно-тарифные правоотношения" см.: Пащенко А. В., Хрешкова В. В. Таможенно-тарифные правоотношения в Таможенном союзе ЕврАзЭС // Реформы и право. 2012. N 1. С. 22. <9> Пащенко А. В. Правоотношения по установлению и уплате таможенных пошлин в Таможенном союзе в раках ЕврАзЭС: к вопросу о статусе участников / Под ред. А. Н. Козырина. М.: ИППИ, 2013. С. 8.

С начала XX века к источникам международного права относят международные обычаи и международные договоры <10>. Источники международного права характеризуются как "официально-юридическая форма существования международно-правовых норм... и представляют собой внешнюю форму, в которой воплощается нормативное содержание норм" <11>. Все источники международного права объединяются понятием международно-правовой базы <12>. Существует классификация, согласно которой все источники международного права делятся на основные (международный договор, международные обычаи и общие принципы права) и дополнительные (регламенты, решения международных институтов и органов) <13>. -------------------------------- <10> Уляницкий В. А. Международное право. Томск, 1911 // Золотой фонд российской науки международного права. М., 2010. Т. III. С. 31. <11> Лукашук И. И. Международное право. Общая часть. М., 2005. С. 22. <12> См., например: Козырин А. Н. Комментарий к статье 3 Законодательство Российской Федерации о внешнеторговой деятельности // Постатейный комментарий к Федеральному закону "Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности" / Под ред. А. Н. Козырина // СПС "КонсультантПлюс". 2005. <13> Радойнов П. Правотворчиските функции на международните организации. София, 1975. С. 29. Цит. по: Каширкина А. А., Морозов А. Н. Международно-правовые модели Европейского союза и Таможенного союза: сравнительный анализ / Отв. ред. А. Я. Капустин. М., 2012 // СПС "КонсультантПлюс".

Создание ТС ЕврАзЭС привело к появлению новых классификаций источников международного права в ТС ЕврАзЭС: легальной и доктринальных. Легально в соответствии с ч. 1 ст. 3 Таможенного кодекса ТС ЕврАзЭС (далее - ТК ТС ЕврАзЭС) в таможенном законодательстве ТС ЕврАзЭС выделяют три группы нормативных правовых актов: - ТК ТС ЕврАзЭС <14>; -------------------------------- <14> Собрание законодательства РФ. 2010. N 50. Ст. 6615.

- международные договоры государств - членов ТС ЕврАзЭС, регулирующие таможенные правоотношения в ТС ЕврАзЭС; - решения Евразийской экономической комиссии, включая решения Комиссии Таможенного союза. В соответствии с одной из доктринальных классификаций <15> предлагается к международно-правовым источникам в ТС ЕврАзЭС относить: -------------------------------- <15> Каширкина А. А., Морозов А. Н. Международно-правовые модели Европейского союза и Таможенного союза: сравнительный анализ / Отв. ред. А. Я. Капустин. М., 2012 // СПС "КонсультантПлюс".

- международные договоры; - решения Межгосударственного совета ЕврАзЭС - высшего органа Таможенного союза (Высшего Евразийского экономического совета); - решения Евразийской экономической комиссии. Представленная доктринальная классификация шире легальной классификации, что свидетельствует о том, что количество нормативных правовых актов, регулирующих таможенные отношения, больше количества нормативных правовых актов, составляющих таможенное законодательство ТС ЕврАзЭС. Выделение особой группы нормативных правовых актов - таможенного законодательства ТС ЕврАзЭС - решает несколько задач. Во-первых, в дополнение к ст. 1 Договора "О Таможенном кодексе Таможенного союза" <16> устанавливается иерархия нормативных правовых актов, которые принимаются в рамках ТС ЕврАзЭС. Во-вторых, проводится разграничение между законодательством государств - членов ТС ЕврАзЭС и остальными нормативными правовыми актами, принимаемыми в рамках ТС ЕврАзЭС и составляющих таможенное законодательство ТС ЕврАзЭС. Однако введение термина "таможенное законодательство таможенного союза" привело к тому, что определение международно-правовых источников, регулирующих таможенные отношения в ТС ЕврАзЭС, является нетривиальной задачей. -------------------------------- <16> Собрание законодательства РФ. 2010. N 50. Ст. 6615. Договор ратифицирован Федеральным законом от 2 июня 2010 года N 114-ФЗ.

Например, почему в ТК ТС ЕврАзЭС не упоминаются международные договоры, которые государства - члены ТС ЕврАзЭС заключили с государствами, не являющимися членами ТС ЕврАзЭС? Данные договоры не входят в таможенное законодательство ТС ЕврАзЭС и, как справедливо замечает А. Н. Козырин, "будут применяться как международно-правовые источники национального таможенного права" <17>. Исключение международных договоров, заключенных государством - членом ТС ЕврАзЭС с государствами, не являющимися членами ТС ЕврАзЭС, из таможенного законодательства ТС ЕврАзЭС кардинально отличается от подхода, использованного при определении понятия таможенного законодательства в Таможенном кодексе Европейского союза. В соответствии со ст. 4 (2) Таможенного кодекса Европейского союза <18> в таможенное законодательство включены не только сам Кодекс и принятые в соответствие с ним положения, но и Единый таможенный тариф, законодательство, устанавливающее систему сообщества по освобождению от таможенных платежей, но и международные соглашения, содержащие положения о таможенном деле, в той мере, в какой они применимы в Европейском таможенном союзе. -------------------------------- <17> Козырин А. Н. Таможенный союз ЕврАзЭС и формирование законодательной базы таможенного регулирования // Вестник арбитражной практики. 2013. N 2. С. 32 - 38. <18> Community Customs Code (Modernised Customs Code) // Regulation (EC) N 450/2008 of the European parliament and of the Council of 23 April 2008 // Режим доступа: http://eur#lex. europa. eu/LexUriServ/LexUriServ. do? uri=OJ:L:2008:145:0001:0064:En:PDF (дата обращения: 20.10.2013). Перевод фрагмента Таможенного кодекса Европейского союза опубликован в журнале: Реформы и право. 2013. N 2. С. 69 - 84.

Обязательства, взятые одним из государств - членов ТС ЕврАзЭС в рамках международных договоров, заключенных между государством - членом ТС ЕврАзЭС и государствами, не являющимися государствами - членами ТС ЕврАзЭС, могут противоречить как интересам других государств - членов ТС ЕврАзЭС, так и ТС ЕврАзЭС в целом и затрагивать правовое регулирование отношений, связанных с перемещением товаров через таможенную границу ТС ЕврАзЭС. Понимая потенциальные риски, но принимая во внимание значимость заключения некоторых международных договоров, обязательства по которым могут нарушить консенсус, достигнутый в рамках ТС ЕврАзЭС, государства - члены ТС ЕврАзЭС заключили Договор о функционировании Таможенного союза в рамках многосторонней торговой системы (подписан в г. Минске 19 мая 2011 года) <19>. В соответствии с указанным Договором государства - члены ТС ЕврАзЭС обязались согласовывать условия вступления во Всемирную торговую организацию (далее - ВТО) и соблюдать обязательства, которые взяли на себя государства - члены ТС ЕврАзЭС при присоединении к ВТО. Однако даже наличие такого Договора не может гарантировать достижение компромисса. Например, ВТО может поставить перед Республикой Беларусь условие о значительном снижении ввозных таможенных пошлин на легковые автомобили. Для экономики Республики Беларусь выполнение такого условия не имеет существенных рисков, при этом интересы Российской Федерации могут быть соблюдены лишь при высоких ставках ввозных таможенных пошлин на легковые автомобили. Каким способом и какой ценой будет найден компромисс в этой и иных подобных ситуациях, предсказать невозможно. Не исключено, что одним из способов может стать разработка национальных нормативных правовых актов, ограничивающих перемещение товаров внутри ТС ЕврАзЭС. Например, Правительство Российской Федерации рассматривает вопрос о разработке нормативных актов, "предусматривающих установление ограничений на ввоз физическими лицами на территорию России из Казахстана и Белоруссии алкогольной продукции" <20>. В то же время в соответствии с абз. 1 ст. 3 Договора о создании единой таможенной территории и формировании таможенного союза (подписан в г. Душанбе 6 октября 2007 года) <21> с момента создания единой таможенной территории государства - члены ТС ЕврАзЭС не должны применять во взаимной торговле таможенные пошлины, количественные ограничения и эквивалентные меры, хотя не исключены различные меры, направленные на защиту национальных интересов государств - членов ЕврАзЭС. Принятие подобных нормативных правовых актов государствами - членами ТС ЕврАзЭС может стать началом конца одного из самых успешных интеграционных объединений. -------------------------------- <19> Собрание законодательства РФ. 2012. N 30. Ст. 4177. <20> Кузьмичев В. Водка может поссорить членов Таможенного союза // Сайт информационного агентства "Росбалт": http://www. rosbalt. ru/business/2013/10/29/1193323.php (дата обращения: 10.11.2013). <21> Бюллетень международных договоров. 2011. N 7.

Таким образом, международные договоры государств - членов ТС ЕврАзЭС с третьими государствами в той мере, в какой они применимы к регулированию таможенно-тарифных отношений в ТС ЕврАзЭС, необходимо включать в международно-правовую базу таможенно-тарифного регулирования в ТС ЕврАзЭС, а процесс подписания таких договоров должен обязательно проходить стадию согласования с государствами - членами ТС ЕврАзЭС. При определении международно-правовой базы регулирования таможенно-тарифных отношений в ТС ЕврАзЭС необходимо определить место решений Евразийской экономической комиссии в системе нормативных правовых актов. В соответствии с ч. 1 ст. 3 Таможенного кодекса ТС ЕврАзЭС, решения Евразийской экономической комиссии как органа, наделенного правами Комиссии Таможенного союза, не являются международными договорами, но входят в таможенное законодательство ТС ЕврАзЭС. Такое деление закреплено в том числе в п. 1 ст. 13 Статута Суда Евразийского экономического сообщества, утвержденного решением Межгосударственного Совета ЕврАзЭС от 27 апреля 2003 года N 122 <22>. В противоречие вышеприведенным нормам, в соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 5 Договора о Евразийской экономической комиссии (подписан в г. Москве 18 ноября 2011 года) решения Евразийской экономической комиссии входят в договорно-правовую базу ТС ЕврАзЭС. Согласно ст. 1 Протокола о порядке вступления в силу международных договоров, направленных на формирование договорно-правовой базы таможенного союза, выхода из них и присоединения к ним <23> (подписан в г. Душанбе 6 октября 2007 года) договорно-правовая база включает в себя только международные договоры. Усложняет ситуацию позиция Российской Федерации, озвученная на переговорах о присоединении к ВТО, в соответствии с которой "решения Комиссии Таможенного союза имеют такую же юридическую силу, как и акты, принимаемые (издаваемые) теми государственными органами или должностными лицами государства - члена Таможенного союза, которые были уполномочены выносить решения по соответствующему вопросу до того, как данные полномочия были переданы от национальных органов государства - члена Таможенного союза Комиссии Таможенного союза" (абз. 175 Доклада Рабочей группы по присоединению Российской Федерации к Всемирной торговой организации <24>). -------------------------------- <22> Собрание законодательства РФ. 2011. N 38. Ст. 5322. <23> Собрание законодательства РФ. 2011. N 12. Ст. 1554. <24> Собрание законодательства РФ. 2012. N 37. Ст. 4986.

Таким образом, в нормативных правовых актах отсутствует однозначный ответ на вопрос о юридической природе решений Евразийской экономической комиссии. Исследователи отмечают, что "юридическая природа решений некоторых органов межгосударственных интеграционных объединений не определена, что не всегда положительно сказывается на их имплементации" <25>. А. А. Каширкина и А. Н. Морозов считают, что описанная проблема касается в том числе решений Комиссии Таможенного союза и Евразийской экономической комиссии, которые, по их мнению, не являются международными договорами, но исследователи не дают ответа, какую правовую природу имеют решения этих наднациональных органов. Авторы предлагают конструкцию, в соответствии с которой "решения Евразийской экономической комиссии входят в "ткань" национального правопорядка" через Договор о Евразийской экономической комиссии <26>, в соответствии с п. 1 ст. 5 которого решения Евразийской экономической комиссии имеют обязательный характер для государств - членов ТС ЕврАзЭС. Предложенная конструкция позволяет объяснить, почему решения Евразийской экономической комиссии имеют прямое действие на территории государств - членов ЕврАзЭС, но не дают ответа на вопрос о юридической природе решений Евразийской экономической комиссии. -------------------------------- <25> Каширкина А. А., Морозов А. Н. Указ. соч. <26> Собрание законодательства РФ. 2012. N 11. Ст. 1275.

Если решения Евразийской экономической комиссии не являются международным договором, то на каком основании они входят в договорно-правовую базу ТС ЕврАзЭС? Если решения Евразийской экономической комиссии не являются международным договором, то каким видом нормативного правового акта они являются и необходимо ли решения рассматривать как новый вид нормативного правового акта? Если это новый вид нормативного правового акта, то необходимо выделить характеристики, которые отличают решения Евразийской экономической комиссии от иных видов нормативных правовых актов, например, как это пытаются сделать для технических регламентов межгосударственных интеграционных объединений <27>. -------------------------------- <27> Морозов А. Н. Международно-правовые аспекты технического регулирования в Таможенном союзе // Журнал российского права. 2012. N 4. С. 77 - 85.

Не исключено, что проблема определения юридической природы решений Евразийской экономической комиссии состоит в том, что в начале формирования ТС ЕврАзЭС роль Комиссии Таможенного союза, а сейчас Евразийской экономической комиссии, недостаточно ясна. Косвенным подтверждением этому являются все еще возникающие попытки рассматривать Евразийскую экономическую комиссию не как наднациональный орган, а как "международный межправительственный автономный орган, созданный на основе норм международного права в целях обеспечения условий функционирования и развития Таможенного союза и Единого экономического пространства, а также выработки предложений в сфере экономической интеграции в рамках Таможенного союза и Единого экономического пространства" <28>. Более того, главы государств - членов ТС ЕврАзЭС еще не пришли к единому мнению об объеме полномочий, передаваемых этому наднациональному органу <29>, о чем высказывалась озабоченность в ходе переговоров о вступлении Российской Федерации в ВТО (абз. 187 Доклада Рабочей группы по присоединению Российской Федерации к Всемирной торговой организации). -------------------------------- <28> Бекяшев К. М. Правовой статус Евразийской экономической комиссии // Lex russica. 2013. N 3. С. 286 - 290. <29> Российская газета (столичный выпуск). 25.10.2013. N 6217 // http://rg. ru/2013/10/25/putin. html (дата обращения: 30.10.2013).

Известно, что "правило, вначале выражающееся в обычае, становится затем законом" <30>. Поэтому для определения юридической природы решений Евразийской экономической комиссии необходимо определить реалии, в которых эти решения принимаются. Президент Республики Казахстан Н. А. Назарбаев отмечал, что "наблюдается явная политизация в работе комиссии (имеется в виду Евразийская экономическая комиссия - А. П.). ...Российские члены коллегии участвуют в заседаниях правительства (имеется в виду Правительство Российской Федерации - А. П.) и получают соответствующие установки" <31>. Таким образом, государства - члены ТС ЕврАзЭС признают, что de facto Евразийская экономическая комиссия является площадкой для обсуждения и принятия нормативных правовых актов в которых согласована воля государств - членов ТС ЕврАзЭС, а не интересы ТС ЕврАзЭС. Хотя, исходя из смысла подп. "г" п. 4 ст. 13 Статута Суда Евразийского экономического сообщества, утвержденного решением Межгосударственного Совета ЕврАзЭС от 5 июля 2010 года N 502 <32>, Евразийская экономическая комиссия должна быть независимой, а в соответствии со ст. 1 Договора о Евразийской экономической комиссии представлять интересы ТС ЕврАзЭС, а не интересы отдельных государств - членов ТС ЕврАзЭС. -------------------------------- ------------------------------------------------------------------ КонсультантПлюс: примечание. Учебник Н. И. Матузова, А. В. Малько "Теория государства и права" включен в информационный банк согласно публикации - М.: Юристъ, 2004. ------------------------------------------------------------------ <30> Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 18. С. 272 / Цит. по: Матузов Н. И. Малько Л. В. Теория государства и права. М., 2011. С. 140. <31> Российская газета (столичный выпуск). 25.10.2013. N 6217. <32> Собрание законодательства РФ. 2011. N 38. Ст. 5322.

Принимая во внимание, что договор "означает международное соглашение, заключенное между государствами в письменной форме и регулируемое международным правом" (подп. "а" п. 1 ст. 2 Венской конвенции о праве международных договоров (заключена в Вене 23 мая 1969 года) <33>, а также то, что в решениях Евразийской экономической комиссии de facto отражается воля государств - членов ТС ЕврАзЭС, существуют предпосылки относить решения Евразийской экономической комиссии к международным договорам. -------------------------------- <33> Сборник международных договоров СССР. 1988. Вып. XLII.

Спор о юридической природе решений Евразийской экономической комиссии носит теоретический характер до тех пор, пока не встанет вопрос о правоприменении. Это может случиться в том случае, когда решение Коллегии Евразийской экономической комиссии будет противоречить интересам одного из государств - членов ТС ЕврАзЭС. В этом случае отсутствие консенсуса приведет стороны в Суд ЕврАзЭС и дальнейшее развитие событий будет зависеть от юридической природы решений Евразийской экономической комиссии. Если признать решения Коллегии Евразийской экономической комиссии международным договором, то решить спор может Суд ЕврАзЭС, а в случае необходимости остается возможность обратиться в Международный Суд. Также в этом случае решение Евразийской экономической комиссии не может быть рассмотрено Судом ЕврАзЭС на соответствие международным договорам, составляющим договорно-правовую базу ТС ЕврАзЭС. Если же решения Коллегии Евразийской экономической комиссии рассматривать как нормативный правовой акт иной юридической природы, то в соответствии с п. 1 ст. 34 Статута Международного Суда (подписанного в Сан-Франциско 26 июня 1945 года) государству - члену ТС ЕврАзЭС, не согласному с решением вопроса в Суде ЕврАзЭС, остается только выйти из состава ТС ЕврАзЭС или искать пути внесудебного урегулирования вопроса. Принимая во внимание, что наименование нормативного правового акта не имеет значения для отнесения его к международным договорам <34>, включение решений Евразийской экономической комиссии в договорно-правовую базу ТС ЕврАзЭС, а также реальные условия правотворчества в рамках этого органа, есть основания рассматривать решения Евразийской экономической комиссии если не как международные договоры, то нормативные правовые акты, входящие в международно-правовую базу таможенно-тарифного регулирования в ТС ЕврАзЭС. -------------------------------- <34> Кучеров И. И. Международное налоговое право: Академический курс. М., 2007. С. 71.

Одним из актуальных вопросов, не имеющих ответа в рамках ТС ЕврАзЭС, является иерархия по юридической силе нормативных правовых актов, регулирующих таможенно-тарифные отношения в ТС ЕврАзЭС. Исходя из положений абз. 1 ст. 1 решения Межгосударственного Совета ЕврАзЭС от 27 ноября 2009 года "О Договоре о Таможенном кодексе Таможенного союза" <35> преимущественной силой обладает ТК ТС ЕврАзЭС. Наименьшей юридической силой будут обладать решения наднациональных органов, за исключением Межгосударственного совета и Высшего Евразийского экономического совета <36>. -------------------------------- <35> Собрание законодательства РФ. 2010. N 50. Ст. 6615. <36> По юридической природе решения Межгосударственного совета ЕврАзЭС и Высшего Евразийского экономического совета являются международными договорами.

Однако в абз. 185 Доклада Рабочей группы по присоединению Российской Федерации к Всемирной торговой организации отмечено, что "права и обязанности члена Таможенного союза по Соглашению ВТО будут иметь преимущество перед всеми прошлыми и будущими соглашениями Таможенного союза и решениями органов Таможенного союза". Таким образом, de facto преимущественной силой на территории ТС ЕврАзЭС обладает не ТК ТС ЕврАзЭС, а нормативные правовые акты ВТО, которые становятся частью правовой системы Таможенного союза (абз. 186 Доклада Рабочей группы по присоединению Российской Федерации к Всемирной торговой организации). Противоречивость информации, представленной при переговорах по вопросу присоединения Российской Федерации к ВТО, и положений нормативных правовых актов говорит о том, что вопрос о юридической силе нормативных правовых актов, входящих в таможенное законодательство ТС ЕврАзЭС, не решен. В частности в абз. 157 Доклада Рабочей группы по присоединению Российской Федерации к Всемирной торговой организации указано, что статус решений Комиссии Таможенного союза "в правовой системе Российской Федерации соответствует статусу, который такое решение имело бы, если бы оно было принято тем федеральным органом исполнительной власти, ответственным за регулирование данного вопроса по состоянию на момент, когда данные полномочия были переданы Комиссии Таможенного союза". Следовательно, место решений Комиссии Таможенного союза и решений Евразийской экономической комиссии в правовой системе не определено и, с одной стороны, эти решения могут рассматриваться в Российской Федерации как подзаконные нормативные правовые акты, которые должны соответствовать федеральным законам. С другой стороны - в соответствии с п. 10 ст. 4 Федерального закона от 27 ноября 2010 года N 311-ФЗ "О таможенном регулировании в Российской Федерации" <37>, если таможенным законодательством Таможенного союза (включая решения Комиссии Таможенного союза и решения Евразийской экономической комиссии) установлены иные правила, чем те, которые предусмотрены Федеральным законом от 27 ноября 2010 года N 311-ФЗ "О таможенном регулировании в Российской Федерации", применяется таможенное законодательство Таможенного союза. -------------------------------- <37> Собрание законодательства РФ. 2010. N 48. Ст. 6252.

Не исключено, что юридическая сила каждого нормативного правового акта будет определяться ad hoc в соответствии с такими же неопределенными критериями, по которым нормативные правовые акты вносятся в договорно-правовую базу ТС ЕврАзЭС и классифицируются как международные договоры, действующие в рамках ЕврАзЭС, или международные договоры, направленные на завершение формирования договорно-правовой базы ТС ЕврАзЭС (абз. 160 Доклада Рабочей группы по присоединению Российской Федерации к Всемирной торговой организации). Исходя из того что "доктрина об источниках права должна развиваться во взаимосвязи с соответствующим пониманием основ действия права" <38>, а также принимая во внимание сложившуюся практику и обязательства Российской Федерации в рамках ВТО, международно-правовая база таможенно-тарифного регулирования в ТС ЕврАзЭС включает в себя <39>: -------------------------------- <38> Вольфганг Граф Витцтум и др. Международное право (Volkerrecht). М., 2011. С. 104. <39> Перечень представлен в порядке убывания юридической силы.

1) правовые акты Всемирной торговой организации; 2) Таможенный кодекс ТС ЕврАзЭС; 3) международные договоры: - между государствами - членами ТС ЕврАзЭС, регулирующие таможенно-тарифные отношения в ТС ЕврАзЭС (включая решения Межгосударственного совета ЕврАзЭС и Высшего евразийского экономического совета); - государств - членов ТС ЕврАзЭС с третьими государствами в той мере, в какой они применимы к регулированию таможенно-тарифных отношений в ТС ЕврАзЭС; - решения наднациональных органов (Комиссии Таможенного союза, Евразийской экономической комиссии), регулирующих таможенно-тарифные отношения. Исходя из классификации нормативных правовых актов, регулирующих таможенно-тарифные правоотношения, по субъекту правотворческой инициативы <40> международно-правовую базу таможенно-тарифного регулирования в ТС ЕврАзЭС составляют нормативные акты, субъектами правотворчества которых являются: -------------------------------- <40> Пащенко А. В. Правоотношения по установлению и уплате таможенных пошлин в таможенном союзе в рамках ЕврАзЭС: к вопросу о статусе участников / Под ред. А. Н. Козырина. М., 2013. С. 39.

- международные организации или группа государств; - наднациональные органы. Следовательно, нормативные правовые акты, относящиеся к международно-правовой базе, соответствуют международному и наднациональному уровням <41> правового регулирования таможенно-тарифных отношений, а национальная база - национальному уровню. Такая взаимосвязь между уровнями правового регулирования и международно-правовой базой и национальной базой позволяет показать различия между международными договорами и решениями наднациональных органов по субъекту нормотворчества, с другой стороны, подчеркнуть близкую юридическую природу. Учитывая широкое распространение различных интеграционных объединений <42>, такое соотношение является логичным и последовательным развитием идей, высказанных К. К. Сандровским в 70-х годах XX века, что "система действующего (позитивного) таможенного права, понимаемого в широком смысле, безусловно, состоит из двух больших групп правовых норм - внутригосударственного и международного права" <43>. -------------------------------- <41> Там же. <42> По данным Всемирной торговой организации на октябрь 2004 года, около 300 торговых объединений информировали Всемирную торговую организацию о своем образовании. Peter Sutherland et al. The Future of the WTO. Addressing institutional challenges in the new millennium. World Trade Organization. 2004. P. 21 // http://www. ipu. org/splz-e/wto-symp05/future_WTO. pdf (дата обращения: 19.11.2013). <43> Сандровский К. К. Таможенное право. М., 1974. С. 41. Цит. по: Трошкина Т. Н., Шахмаметьев А. А. Правовое регулирование таможенных платежей. М., 2003. С. 61.

По форме международно-правовая база таможенно-тарифного регулирования в ТС ЕврАзЭС состоит из: международных договоров, решений, соглашений и т. д. Однако необходимо учитывать, что непосредственное название нормативного правового акта не может являться ни критерием отнесения его к международно-правовой базе, ни признаком, отражающим юридическую природу нормативного правового акта. Особое место в международно-правовой базе таможенно-тарифного регулирования занимает ТК ТС ЕврАзЭС, являющийся приложением к Договору "О Таможенном кодексе таможенного союза" <44>. В ТК ТС ЕврАзЭС определены: виды ставок таможенных пошлин, льготы по уплате таможенных пошлин, порядок исчисления таможенных пошлин, объект обложения, ставки, плательщики, возникновение и прекращение обязанности по уплате таможенных пошлин, сроки и порядок уплаты, обеспечение уплаты, возврат (зачет) излишне уплаченных или излишне взысканных сумм таможенных пошлин, порядок взыскания таможенных пошлин. Однако в ТК ТС ЕврАзЭС большое количество норм являются бланкетными <45>, что требует принятия нормативных правовых актов, в том числе составляющих международно-правовую базу. -------------------------------- <44> Собрание законодательства РФ. 2010. N 50. Ст. 5515. Договор ратифицирован Федеральным законом от 2 июня 2010 года N 114-ФЗ. <45> Ткаченко И. Е. О некоторых проблемах деятельности таможенного союза, вызванных несовершенством законодательства // Правовые вопросы Евразийского таможенного союза. М., 2012. С. 255 - 265.

Необходимо учитывать, что в связи со вступлением Российской Федерации в ВТО на правовое регулирование таможенно-тарифных отношений будут влиять обязательства Российской Федерации, взятые в рамках Протокола о присоединении Российской Федерации к Марракешскому соглашению об учреждении Всемирной торговой организации от 15 апреля 1994 года (подписан в Женеве 16 декабря 2011 года) <46>. В частности, обязательства включают в себя: изменение ставок таможенных пошлин, включая для комбинированных ставок определенное соотношение адвалорной части пошлины и специфической; руководство требованиями ВТО при применении тарифных мер, а не принципами, установленными в ст. 1 Соглашения о едином таможенно-тарифном регулировании <47> (подписано в г. Москве 25 января 2008 года); исполнение обязательства по тарифным изъятиям и тарифным квотам; корректирование порядка определения таможенной стоимости в некоторых случаях и правила определения страны происхождения товаров. -------------------------------- <46> Собрание законодательства РФ. 2012. N 37. Ст. 4986. <47> Собрание законодательства РФ. 2010. N 24. Ст. 2935.

Вследствие присоединения Российской Федерации к ВТО Генеральное соглашение о тарифах и торговле 1994 года <48> включено в правовую систему ТС ЕврАзЭС. Генеральное соглашение о тарифах и торговле 1994 года регулирует различные аспекты таможенно-тарифных правоотношений: порядок определения таможенной стоимости, освобождения от уплаты таможенных пошлин; снижения или повышения ставок таможенных пошлин и др. При этом положения таможенного законодательства ТС ЕврАзЭС и законодательства государств - членов ТС ЕврАзЭС не должны противоречить Генеральному соглашению о тарифах и торговле 1994 года и другим обязательствам, которые государства - члены ТС ЕврАзЭС взяли или возьмут на себя в рамках присоединения к ВТО. -------------------------------- <48> Собрание законодательства РФ. 2012. N 37. С. 2524 - 2538, 2032 - 2048.

Все государства - члены ТС ЕврАзЭС <49> присоединились к Международной конвенции об упрощении и гармонизации таможенных процедур <50>, положения которой устанавливают правовой минимум, который должен быть обеспечен при регулировании в том числе таможенно-тарифных отношений. Например, установлено, что в законодательстве должны быть определены условия возникновения обязательства по уплате таможенных пошлин; определено, что ставки таможенных пошлин должны быть опубликованы в официальных изданиях; определено требование к установлению минимальной стоимости и минимальной сумме таможенных пошлин, ниже которых таможенные пошлины не взимаются и т. д. -------------------------------- <49> Официальный сайт Всемирной таможенной организации: http://www. wcoomd. org/en/about-us/legal-instruments/-/media/E4CC006A924349708A68DCC295623885.ashx (дата обращения: 23.11.2013). <50> Собрание законодательства РФ. 2011. N 32. Ст. 4810.

Международно-правовая база регулирования таможенно-тарифных отношений включает в себя Международную конвенцию о Гармонизированной системе описания и кодирования товаров <51>, к которой присоединились все государства - члены ТС ЕврАзЭС <52>. Эта Конвенция лежит в основе Единого таможенного тарифа Таможенного союза, утвержденного решением Совета Евразийской экономической комиссии от 16 июля 2012 года N 54 <53> и основанного на <54>: -------------------------------- <51> Постановление Правительства Российской Федерации от 3 апреля 1996 года N 372 // Собрание законодательства РФ. 1996. N 15. Ст. 1619. <52> Официальный сайт Всемирной таможенной организации: http://www. wcoomd. org/en/about-us/legal-instruments/-/media/1F153321A5834847B5E4C189E5B5CFAC. ashx (дата обращения: 23.11.2013). <53> Официальный сайт Евразийской экономической комиссии: http://www. eurasiancommission. org/ (дата обращения: 20.11.2013). <54> Графическая структура классификационные группировок показана в Единой методологии ведения таможенной статистики внешней торговли и статистики взаимной торговли государств - членов Таможенного союза, утвержденной решением Комиссии Таможенного союза N 525.

- гармонизированной системе описания и кодирования товаров; - комбинированной номенклатуре Европейского союза (для большинства позиций); - товарной номенклатуре внешнеэкономической деятельности Содружества Независимых Государств. Принципы и порядок формирования Единого таможенного тарифа ТС ЕврАзЭС определены в Соглашении от 25 января 2008 года "О едином таможенно-тарифном регулировании" <55>. Этим Соглашением также определяются: виды ставок таможенных пошлин; условия предоставления тарифных льгот; порядок разрешения споров и т. д. -------------------------------- <55> Собрание законодательства РФ. 2001. N 24. Ст. 2935. Соглашение ратифицировано Федеральным законом от 22 декабря 2008 года N 253-ФЗ.

Исчислить таможенные пошлины невозможно без определения страны происхождения товара. В рамках ТС ЕврАзЭС этот вопрос регулируется Правилами определения страны происхождения товаров, принятыми Соглашением между Правительством Российской Федерации, Правительством Республики Беларусь и Правительством Республики Казахстан от 25 января 2008 года "О единых правилах определения страны происхождения товаров" <56>, и Правилами определения происхождения товаров из развивающихся и наименее развитых стран, принятых Соглашением о Правилах определения происхождения товаров из развивающихся и наименее развитых стран (подписано в г. Москве 12 декабря 2008 года) <57>. -------------------------------- <56> Собрание законодательства РФ. 2012. N 32. Ст. 4471. <57> Бюллетень международные договоров. 2011. N 5.

Принцип единого порядка тарифного регулирования внешнеторговой деятельности, применение согласованной системы тарифных льгот и тарифных преференций в ТС ЕврАзЭС, а в дальнейшем в Едином экономическом пространстве, установлен Договором "О Таможенном союзе и Едином экономическом пространстве" <58>. В соответствии с этим Договором сохранится общий таможенный тариф, единая таможенная политика и единые таможенные процедуры. -------------------------------- <58> Собрание законодательства РФ. 2001. N 42. Ст. 3983. Договор ратифицирован Федеральным законом от 22 мая 2001 года N 55-ФЗ.

К международному уровню правового регулирования таможенно-тарифных отношений относятся международные договоры и соглашения, заключенные государствами - членами Таможенного союза не в рамках ТС ЕврАзЭС с третьими странами. Например, п. 2 ст. 14 Договора между Российской Федерацией и Финляндской Республикой об аренде Финляндской Республикой российской части Сайменского канала и прилегающей к нему территории и об осуществлении судоходства через Сайменский канал <59> предусмотрено, что товары и транспортные средства, ввозимые Финляндской Республикой на территорию Российской Федерации, не облагаются таможенными пошлинами, если ввозятся на арендуемую территорию для осуществления работ по договору. -------------------------------- <59> Собрание законодательства РФ. 2012. N 11. Ст. 1278. Договор ратифицирован Федеральным законом от 16 ноября 2011 года N 315-ФЗ.

Международно-правовая база таможенно-тарифного регулирования включает в себя нормативные правовые акты, которые устанавливают статус субъектов таможенно-тарифных отношений. Помимо ТК ТС ЕврАзЭС правовой статус каждого из наднациональных органов, Высшего Евразийского экономического совета и Евразийской экономической комиссии определен несколькими нормативными правовыми актами. Правовой статус Высшего Евразийского экономического совета <60>, фактически правопреемника Межгосударственного Совета (Высшего органа Таможенного союза ЕврАзЭС), устанавливается международными договорами государств - членов ТС ЕврАзЭС и конкретизированы в Положении о Межгосударственном Совете Евразийского экономического сообщества, утвержденном решением Межгосударственного Совета Евразийского экономического сообщества от 31 мая 2001 года N 3 <61>. -------------------------------- <60> Подробнее см.: Пащенко А. В. Институты ЕврАзЭС: Межгосударственный Совет и Высший Евразийский экономический совет // Реформы и право. 2013. N 3. С. 13 - 20. <61> Документ опубликован не был // СПС "КонсультантПлюс".

Правовой статус Евразийской экономической комиссии <62> установлен Договором о Евразийской экономической комиссии <63>. Договором определены сферы в которых Евразийская экономическая комиссия осуществляет свои полномочия, включая таможенно-тарифное регулирование. Особенности работы Евразийской экономической комиссии установлены в Регламенте работы Евразийской экономической комиссии, утвержденном решением Высшего Евразийского экономического совета от 18 ноября 2011 года N 1 <64>. -------------------------------- <62> Подробнее см.: Пащенко А. В., Хрешкова В. В. Евразийская экономическая комиссия: правовые основы, организационная структура, основные направления деятельности // Реформы и право. 2013. N 3. С. 21 - 28. <63> Собрание законодательства РФ. 2012. N 11. Ст. 1275. <64> Официальный сайт Евразийской экономической комиссии: http://www. eurasiancommission. org/ (дата обращения: 20.11.2013).

Реализуя свои полномочия Евразийская экономическая комиссия принимает решения, которые, как было обосновано выше, входят международно-правовую базу таможенно-тарифного регулирования. Помимо решений, утверждающих Единый таможенный тариф Таможенного союза, Евразийская экономическая комиссия приняла несколько решений, регулирующих порядок определения таможенной стоимости товаров: - решение Коллегии Евразийской экономической комиссии от 20 декабря 2013 года N 283 "О применении метода определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1)"; - решение Коллегии Евразийской экономической комиссии от 30 октября 2012 года N 202 "О применении методов определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с идентичными товарами (метод 2) и по стоимости сделки с однородными товарами (метод 3)"; - решение Коллегии Евразийской экономической комиссии от 13 ноября 2012 года N 214 "О применении метода вычитания (метод 4) при определении таможенной стоимости товаров"; - решение Коллегии Евразийской экономической комиссии от 12 декабря 2012 года N 273 "О применении метода сложения (метод 5) при определении таможенной стоимости товаров"; - решение Коллегии Евразийской экономической комиссии от 25 июня 2013 года N 145 "Об утверждении Положения об особенностях применения методов определения таможенной стоимости товаров, ввозимых на единую таможенную территорию Таможенного союза, пришедших в негодность, испорченных или поврежденных вследствие аварии или действия непреодолимой силы". Продолжают действовать некоторые решения, регулирующие таможенно-тарифные правоотношения и принятые Комиссией Таможенного союза. Так, порядок освобождения от уплаты таможенных пошлин при ввозе отдельных категорий товаров на единую таможенную территорию Таможенного союза был утвержден решением Комиссии Таможенного союза от 15 июля 2011 года N 728 <65>. Исключения из общего правила исчисления таможенных пошлин, действующих в течение переходного периода в отношении определенных товаров установлены решением Комиссии Таможенного союза от 27 ноября 2009 года N 130 <66>. -------------------------------- <65> Официальный сайт Евразийской экономической комиссии: http://www. eurasiancommission. org/ (дата обращения: 20.11.2013). <66> Официальный сайт Евразийской экономической комиссии: http://www. eurasiancommission. org/ (дата обращения: 20.11.2013).

Комиссия Таможенного союза разработала и утвердила формы и инструкции по заполнению следующих документов, необходимых для исчисления и уплаты таможенных пошлин: - формы декларации на товары (решение Комиссии Таможенного союза от 20 мая 2010 года N 257 <67>); -------------------------------- <67> Официальный сайт Евразийской экономической комиссии: http://www. eurasiancommission. org/ (дата обращения: 20.11.2013).

- формы транзитной декларации и добавочных листов к ней (решение Комиссии Таможенного союза от 18 июня 2010 года N 289 <68>). -------------------------------- <68> Официальный сайт Евразийской экономической комиссии: http://www. eurasiancommission. org/ (дата обращения: 20.11.2013).

Приоритет таможенного законодательства ТС ЕврАзЭС "должен стать базовым принципом формирующегося права Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС" <69>, что реализуется положениями п. 2 ст. 1 ТК ТС ЕврАзЭС, в соответствии с которым регулирование таможенных правоотношений в соответствии с законодательством государств - членов ТС ЕврАзЭС осуществляется только до установления соответствующих правоотношений на уровне таможенного законодательства ТС ЕврАзЭС. Поэтому роль международно-правовой базы в регулировании таможенных, в частности таможенно-тарифных, отношений будет возрастать. -------------------------------- <69> Козырин А. Н. К вопросу о соотношении наднационального и национального регулирования в таможенном союзе в рамках ЕврАзЭС // Правовые вопросы Евразийского таможенного союза. М., 2012. С. 54.

Однако стоит воздержаться от форсированного перехода с регулирования на национальном уровне на международный и наднациональный до тех пор, пока у государств - членов ЕврАзЭС не будет сложившегося понимания структуры правовой системы в рамках ТС ЕврАзЭС, пока не будут решены проблемы с иерархией нормативных правовых актов по юридической силе и их места в национальных правовых системах государств - членов ТС ЕврАзЭС.

Библиографический список

1. Бекяшев К. М. Правовой статус Евразийской экономической комиссии // Lex russica. 2013. N 3. 2. Вольфганг Граф Витцтум и др. Международное право (Volkerrecht). М., 2011. 3. Каширкина А. А., Морозов А. Н. Международно-правовые модели Европейского союза и Таможенного союза: сравнительный анализ / Отв. ред. А. Я. Капустин. М., 2012. 4. Козырни А. Н. К вопросу о соотношении наднационального и национального регулирования в Таможенном союзе в рамках ЕврАзЭС // Правовые вопросы Евразийского таможенного союза. М., 2012. 5. Козырин А. Н. Комментарий к статье 3 Законодательство Российской Федерации о внешнеторговой деятельности // Постатейный комментарий к Федеральному закону "Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности" / Под ред. А. Н. Козырина. СПС "КонсультантПлюс". 2005. 6. Козырин А. Н. Пределы наднационального регулирования в Едином экономическом пространстве ЕврАзЭС // Реформы и право. 2013. N 3. 7. Козырин А. Н. Таможенное регулирование в Таможенном союзе ЕврАзЭС: международный, наднациональный и национальный уровни // Право и экономика. 2013. N 3. 8. Козырин А. Н. Таможенный союз ЕврАзЭС и формирование законодательной базы таможенного регулирования // Вестник арбитражной практики. 2013. N 2. 9. Кузьмичев В. Водка может поссорить членов Таможенного союза // Сайт информационного агентства "Росбалт": http://www. rosbalt. ru/business/2013/10/29/1193323.php (дата обращения: 10.11.2013). 10. Кучеров И. И. Международное налоговое право: Академический курс. М., 2007. 11. Лукашук И. И. Международное право. Общая часть. М., 2005. ------------------------------------------------------------------ КонсультантПлюс: примечание. Учебник Н. И. Матузова, А. В. Малько "Теория государства и права" включен в информационный банк согласно публикации - М.: Юристъ, 2004. ------------------------------------------------------------------ 12. Матузов Н. И., Малько А. В. Теория государства и права. М., 2011. 13. Морозов А. Н. Международно-правовые аспекты технического регулирования в Таможенном союзе // Журнал российского права. 2012. N 4. 14. Нерсесянц В. В. Общая теория права и государства: Учебник. М., 2010. 15. Пащенко А. В. Институты ЕврАзЭС: Межгосударственный Совет и Высший Евразийский экономический совет // Реформы и право. 2013. N 3. 16. Пащенко А. В. Правоотношения по установлению и уплате таможенных пошлин в Таможенном союзе в раках ЕврАзЭС: к вопросу о статусе участников / Под ред. А. Н. Козырина. М.: ИППИ, 2013. 17. Пащенко А. В, Хрешкова В. В. Евразийская экономическая комиссия: правовые основы, организационная структура, основные направления деятельности // Реформы и право. 2013. N 3. 18. Пащенко А. В. Хрешкова В. В. Таможенно-тарифные правоотношения в Таможенном союзе ЕврАзЭС // Реформы и право. 2012. N 1. 19. Радойнов П. Правотворческиете функции на международните организации. София, 1975. 20. Сандровский К. К. Таможенное право. М., 1974. 21. Ткаченко И. Е. О некоторых проблемах деятельности таможенного союза, вызванных несовершенством законодательства // Правовые вопросы Евразийского таможенного союза. М., 2012. 22. Трошкина Т. Н., Шахмаметьев А. А. Правовое регулирование таможенных платежей. М., 2003. 23. Уляницкий В. А. Международное право. Томск, 1911 // Золотой фонд российской науки международного права. Т. III. М., 2010. 24. Peter Sutherland et al. The Future of the WTO. Addressing institutional challenges in the new millennium. World Trade Organization. 2004. P. 21 // http://www. ipu. org/splz-e/wto-symp05/future_WTO. pdf (дата обращения: 19.11.2013).

Название документа