Стратегия информационной поддержки адвокатской деятельности

(Чашин А. Н.) ("Адвокат", 2006, N 9) Текст документа

СТРАТЕГИЯ ИНФОРМАЦИОННОЙ ПОДДЕРЖКИ АДВОКАТСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

А. Н. ЧАШИН

А. Н. Чашин, заместитель председателя президиума Первой Магаданской областной коллегии адвокатов.

Стратегия информационной поддержки адвокатской деятельности включает такие основные элементы, как информирование потенциальных клиентов об адвокате, адвокатском образовании и предоставляемых услугах и имидж современного российского адвоката. Создание и поддержание положительного имиджа - непростая задача для представителей адвокатской профессии, действующих в рамках наложенных действующим законодательством ограничений на возможность распространения информации о себе. Каждый адвокат, равно как и автономное адвокатское образование, заинтересован в привлечении платежеспособной клиентуры на взаимовыгодных условиях. Особенностью адвокатской деятельности является то, что адвокат или адвокатское образование не может использовать в полном объеме достижения современного маркетинга. Кодекс профессиональной этики адвоката (КПЭА), принятый Первым Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 г. <*>, содержит в этой области определенные ограничения, которые сводятся к следующему. -------------------------------- <*> Бюллетень Министерства юстиции РФ. 2004. N 3 (75).

Согласно ст. 17 КПЭА информация об адвокате и адвокатском образовании допустима, если она не содержит: 1) оценочные характеристики адвоката; 2) отзывы других лиц о работе адвоката; 3) сравнение с другими адвокатами и критику других адвокатов; 4) заявления, намеки, двусмысленности, которые могут ввести в заблуждение потенциальных доверителей или вызывать у них безосновательные надежды. Данная норма отражает традиционно сложившиеся особенности адвокатской профессии в сфере распространения информации о деятельности адвоката. Наличие особых ограничений в информации о деятельности адвоката продиктовано некоммерческой целью деятельности адвокатуры, ее особой ролью в отечественной правоохранительной системе. Каждый адвокат должен следить за тем, чтобы распространяемая им лично либо другими лицами информация о нем соответствовала вышеперечисленным требованиям. Как видно из текста ст. 17 КПЭА, деятельность адвоката по привлечению клиентуры несколько ограничена по сравнению с другими субъектами рынка юридических услуг такими, например, как частнопрактикующие юристы, действующие на основании свидетельств о регистрации без образования юридического лица и полученных в установленном порядке лицензий, либо юридических фирм. В качестве рабочего термина далее будем использовать словосочетание "информационные ограничения" и понимать под ними требования допустимости, предъявляемые ст. 17 КПЭА к информации об адвокате и адвокатском образовании. Информационные ограничения в деятельности адвоката ставят его в определенные узкие рамки относительно иных участников рынка юридических услуг. Таким образом, адвокат, желая дать в средствах массовой коммуникации либо иным способом довести до потребителя своих услуг информацию о них, не может использовать какие-либо оценочные характеристики о себе и своих профессиональных качествах. То есть слова и словосочетания вроде "лучший", "ведущий", "первый юрист города N-ска" и проч. могут быть использованы при подаче информации о своей деятельности частнопрактикующим юристом, но не адвокатом. Подобные выражения являются оценочными и являются по сути элементом рекламы, т. е. применимы только в коммерческой сфере. Адвокат же, не являясь представителем коммерческого труда, не может предлагать потребителю коммерческие формулировки, не несущие объективную информацию о качестве предоставляемых юридических услуг. Адвокат не имеет возможности использовать при информировании о своей деятельности и отзывы других лиц по схеме: "Я был(а) в тяжелом положении по причине... и не знала, что мне делать. После того как я обратился (обратилась) к адвокату N, все мои проблемы были решены". Возможность положительных отзывов лиц не из числа бывших клиентов адвоката также не допускается. Категорически недопустимо сравнение с другими адвокатами либо характеристика других адвокатов. Данное положение необходимо понимать максимально широко. Адвокат при информировании потенциальной клиентуры должен воздерживаться не только от сравнения своей персоны либо результатов работы с конкретными коллегами, но и избегать общих формулировок, например: "У адвоката N вы можете получить такую квалифицированную помощь, которую не получите больше нигде". Подобные формулировки дают понять лицу, воспринимающему информацию об адвокате, что все другие адвокаты хуже. Не отвечает требованию допустимости и информация об адвокате, содержащая заявления, намеки, двусмысленности, которые могут ввести в заблуждение потенциальных доверителей или вызывать у них безосновательные надежды. Запрещено намекать каким бы то ни было способом на то, что все или большинство дел, которые ведет определенный адвокат, решаются положительно для клиента. Это как минимум не будет абсолютной истинной для каждого вновь обратившегося клиента, так как конкретное юридическое дело характеризуется индивидуальным набором фактов и доказательств, и ни один адвокат без ознакомления с материалами не может заранее дать даже приблизительный процент удовлетворения интересов клиента. Итак, мы рассмотрели имеющиеся на сегодняшний момент информационные ограничения на деятельность адвоката. А какую же информацию адвокат все-таки имеет право распространять о себе? Допустимой к распространению является следующая информация: 1) уровень квалификации. Адвокат может сделать акцент на наличии у него квалификации определенного уровня: специалист, бакалавр, магистр, кандидат или доктор юридических наук, доцент или профессор. Подобные характеристики не являются оценочными и подтверждаются соответствующими документами установленного образца; 2) наличие дополнительной (смежной) квалификации. Например, адвокату, специализирующемуся на ведении арбитражных дел, полезно получить дополнительную квалификацию по экономической специальности, о чем может быть проинформирован потенциальный потребитель юридических услуг; 3) данные о стаже работы по юридической специальности. Эта информация является объективной, поэтому допустима. Практически каждый потенциальный клиент хочет знать, сколько лет адвокат, к которому он намерен обратиться за юридической помощью, работает по специальности; 4) данные о наличии опубликованных научных работ. Эта информация также является объективной и позволяет доказать, что адвокат постоянно отслеживает изменения в действующем законодательстве, занимается научной работой и повышает свой профессиональный уровень. Если адвокат предоставляет перечень наименований своих публикаций, потенциальный клиент имеет возможность ориентироваться во внутриправовой специализации данного специалиста; 5) реквизиты для обращения к адвокату за юридической помощью: адрес, номер телефона и проч.; 6) примерные расценки на предоставляемые юридические услуги; 7) приемное время. Информация о себе и своих услугах может распространяться адвокатом либо от своего имени, либо от имени адвокатского образования, членом которого он является. Информация об адвокате, его профессиональной деятельности, а также об адвокатском образовании может быть доведена до потенциальных клиентов следующими способами: - путем размещения в средствах массовой информации (на телевидении, радио, в газетах, журналах и проч.); - путем направления именных писем потенциальным корпоративным клиентам; - посредством размещения в используемом адвокатом под офис помещении либо в непосредственной близости от него информационных стендов, табличек, плакатов; - посредством размещения наглядного материала в местах общего доступа правоохранительных органов, органов власти и управления по согласованию с представителями последних (на информационном стенде суда, в отделении милиции и т. п.); - раздачей информационных материалов при личном индивидуальном контакте (как с клиентом, уже пользующимся услугами данного адвоката, так и с иными гражданами, например со свидетелями, участвующими в одном процессе с адвокатом); - раздачей информационных материалов при личном групповом контакте (при проведении правовых семинаров, тематических вечеров и лекций на предприятиях, в организациях и учреждениях по согласованию с их руководством). Активная деятельность адвоката по распространению объективной информации о своей деятельности позволяет обзавестись постоянной и достаточной для нормального занятия адвокатской практикой клиентурой. Однако только предоставлением сведений не исчерпывается стратегия информационной поддержки адвокатской деятельности. Вторым, и довольно значительным ее элементом, является имидж адвоката. С филологической точки зрения имидж есть целенаправленно созданный образ <*>. Однако на практике данный термин наполняется более объемным содержанием, так как понятие об имидже человека может иметь место в сознании окружающих и в том случае, если носитель этого имиджа сознательно свой образ не создавал. Образ может быть создан и неосознанно либо вообще без участия объекта под влиянием внешних факторов. Именно имидж играет большую роль для адвоката, так как клиент обращается за юридической помощью не только, а порой и не столько после изучения каких-то информационных материалов, но и обработав информацию, полученную от знакомых. -------------------------------- <*> Большой словарь иностранных слов. М.: ЮНВЕС, 2001. С. 247.

Создание имиджа - чрезвычайно сложная задача для адвоката. Это связано с тем, что адвокат по роду своей работы должен одновременно общаться и с клиентом, и с должностным лицом правоохранительного органа. Их интересы совпадают весьма редко, и это еще довольно мягкая формулировка. Всякое развитие, как известно, является результатом борьбы противоположностей. Последняя имеет место и в юридическом процессе, который и инициируется в большинстве случаев именно тогда, когда конфликт уже есть либо его с очевидностью не удастся избежать в будущем. В качестве пояснения рассмотрим наиболее простой и распространенный пример. При привлечении некоего гражданина к уголовной ответственности государственный обвинитель преследует конкретную цель: добиться осуждения подсудимого. Что бы ни декларировали отечественные нормативные правовые акты о состязательности процесса и беспристрастности суда, суд, унаследовав веками культивируемый обвинительный уклон, преследует ту же цель. Подсудимый преследует цель противоположную: уголовного наказания избежать. Оказать при этом юридическую помощь подсудимому и обеспечить соблюдение его прав и законных интересов призван адвокат. Может ли адвокат при этом действовать в угоду обеим сторонам? Конечно, нет. Чем активнее адвокат будет отстаивать интересы своего подзащитного, тем больше он испортит свой имидж в глазах судьи и прокурора, так как приобретет своеобразный ярлык жалобщика и "неудобного" адвоката. В дальнейшем, если подобная составляющая имиджа усилится чрезмерно, это может сказаться на судьбе последующих клиентов из числа привлекаемых к уголовной ответственности. В юридическом процессе человеческий фактор имеет не менее серьезную роль, чем требования законодательства. И если судья иногда может пойти на уступки для "удобного" адвоката, он может и применить более болезненную санкцию в рамках, установленных законом, в отношении подсудимого, которого защищает "неудобный" адвокат. Если же адвокат пойдет по пути мягкого отношения к стороне обвинения, то за ним среди потенциальных клиентов закрепится имидж адвоката, идущего на поводу у прокурора и суда; такого адвоката клиенты начнут избегать. Однако какого-то третьего пути у адвоката нет, поэтому его задача заключается в том, чтобы найти своеобразную золотую середину между натиском и корректностью при участии в судебном процессе. Однако это верно только для адвокатов, соблюдающих профессиональные этические и моральные нормы, понимающих значимость своего труда для правоохранительной системы и для отдельного человека. Но в каждой профессии (и адвокатура, к сожалению, не является исключением) имеются недостойные представители. Часть адвокатов, зная психологию клиента, используют схему, которая позволяет убить двух зайцев: не испортить отношения с судьями и прокурорскими работниками и показать клиенту свою бурную деятельность по защите его прав и законных интересов. Такими адвокатами фактически разыгрывается спектакль. Причем это спектакль не только одного актера, но и одного зрителя. Актером выступает адвокат, постоянно заявляющий на предварительном и судебном следствии никчемные, пустые по содержанию ходатайства, не направленные на обеспечение соблюдения действующего законодательства, но красивые по форме и звучные по содержанию. Текст таких ходатайств может содержать фразы вроде: "Прошу оправдать моего подзащитного ввиду его полной невиновности" или "Ходатайствую о прекращении уголовного дела, так как оно возбуждено незаконно". При этом какие-либо материальные либо процессуальные обоснования ходатайства не приводятся, что обеспечивает следователю, прокурору или суду безболезненно такое ходатайство отклонить. Подзащитный же, находясь в напряженном психоэмоциональном состоянии, не имея представления о юридической практике и требованиях закона, убеждаемый защитником что "так надо" и "все идет нормально", не способен оценить бесполезность действий адвоката, у него создается впечатление реальной защиты. Вторая составляющая актерского мастерства заключается в постоянном задавании процессуально излишних либо повторных вопросов в ходе судебного заседания. Вопросы задаются уверенным, либо же срывающимся в крик голосом. Однако это только внешне похоже на использование элементов ораторского искусства; по сути же это и есть спектакль, дутая и бесполезная защита. Итог данной деятельности прост: сторона обвинения довольна тем, что никаких веских, обоснованных материалами дела доводов адвокат не представил, следовательно, оснований для обжалования и отмены приговора нет; суд удовлетворен вынесенным стабильным приговором; адвокат весьма рад полученному гонорару; клиент счастлив, что ему достался такой активный адвокат, который его хорошо защищал. Тот факт, что суд и при полном отсутствии такого псевдозащитника не вынес бы более сурового приговора, обычному гражданину никогда не становится известным либо понятным. Он рассказывает всем своим знакомым, что его защищал лучший адвокат, поэтому судья не дал максимальное наказание по статье. Имидж адвоката безупречен с обеих сторон. Сомнительны его профессиональная честь, и нарушены права подсудимого на защиту, хотя сам подсудимый об этом не знает. Истоки такого отношения населения к работе адвоката лежат в повальной юридической безграмотности, в получении информации о работе суда, сторон обвинения и защиты из голливудских фильмов, мало похожих на российскую правовую реальность. Для иллюстрации психологии взаимоотношения защитника и подзащитного приведу наиболее яркий пример из собственной практики. В суде слушалось дело по обвинению несовершеннолетних А., Б. и В. по обвинению в краже мотора с одного из складов города. Подсудимому А. на момент совершения инкриминируемого деяния исполнилось 15 лет, а подсудимым Б. и В. - по 16. Адвокат подсудимого Б., будучи автолюбителем, в течение двух часов задавал своему подзащитному, другим подсудимым, всем свидетелям по делу вопросы о том, какой модели мотор, сколько он весит, сколько цилиндров, объем, размер, цвет и т. д. Ни малейшего процессуального значения эти вопросы не имели. Адвокаты подсудимых А. и В. заявили ходатайство о допросе дополнительных свидетелей. В дальнейшем государственный обвинитель после исследования доказательств решил, что деяния подсудимых должны быть переквалифицированы на самоуправство, так как в процессе допроса свидетелей, заявленных адвокатами подсудимых А. и В., выяснилось, что между подсудимыми и владельцем мотора имелись непогашенные долговые обязательства. Так как уголовная ответственность за самоуправство наступает с 16 лет, то подсудимый А. подлежал оправданию, на что его адвокат указал суду. В результате был вынесен приговор, согласно которому подсудимый А. был оправдан, подсудимые Б. и В. получили примерно одинаковые условные сроки лишения свободы. Во время всего судебного следствия в зале суда присутствовали родители всех подсудимых. Когда приговор был провозглашен, судья и помощник прокурора города удалились из зала судебного заседания, адвокат подзащитного В. поздравил всех родителей с тем, что их детей не приговорили к реальной мере наказания, и особо поздравил родителей оправданного подсудимого А. Все три адвоката участвовали в суде по назначению, однако заявления на оплату труда еще не были поданы судье, поэтому адвокат В. предложил всем родителям заключить соглашения и оплатить труд адвокатов. При этом он указал родителям на то, что благодаря грамотной работе адвокатов деяния подсудимых переквалифицированы на состав преступления меньшей общественной опасности, а подсудимый А. оправдан. На это предложение отец оправданного А. заявил, что он видел в суде хорошую работу защитника подсудимого Б., который у всех все выяснил, а другие адвокаты и вопросов-то мало задавали. Все остальные родители с этим согласились. Не имея познаний в области юриспруденции, они посчитали, что мягкий приговор суда обеспечил самый болтливый адвокат. Качество же работы адвокатов, действительно добившихся определенных результатов, не было оценено ввиду отсутствия театральности их поведения. Именно этим и пользуется часть адвокатов, неэтично создающих себе положительный имидж. В заключение сделаем следующие обобщенные выводы. Составными элементами стратегии информационной поддержки адвокатской деятельности являются информирование потенциальных клиентов о работе адвоката и его имидж. И работа по информированию, и создание необходимого имиджа должно строиться с соблюдением действующего законодательства и норм профессиональной этики российской адвокатуры. Факты нарушения этических и моральных норм должны выявляться представителями адвокатского сообщества, нарушители должны привлекаться к строгой дисциплинарной ответственности руководством адвокатских образований и адвокатских палат.

Название документа