Квалификация незаконной рубки лесных насаждений в различных регионах России

(Соколов Н. А.) ("Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление", 2008, N 4) Текст документа

КВАЛИФИКАЦИЯ НЕЗАКОННОЙ РУБКИ ЛЕСНЫХ НАСАЖДЕНИЙ В РАЗЛИЧНЫХ РЕГИОНАХ РОССИИ

Н. А. СОКОЛОВ

Соколов Н. А., старший научный сотрудник НИЛ ОНО ВИПЭ ФСИН России, майор внутренней службы, кандидат юридических наук.

При переходе к рыночной экономике появилось множество положительных результатов в развитии страны, однако это в известной степени предопределило рост экологических преступлений и, в частности, незаконной рубки лесных насаждений. Отставание законодательства, неконтролируемое развитие рыночных отношений, отсутствие контроля и дешевизна природных ресурсов, стремление к получению максимальной прибыли без особых затрат и некоторые другие факторы обусловили многочисленные факты нарушений природоохранного законодательства. Важным фактором первопричин совершения преступлений данной категории явилось резкое снижение уровня жизни граждан, сопровождаемое безработицей, невыплатой зарплаты, лишением определенных социальных льгот и т. д., что побудило к совершению преступлений, связанных с удовлетворением естественных жизненных потребностей. Усугубляется сложившееся положение неразработанностью механизма государственного управления в области охраны окружающей среды и несовершенством законодательства в данной сфере. Анализ результатов проведенного нами опроса работников следственных подразделений и органов дознания МВД РФ (были опрошены 200 сотрудников из 8 регионов России) показал, что 152 сотрудникам (76%) приходилось решать вопросы, связанные с квалификацией незаконной рубки лесных насаждений, из них 102 сотрудника испытывали трудности при квалификации данных преступлений. 180 респондентов (90%) заявили, что уголовно-правовые нормы, предусматривающие ответственность за незаконную рубку лесных насаждений, нуждаются в совершенствовании. 196 сотрудников (98%) отметили, что незаконная рубка совершается с целью дальнейшей продажи древесины. Данное мнение мы вполне разделяем. В связи с этим довольно интересным является опыт, сложившийся в Республике Карелия, где при незаконной рубке лесных насаждений с последующей продажей древесины дополнительно вменяют ст. 174.1 УК РФ "Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления". Так, Петрозаводским городским судом было рассмотрено уголовное дело по обвинению граждан С. и М. в совершении преступлений, предусмотренных ст. 260, ч. 3, и 174.1, ч. 1, УК РФ. В ходе судебного расследования установлено, что граждане С. и М. совершили незаконную порубку деревьев с причинением особо крупного ущерба. Полученную в ходе незаконной рубки древесину они реализовали, получив при этом значительную сумму денег. Приговором суда граждане М. и С. признаны виновными в совершении указанных преступлений. Обоим подсудимым назначено наказание в виде штрафа, в сумме 50 тыс. руб. по ч. 3 ст. 260 УК РФ и 5000 руб. штрафа по ч. 1 ст. 174.1 УК РФ, окончательное наказание по совокупности преступлений определено в виде штрафа в сумме 53000 руб. <1>. -------------------------------- <1> См.: Архив Петрозаводского городского суда. Республика Карелия, 2005 г.

По нашему мнению, сама по себе ст. 174.1 УК РФ в свете принципа справедливости (ч. 2 ст. 6 УК РФ) "Никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление" вызывает определенные сомнения. Однако если говорить о ее применении, то при незаконных рубках дополнительное вменение ст. 174.1 УК РФ может являться вполне обоснованным, при условии, что древесина заготавливается незаконным путем, в промышленных масштабах, систематически реализуется на деревообрабатывающие предприятия. Кроме того, при изучении уголовных дел нами были выявлены случаи, когда следователи вменяют при совершении незаконной рубки, с последующим вывозом древесины, в качестве дополнительного состава ст. 158 УК РФ, мотивируя это тем, что состав незаконной рубки ограничивается самой рубкой. Срубленная древесина переходит в совершенно другое качество, т. е. в категорию товарно-материальных ценностей (имущества). Поэтому если после совершения рубки лес вывозится, происходит, по их мнению, не что иное, как кража. По нашему мнению, незаконная рубка в действительности может в дальнейшем перерасти в хищение, в частности в кражу, при условии что после ее совершения древесина была обнаружена сотрудниками лесхоза, совершен обсчет объема, проставлены клейма. На профессиональном языке сотрудников лесничеств это называется "секвестрирование древесины", т. е. постановка ее на балансовые счета предприятия. Так вот, если древесина была секвестрирована, то после этого она приобретает другой статус, переходит в категорию товарно-материальных ценностей и имеет собственника в лице лесхоза. И если после этого древесина, даже оставленная на месте делянки, оприходована сотрудниками лесхоза, то происходит не что иное, как кража. В случае когда незаконная рубка не была выявлена сотрудниками лесхоза, а древесина не была секвестрирована, то говорить о краже нельзя. Таким образом, вменение при квалификации незаконной рубки дополнительного состава преступления (кража) за вывоз древесины, которая не была ранее оприходована, на наш взгляд, является ошибочным. Кроме того, нам хотелось бы отразить еще одну проблему, возникающую у правоохранительных органов некоторых регионов России, связанную с содержанием такого признака незаконной рубки лесных насаждений, как "размер" рубки. Следует отметить, что данный признак имеет огромное значение при квалификации данного вида преступлений, ведь от его понимания зависит, будет ли деяние отнесено к уголовным либо административным правонарушениям. Применение уголовного закона на всей территории России должно быть единообразным, однако при неправильной трактовке понятия "размер" к лицам, совершившим одно и то же деяние, но в разных субъектах РФ, могут быть применены различные наказания. Основной проблемой при расследовании указанных преступлений в Архангельской области является определение размера ущерба, причиненного в результате незаконной рубки. Сложившаяся в Архангельской области судебная практика исчисления стоимости незаконно срубленных лесных насаждений исходит из прямого действительного ущерба без учета кратности, т. е. при исчислении ущерба во внимание принимается только ставка лесных податей за древесину, отпускаемую на корню в регионе. Ущерб, исчисленный на основе такс, установленных Постановлением Правительства Российской Федерации от 21.05.2001 N 388 "Об утверждении такс для исчисления размера взысканий за ущерб, причиненный лесному фонду и не входящим в лесной фонд лесам нарушением лесного законодательства Российской Федерации", подлежит взысканию в порядке гражданского судопроизводства. Для сравнения в качестве примера взяты уголовные дела, по которым вынесены судебные решения архангельскими и вологодскими судами. Так, Плесецким районным судом Архангельской области рассмотрено уголовное дело по обвинению граждан Г. и П. Преступление совершено при следующих обстоятельствах. Г. и П., будучи в предварительном сговоре, в лесах II-й группы совершили незаконную порубку деревьев общим объемом 13,91 кубического метра, причинив материальный ущерб на сумму 783 руб. Приговором суда граждане Г. и П. признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ст. 260, ч. 2, п. "а", УК РФ <2>. -------------------------------- <2> См.: Архив Плесецкого районного суда Архангельской области, 2003 г.

Кич-Городецким районным судом Вологодской области рассмотрено уголовное дело по обвинению граждан С. и К. Преступление совершено при следующих обстоятельствах. С. и К., будучи в предварительном сговоре, в лесах 2-й группы совершили незаконную порубку деревьев общим объемом 14 кубических метров, причинив материальный ущерб на сумму 53615 руб. Приговором суда граждане С. и К. признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ст. 260, ч. 3, УК РФ <3>. -------------------------------- <3> См.: Архив Кич-Городецкого районного суда Вологодской области, 2004 г.

При сравнении приговоров видно, что и в том и в другом случае объем срубленной древесины примерно одинаков, составляет около 14 кубических метров, однако суммы причиненных ущербов различны в десятки раз. Очевидно, что сложившаяся ситуация не может не волновать, ведь при различных расчетах суммы ущерба будет складываться ситуация, когда при одном и том же количестве срубленной древесины преступление будет квалифицировано совершенно отлично. Следовательно, лицо, совершившее незаконную рубку лесных насаждений, в одной области будет привлекаться к уголовной ответственности, а в соседней за аналогичное деяние - лишь к административной. В ходе проведения исследования мы столкнулись с тем, что подобная ситуация складывается не только на территории Архангельской области, подобные трудности, хотя и не так остро, имеются и в других областях. Данных проблем во многом можно избежать путем внесения в статью некоторых дополнений и пояснений. Трудности в редакции статьи связаны в основном с термином "размер", и об этом ранее неоднократно говорилось различными учеными <4>. -------------------------------- <4> См., напр.: Комментарий к УК РФ / Под ред. В. И. Радченко. М., 2000; Комментарий к УК РФ / Под ред. А. В. Наумова. М., 2000; Комментарий к УК РФ / Под ред. С. И. Никулина. М., 2000; Яни П. С. Приравнен ли "размер" к "ущербу" // Законность. 2002. N 3.

В заключение хотелось бы отметить, что акцент борьбы с незаконными рубками лесных насаждений должен быть несколько смещен: в обязательном порядке необходимо устанавливать не только самих браконьеров, но и скупщиков древесины и привлекать их к ответственности (в данном случае по ст. 175 УК РФ - за приобретение или сбыт имущества, добытого преступным путем). В случае если скупщиком выступает организация (любой формы собственности), к такой ответственности должны привлекаться ее руководители, иные должностные лица, давшие указание (согласие) на приобретение такой продукции, или конкретные лица, выполняющие управленческие функции в коммерческой или иной организации. В таких случаях может встать вопрос еще и о применении ст. 201 или 285 УК РФ. По крайней мере эти вопросы было бы целесообразно отразить в специальном постановлении Пленума Верховного Суда РФ. Подобная практика имела бы огромный профилактический эффект. Кроме того, по нашему мнению, часть возникающих проблем, связанных с незаконной рубкой, можно избежать, приняв ряд мер: 1. Усилить роль уголовного законодательства путем частичного изменения и ужесточения санкций за совершение незаконной рубки и других природных ресурсов (подробнее остановимся в последующих параграфах). Совершенствовать уголовное, административное, природоохранное законодательство в части, касающейся защиты окружающей среды. 2. Повысить финансирование развития экологического образования среди населения, развитие экологических программ по усовершенствованию деятельности органов, осуществляющих защиту лесного комплекса. Достаточно сказать, что во всех отчетах о преступлениях, которые публикуются МВД, незаконная рубка не выделяется отдельным пунктом, в лучшем случае называется общее количество экологических преступлений в целом, а чаще экологические преступления вообще входят в группу "иные преступления". Для сравнения: ст. 158 УК РФ "Кража" во всех статистических отчетах рассматривается отдельно по каждой части и каждому параграфу статьи (с проникновением в жилище, группой лиц по предварительному сговору и т. д.). 3. В структуре МВД России создать специализированное подразделение экологической милиции, полиции (по аналогии с Комитетом по наркоконтролю), в функции которого включить следующие положения: - предупреждение, выявление и пресечение экологических правонарушений; - расследование экологических преступлений на уровне органа дознания; - осуществление иных мер по охране окружающей среды.

Название документа