Проблемы уголовной ответственности за трансплантацию

(Шхагапсоев З. Л.) ("Общество и право", 2009, N 2) Текст документа

ПРОБЛЕМЫ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ТРАНСПЛАНТАЦИЮ

З. Л. ШХАГАПСОЕВ

Шхагапсоев Заурби Лелович, доктор юридических наук, профессор, начальник Нальчикского филиала Краснодарского университета МВД России.

Охрана жизни и здоровья - высших благ человека - приобретает в настоящее время особенное значение. Это обусловлено ухудшением общемировой экологической ситуации, что неизбежно сказывается на состоянии здоровья всего населения; установлением прав и свобод личности в качестве приоритета правовой охраны; а также введением в практику большого числа социальных программ, в том числе в области здравоохранения. Это также предопределяет важность изучения общественных отношений в сфере охраны здоровья людей. Кроме того, средства и методы лечения различных человеческих заболеваний постоянно совершенствуются, что закономерно вызывает необходимость установления их надлежащего правового регулирования. Одним из таких нововведений стала возможность использования органов или тканей одного человека для восстановления здоровья или даже спасения жизни другого. И на сегодняшний день, пока еще не разработана методика выращивания органов из стволовых клеток <1>, она представляет собой нередко единственный возможный метод спасения жизни в случае отказа какого-либо органа. -------------------------------- <1> Крылова Н. Е. Биоэтические и уголовно-правовые вопросы трансплантации эмбриональных (фетальных) органов и тканей человека // Правоведение. 2006. N 6.

В современной медицине под трансплантацией органов и (или) тканей понимается пересадка органов и (или) тканей от организма того же вида. Как метод лечения она представляет собой двуединую операцию, при которой жизнь или здоровье больного-реципиента спасается за счет причинения вреда здоровому человеку-донору вследствие изъятия у него органов или тканей. Объектами трансплантации могут быть сердце, легкое, почка, печень, костный мозг и другие органы и (или) ткани, перечень которых определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения и социального развития, совместно с Российской академией медицинских наук (ст. 2 Закона "О трансплантации органов и (или) тканей человека") <1>. -------------------------------- <1> Закон РФ от 22.12.1992 N 4180-1 "О трансплантации органов и (или) тканей человека" // Ведомости СНД и ВС РФ. 14.01.1993. N 2. Ст. 62 (далее - Закон "О трансплантации").

Проблемы трансплантологии всегда были актуальны: количество людей, нуждающихся в пересадке органов, непрерывно возрастает, дефицит донорских органов не восполняется. Вместе с тем "развитие медицины направлено на то, чтобы новые ее достижения стали обычным методом ее лечения, широко применяемым на практике" <1>. -------------------------------- <1> Сахаров А. Д. Тревога и надежда. М.: Интер-версо, 1991. С. 45.

Да, современная трансплантология позволяет оказать действенную помощь многим больным, которые прежде были обречены на неизбежную смерть или тяжелую инвалидность. Клинические результаты свидетельствуют о реальной способности при помощи трансплантации увеличить продолжительность жизни человека и улучшить ее качество <1>. Но трансплантация органов и (или) тканей человека должна осуществляться на основе соблюдения законодательства Российской Федерации и прав человека в соответствии с гуманными принципами, провозглашенными международным сообществом; при этом интересы человека должны превалировать над интересами общества или науки. -------------------------------- <1> Комашко М. Н. Проблема презумпции согласия на изъятие органов и (или) тканей для трансплантации // Медицинское право. 2006. N 3.

К середине 1970-х годов в передовых странах операции по трансплантации органов и тканей человека перешли из стадии медицинского эксперимента на уровень клинических методов лечения. Получила развитие трансплантация и в России. Однако стартовавшее развитие было недолгим. Постепенно начался упадок. Как отметил основоположник российской трансплантологии академик В. И. Шумаков, сложившаяся ситуация объясняется низкой технической оснащенностью медицинских учреждений, занимающихся трансплантологией, недостаточной подготовкой специалистов для работы в центрах трансплантации и непониманием общественностью значимости работы трансплантационных служб, которое иногда наблюдается даже в среде медицинских работников <1>. -------------------------------- <1> Широков К. С. Согласие лица на причинение вреда его здоровью при трансплантации органов или тканей: условия правомерности // Известия вузов. Правоведение. 2008. N 1.

Доказательством такого положения вещей могут быть данные статистики. В США ежегодно производится 15000 операций по пересадке почки, В Германии - 5000, в Испании - 2125, в Португалии - 1500, в России же всего 150 - 160 операций. Такая сложная операция, как трансплантация печени, в США производится ежегодно 5000 раз, в Испании - 800, в Португалии - 140, а в России... аж 3 раза! В целом у нас с 1990 года выполнено всего 5000 трансплантаций почки, 108 - сердца и 148 - печени <1>. -------------------------------- <1> Горбунова Н. А. Юридические модели изъятия органов и тканей человека с целью трансплантации: характеристика, достоинства, недостатки // Право и политика. 2006. N 2.

Но столь низкие показатели следует объяснять не только и даже не столько отсутствием необходимого оборудования, недостаточным количеством соответствующих специалистов и т. п. Корень зла кроется, на наш взгляд, в многочисленных пробелах и коллизиях правового регулирования трансплантации в нашей стране. Результатом чего являются затруднения сотрудников правоохранительных и судебных органов в уяснении этих нормативных положений и, как следствие, отсутствие однообразного их применения в практической деятельности. В этом отношении весьма показателен случай, наделавший в свое время много шума. Речь идет о громком деле по обвинению врачей больницы N 20 Москвы и Московского координационного центра органного донорства. 11 апреля 2003 г. в больницу поступил пострадавший Орехов с травмой головы в результате дорожно-транспортного происшествия. Его состояние было оценено как крайне тяжелое. Вследствие внутричерепной гематомы у пострадавшего начался отек мозга и мозговое вещество пошло в ствол позвоночника. Была констатирована смерть мозга. Но врачи не знали, что одновременно с приготовлением Орехова для забора почек в больнице проводилась и другая операция: все разговоры медицинского персонала прослушивались и записывались. Сотрудники милиции, прибывшие в больницу вместе с врачами-реаниматологами клинического госпиталя ГУВД Москвы, обнаружили больного вне реанимационного отделения и приготовленного для изъятия почек. У пострадавшего еще наблюдались сердечные сокращения, прекратившиеся примерно через полчаса, когда наступила клиническая смерть. Четырех врачей привлекли к уголовной ответственности за приготовление к убийству. По радио, телевидению и в газетах их называли убийцами. Более трех лет продолжалось предварительное следствие и судебное разбирательство, завершившееся постановлением оправдательного приговора <1>. -------------------------------- <1> Трансплантологов оправдали. Окончательно? // Российская газета от 22 декабря 2006 г. См. также: Широков К. С. Согласие лица на причинение вреда его здоровью при трансплантации органов или тканей: условия правомерности // Известия вузов. Правоведение. 2008. N 1.

Но на этом история не закончилась. Неоднозначное понимание судьями анализируемых положений отечественного законодательства привело к тому, что Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации дважды отменяла оправдательный приговор, направляя дело на новое судебное рассмотрение. Сначала приговор Московского городского суда от 01.03.2005 был отменен Верховным Судом Российской Федерации, и нашумевшее уголовное дело, по которому власти твердо решили устроить показательный процесс, опять было направлено на новое рассмотрение. В первых числах ноября 2005 года Московский городской суд раз опять оправдал врачей, которых средства массовой информации до последнего называли убийцами. Затем Президиум Верховного Суда Российской Федерации 11.10.2006 вновь отменил Определение Судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ от 29.03.2006 в отношении врачей и передал уголовное дело на новое кассационное рассмотрение. Кассационным определением Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2006 оправдательный приговор Московского городского суда был оставлен без изменения, кассационные представления государственных обвинителей - без удовлетворения. Кроме того, настоятельную необходимость надлежащего правового регулирования трансплантации органов и тканей человека обуславливает также бурный рост криминальной активности в этой сфере. Возможность осуществления подобной операции, наличие определенных успехов в данном направлении усиливают мотивы совершения преступления в целях использования органов или тканей потерпевшего, в силу чего отношения по предоставлению такой услуги, как трансплантация органов и тканей человека, нуждается в совершенствовании правовой регламентации. И мы согласны с мнением Н. А. Колчиной, что основные правовые проблемы, которые необходимо решить, касаются в основном уголовно-правовых аспектов трансплантологии: правомерности пересадки органов, возможности изъятия органа у донора, значения согласия донора и реципиента при производстве такого вмешательства, определения момента, когда можно изымать органы и ткани у доноров-трупов, определения противопоказаний для операций по пересадке каждого вида органов, юридической квалификации возможных злоупотреблений своими должностными полномочиями со стороны медицинских работников <1>. Только данный перечень следует еще дополнить необходимостью модернизации ряда норм Уголовного кодекса Российской Федерации. -------------------------------- <1> Колчина Н. А. Определение момента смерти в случаях предполагаемого изъятия органов и тканей для их трансплантации // Журнал российского права. 2008. N 11.

Правовое регулирование условий трансплантологии в нашей стране осуществляется в соответствии с Основами законодательства РФ об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 года N 5487-1 <1>, Законами "О трансплантации органов и (или) тканей человека", от 9 июня 1993 года N 5142-1 "О донорстве крови и ее компонентов" <2>, от 12 января 1996 года N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" <3>, Инструкцией по констатации смерти человека на основании диагноза смерти мозга, утвержденной Приказом Минздрава России от 20 декабря 2001 года N 460 <4>, и другими правовыми актами. Так, например, Уголовный кодекс РФ устанавливает ответственность за целый ряд деяний, сопряженных с последующим изъятием органов или тканей потерпевшего, либо обусловленных этим: -------------------------------- <1> Основы законодательства РФ об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 года N 5487-1 // Российские вести. 09.09.1993. N 174. <2> Закон РФ от 09.06.1993 N 5142-1 "О донорстве крови и ее компонентов" // Ведомости СНД и ВС РФ. 1993. N 28. Ст. 1064. <3> Федеральный закон от 12.01.1996 N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" // Собрание законодательства РФ. 1996. N 3. Ст. 146. <4> Приказ Минздрава России от 20.12.2001 N 460 "Об утверждении Инструкции по констатации смерти человека на основании диагноза смерти мозга" // Российская газета. 30.01.2002. N 18.

1) п. "м" ч. 2 ст. 105 (убийство в целях использования органов или тканей потерпевшего); 2) п. "ж" ч. 2 ст. 111 (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное в целях использования органов или тканей потерпевшего); 3) ст. 120 (принуждение к изъятию органов или тканей человека для трансплантации); 4) п. "ж" ч. 2 ст. 127.1 (торговля людьми в целях изъятия у потерпевшего органов или тканей). Несмотря на столь обширный спектр правовых норм, представляется, что действующая нормативная база регулирует вопросы трансплантации не в полной мере либо недостаточно эффективно. Так, в ст. 1 Закона РФ "О трансплантации органов и (или) тканей человека" сказано, что изъятие органов и (или) тканей у живого донора допустимо только в случае, если его здоровью по заключению консилиума врачей-специалистов не будет причинен значительный вред. Однако при этом понятие значительного вреда в Законе почему-то не раскрывается. В медицинской литературе отмечалось, что в настоящее время тысячи людей долгие годы живут с пересаженной почкой. В то же время обращалось внимание на то, что любая операция по удалению почки у живого донора с целью пересадки является достаточно серьезной. Такая операция, произведенная даже квалифицированным хирургом с соблюдением всех необходимых мер предосторожности, не может обеспечить стопроцентной гарантии, что не приведет к возможным тяжелым осложнениям <1>. -------------------------------- <1> Тихомиров А. В. Медицинское право. М., 1998. С. 25.

Но возможно также и просто халатное отношение медиков к проведению операции (например, пересадка органа, переливание крови и т. п. от больного донора, вследствие чего может произойти заражение венерической болезнью (ст. 121 УК РФ), ВИЧ-инфекцией (ст. 122 УК РФ) и другим заболеванием). В связи с этим мы не можем согласиться с мнением Н. А. Горбуновой, считающей, что Уголовным кодексом РФ не предусмотрено в качестве преступного деяния нарушение ограничений круга живых доноров (например, когда забор органов осуществлен у нездорового донора) <1>. -------------------------------- <1> Горбунова Н. А. Влияние трансплантологии на развитие уголовного законодательства Российской Федерации // Медицинское право. 2008. N 3.

На наш взгляд, под причинением значительного вреда необходимо понимать неосторожные действия врачей, производящих трансплантацию органа или тканей, повлекшие последствия, аналогичные предусмотренным в ст. 111 УК РФ, а именно: причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, или повлекшего за собой потерю зрения, речи, слуха либо какого-либо органа или утрату органом его функций, прерывание беременности, психическое расстройство, заболевание наркоманией либо токсикоманией, или выразившегося в неизгладимом обезображивании лица, или вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть либо смерть потерпевшего. Отсутствие необходимой правовой регламентации процесса трансплантации видится нам также в отсутствии в Уголовном кодексе РФ нормы, прямо предусматривающей условия правомерности причинения вреда здоровью лица, сопряженного с пересадкой его органа или тканей (а такой вред живому донору, безусловно, причиняется). Это порождает подчас значительные затруднения в выработке своей точки зрения теоретиками и лежит в основе принятия ошибочных решений работников правоохранительных и судебных органов. И проблема эта далеко не так проста, как может показаться на первый взгляд. Общеизвестным является факт, что отечественная уголовно-правовая концепция не предусматривает данное обстоятельство в качестве исключающего преступность деяния. И умышленное причинение вреда здоровью или жизни потерпевшего, даже совершенное по его настоятельной просьбе, признается общественно опасным деянием и влечет за собой уголовную ответственность. В качестве примеров можно привести нередко имеющие место случаи эвтаназии (что современной судебной практикой приравнивается к убийству и влечет ответственность по ст. 105 УК РФ), многочисленные факты незаконного производства аборта (ст. 123 УК РФ) и достаточно часто встречающееся соучастие в уклонении военнослужащего от исполнения обязанностей военной службы путем причинения ему членовредительства с целью временного или полного его освобождения от таковых (ст. 339 УК РФ) и др. Разумеется, не может идти речь об уголовной ответственности врачей, когда они причиняют вред больному (иногда достаточно существенный, например, при ампутации конечности) для спасения его жизни. В противном случае вся наша хирургия оказалась бы вне закона. Но как быть со случаями причинения тяжкого вреда здоровью вследствие утраты человеком органа, совершенного при пересадке последнего для спасения жизни и здоровья другого человека? Распространенное мнение о наличии в таком случае ситуации крайней необходимости (ст. 39 УК РФ) нельзя признать состоятельным, поскольку это противоречит концептуальному положению данного института, согласно которому причиняемый для устранения опасности ущерб может быть лишь меньше вреда предотвращенного, но никак не равным ему. Более верным будет решение об исключении уголовной ответственности медицинского работника на основании ст. 41 УК РФ, поскольку институт обоснованного риска предусматривает все необходимые условия правомерности, удовлетворяющие рассматриваемой ситуации: 1) врач действует в общественно полезных целях (спасение жизни реципиента); 2) указанная цель не может быть достигнута иными, не связанными с риском для жизни донора способами, кроме как изъятия у него органа или ткани для ее дальнейшей трансплантации; 3) заблаговременно предпринимаются все необходимые меры для того, чтобы снизить и по возможности исключить возможность наступления неблагоприятных последствий для жизни и здоровья донора; 4) эти действия хирурга не могут повлечь уголовной ответственности, поскольку ч. 3 ст. 41 УК РФ гласит, что риск не признается обоснованным, если он заведомо был сопряжен с угрозой для жизни многих людей; в данном же случае неблагоприятные последствия в виде заболевания, а при негативном развитии ситуации даже смерти грозят лишь одному человеку - донору. Далее. Как уже отмечалось, объектами трансплантации могут быть сердце, легкое, почка, печень, костный мозг и другие органы и (или) ткани, перечень которых определяется Министерством здравоохранения РФ совместно с Российской академией медицинских наук <1>. Из этого можно было бы сделать вывод, что осуществление принуждения к изъятию органов и (или) тканей человека, пересадка которых не регламентируется названным Законом, не образует состава преступления, предусмотренного ст. 120 УК РФ. Однако это будет неправильно. Во-первых, Уголовный кодекс не конкретизирует, к изъятию каких органов и (или) тканей принуждается потерпевший. А, во-вторых, донорство, трансплантирование регулируются не только Законом о трансплантации органов и (или) тканей человека, но и другими нормативными актами, в частности вышеупомянутым Законом РФ "О донорстве крови и ее компонентов". -------------------------------- <1> Приказ Минздравсоцразвития России N 357, РАМН N 40 от 25.05.2007 "Об утверждении перечня органов и (или) тканей человека - объектов трансплантации, перечня учреждений здравоохранения, осуществляющих трансплантацию органов и (или) тканей человека, и перечня учреждений здравоохранения, осуществляющих забор и заготовку органов и (или) тканей человека" // Российская газета от 26.06.2007 N 134.

Поэтому, на наш взгляд, принуждение человека к согласию на изъятие любых органов и (или) тканей для трансплантации образует состав преступления; в связи с чем не можем согласиться с мнением Н. А. Горбуновой, полагающей, что уголовным законом не устанавливается ответственность за незаконное изъятие органов и (или) тканей, не указанных в вышеприведенном перечне <1>. -------------------------------- <1> Горбунова Н. А. Влияние трансплантологии на развитие уголовного законодательства Российской Федерации // Медицинское право. 2008. N 3.

Но этим проблема не исчерпывается. Возникает вопрос: можно ли квалифицировать по статье 120 УК РФ принуждение к сдаче крови, спинномозговой и иных физиологических жидкостей организма? Приходим к парадоксальному выводу, что не имеем для этого правовых оснований, поскольку диспозиция анализируемой статьи называет лишь органы и ткани, а указанные выше субстанции ни к тем ни к другим не относятся и, следовательно, не могут выступать предметом рассматриваемого преступления. В связи с этим необходимо изменить диспозиции ряда норм УК РФ (уже упоминавшихся выше п. "м" ч. 2 ст. 105, п. "ж" ч. 2 ст. 111, ст. 120 и п. "ж" ч. 2 ст. 127.1), заменив слова "органов или тканей" на "органов, тканей и физиологических жидкостей". Трансплантация органов и (или) тканей человека в соответствии со ст. 6 Закона "О трансплантации" осуществляется с письменного согласия реципиента. Условия, которым должно отвечать лицо, давшее согласие на изъятие у него трансплантата, перечислены в ст. 3 Закона "О трансплантации", а именно: это лицо, достигшее 18 лет (за исключением случаев пересадки костного мозга), являющееся дееспособным, без наличия опасной для жизни и здоровья болезни, служебной или иной зависимости от реципиента <1>. Таким образом, согласие должно быть свободным и осознанным, вполне определенным и понятным. -------------------------------- <1> Закон РФ от 22.12.1992 N 4180-1 "О трансплантации органов и (или) тканей человека" // Ведомости СНД и ВС РФ. 14.01.1993. N 2. Ст. 62.

При оценке согласия донора как свободного и осознанного следует выяснить, не является ли оно результатом наплыва эмоций, кратковременной вспышки острой жалости, возникновением чувства вины перед больным за свою прежнюю нерешительность в оказании страдающему человеку той единственной помощи (имеется в виду пересадка органа), которая может спасти ему жизнь, упреков родителей больного и т. п. Выяснение этих вопросов позволит определить степень осознанности принятого донором решения, чтобы у него потом не было чувства раскаяния за сделанное, которое будет преследовать его в течение оставшейся жизни. При этом реципиент должен быть предупрежден о возможных осложнениях для его здоровья в связи с предстоящим оперативным вмешательством (ст. 6 Закона РФ "О трансплантации") <1>. Однако уголовный закон не рассматривает собственно несоблюдение требований по надлежащему оформлению документов, связанных с трансплантацией органов и (или) тканей человека, как преступление, даже если подобные действия повлекли причинение вреда здоровью человека или его смерть. -------------------------------- <1> Закон РФ от 22.12.1992 N 4180-1 "О трансплантации органов и (или) тканей человека" // Ведомости СНД и ВС РФ. 14.01.1993. N 2. Ст. 62.

Хотелось бы отметить, что, по нашему мнению, для более объективной оценки согласия и осознанности решения информировать о последствиях трансплантации как донора, так и реципиента должен не врач, под наблюдением которого находится больной либо который будет осуществлять трансплантацию, а другой врач, практикующий в области трансплантологии. Поскольку операции такого рода осуществляются лишь в крупных стационарах, где наличествует отделение трансплантологии, недостатка в специалистах соответствующего профиля не будет. Согласие может даваться как в отношении неопределенного лица, так и при условии пересадки органа или ткани конкретному человеку <1>. И если лицо дало согласие на пересадку своего органа четко обозначенному больному, а она сделана другому человеку, то такая операция должна признаваться проведенной без согласия донора и, как следствие, противоправной. -------------------------------- <1> Широков К. С. Трансплантация органов и тканей человека. Уголовно-правовые проблемы // Закон и право. 2006. N 11. С. 7.

Но будет ли она при этом уголовно наказуемой? Полагаем, что нет, ибо степень общественной опасности, как и в предыдущем случае, будет недостаточно высока, чтобы признавать такие, безусловно неблаговидные, поступки преступлением. В соответствии со ст. 1 Закона "О трансплантации" органы и ткани человека не могут быть предметом купли-продажи. Полностью поддерживаем мнение, что "плата за орган подрывает систему донорства, основанную на альтруизме и гуманизме" <1>. -------------------------------- <1> Розенталь Р. Л., Соболев В. В., Сондоре А. А. Донорство в трансплантации органов. Рига, 1987. С. 162.

Все основные международные документы по трансплантации органов и тканей предусматривают недопущение коммерциализации пересадок. "Купля-продажа человеческих органов строго осуждается", провозглашает декларация Всемирной медицинской ассоциации о трансплантации человеческих органов <1>. -------------------------------- <1> Сборник официальных документов Ассоциации врачей России. М., 1995. С. 38.

Поэтому своевременным и актуальным следует считать закрепление недопустимости продажи органов и (или) тканей человека в основном законодательном акте по трансплантации в нашей стране: "учреждению здравоохранения, которому разрешено проводить операции по забору и заготовке органов и (или) тканей у трупа, запрещается осуществлять их продажу" (ст. 15 Закона "О трансплантации"). Согласно ст. 1 этого же законодательного акта, купля-продажа органов и (или) тканей человека влечет уголовную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. Однако незаконный оборот трансплантатов в качестве преступного деяния Уголовным кодексом РФ не предусмотрен. Выявленный пробел уголовного законодательства необходимо восполнить путем введения в УК РФ самостоятельной статьи, а не дополнения какой-либо из числа существующих. При этом новелла, несмотря на откровенно корыстный характер регулируемого деяния, должна быть размещена не в разделе VIII УК РФ (преступления в сфере экономики), а в главе 25 УК РФ (преступления против здоровья населения и общественной нравственности), поскольку обнародование таких фактов всегда порождает широкий общественный резонанс. В связи с изложенным предлагаем дополнить УК РФ ст. 244, изложив ее в следующей редакции: Статья 244. Незаконный оборот органов, тканей и физиологических жидкостей 1. Использование человеческих органов, тканей и физиологических жидкостей в качестве предмета сделки - наказывается... 2. Деяние, предусмотренное частью первой настоящей статьи, совершенное организованной группой или лицом с использованием своего служебного положения, - наказывается...

------------------------------------------------------------------

Название документа