Основные проблемы страхования ответственности по договору (Начало)

(Дедиков С. В.) ("Цивилист", 2010, N 1) Текст документа

ОСНОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ СТРАХОВАНИЯ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ПО ДОГОВОРУ

С. В. ДЕДИКОВ

Дедиков Сергей Васильевич, старший партнер Общества страховых юристов, советник Московского перестраховочного общества.

В соответствии с п. 1 ст. 932 ГК РФ страхование риска ответственности за нарушение договора допускается в случаях, предусмотренных законом. При этом по такому договору может быть застрахован только риск ответственности самого страхователя. Договор страхования, не соответствующий этому требованию, ничтожен. Риск ответственности за нарушение договора считается застрахованным в пользу стороны, перед которой по условиям этого договора страхователь должен нести соответствующую ответственность, - выгодоприобретателя, даже если договор страхования заключен в пользу другого лица либо в нем не сказано, в чью пользу он заключен (п. 3 указанной статьи). В теории и в практике применения данная статья приводит к возникновению многих серьезных проблем. Они приобрели особую актуальность в последнее время, когда государство стало все чаще рассматривать страхование договорной ответственности в качестве способа обеспечения тех или иных социально значимых договорных обязательств прежде всего по государственным и муниципальным контрактам, по договорам о реализации туристских продуктов и т. д. В этой статье предпринимается попытка рассмотрения тех из существующих проблем, какие представляются автору наиболее значимыми и острыми.

Проблема идентификации страхования договорной ответственности как отдельного вида договора страхования

Первая проблема носит системный характер и касается вопроса о возможности самого существования страхования договорной ответственности как особого вида страховых договоров. Эту проблему целесообразно рассматривать в двух аспектах: 1) возможность страхования рисков договорной ответственности и 2) необходимость законодательного разрешения для осуществления такого страхования. Необходимо отметить, что страхование ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение договорных обязательств как особый вид выделяется на законодательном уровне в небольшом количестве стран. Например, страхование договорной ответственности предусмотрено в ст. 812 ГК Республики Казахстан, ст. 824 ГК Республики Беларусь, ст. 919 ГК Республики Узбекистан и т. д. В законодательстве Украины выделено страхование ответственности перевозчика и заемщика за непогашение кредита, хотя специального правового режима для такого рода договоров не установлено (п. п. 12 - 14, 16 ч. 4 ст. 6 Закона Украины "О страховании"). Не выделяется страхование договорной ответственности в Законе ФРГ "О договоре страхования", в Законе КНР "О страховании", в гл. 50 "Страхование" ГК Азербайджана, гл. 46 "Страхование" Кыргызской Республики, гл. 22 "Страхование" ГК Туркменистана и т. д. Более того, в странах с развитым рынком страховых услуг считается, что ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение договорных обязательств относится к числу нестрахуемых рисков, поскольку неисполнение договора чаще всего происходит по вине страхователя <1>. -------------------------------- <1> См., напр.: Никель А. Проблемы страхования государственных контрактов на российском рынке // Юридическая и правовая работа в страховании. 2009. N 2. С. 23.

В России этот вид страхования был впервые закреплен в новом ГК РФ, ранее ни российское, ни советское законодательство такие договоры не выделяло. С. А. Герасименко следующим образом объясняет появление в ГК РФ нормы о запрещении страхования ответственности за нарушение договорных обязательств без разрешения законодателя: "В "нормальной" ситуации объективная невозможность для исполнителя исполнить свои обязательства по договору может быть обусловлена имеющимися у исполнителя имущественными проблемами, возникшими по независящим от него причинам (утрата имущества, убытки от предпринимательских рисков исполнителя и т. п.). Но риск возникновения последних является самостоятельным предметом страхования, в том числе в качестве предпринимательского риска (ст. ст. 930, 933 ГК). Предоставить же предпринимателю неограниченную возможность страховать свою ответственность за свои собственные нарушения договора - значит снять с него обязанность исполнять договор. Поэтому страхование рисков договорной ответственности не должно получить широкого распространения" <2>. -------------------------------- <2> Герасименко С. А. Страхование. Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть вторая. Текст. Комментарий. Алфавитно-предметный указатель. М., 1996. С. 499.

На мой взгляд, оснований говорить о нестрахуемости рисков договорной ответственности все-таки нет. Во-первых, такой аргумент против возможности существования страхования договорной ответственности, как наличие во всех случаях нарушения договорного обязательства вины страхователя, опровергается достаточно легко. Прежде всего, сам по себе факт наступления страхового случая по вине страхователя далеко не всегда говорит о несоответствии такого договора основам страхования. Вина, как известно, делится на три формы: умысел, грубая неосторожность и простая неосмотрительность. Если рассматривать страхование как защиту от случайных явлений и событий, то следует исключать лишь страховое покрытие событий, наступивших вследствие умысла, т. е. когда лицо действовало преднамеренно и целенаправленно. При грубой неосторожности, а тем более при простой небрежности вредоносный результат не предопределен на 100%. Здесь остается существенный элемент случайности, хотя вероятность наступления вредоносного результата, безусловно, возрастает по сравнению с осмотрительным и добросовестным поведением субъекта гражданского оборота. Но это говорит лишь о повышенном страховом риске и не более того. Кроме того, бывают ситуации, когда исполнитель не может выполнить договор по вине третьих лиц - его поставщиков, субподрядчиков, третьих лиц, которых он привлек к исполнению договора. Наконец, причиной нарушения договорных обязательств могут стать объективные обстоятельства, например запретительные акты государственных органов либо различного рода стихийные бедствия или техногенные катастрофы. В. И. Серебровский, проведя специальное исследование соотношения страхового случая и вины страхователя, пришел к выводу о том, что "нельзя при всех видах страхования возлагать на страховщика ответственность за всякую вину страхователя. В противном случае у страхователя пропал бы всякий интерес к осмотрительному и бережному поведению в отношении застрахованного объекта, и открылось бы широкое поле для различных злоупотреблений. Но тем не менее для отдельных видов страхования этот принцип может допускать исключения" <3>. -------------------------------- <3> Серебровский В. И. Страхование // Избранные труды по наследственному и страховому праву (Классика российской цивилистики). М., 2003. С. 509.

Во-вторых, в мире широко развито страхование профессиональной ответственности, которая, как будет показано ниже, в большинстве случаев представляет собой именно страхование ответственности по договору возмездного оказания услуг или подряда. В-третьих, практически везде в мире существует такое направление, как страхование ответственности перевозчиков, которая тоже представляет собой не что иное, как ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение договора перевозки. В-четвертых, довод о том, что широкое распространение страхования договорной ответственности способно подорвать договорную дисциплину и фактически снять ответственность с неисправного должника, носит в большей степени абстрактно-теоретический характер, потому что страховщики не готовы страховать ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение всех договоров подряд. Они подходят к этому вопросу очень осторожно и избирательно. Таким образом, препятствий к страхованию ответственности за нарушение договоров с точки зрения экономической и правовой природы страхования не существует. В то же время, действительно, имеет смысл поставить вопрос об отмене разрешительного порядка страхования договорной ответственности, потому что страховой рынок на современном этапе развития уже в состоянии сам обеспечить разумный и осторожный подход к этому виду страхования. Во всяком случае, пример Украины и ряда других государств СНГ, где законодательство не содержит никаких ограничений в части страхования договорной ответственности, говорит об этом весьма красноречиво - страховщики там подходят к данному виду страхования еще более аккуратно, чем в России. Да и у нас в стране даже по официально разрешенным разновидностям страхования договорной ответственности, скажем, по страхованию ответственности по государственным и муниципальным контрактам, многие, причем в основном ведущие страховщики, вводят очень жесткие самоограничения в этом виде бизнеса. К тому же существующий в России запрет на страхование договорной ответственности без специального разрешения законодателя воспринимается участниками страхового рынка как надуманный, и достаточно часто на практике его обходят. Так, у нас в стране широко развито страхование ответственности перевозчиков, экспедиторов, частных охранных структур, бухгалтеров, медиков, профессиональных участников фондового рынка при отсутствии законодательного разрешения на такое страхование. При этом чаще всего такие сделки, формально противоречащие императивной норме закона, никаких неблагоприятных последствий со стороны ни налоговых органов, ни органа страхового надзора, ни даже судов не влекут. Примеры, когда суды применяли по собственной инициативе последствия недействительности ничтожного договора страхования договорной ответственности, чрезвычайно редки. Обычно суды рассматривали такие споры по существу, не обращая внимания на формальное нарушение сторонами страховой сделки закона. Для иллюстрации могут быть названы следующие судебные акты - Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 23 марта 2005 г. N А38-4528-10/316-2004; Постановление ФАС Поволжского округа от 15 июня 2004 г. N А65-17259/03-СГЗ-28 <4> и т. д. -------------------------------- <4> СПС "КонсультантПлюс".

Тем не менее исключать возможность того, что в случае судебного разбирательства суд по своей инициативе или по требованию страховщика не применит последствия недействительности ничтожной сделки или по этой причине просто откажет в иске к страховщику о взыскании страхового возмещения, не стоит никогда. Вот конкретный пример такого судебного решения. ФАС Уральского округа 14 сентября 2005 г. принял Постановление по делу N Ф09-2933/05-С4, которое по существу является правильным, хотя приведенные в его обоснование отдельные доводы не могут не вызывать серьезных возражений. Краткая фабула дела. Между охранной фирмой и страховой компанией был заключен договор страхования профессиональной ответственности за охранную деятельность. На охраняемом истцом объекте произошла кража. Решением другого арбитражного суда в связи с этим с последнего в пользу владельца имущества взыскана стоимость похищенного. Кражу имущества на охраняемом объекте страхователь расценил как страховой случай и обратился к страховщику с заявлением о выплате страхового возмещения в связи с наступлением страхового случая. Страховая компания отказала в выплате страхового возмещения, сославшись на отсутствие оснований для признания указанного события страховым случаем. Страхователь подал в суд иск о взыскании со страховщика убытков, причиненных ненадлежащим исполнением тем своих обязанностей по страховой сделке. Решением суда первой инстанции в иске отказано. Постановлением суда апелляционной инстанции указанное решение было отменено, а иск удовлетворен. По жалобе страховой компании кассационная инстанция Постановление отменила и оставила в силе решение суда первой инстанции. При этом коллегия указала на следующее. Согласно ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования могут быть, в частности, застрахованы следующие имущественные интересы: риск утраты (гибели), недостачи или повреждения определенного имущества (ст. 930 ГК РФ); риск ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, а в случаях, предусмотренных законом, также ответственности по договорам (ст. 932 ГК РФ). В соответствии с п. 1 ст. 931 ГК РФ по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которого такая ответственность может быть возложена. Предметом договора страхования профессиональной ответственности за охранную деятельность является предоставление страховой защиты страхователю на случай причинения последним ущерба третьим лицам в результате страхового события в период действия договора страхования (п. 1.1 договора). При этом объектом страхования являются не противоречащие действующему законодательству имущественные интересы страхователя, связанные с обязанностью последнего возместить имущественный ущерб, причиненный жизни, здоровью и (или) имуществу третьих лиц в связи с осуществлением охранной деятельности (п. 1.2 договора). Из изложенного следует, что названными условиями договора предусмотрены обязательства страховщика по страхованию риска ответственности за причинение внедоговорного вреда (ст. 931 ГК РФ). Фактически же истцом заявлены требования о взыскании страхового возмещения по основаниям, предусмотренным ст. 932 ГК РФ. Между тем спорным договором страхования риск страхования договорной ответственности не предусмотрен. Более того, п. 1 ст. 932 ГК РФ установлено, что страхование риска ответственности за нарушение договора допускается лишь в случаях, предусмотренных законом. Возможность страхования ответственности по договору на осуществление частной детективной и охранной деятельности законом не предусмотрена. При данных обстоятельствах не имелось оснований для удовлетворения иска. Кроме того, с учетом положений п. 3 ст. 931 и п. 3 ст. 932 ГК РФ договор страхования риска ответственности за причинение вреда считается заключенным в пользу лиц, которым может быть причинен вред (выгодоприобретателей), даже если договор заключен в пользу страхователя или иного лица, ответственных за причинение вреда. Из изложенного, как заключил суд, следует, что истцом по данному делу может выступать только выгодоприобретатель, в пользу которого заключен договор <5>. -------------------------------- <5> См. также: Постановление ФАС Московского округа от 8 октября 2002 г. N КГ-А40/6680-02.

Принятый судом первой инстанции и поддержанный кассационной коллегией вердикт, конечно, следует признать правильным. Несомненно, в данном случае фактически страховалась ответственность по договору, поскольку полис предусматривает покрытие убытков, связанных с результатом неисполнения или ненадлежащего исполнения охранной фирмой своих обязательств по договору на оказание охранных услуг. Если учесть, что Законом РФ от 11 марта 1992 г. N 2487-1 "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации" возможность страхования договорной ответственности охранных фирм не предусмотрена, то, следовательно, такая страховая сделка ничтожна, поскольку совершена в нарушение императивной нормы. С. В. Тарадонов, говоря о последствиях заключения договора страхования ответственности за нарушение договорных обязательств, выдвинул небесспорную, на мой взгляд, идею: "...при отсутствии прямого предписания закона страховать эту ответственность нельзя, а если оно все-таки состоялось, то его следует рассматривать как страхование противоправных интересов, что влечет за собой ничтожность договора страхования" <6>. -------------------------------- <6> Тарадонов С. В. Страховое право: Учеб. пособие. М., 2007. С. 106.

Что касается вывода о ничтожности такого рода страховой сделки, то с этим необходимо согласиться, но основание ничтожности вовсе не в страховании противоправных интересов, а в том, что оно в такой ситуации осуществлено без разрешения законодателя, т. е. подобный договор противоречит императивной норме п. 1 ст. 932 ГК РФ. Другими словами, он ничтожен по основаниям, предусмотренным ст. 168 Кодекса. Само же по себе желание защитить свои возможные убытки из-за нарушения договора нельзя признавать незаконным. Если законодатель допускает возможность страхования даже последствий неумышленных преступлений (ст. 931, ч. 2 п. 1 ст. 963 ГК РФ), то не было бы никакой логики страхование последствий менее тяжкого правонарушения - неисполнения или ненадлежащего исполнения договора квалифицировать как страхование противоправных интересов. Да и в сфере страхования договорной ответственности сегодня разрешается страхование ответственности за нарушение наиболее социально значимых договоров, и по этой причине тоже было бы странно такое страхование рассматривать как страхование законных имущественных интересов, а в других, когда правонарушение не столь значимо с позиций государства и общества, - как противоправных. Тот факт, что договоры страхования ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение договорных обязательств в случаях, когда отсутствует официальное разрешение в законе на совершение такого рода сделок, несут в себе риск признания их контрольными государственными органами или судом ничтожными, означает, что осуществление подобных операций должно всегда опираться на решение высших органов управления страховой компании, а не проводиться по инициативе и решению только специалистов. Единоличный или коллегиальный орган управления страховщика должен принимать соответствующее решение, осознавая существующие риски и просчитывая все финансовые последствия такой политики.

Форма разрешения на страхование договорной ответственности

В законодательстве данный вопрос решается по-разному. Понятно, что самый лучший вариант, когда в законе прямо указывается, что допускается такого рода страхование по конкретному виду гражданско-правовых договоров. Но такие формулировки практически не встречаются. Чаще всего в законе, когда имеется в виду обязательное страхование, речь идет об указании на обязанность конкретных субъектов по страхованию ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение данного вида договоров или просто ответственности конкретных субъектов, которые могут нести ее только или преимущественно в рамках конкретных договоров. Так, ст. 18 Основ законодательства РФ о нотариате от 11 февраля 1993 г. N 4462-1 закрепляет требование, согласно которому нотариус, занимающийся частной практикой, обязан заключить договор страхования своей деятельности. Учитывая, что частный нотариус заключает с клиентом устный договор об оказании нотариальных услуг, то здесь, несомненно, речь идет о страховании договорной ответственности. Когда федеральный законодатель разрешает страховать договорную ответственность по договорам добровольного страхования, он использует иные формулировки. Например, в п. 2 ст. 587 ГК РФ установлено, что существенным условием договора, предусматривающего передачу под выплату ренты денежной суммы или иного движимого имущества, является правило, устанавливающее обязанность плательщика ренты предоставить обеспечение исполнения его обязательств (ст. 329 Кодекса) либо застраховать в пользу получателя ренты риск ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение этих обязательств. Есть и существенно более сложные варианты. В абз. 1 ст. 17.1 ФЗ от 24 ноября 1996 г. N 132-ФЗ "Об основах туристской деятельности в Российской Федерации" (далее - Закон об основах туристской деятельности) просто говорится, что договор страхования ответственности туроператора либо банковская гарантия должны обеспечивать надлежащее исполнение туроператором обязательств по всем договорам о реализации туристского продукта, заключаемым с туристами и (или) иными заказчиками непосредственно туроператором либо по его поручению турагентами. Другими словами, здесь законодатель предусматривает возможность страхования ответственности туроператоров в косвенной форме - через констатацию, что такие договоры страхования могут служить надлежащим финансовым обеспечением обязательств по соответствующим договорам. Можно ли подобного рода формулировки рассматривать в качестве разрешения законодателя на страхование договорной ответственности? Считаю, что да. Поскольку в законодательстве вопрос о том, каким именно образом закон может разрешить страхование договорной ответственности, не регулируется, то получается, что допустима любая форма такого разрешения, главное, чтобы право заключать соответствующие страховые сделки из конкретной формулировки усматривалось однозначно. ФЗ от 21 июля 2005 г. N 94-ФЗ "О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон о заказах для государственных и муниципальных нужд) решает этот вопрос по более сложной схеме, устанавливая, что при стоимости контракта до 50 млн. рублей вопрос о возможности совершения сделки страхования договорной ответственности в качестве обеспечения обязательств подрядчика (поставщика, исполнителя) решается заказчиком или уполномоченным им лицом, которые вправе в документацию о конкурсе или аукционе включить требование о финансовом обеспечении, одной из форм которого Закон называет договор страхования ответственности по государственным и муниципальным контрактам (п. 4 ст. 29, п. 4 ст. 38). Более того, даже вводя требование об обеспечении обязательств, заказчик или уполномоченный орган могут исключить из перечня способов такого обеспечения страхование договорной ответственности. Еще одна, уже более серьезная правовая проблема связана с положениями Закона о заказах для государственных и муниципальных нужд, определяющими, что если победителем конкурса, с которым заключается контракт, является бюджетное учреждение и заказчиком или уполномоченным органом было установлено требование обеспечения исполнения контракта, предоставление обеспечения не требуется (п. 4 ст. 29, п. 4 ст. 38). В связи с этим возникает вопрос о том, можно ли в такой ситуации осуществлять страхование договорной ответственности? На практике встречаются случаи, когда заказчики требуют финансовое обеспечение по государственным и муниципальным контрактам, в том числе предоставления договора страхования ответственности и от бюджетных организаций - исполнителей. Представители Федеральной службы страхового надзора (далее - ФССН) высказали мнение, что исполнители, являющиеся бюджетными учреждениями, не могут заключать договоры страхования своей ответственности по государственным и муниципальным контрактам. Однако с таким подходом сложно согласиться. Полагаю, что приведенные правила Закона нельзя рассматривать как исключение из разрешения, данного законодателем на заключение договоров страхования ответственности по государственным и муниципальным контрактам. По моему мнению, исключения из разрешений на осуществление страхования договорной ответственности должны формулироваться более определенно и категорично, например, вместо слов "не требуется", которые сейчас присутствуют в тексте, должны были бы быть применены слова "не допускается", "условие о финансовом обеспечении не предусматривается" и т. п. Поэтому если бюджетное учреждение сочтет нужным застраховать свою договорную ответственность, то правовых препятствий к этому я не вижу. Во всяком случае, договоры страхования ответственности с бюджетными учреждениями-исполнителями по государственным и муниципальным контрактам на практике заключаются. На мой взгляд, целесообразно всегда четко и однозначно формулировать разрешение на заключение договоров страхования ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение договорных обязательств. Подчас разрешения на страхование договорной ответственности даются подзаконными актами. В качестве примера приведу п. 43 Правил проведения органом местного самоуправления открытого конкурса по отбору управляющей организации для управления многоквартирным домом, утвержденных Постановлением Правительства РФ 6 февраля 2006 г. N 75, который в качестве одного из способов обеспечения исполнения обязательств управляющей организации называет страхование ответственности за исполнение обязательств. Если учесть, что управляющая организация, выигравшая конкурс, в дальнейшем должна заключить договор с собственниками жилого дома, то здесь нет оснований говорить о заказе для удовлетворения муниципальных нужд, а поэтому разрешения федерального законодателя на страхование ответственности управляющей компании нет. Такая практика не может быть признана соответствующей федеральному закону. Дискуссионный характер носит вопрос о возможности заключения договоров морского страхования договорной ответственности. В. А. Мусин по этому поводу пишет: "Страхованием может быть, далее, покрыта ответственность перевозчика за несохранность груза, т. е. ненадлежащее исполнение обязанностей по договору перевозки" <7>. С. В. Тарадонов указывает: "К числу случаев, когда страхование ответственности за нарушение договора разрешено законом, можно отнести и некоторые виды морского страхования. В соответствии со ст. 249 КТМ "объектом морского страхования может быть всякий имущественный интерес, связанный с торговым мореплаванием" <8>. Такую же мысль развивает Ю. Н. Андреев. При этом он добавляет, что риск ответственности за нарушение договора является подобным имущественным интересом. "К числу таких рисков, - продолжает он, - относится, в частности, упоминаемый Кодексом риск ответственности судовладельца за нарушение договора" <9>. Сначала в ст. 249 КТМ РФ речь идет просто об ответственности судовладельца. Затем в этой норме дан закрытый перечень объектов страхования по договорам морского страхования. Мнение В. А. Мусина о том, что в п. 1 ст. 249 КТМ РФ дан примерный перечень объектов морского страхования, тоже основан на достаточно вольном толковании текста - в этой норме нет характерных для открытых перечней слов "в частности" или "в том числе". Наконец, если судовладелец является стороной какого-либо договора, то он в нем имеет статус не судовладельца, а соответствующей стороны договора. Так, в рамках договора морской перевозки судовладелец будет перевозчиком. Поэтому если строго придерживаться буквы закона, то оснований для вывода о возможности страхования любой договорной ответственности по договорам морского страхования нет. Исключением могут быть, пожалуй, только договоры фрахтования судна на время (тайм-чартер) и договор фрахтования судна без экипажа, где судовладелец формально как таковой является стороной в таких сделках (ст. ст. 198, 211 КТМ РФ). Хотя правильнее было бы говорить о том, что судовладелец в этих договорах выступает как арендодатель. -------------------------------- <7> Комментарий к Кодексу торгового мореплавания Российской Федерации / Под ред. Г. Г. Иванова. М., 2000. С. 423. <8> Тарадонов С. В. Указ. соч. С. 108. <9> Андреев Ю. Н. Имущественное страхование: теория и судебная практика. М., 2008. С. 343.

Следовательно, поскольку в КТМ РФ специальной нормы, посвященной страхованию договорной ответственности в сфере торгового мореплавания, нет, то в силу ст. 970 ГК РФ здесь субсидиарно действует ст. 932 Гражданского кодекса. Конечно, в сугубо теоретическом плане можно было бы поставить вопрос иначе: если в специальном законодательном акте не предусмотрено ограничение страхования договорной ответственности, то, следовательно, законодатель и не имел в виду ограничивать этот вид страхования в области торгового мореходства. Но это слишком тонкий аргумент, который вряд ли будет принят во внимание судами и государственными контрольными органами в случае возникновения соответствующего спора. Поэтому не случайно А. Г. Архипова, затрагивая вопросы применения практики английских Пи-энд-Ай клубов (обществ взаимного страхования судовладельцев) в России, предостерегает российских страховщиков: "При страховании рисков договорной ответственности судовладельцев необходимо для каждого конкретного случая убедиться в том, что такое страхование допускается по российскому праву в силу пункта 1 статьи 932 ГК РФ" <10>. -------------------------------- <10> Архипова А. Г. Особенности страхового покрытия, предоставляемого английскими клубами взаимного страхования // Юридическая и правовая работа в страховании. 2009. N 2. С. 121.

Конечно, страховщики могут истолковать норму п. 1 ст. 249 КТМ РФ в желательном для себя ключе, но надо понимать, что если они придут к выводу о возможности осуществлять морское страхование договорной ответственности, то риск применения судами последствий недействительности ничтожных сделок будет присутствовать, и поэтому такое решение следует принимать, отдавая себе отчет в сопутствующих рисках. В целях устранения различного толкования данной нормы следовало бы в п. 1 указанной статьи этого Кодекса прямо указать на страхование ответственности за нарушение договоров при осуществлении торгового мореплавания.

Проблема обхода законодательного ограничения страхования договорной ответственности

В страховой практике широко применяются различные способы обхода содержащегося в законе ограничения на страхование ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение договорных обязательств. Подмена страхования договорной ответственности страхованием деликтной ответственности. Основной метод обхода императивной нормы п. 1 ст. 932 Кодекса - идентификация соответствующего страхования как страхования гражданской ответственности за причинение вреда другим лицам (ст. 931 ГК РФ). Ю. Б. Фогельсон по этому поводу пишет следующее: "В связи с ограничением на страхование договорной ответственности, которое установлено в комментируемой статье (имеется в виду ст. 932 ГК РФ. - Прим. авт.), иногда предлагается страховать договорную ответственность как ответственность за причинение вреда, на страхование которой нет аналогичного ограничения. Обоснование этого выглядит примерно так: любое нарушение договора одной из его сторон есть нарушение какого-то права другой стороны или сторон. Любое нарушение права причиняет правообладателю вред. Следовательно, договорную ответственность можно рассматривать как разновидность ответственности за причинение вреда тому, чье право нарушено, и страховать ее, действуя по ст. 931 ГК и обходя ограничение п. 1 ст. 932 ГК" <11>. -------------------------------- <11> Фогельсон Ю. Б. Комментарий к страховому законодательству. М., 2002. С. 129.

Л. И. Фроимсон подчеркивает: "Страхование ответственности по договору и страхование ответственности за причинение вреда принципиально различны, и непонимание этих различий приводит к тому, что на практике страховщики продолжают страховать ответственность по договору под видом деликтной, а суды не дают этому надлежащей оценки" <12>. -------------------------------- <12> Фроимсон Л. И. Правовые аспекты страхования ответственности по договору // Юридическая и правовая работа в страховании. 2009. N 3. С. 48.

Раскрывая механизм такой трансформации, А. П. Лебединов пишет: "В отличие от этого, когда говорится об ответственности за нарушение договора, на первое место ставится само первичное событие (нарушение договора). Вопросу же о его отрицательных последствиях для потерпевшей стороны и возникающих в связи с этим обязательствах страхователя, допустившего нарушение договора, по отношению к потерпевшей стороне чаще всего уделяется недостаточное внимание. Просто констатируется нарушение условий договора" <13>. Далее он подчеркивает: "Если нарушение условий договора повлекло отрицательные имущественные последствия для второй стороны, то многие так и считают, что ей причинен вред. А если так, то им представляется вполне оправданным говорить о страховании ответственности именно за причинение вреда" <14>. -------------------------------- <13> Лебединов А. П. Соотношение страхования ответственности договорной и за причинение вреда // Юридическая и правовая работа в страховании. 2008. N 2. С. 50. <14> Там же.

На мой взгляд, следствие здесь везде одно - наступление гражданско-правовой ответственности. В этом смысле и нарушение договора, и внедоговорное причинение вреда лишь основания возникновения такой ответственности. Главный же вопрос на самом деле заключается как раз в том, возникла ответственность в рамках договорных отношений или вне договора. Гражданско-правовая ответственность, как известно, делится на два больших класса: внедоговорная (деликтная) ответственность и договорная ответственность. Деликтная ответственность наступает вне рамок договорных отношений. Иногда вред другому лицу причиняет и контрагент по договорному обязательству, но если такой вред возникает не в связи с нарушением условий связывающего делинквента и потерпевшего договора, а по иным причинам, то он должен квалифицироваться как внедоговорный, и в этом случае, соответственно, наступает деликтная ответственность. Договорная ответственность всегда связана с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств по договору. В таком же ключе высказывается и Ю. Б. Фогельсон: "Ответственность следует считать ответственностью за нарушение договора, если она является последствием неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, вытекающего из договора (пп. 1 п. 1 ст. 8 ГК, гл. 25, а также нормы для конкретных видов договоров), и следует считать ответственностью за причинение вреда, если она образовалась как обязательство вследствие причинения вреда (пп. 6 п. 1 ст. 8 ГК, гл. 59)" <15>. -------------------------------- <15> Фогельсон Ю. Б. Указ. соч. С. 129.

Следует отметить, что наиболее развернутый сравнительный анализ страхования договорной и внедоговорной ответственности провела Л. И. Фроимсон. За основу такого исследования она взяла следующие позиции: основания возникновения ответственности, объект страхования, субъекты страхового правоотношения, страховые риски, страховой случай и страховую выплату. Основаниями возникновения договорной ответственности она называет наличие договора и нарушение его условий. Основанием возникновения внедоговорной ответственности служит причинение вреда, причем в определенных случаях и при отсутствии вины причинителя вреда. Объектом страхования являются, соответственно, не противоречащие законодательству имущественные интересы страхователя, связанные с его обязанностью возместить убытки, причиненные вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения им своих обязательств по договору, с возможной ответственностью за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, вытекающих из договора, и не противоречащие законодательству имущественные интересы страхователя (застрахованного лица), связанные с его обязанностью возместить вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу третьих лиц в результате оговоренных в договоре событий (страховых случаев). Субъектами страхового правоотношения в первом случае являются страховщик, страхователь, т. е. лицо, чья ответственность застрахована (может быть застрахован только риск ответственности самого страхователя), здесь не может быть застрахованного лица, а выгодоприобретатель всегда известен при заключении договора. Во втором случае кроме страховщика и страхователя есть также застрахованное лицо (лицо, не являющееся страхователем и на которое может быть возложена ответственность за причинение вреда, при этом оно должно быть названо в договоре страхования) и выгодоприобретатель, который неизвестен при заключении договора. Страховые риски при страховании договорной ответственности - причинение убытков выгодоприобретателю вследствие нарушения страхователем договора в части: сроков поставки товаров, выполнения работ, оказания услуг; требований, установленных к качеству, техническим характеристикам, безопасности товара, работ, услуг; требований, установленных по количественным характеристикам товара, работ, услуг, а также иных условий. При страховании деликтной ответственности - это причинение вреда жизни и здоровью и (или) имуществу выгодоприобретателя вследствие оговоренных в договоре событий. Страховым случаем при страховании договорной ответственности признается факт неисполнения или ненадлежащего исполнения контракта (как в целом, так и в отдельной части), когда это обстоятельство повлекло причинение убытков контрагенту страхователя. При этом страховая выплата включает в себя: возмещение убытков, уплату неустойки, уплату процентов. По договорам страхования деликтной ответственности в качестве страхового случая признается причинение лицом, ответственность которого застрахована, вреда жизни, здоровью и (или) имуществу других лиц в результате оговоренных в договоре событий или факт установления обязанности страхователя в силу гражданского законодательства Российской Федерации возместить вред, причиненный потерпевшим. Здесь страховая выплата включает в себя возмещение ущерба, связанного с причинением вреда имуществу (утрата, гибель, повреждение или др.) выгодоприобретателей (реальный ущерб), а также расходы по компенсации вреда жизни и здоровью выгодоприобретателей <16>. -------------------------------- <16> См.: Фроимсон Л. И. Указ. соч. С. 50.

С большей частью приведенных данных следует согласиться. Единственно, необходимо оговорить, что наличие убытков у контрагента страхователя в случае нарушения последним договорных условий не может служить обязательным признаком страхового случая при страховании договорной ответственности, потому что если покрывается ответственность в виде неустойки, то в силу п. 1 ст. 330 ГК РФ кредитор не должен доказывать наличие убытков при требовании об уплате неустойки, а это означает, что с правовой точки зрения об убытках в этой ситуации говорить нельзя. Кроме того, и по договорам страхования ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение договорных обязательств могут быть предусмотрены конкретные причины наступления страхового случая, а не только по договорам страхования деликтной ответственности. Л. И. Фроимсон считает, что необходимо ввести еще один критерий разграничения, а именно состав вреда. По ее мнению, "если речь идет о причинении вреда жизни и здоровью (вред в узком смысле), то мы не можем говорить о страховании ответственности по договору. Неисполнение обязательств по договору влечет причинение убытков" <17>. Такой вывод не может не вызывать возражений, поскольку автор цитаты смешивает убытки, которые несет страхователь вследствие нарушения им договорных обязательств и в связи с необходимостью в соответствующих случаях (по договору об оказании медицинских или косметических услуг и т. п.) возмещения вреда жизни и здоровью контрагента, с самим вредом, причиненным жизни или здоровью потерпевшего. Таким образом, данный критерий не может служить цели разграничения договорной и деликтной ответственности. -------------------------------- <17> Фроимсон Л. И. Указ. соч. С. 51.

Страхование договорной ответственности как профессиональной ответственности. Одним из самых популярных методов преодоления запрета, установленного п. 1 ст. 932 ГК РФ, служит подмена страхования договорной ответственности страхованием так называемой профессиональной ответственности. Например, А. Козлов и Е. Попов высказываются в том плане, что профессиональная ответственность носит внедоговорный характер <18>. Однако этот тезис его авторы не подкрепляют никакими аргументами. -------------------------------- <18> См.: Козлов А., Попов Е. Страхование профессиональной ответственности юриста // Российская юстиция. 2002. N 5. С. 23.

В п. 13 приложения 2 "Классификация по видам страховой деятельности" к Условиям лицензирования страховой деятельности на территории Российской Федерации, утвержденным Приказом Федеральной службы России по надзору за страховой деятельностью от 19 мая 1994 г. N 02-02/08, страхование профессиональной ответственности раскрывалось как совокупность видов страхования, предусматривающих обязанности страховщика по страховым выплатам в размере полной или частичной компенсации ущерба, нанесенного объекту страхования. При этом указывалось, что объектом страхования являются имущественные интересы физического лица, о страховании которого заключен договор (застрахованного лица), связанные с обязанностью последнего в порядке, установленном законодательством, возместить ущерб, нанесенный третьим лицам, в связи с осуществлением застрахованным профессиональной деятельности: а) нотариальной деятельности; б) врачебной деятельности; в) иных видов профессиональной деятельности. Договорная ответственность, как уже указывалось, неразрывно связана с действиями или, напротив, бездействием, которые приводят к нарушению условий договора. Профессиональная ответственность также в большинстве случаев возникает в рамках осуществления обязательств на основании договоров о предоставлении соответствующих услуг или выполнении конкретных работ. В этой части профессиональная ответственность представляет собой не что иное, как именно договорную ответственность. Так, если врач оказывает медицинские услуги на основании того или иного договора, например, об оказании возмездных услуг или оказания медицинской помощи в связи с имеющимся договором между лечебным учреждением и медицинской страховой организацией в рамках обязательного или добровольного медицинского страхования и допускает ошибку или небрежность, то это влечет наступление договорной ответственности соответствующего медицинского учреждения перед пациентом. Если врач работает индивидуально, то тогда это его договорная ответственность. То же самое можно сказать о профессиональной ответственности оценщиков перед заказчиками оценки или адвокатов перед своими клиентами. Внедоговорная профессиональная ответственность возможна при оказании публичных услуг (спасатели, конкурсные управляющие) либо квазипубличных услуг (помощь случайно оказавшегося на месте происшествия врача пострадавшему или иному лицу, нуждающемуся в срочной медицинской помощи). Ю. Н. Андреев также считает, что профессиональная ответственность охватывает как внедоговорную, так и договорную ответственность <19>. -------------------------------- <19> См.: Андреев Ю. Н. Указ. соч. С. 341.

Затем целесообразно исследовать вопрос о тех рисках, которые могут страховаться в рамках договорной ответственности, и о тех, что традиционно страхуются в рамках профессиональной ответственности. Если при страховании договорной ответственности в принципе может покрываться наступление гражданско-правовой ответственности за нарушение договорных обязательств по любой причине, то в рамках страхования профессиональной ответственности обычно страховщики предоставляют защиту исключительно от наступления ответственности вследствие неумышленных (непреднамеренных) ошибок и упущений. Действительно, мало оснований относить на профессиональную ответственность обычные разгильдяйство или невнимательность. Настоящие профессионалы потому и считаются профессионалами, что никогда не могут себе позволить подобное поведение в отношении клиента. Л. В. Балашова выделяет фактически три особенности страхования профессиональной ответственности: 1) оно имеет в основе человеческий фактор - совершение ошибки при выполнении профессиональной обязанности, упущение, небрежность в работе; 2) принадлежность лица, чья профессиональная ответственность страхуется, к какому-либо профессиональному сообществу; 3) "в страховании профессиональной ответственности страховым случаем является не событие ущерба у потерпевшего лица (выгодоприобретателя), а предъявления им претензии страхователю в связи с допущенными последним нарушениями (ошибкой) в профессиональной деятельности, послужившими возникновению ущерба потерпевшего" <20>. Если первые два выделенные автором признака следует признать обоснованными, хотя и носящими очень широкий характер и в силу этого способными выполнять лишь вспомогательную роль, то вывод об особенностях определения страхового случая не подкреплен ни страховой, ни судебной практикой. Определения страхового случая на самом деле встречаются разные, и многое в них зависит не от того, что это страхование профессиональной ответственности, а от политики конкретного страховщика. -------------------------------- <20> См.: Балашова Л. В. Существенные условия договора страхования профессиональной ответственности // Право и экономика. 2008. N 3; СПС "КонсультантПлюс".

Страхование договорной ответственности как ответственности товаропроизводителя. Еще один прием - использование для предоставления страхового покрытия в подобных случаях правил страхования ответственности товаропроизводителя (пп. 19 п. 1 ст. 32.9 "Классификация видов страхования" Закона РФ от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" (далее - Закон об организации страхового дела). Убытки, которые причинены клиентам в результате ненадлежащего исполнения профессиональных функций в принципе вполне можно рассматривать в качестве убытков, возникших вследствие недостатков предоставленных услуг. Однако и подобный способ не может не вызывать возражений, поскольку, во-первых, страхование ответственности товаропроизводителя представляет собой разновидность страхования гражданской ответственности за причинение вреда другим лицам <21>. В связи с этим здесь имеют силу те же приведенные выше аргументы относительно небезупречности квалификации страхования профессиональной (договорной) ответственности как деликтной ответственности. Во-вторых, и исследуемый вариант также служит способом обхода императивного запрета, установленного законом, что само по себе незаконно. -------------------------------- <21> См. об этом подробнее: Лебединов А. П. Проблемы классификации видов страхования ответственности // Юридическая и правовая работа в страховании. 2008. N 4. С. 52 - 53.

Таким образом, бесспорных способов преобразования договора страхования ответственности за нарушение договорных обязательств в иные виды договоров имущественного страхования не существует.

Пристатейный библиографический список

1. Андреев Ю. Н. Имущественное страхование: теория и судебная практика. М., 2008. 2. Архипова А. Г. Особенности страхового покрытия, предоставляемого английскими клубами взаимного страхования // Юридическая и правовая работа в страховании. 2009. N 2. 3. Балашова Л. В. Существенные условия договора страхования профессиональной ответственности // Право и экономика. 2008. N 3; СПС "КонсультантПлюс". 4. Герасименко С. А. Страхование. Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть вторая. Текст. Комментарий. Алфавитно-предметный указатель. М., 1996. 5. Козлов А., Попов Е. Страхование профессиональной ответственности юриста // Российская юстиция. 2002. N 5. 6. Комментарий к Кодексу торгового мореплавания Российской Федерации / Под ред. Г. Г. Иванова. М., 2000. 7. Лебединов А. П. Проблемы классификации видов страхования ответственности // Юридическая и правовая работа в страховании. 2008. N 4. 8. Лебединов А. П. Соотношение страхования ответственности договорной и за причинение вреда // Юридическая и правовая работа в страховании. 2008. N 2. 9. Никель А. Проблемы страхования государственных контрактов на российском рынке // Юридическая и правовая работа в страховании. 2009. N 2. 10. Серебровский В. И. Страхование // Избранные труды по наследственному и страховому праву (Классика российской цивилистики). М., 2003. 11. Тарадонов С. В. Страховое право: Учеб. пособие. М., 2007. 12. Фогельсон Ю. Б. Комментарий к страховому законодательству. М., 2002. 13. Фроимсон Л. И. Правовые аспекты страхования ответственности по договору // Юридическая и правовая работа в страховании. 2009. N 3.

(Продолжение см. "Цивилист", 2010, N 2)

Название документа