Категории "определенность" и "неопределенность" как элементы договорного регулирования общественных отношений

Е.В. БОГДАНОВ

В статье заведующего кафедрой гражданского права Российской правовой академии Минюста России, доктора юридических наук, профессора Е.В. Богданова обоснована необходимость использования категорий "определенность" и "неопределенность" в качестве элементов договорного регулирования общественных отношений. Автором проанализированы особенности взаимодействия данных категорий в договорных отношениях, исследована специфика защиты интересов сторон по договорам, включающим в свое содержание элемент неопределенности.

Социальная ценность права вообще и гражданского права в частности заключается прежде всего в обеспечении определенности во взаимоотношениях участников гражданского оборота. Отсюда большое количество императивных норм, не допускающих какого-либо двойственного регулирования соответствующих отношений. На обеспечение определенности в правовом регулировании направлено моделирование договоров, указание в законе их существенных условий, порядка заключения, изменения, расторжения договоров и др.

Вместе с тем усложнение гражданского оборота, необходимость учета различных случайных обстоятельств в динамике договорного отношения обусловливают потребность включения в договорное отношение неопределенности как элемента договорного регулирования. В связи с признанием категорий определенности или неопределенности законом и договором они приобретают значение правовой определенности или неопределенности.

Может показаться несколько странным, что названные категории довольно часто используются в законодательстве, но дело обстоит именно таким образом. Например, если условие договора не определенно сторонами или диспозитивной нормой, соответствующие условия определяются обычаями делового оборота, применимыми к отношениям сторон (п. 5 ст. 421 Гражданского кодекса РФ). В данном случае возникшая неопределенность в отношении условий договора разрешается соответствующими обычаями и в связи с этим неопределенность трансформируется в определенность.

Согласно пункту 2 ст. 481 ГК РФ, если договором купли-продажи не определены требования к таре и упаковке, товар должен быть затарен и (или) упакован обычным для такого товара способом, а при отсутствии такового - способом, обеспечивающим сохранность товаров такого рода при обычных условиях хранения и транспортировки. Содержание этой нормы ориентирует участников гражданского оборота на то, каким образом они могут разрешить возникшую неопределенность применительно к таре или упаковке.

Если же в договоре поставки товаров будет не определено, каким видом транспорта или на каких условиях осуществляется доставка товаров, право выбора вида транспорта или определение условий доставки товаров принадлежит поставщику, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов, существа обязательства или обычаев делового оборота (п. 1 ст. 510 ГК РФ). Здесь закон неопределенность о виде транспорта или условий доставки товара трансформирует в определенность: право принятия решения по данным вопросам предоставляет поставщику.

Вместе с тем столь щадящие последствия неопределенности в отношениях между сторонами договора закон устанавливает не всегда. Все зависит от степени существенности неопределенности: допустимо или недопустимо устранение ее в норме права. В указанных выше примерах неопределенность не является существенной, и с целью обеспечения стабильности договора законодатель нашел возможным предусмотреть в нормах права соответствующие способы устранения неопределенности, преобразования ее в определенность.

При существенной неопределенности, например отсутствии в договоре продажи недвижимости данных, позволяющих определенно установить недвижимое имущество, подлежащее передаче покупателю по договору, в том числе определяющих расположение недвижимости на соответствующем земельном участке либо в составе другого недвижимого имущества, - договор считается незаключенным (ст. 554 ГК РФ). Такие же последствия наступают и при неопределенности объекта аренды (п. 3 ст. 607 ГК РФ), т.е. неопределенность в предмете договора трансформируется в определенность отсутствия самого договора.

В некоторых случаях вопрос о судьбе договора при неопределенности решается стороной договора, поскольку ей предоставляется право на односторонний отказ от него. Если ассортимент в договоре купли-продажи не определен и не установлен порядок его определения, но из существа обязательства вытекает, что товары должны быть переданы покупателю в ассортименте, продавец вправе передать покупателю товары в ассортименте исходя из потребностей покупателя, известных продавцу на момент заключения договора, или отказаться от его исполнения (п. 2 ст. 467 ГК РФ). Односторонний отказ от исполнения договора как последствие неопределенности в отношениях между сторонами предусмотрен также статьей 496, пунктом 2 ст. 509 ГК РФ.

Таким образом, законодательство предусматривает два варианта разрешения правовой неопределенности, возникшей между сторонами договора: позитивное разрешение неопределенности (договор сохраняется, неопределенность разрешается нормой права) и негативное разрешение неопределенности (договор считается незаключенным, сторона имеет право на односторонний отказ от договора или на отказ от его исполнения и др.). В этом случае законодатель устанавливает меры защиты интересов соответствующей стороны договора.

По некоторым договорам возникновение прав и обязанностей у сторон связывается с наступлением или ненаступлением какого-либо обстоятельства, прямо предусмотренного законом или договором, что создает в договорном отношении известную правовую неопределенность. Так, согласно статье 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или частично. Однако наличие самого договора поручительства еще не дает право кредитору привлечь к ответственности поручителя. До известного момента нет еще ни права у кредитора, ни обязанности у поручителя. Соответствующие права и обязанности возникнут, когда должник кредитора не исполнит или ненадлежащим образом исполнит обеспеченное поручительством обязательство (ст. 363 ГК РФ).

Невыполнение или ненадлежащее выполнение должником своего обязательства трансформирует неопределенность в отношениях поручителя и кредитора в определенность ответственности поручителя перед кредитором. При этом вопрос об исполнении, неисполнении или ненадлежащем исполнении должником своего обязательства не зависит от сторон поручительства - для них оно является случайным обстоятельством. Однако по общему правилу случайный характер не имеет значения для ответственности поручителя, поскольку последний несет ответственность на тех же условиях, как и должник по основному обязательству. Поэтому поручитель может быть привлечен к ответственности как за случайное, так и виновное неисполнение должником своего обязательства.

Кроме поручительства неопределенность как элемент договорного регулирования общественных отношений предусмотрена рядом других договоров. Так, по договору на выполнение научно-исследовательских работ стороны не обладают достаточной информацией об обстоятельствах, которые могут обусловить невозможность достижения результатов, предусмотренных договором (ст. 775 ГК РФ). Они предполагают, что данные результаты могут быть получены, но вместе с тем в связи со спецификой предмета договора в сфере их ожиданий находится и невозможность получения соответствующих результатов.

Похожая ситуация складывается и по договору на выполнение опытно-конструкторских и технологических работ: вне связи с виной исполнителя может быть установлена невозможность продолжения работ (ст. 776 ГК РФ). По данному договору иногда выявляется нецелесообразность продолжения работ, что может быть обусловлено как объективными обстоятельствами (например, явная экономическая неэффективность какой-либо технологии), так и субъективными (например, заказчик утратил интерес к продолжению работ). В принципе нецелесообразность продолжения работ создает элемент неопределенности в данных отношениях.

По договору возмездного оказания услуг неопределенность в достижении предусмотренного договором результата также может быть обусловлена невозможностью исполнения договора (ст. 781 ГК РФ).

Неопределенность как элемент договорного регулирования характерна для ряда договоров, допускающих односторонний отказ от них. Так, заказчик по договору подряда вправе в любое время до сдачи результата работ отказаться от исполнения договора (ст. 717 ГК РФ). Правом на односторонний отказ от договора обладают также поверенный и доверитель (ст. 977 ГК РФ), комиссионер и комитент (ст. 1002 ГК РФ). Таким образом, в законодательстве конструируется группа договоров, в которых неопределенность является необходимым элементом их структуры, поскольку без элементов неопределенности они были бы вообще невозможны или, во всяком случае, предусматривали бы какие-то иные варианты договорного моделирования соответствующих отношений.

Однако элементы неопределенности могут включаться в договоры не только законодателем, но и по соглашению самих участников договора, т.е. только по их воле. В принципе большинство договоров может быть заключено под условием. Согласно статье 157 ГК РФ сделка считается совершенной под отлагательным условием, если стороны поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит. Сделка считается совершенной под отменительным условием, если стороны поставили прекращение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или нет.

Следовательно, при заключении договора под отлагательным условием договор имеет место, однако обе стороны пребывают в состоянии неопределенности в отношении прав и обязанностей, предусмотренных им. Их права и обязанности с равной степенью вероятности могут как возникнуть, так и не возникнуть.

Что касается договора, заключенного под отменительным условием, права и обязанности сторон возникают с момента его заключения, однако стороны будут пребывать в состоянии неопределенности в отношении дальнейшей судьбы своих прав и обязанностей. Если отменительное обстоятельство не случится до окончания срока действия договора, они будут исполнять обязанности и осуществлять права до момента прекращения договора. При наступлении отменительного обстоятельства до прекращения договора права и обязанности сторон будут прекращены досрочно. В отношении судьбы самого договора необходимо отметить следующее. Договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей, а прекращение прав и обязанностей отменительным обстоятельством лишает его необходимой содержательности. Поэтому отменительное обстоятельство отменяет не только права и обязанности сторон договора, как об этом говорится в пункте 2 ст. 157 ГК РФ, но и прекращает сам договор, т.е. имеет место случайное прекращение договора.

Таким образом, кроме группы договоров, где элемент неопределенности устанавливается законом, существует еще одна группа, в которой неопределенность устанавливается самими сторонами по соглашению.

Изложенное обусловливает необходимость исследования категории неопределенности, выявления соотношения данной категории с категорией определенности, поскольку они не могут существовать вне связи друг с другом. Неопределенность предполагает наличие определенности, а определенность, наоборот, - неопределенности.

Философы отмечают: категории "определенность" и "неопределенность" применяются при исследовании качества объекта. Так, Аристотель неопределенность понимал как некую объективную лишенность определенного качества, количества, места, времени <1>.

<1> Аристотель. Метафизика. М. - Л., 1934. С. 113, 114, 199.

Гегель рассуждал о неопределенности как нерасчлененности бытия, отсутствия в нем разных границ, различий, поскольку существование границ, различий обусловливает определенность <2>.

<2> Гегель Г.В. Соч. М., 1984. Т. 5. С. 66, 88.

По мнению В.В. Ильина, "анализ качества объекта начинается с того, что устанавливается определенность объекта... Объект с его определенностью, с одной стороны, существует сам по себе, а с другой - не существует сам по себе, ибо находится во взаимодействии с другими объектами" <3>.

<3> Ильин В.В. Качество, количество, мера // Диалектический материализм. М., 1975. С. 205.

Определенность и неопределенность находятся в диалектическом единстве, одновременно и подтверждая, и отрицая друг друга. Такое же взаимодействие и взаимообусловленность должны быть и в части правовой определенности и неопределенности. Неопределенность как качество права, договора, качественная характеристика договорных прав и обязанностей становится правовой лишь вследствие признания ее правом. До признания соответствующей неопределенности правом она не является обстоятельством, учитываемым им. После признания правом неопределенность становится юридическим фактом (правовой неопределенностью), и в этом качестве используется в правовом моделировании.

Выше уже отмечалась позиция Гегеля о граничности определенности. Из этого следует, что определенность гранична, но и неопределенность небезгранична. Безграничность неопределенности создала бы положение, когда объект невозможно локализовать в пространстве и времени, когда вообще было бы невозможно констатировать факт как присутствия, так и отсутствия объекта, как его бытие, так и небытие, что привело бы к утрате взаимосвязи и взаимообусловленности категорий определенности и неопределенности. Потому граничность неопределенности обусловливается граничностью определенности. Определенность зависима от неопределенности и наоборот: неопределенность - от определенности. Определенность и неопределенность - два взаимодействующих и взаимообусловленных признака (свойства) качественного состояния одного объекта. В юридической практике трансформация правовой неопределенности в правовую определенность происходит в связи с указанными в законе или в договоре какими-то жизненными обстоятельствами.

В договорах на выполнение научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ деятельность исполнителя сопряжена лишь с вероятностью достижения предусмотренного договором результата, однако данная вероятность допускает и невозможность достижения соответствующего результата. Неопределенность здесь связана с определенностью, поскольку определенность представляет предусмотренный в договоре результат работ. При составлении технического задания, программы исследования стороны самым тщательным образом формулируют ожидаемый результат. Однако в силу своей вероятности результат может быть только предполагаемым.

Взаимосвязь определенности и неопределенности в данных договорах проявляется еще и в том, что и заказчик, и исполнитель по договору знают: в ходе научно-исследовательских работ результат будет получен или, наоборот, не получен, т.е. будет иметь место "отрицательный результат", который в сложившейся ситуации будет правовой определенностью. Вполне может быть и такое, когда отрицательный результат будет также устраивать заказчика, поскольку тем самым будет установлено тупиковое направление исследований.

Правовая неопределенность в договорных отношениях является фактором, ослабляющим положение обоих участников договора. Поэтому законодатель по общему правилу таким образом обеспечивает регулирование отношений, чтобы интересы участников договора, прежде всего имущественные, были бы гарантированы в равной мере.

В группе договоров, в которых неопределенность устанавливается законодателем как необходимый элемент договорного регулирования общественных отношений, он и определяет способы и меры как гарантирующие, так и защищающие интересы сторон. Прежде всего, устанавливается специальный порядок прекращения договоров, а также оплаты работ, выполненных до его прекращения. Так, согласно статье 775 ГК РФ, если в ходе научно-исследовательских работ обнаруживается невозможность достижения результатов вследствие обстоятельств, не зависящих от исполнителя, заказчик обязан оплатить стоимость работ, проведенных до выявления невозможности получить предусмотренные договором на выполнение таких работ результаты, но не свыше соответствующей части цены работ, указанной в договоре.

Из содержания данной нормы не вытекает, что при обнаружении исполнителем невозможности достижения результата, предусмотренного договором, он прекращается. К данным отношениям нельзя применять правила статьи 416 ГК РФ о прекращении обязательства невозможностью исполнения, если она вызвана обстоятельством, за которые ни одна из сторон не отвечает. Неопределенность в достижении результата работ может быть разрешена только совместно сторонами договора. И в этот момент неопределенность в достижении результата работ трансформируется в определенность его недостижения. С этой целью исполнитель должен предоставить заказчику доказательства невозможности достижения соответствующего результата. При этом исполнитель должен также доказать свою добросовестность при выполнении работ, т.е. что им было выбрано правильное направление исследований, подобран компетентный состав работников и др., однако в силу объективных обстоятельств поставленная задача оказалась не имеющей решения.

Заказчик в свою очередь может произвести экспертную оценку материалов заказчика, по результатам которой вправе согласиться с фактом невозможности достижения соответствующего результата. В этом случае стороны своим соглашением прекращают договор на выполнение научно-исследовательских работ с указанием невозможности достижения результата в качестве основания прекращения договора. Это важно в связи с осуществлением оплаты стоимости работ, проведенных до выявления указанной невозможности, но не свыше соответствующей части цены работ, указанной в договоре.

В случае несогласия заказчика с позицией исполнителя в отношении невозможности достижения результата, предусмотренного договором, работы должны быть продолжены. По действующему законодательству исполнитель не вправе в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора. Однако неопределенность в достижении результата останется. Проведенная заказчиком экспертиза в связи со своей спорностью может не только не снизить данную неопределенность, но, наоборот, еще больше ее усилить, что существенно увеличит риски сторон договора.

На наш взгляд, элемент неопределенности в данных отношениях, особенно после констатации исполнителем невозможности достижения результата работ, должен быть признан в качестве основания для одностороннего отказа исполнителя от договора, но без оплаты стоимости выполненных работ, и это будет стимулировать исполнителя в максимально короткие сроки решить вопрос о целесообразности их продолжения. Исполнителю следует оставить право на оплату выполненных работ, когда вследствие невозможности достижения предусмотренного договором результата договор будет прекращен сторонами по соглашению.

Полагаем, и заказчик в связи с элементом неопределенности должен иметь право в любое время отказаться от договора, но с оплатой исполнителю стоимости выполненных работ.

По договору на выполнение опытно-конструкторских и технологических работ (ст. 776 ГК РФ) также может иметь место невозможность получения ожидаемого результата, но правила указанной нормы предусматривают ряд особенностей:

- невозможность устанавливается применительно к продолжению работ, т.е. в какой-то момент исполнитель приходит к выводу, что дальнейшее продолжение опытно-конструкторских и технологических работ невозможно;

- может быть установлена нецелесообразность продолжения работ;

- вопрос об оплате в данном случае прямо связан с отсутствием вины исполнителя в обнаружившейся невозможности или нецелесообразности продолжения работ;

- исполнителю могут быть оплачены только понесенные им затраты, но не стоимость выполненных работ.

Различный характер оплаты по договорам на выполнение научно-исследовательских (НИР) и опытно-конструкторских и технологических работ (ОКТР) объясняется разной степенью неопределенности в отношении достижения их результата. По договору на НИР степень неопределенности более высокая, чем по договору на ОКТР, поэтому исполнителю по договору на НИР оплачивается стоимость работ, проведенных до выявления невозможности получения соответствующего результата, а исполнителю по договору на ОКТР оплачиваются только понесенные им затраты.

По договору на НИР может быть также установлена нецелесообразность продолжения исследовательских работ, но это менее вероятно, чем по договорам на ОКТР. Научные исследования в силу своей природы целесообразны всегда; другое дело, что достижение ожидаемого результата может быть невозможно. Поэтому по договору на ОКТР законодатель специально указал на нецелесообразность как на основание прекращения работ. При этом нецелесообразность продолжения работ может иметь место в силу многих обстоятельств: например, исполнитель установит, что в принципе соответствующая технология будет разработана, но ее внедрение и использование повлечет большие расходы, и они могут не окупиться вообще или, во всяком случае, это может потребовать значительного времени.

Возможен и такой вариант, когда на каком-то этапе исследований станет известно, что технология, являющаяся предметом договора на ОКТР, уже разработана другим коллективом ученых с более приемлемыми характеристиками. В этом случае также возникнет вопрос о целесообразности продолжения соответствующих работ.

Условием оплаты исполнителю понесенных им затрат по договору на ОКТР является отсутствие его вины в обнаружившейся невозможности или нецелесообразности продолжения работ. По договорам на НИР оплата стоимости выполненных исполнителем работ с виной исполнителя не связывается, в статье 775 ГК РФ говорится лишь об обстоятельствах, не зависящих от исполнителя. Вместе с тем в литературе указанное положение объясняется также с позиции виновности исполнителя. Так, П.В. Степанов пишет: "Творческая неудача не приводит к невозможности выполнения работы, но, как правило, освобождает исполнителя от ответственности, что объясняется именно творческим характером проводимой работы. Но такое освобождение возможно только при отсутствии вины исполнителя, т.е. лишь в том случае, когда он принял все меры к надлежащему выполнению работ и проявил заботливость и осмотрительность, которая от него требовалась, исходя из характера и условий договора. Исполнитель должен быть освобожден от ответственности в случае, когда выбор технологического или конструкторского решения был абсолютно обоснованным, наиболее оптимальным и учитывающим все имеющиеся в наличии исходные данные, однако привел к творческой неудаче, что, в свою очередь, создало ситуацию нецелесообразности продолжения работ" <4>.

<4> Степанов П.В. Обязательства из договоров по приобретению и распоряжению исключительными правами на объекты "промышленной собственности" и на средства индивидуализации // Российское гражданское право: Учебник / Под ред. Е.А. Суханова. М., 2011. С. 593, 594.

Однако названный автор, комментируя статьи 775, 776, 777 ГК РФ, не обнаружил различий в их содержании. Для него и отказ в оплате стоимости работ (ст. 775 ГК РФ), и отказ от оплаты затрат (ст. 776 ГК РФ) являются мерами ответственности исполнителя. Но это не так. Последствия, предусмотренные статьями 775 и 776 ГК РФ, не являются формами гражданско-правовой ответственности, поскольку не имеют компенсационного характера. В то же время возмещение исполнителем убытков заказчику в соответствии с пунктом 2 ст. 777 ГК РФ является ответственностью исполнителя, к которой он привлекается в случае виновного неисполнения или ненадлежащего исполнения договора. Поэтому правовая природа последствий, предусмотренных этими статьями, различна: последствия, предусмотренные статьями 775 и 776, являются мерами защиты интересов заказчика, в то время как последствия согласно статье 777 - мерами ответственности исполнителя.

Причиной "смешения" мер защиты и мер ответственности в указанных выше нормах права, на наш взгляд, является подмена категорией вины категории добросовестности (недобросовестности). Вина - это субъективное условие ответственности, свидетельствующее о психическом отношении субъекта к своему противоправному поведению, в то время как добросовестность представляет собой объективную категорию, посредством которой общество оценивает поведение субъекта права с позиции нравственности, нравственных установок общества <5>. Подмена указанных категорий привела к тому, что в пункте 1 ст. 401 ГК РФ сформулировано понятие вины, однако в действительности в нем было отражено содержание добросовестности участников гражданского оборота.

<5> Богданова Е.Е. Добросовестность участников договорных отношений и проблемы защиты их субъективных гражданских прав: Автореф. дис. ... докт. юрид. наук. М., 2010. С. 11 - 19.

Исследуемым договорам присущ элемент неопределенности, он должен учитываться при конструировании последствий в связи с обнаружением невозможности или нецелесообразности продолжения работ. Поэтому последствия в статьях 775, 776 ГК РФ следует установить с учетом добросовестности (недобросовестности) исполнителя при выполнении работ. При добросовестном отношении к работе исполнитель должен получить оплату стоимости выполненных работ (ст. 775) или оплату понесенных исполнителем затрат (ст. 776), а при недобросовестном - в этом должно быть отказано, что будет являться мерами защиты заказчика от недобросовестных действий исполнителя.

Если вследствие недостижения предусмотренного договором результата заказчику были причинены убытки, исполнитель может быть привлечен к ответственности при наличии его вины по правилам статьи 777 ГК РФ. В связи с этим необходимо правила статьи 776 сформулировать подобно статье 775, указание в статье 776 на вину исполнителя следует заменить на невозможность достижения результата вследствие обстоятельств, не зависящих от него. В связи с включением принципа добросовестности как одного из важнейших принципов гражданского права в гражданское законодательство назрела необходимость пересмотра содержания пункта 1 ст. 401 ГК РФ и сформулировать понятие вины с позиций субъективного отношения должника к исполнению своих обязанностей. Только таким образом можно будет избежать смешения недобросовестности с виновностью.

Что касается группы договоров, в которых неопределенность в отношениях устанавливается самими сторонами по соглашению, т.е. предусмотренных статьей 157 ГК РФ (договоры под условием), прежде всего следует отметить: поиск гарантий интересов обеих сторон договора и закрепление их в договоре - это дело самих участников договорных отношений. Разумеется, данные гарантии не должны противоречить действующему законодательству.

Из смысла статьи 157 ГК РФ вытекает, что возникшая правовая неопределенность должна в равной мере касаться обеих сторон договора. Трансформация неопределенности в определенность применительно к возникновению, изменению или прекращению прав и обязанностей одинаково для них обусловлена вероятным обстоятельством, указанным в договоре. Если же данное обстоятельство невероятно, его нельзя квалифицировать как договор под условием, и правила статьи 157 к нему неприменимы. Не является условной сделкой и договор, в силу которого неопределенность создается только для одной стороны, а для другой стороны в силу известности соответствующего обстоятельства имеет место определенность.

В статье 157 законодателем также учтено, что правовая неопределенность обусловливается волей самих участников договора по их соглашению. Поэтому допускается трансформация неопределенности в определенность действиями самих сторон договора. Согласно пункту 3 данной статьи, если наступлению условия недобросовестно воспрепятствовала сторона, которой это невыгодно, условие признается наступившим. Если наступлению условия недобросовестно содействовала сторона, которой это выгодно, условие признается не наступившим.

Таким образом, сторонам договора под условием отнюдь не запрещено к своей выгоде содействовать или, наоборот, препятствовать наступлению предусмотренного договором обстоятельства. Однако такая деятельность сторон договора должна быть добросовестной. Если же деятельность соответствующей стороны будет признана недобросовестной, обстоятельство будет считаться наступившим или не наступившим в зависимости от ситуации. Словом, законодатель закрепил правило: возникшая по воле сторон договора неопределенность может быть разрешена, т.е. трансформирована в определенность добросовестным действием кого-либо из участников договора. О.С. Иоффе утверждал: если участник сделки содействует или препятствует наступлению условия, не проявляя при этом недобросовестность, его поведение не принимается во внимание в оценке факта наступления или ненаступления условия <6>.

<6> Иоффе О.С. Советское гражданское право. М., 1967. С. 308.

Трансформация неопределенности в определенность может случиться и вне связи с действиями сторон договора, в силу, например, возникновения предусмотренного договором обстоятельства. Так, по договору аренды отделение железной дороги передало в пользование арендатора железнодорожный перрон. В договоре была предусмотрена возможность досрочного расторжения договора, если у отделения железной дороги возникнет производственная необходимость эксплуатации сданного внаем перрона.

Впоследствии в связи с увеличением пассажиропотока в пригородном направлении и увеличением интенсивности движения электропоездов арендодатель предъявил требование о досрочном расторжении договора аренды перрона.

Суд удовлетворил требования арендодателя и договор был расторгнут, однако руководствовался при этом только нормами, регулирующими арендные отношения. Договор аренды в этой ситуации не был квалифицирован как условная сделка <7>.

<7> См.: пункт 25 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 11 января 2002 г. N 66 "Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой" // СПС "КонсультантПлюс".

Между тем есть все основания утверждать: в данном договоре досрочное расторжение договора, следовательно, прекращение прав и обязанностей арендатора и арендодателя было связано с отменительным условием; таковым в данном случае следует признать возникшую у арендодателя производственную необходимость, для разрешения которой потребовался объект аренды. На наш взгляд, данный спор следовало было разрешить по правилам статьи 157 ГК РФ; их применение необходимо, потому что существовала вероятность возникновения вопроса о недобросовестности сторон договора со всеми отсюда вытекающими последствиями.

Добросовестность (недобросовестность) сторон договора подлежит учету только при решении вопроса о трансформации неопределенности в определенность и возникшей в связи с этим необходимостью защиты интересов пострадавшей стороны.

Если же недобросовестными действиями были причинены убытки другой стороне договора, убытки должны взыскиваться в порядке гражданско-правовой ответственности на началах виновной или безвиновной ответственности в зависимости от обстоятельств конкретного спора.

Библиография

Аристотель. Метафизика. М. - Л., 1934.

Богданова Е.Е. Добросовестность участников договорных отношений и проблемы защиты их субъективных гражданских прав: Автореф. дис. ... докт. юрид. наук. М., 2010.

Гегель Г.В. Соч. М., 1984. Т. 5.

Ильин В.В. Качество, количество, мера // Диалектический материализм. М., 1975.

Иоффе О.С. Советское гражданское право. М., 1967.

Степанов П.В. Обязательства из договоров по приобретению и распоряжению исключительными правами на объекты "промышленной собственности" и на средства индивидуализации // Российское гражданское право: Учебник / Под ред. Е.А. Суханова. М., 2011.

"]."/cgi-bin/footer.php"; ?>