Обсуждение вопросов адвокатуры и нотариата на iii кутафинских чтениях <*>

С.Ю. МАКАРОВ, О.В. ПОСПЕЛОВ

<*> Makarov S.Yu., Pospelov O.V. Discussion of Questions of legal profession and notariate on III Kutafinskie readings.

Макаров Сергей Юрьевич, адвокат, доцент кафедры адвокатуры и нотариата МГЮА имени О.Е. Кутафина, кандидат юридических наук.

Поспелов Олег Витальевич, адвокат, доцент кафедры адвокатуры и нотариата МГЮА имени О.Е. Кутафина, кандидат юридических наук.

В статье дается описание заседания секции адвокатуры и нотариата, состоявшегося 29 ноября 2011 г. в рамках работы Международной научно-практической конференции "Юридическая наука как основа правового обеспечения инновационного развития России" (III Кутафинские чтения). Указаны участники работы секции и вопросы, обсуждаемые ими. Приведены тезисы выступлений участников обсуждения по таким проблемам, как вопросы адвокатуры в проекте Государственной программы Российской Федерации "Юстиция", новеллы системы подготовки судей и адвокатов в Европейском союзе, проблемы определения оснований к отказу в принятии адвокатом поручений на ведение гражданских дел в суде, корпоративный патронат в адвокатуре как система профессиональной подготовки адвокатов, особенности применения статусного права адвоката на обращение на договорной основе к специалистам, определение понятий "вмешательство в адвокатскую деятельность" и "воспрепятствование адвокатской деятельности", проект федерального закона "О нотариате и нотариальной деятельности в Российской Федерации", обеспечение доказательств нотариусами и др. Также отмечены наиболее важные вопросы, задаваемые докладчикам участниками работы секции, и ответы докладчиков, что позволяет составить максимально полное представление об актуальных в настоящее время проблемах адвокатуры и нотариата в России.

Ключевые слова: Государственная программа Российской Федерации "Юстиция", подготовка судей и адвокатов в Европейском союзе, корпоративный патронат в адвокатуре, статусное право адвоката на обращение на договорной основе к специалистам, вмешательство в адвокатскую деятельность, воспрепятствование адвокатской деятельности, проект Федерального закона "О нотариате и нотариальной деятельности в Российской Федерации", обеспечение доказательств нотариусами.

The article describes the meeting of section of Legal profession and Notariate, held on November 29, 2011 within the framework of the International Scientific and Practical Conference "Jurisprudence as a basis of legal maintenance of innovative development of Russia" (III Kutafinskie readings). It specifies participants of work of section and the questions discussed by them. Article also results theses of performances of participants of discussion on such problems, as legal profession questions in the project of the State program of the Russian Federation "Justice", new methods of system of training of judges and lawyers in the European Union, problems of definition of the bases to refusal in acceptance by the lawyer of commissions on conducting civil cases in court, corporate patronage in legal profession as system of professional training of lawyers, features of the reference of the lawyer on a contractual basis to experts, definition of concepts "intervention in lawyer activity" and "hindrance of lawyer activity", the project of the Federal Law "About the notariate in the Russian Federation", maintenance of proofs by notaries, etc. It also notices the most important questions, set to lecturers by participants of work of section, and answers of lecturers that allows to make representation about actual legal and notary profession problems in Russia.

Key words: State program of the Russian Federation "Justice", training of judges and lawyers in the European Union, corporate patronage in legal profession, features of the reference of the lawyer on a contractual basis to experts, intervention in lawyer activity, hindrance of lawyer activity, project of the Federal Law "About the notariate in the Russian Federation", maintenance of proofs by notaries.

С 28 ноября по 2 декабря 2011 г. в Москве прошла Московская юридическая неделя, организованная юридическим факультетом МГУ имени М.В. Ломоносова, МГЮА имени О.Е. Кутафина и Московским университетом МВД России. Одной из составных частей этого мероприятия стала Международная научно-практическая конференция "Юридическая наука как основа правового обеспечения инновационного развития России" (III Кутафинские чтения). В рамках этого научного форума 29 ноября 2011 г. в Академии состоялось заседание секции адвокатуры и нотариата, на котором преподаватели кафедры адвокатуры и нотариата Академии, а также преподаватели иных вузов и приглашенные адвокаты и нотариусы выступили с докладами по ряду актуальных вопросов теории и практики адвокатской и нотариальной деятельности в современной России. Каждое выступление сопровождалось обсуждением участниками секции актуальных аспектов темы соответствующего доклада.

Руководили работой секции д-р юрид. наук, профессор кафедры адвокатуры и нотариата Академии, нотариус г. Москвы Г.Г. Черемных и канд. юрид. наук, доцент этой же кафедры, адвокат В.Н. Ивакин.

С докладами на секции выступили профессор Г.Г. Черемных, доцент В.Н. Ивакин, канд. юрид. наук, доценты кафедры адвокатуры и нотариата Академии, адвокаты С.Ю. Макаров, О.В. Поспелов и приглашенные гости - д-р юрид. наук, доцент, адвокат С.А. Деханов (г. Москва); канд. юрид. наук, доцент кафедры теории и истории государства и права Волгоградского филиала Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ, адвокат Р.Г. Мельниченко; канд. юрид. наук, доцент кафедры уголовного права и процесса Юридического института Восточной экономико-юридической гуманитарной академии (г. Уфа), руководитель центра исследования проблем организации и деятельности адвокатуры Евразийского НИИ проблем права (г. Уфа), адвокат А.В. Рагулин; канд. юрид. наук, доцент, адвокат Л.Н. Бардин (г. Москва); канд. юрид. наук, заведующая кафедрой частного права Второго Тамбовского филиала Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ, член комиссии по методической работе Тамбовской областной нотариальной палаты О.М. Алехина; канд. юрид. наук, доцент кафедры нотариата Российской академии адвокатуры и нотариата, нотариус г. Москвы А.В. Бегичев.

Участникам секции была предоставлена возможность ознакомления с тезисами докладов канд. юрид. наук, заместителя заведующего кафедрой адвокатуры и нотариата Академии, директора Института адвокатуры Академии, вице-президента Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации С.И. Володиной; канд. психол. наук, доцента этой же кафедры Л.А. Скабелиной.

На секции присутствовали и участвовали в обсуждении докладов А.А. Комольцева, канд. юрид. наук, доцент кафедры уголовного права Пензенского государственного университета; О.В. Моисеева, преподаватель кафедры частного права Второго Тамбовского филиала Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ; Ю.В. Пожарская, преподаватель кафедры теории и истории государства и права Российского государственного социального университета, аспирант этого университета; Ж.И. Крохалева, аспирант УрГЮА, стажер нотариуса г. Москвы; Е.А. Афанасьева, главный специалист отдела организационно-правовой работы и взаимодействия с нотариальными палатами и комиссиями Федеральной нотариальной палаты; О.Ю. Колдаев, редактор-эксперт Фонда развития правовой культуры, учрежденного Федеральной нотариальной палатой, а также И.Ю. Быкова, А.М. Войстрикова, Ф.Е. Лебедев, магистранты Академии, обучающиеся по программе "Судебная адвокатура".

Всего в работе секции приняли непосредственное участие 19 человек, и еще 2 человека участвовали в работе секции заочно.

С.А. Деханов, открывая обсуждение вопросов адвокатуры и нотариата, сделал краткий обзор основных тенденций развития западно-европейской адвокатуры. Он, в частности, привел статистические данные, согласно которым в 27 государствах Западной Европы в настоящее время насчитывается 1 млн. 400 тыс. профессиональных юристов, в том числе 870 тыс. адвокатов, 79 тыс. судей и 38 тыс. нотариусов. Сам по себе такой численный состав трех названных профессиональных групп юристов требует особого управления их деятельностью. Главные изменения последних лет в этом управлении связаны с системой подготовки судей и адвокатов в Европейском союзе с учетом сложившейся общей европейской судебной культуры. Основной интерес для России представляет реформирование системы переобучения адвокатов, которая софинансируется в ряде западно-европейских стран адвокатурой и государством. На вопрос Р.Г. Мельниченко "Соответствует ли принудительное повышение квалификации адвокатов принципу независимости адвокатуры?" докладчик ответил утвердительно, подчеркнув, что адвокатура является публично-правовой корпорацией. На вопрос А.В. Рагулина "Каковы предпосылки общего повышения квалификации адвокатов и судей?" последовал ответ: "Это политическое решение высших органов управления Евросоюза". Л.Н. Бардин, вступив в дискуссию, сказал, что государство должно финансировать повышение квалификации адвокатов в России, исходя из конституционного права каждого на квалифицированную юридическую помощь. С.А. Деханов высказался за необходимость создания постоянно действующего на научной основе федерального центра повышения квалификации адвокатов. Профессор Г.Г. Черемных отметил финансовый аспект различий в деятельности Высших курсов повышения квалификации адвокатов и Высших курсов повышения квалификации нотариусов, действующих на базе Российской академии адвокатуры и нотариата. Ныне нотариальные палаты оплачивают 50% стоимости обучения нотариусов и помощников нотариусов на этих курсах (нотариус не получит право на согласование исполнения обязанностей нотариуса помощником, если помощник не пройдет обучение на курсах). На курсах адвокатов такой практики нет ни в части оплаты 50% стоимости обучения адвокатскими палатами, ни в части зависимости прав адвоката от факта прохождения обучения. С.А. Деханов предложил создать "Белую книгу" адвокатуры - список проблем российской адвокатуры, которые необходимо учитывать при реализации любых программ профессионального усовершенствования адвокатов. По его мнению, это нужно делать уже сейчас, принимая во внимание тенденции дерегулирования адвокатуры в Западной Европе, которые с высокой степенью вероятности появятся в России в ближайшие годы.

Р.Г. Мельниченко рассказал о своих исследованиях российского рынка юридических услуг с XVI в. (с момента появления площадных подьячих, выполнявших функции протонотариусов и юридических консультантов) до настоящего времени. Основной вывод по результатам проведенного исследования заключается в выявлении процессов сужения и расширения этого рынка вследствие изменения законодательства, уменьшающего или увеличивающего круг субъектов, допущенных до оказания юридических услуг на данном рынке. В этом контексте и следует воспринимать предложенный к публичному обсуждению проект Государственной программы Российской Федерации "Юстиция", реализация которого должна завершиться в 2020 г. Проект данной программы предусматривает повышение качества работы обновленного адвокатского корпуса, в который будут стремиться попасть лучшие юридические кадры (ныне они предпочитают неадвокатский юридический консалтинг). Это может быть обеспечено, по мнению разработчиков проекта программы, предоставлением адвокатуре таких процессуальных преимуществ, которые сделают ее предпочтительной, а по некоторым видам юридических услуг - единственной формой предоставления таких услуг. В результате количество адвокатов должно возрасти вдвое с 0,045% до 0,1% от численности населения России (ныне на 142,9 млн. россиян приходится 65 тыс. адвокатов), т.е. из "вольных" юристов в адвокатуру будет "перелито" около 70 тыс. профессиональных юристов. Р.Г. Мельниченко полагает подобную программу несостоятельной и, более того, заведомо провальной, поскольку пытаться вкладываться в "старую адвокатуру" означает растрачивать интеллектуальные и материальные ресурсы российского социума. Необходимо попытаться сначала "вылечить" существующую адвокатуру, а уж затем, может быть, и вкладываться в нее, занимаясь ее реорганизацией. На вопрос Л.Н. Бардина "Гарантировало ли ныне отмененное лицензирование риелторской деятельности и деятельности по оказанию платных юридических услуг качество этих услуг и эффективную систему контроля за этой деятельностью?" докладчик ответил, что опубликованной статистики правонарушений по этим лицензиатам нет. На вопрос С.А. Деханова "На какой стадии находится реформирование российской адвокатуры?" был дан ответ: "Ясности нет, обсуждение различных проектов ее реформирования продолжается".

А.В. Рагулин предложил обсудить вопрос об определении понятий "вмешательство в адвокатскую деятельность" и "воспрепятствование адвокатской деятельности" с целью выработки мер эффективного противодействия этим противоправным действиям (бездействию). Он начал с напоминания о том, что в 2010 г. адвокатскими палатами было зафиксировано 2029 случаев нарушений профессиональных прав адвокатов, заметив при этом, что эта статистика не отражает реального положения дел. Далее, перечислив конкретные примеры из практики, докладчик сделал вывод, согласно которому факты вмешательства в адвокатскую деятельность в первую очередь противоречат нормам Федерального закона об адвокатуре, устанавливающим гарантии независимости адвоката и сохранности адвокатской тайны (ст. ст. 8 и 18), а факты воспрепятствования этой деятельности представляют собой нарушения конкретных процессуальных норм, установленных как Федеральным законом об адвокатуре, так и УПК РФ, ГПК РФ, АПК РФ и КоАП РФ. Подобный анализ позволил дать авторские определения исследуемых дефиниций. В качестве меры противодействия такому поведению А.В. Рагулин предложил дополнить УК РФ ст. 294.1 новым составом преступления: "Вмешательство в адвокатскую деятельность и воспрепятствование адвокатской деятельности". Такую меру поддержал Л.Н. Бардин, особо подчеркнув, что подобная статья в УК РФ уменьшит количество следователей, желающих "поговорить" с адвокатом о его доверителе. Р.Г. Мельниченко напомнил о "спящих" нормах в УК РФ и норме Конституции Республики Беларусь, в которой записано: "Воспрепятствование деятельности адвоката запрещается". А.В. Рагулин, заканчивая свое выступление, сказал, что УК РФ защищает право граждан на получение информации от журналистов (ст. 144 "Воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналистов"), а право на получение квалифицированной юридической помощи от адвокатов - не защищает, что ненормально. Он также предложил подумать над вопросом, делом какого обвинения (частного или публичного) должен быть состав преступления по предлагаемой им ст. 294.1 УК РФ.

О.В. Поспелов предложил обсудить последствия необязательности стажировки в современной российской адвокатуре. Основным недостатком организации стажировки в российской адвокатуре с 1864 г. по настоящее время является, по его мнению, необязательность самой стажировки в адвокатуре. При таком подходе к стажировке изначально не обеспечивается наличие минимально необходимого уровня профессиональных навыков у лиц, принимаемых в адвокатуру. Не прошедшие стажировку адвокаты фактически проходят ее уже после получения статуса адвоката, "тренируясь" на доверителях. Ошибки, которые при этом совершают такие адвокаты, становясь предметом разбирательства в дисциплинарных органах адвокатуры, демонстрируют отсутствие знания ими элементарных правил профессии: этических и технологических стандартов (критериев качества) адвокатской деятельности. В связи с этим он предложил ввести обязательную стажировку в адвокатуре в форме корпоративного патроната (создание института стажера адвокатской палаты субъекта Федерации с упразднением института стажера адвоката), т.е. учредить профессиональную школу адвокатуры. Традиция коллективизма в адвокатуре при таком патронате (проведении коллективных практических занятий) дополнялась бы естественным образом традицией индивидуализма посредством проведения мастер-классов опытных адвокатов, т.е. личный патронат стал бы для стажеров своеобразным маяком, поставленным на основу корпоративного патроната. С.А. Деханов, Р.Г. Мельниченко, А.В. Рагулин прокомментировали предложение докладчика ссылками на практику взимания денег с лиц, приобретающих статус адвоката, в некоторых адвокатских палатах субъектов Федерации. По их мнению, предлагаемый корпоративный патронат в адвокатуре может стать слишком дорогостоящим для значительной части стажеров. Профессор Г.Г. Черемных выразил мнение о преимуществе наличия одновременно двух форм стажировки в нотариате: и корпоративной, когда нотариальная палата контролирует прохождение стажировки, организует общие занятия стажеров, и личной, когда стажер приобретает опыт и знания в нотариальной конторе под руководством нотариуса. Однако такие формы стажировки в нотариате эффективны при отсутствии надобности в большом количестве стажеров в силу ограниченности числа нотариусов по закону.

Л.Н. Бардин прокомментировал новый Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 324-ФЗ "О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации". Он выделил два основных аспекта реализации этого закона: 1) оплата бесплатной юридической помощи, оказываемой в том числе адвокатами, является расходным обязательством бюджета субъекта Федерации (во многих из них денег на это нет); 2) существенно расширен круг лиц, имеющих право требовать от адвоката бесплатную юридическую помощь. Подобное несоответствие минимальных средств и расширенных целей государства не может встретить понимания у адвокатуры. В связи с этим А.В. Рагулин сообщил о том, что в бюджете Республики Башкортостан на 2010 г. было предусмотрено всего 4 тыс. рублей на оплату бесплатной юридической помощи малоимущим гражданам, при этом никто из адвокатов эти деньги не получил, потому что порядок выплаты этих денег крайне бюрократизирован. Вместе с тем Р.Г. Мельниченко отметил наличие проблемы низкого качества бесплатной юридической помощи, оказываемой отдельными адвокатами, которые получают большие суммы денег за счет общего количества "бесплатных дел", что снижает авторитет адвокатуры.

В.Н. Ивакин затронул ряд вопросов, относящихся к определению оснований к отказу в принятии адвокатом поручений на ведение гражданских дел. В частности, он обратил внимание на отсутствие четкого разграничения двух разных оснований к такому отказу - явно незаконного характера поручения и заведомой необоснованности заявляемых требований или возражений. Указал также на необходимость дополнения перечня оснований к отказу адвоката в заключении соглашения об осуществлении судебного представительства по гражданскому делу его свойственными отношениями с должностным лицом, которое принимало или принимает участие в рассмотрении этого дела. Заметил, что едва ли может вызвать сомнение и то, что адвокат должен воздержаться от ведения дела, если ему известно, что свидетелем по нему является его родственник. Перечень видов процессуального положения, занимая которое, адвокат лишается права в дальнейшем осуществлять защиту или представительство по делу, следовало бы дополнить указанием на его участие в этом деле в качестве понятого, гражданского истца или ответчика, а также секретаря судебного заседания. Адвокату следует отказаться от участия в судебном процессе и тогда, когда он сам, его помощники либо доверитель имеют отношения делового или личного характера с судьей, прокурором, адвокатом противоположной стороны, экспертом и/или другими участниками процесса.

С.Ю. Макаров выступил с докладом на тему "Особенности обращения адвоката на договорной основе к специалистам", в котором представил результаты своих исследований по применению адвокатами данного статусного права, предусмотренного п. 3 ст. 6 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации". В частности, он отметил, что помощь специалиста чаще всего требуется адвокату в следующих случаях:

1) когда адвокату для успешного ведения дела нужно разобраться в каких-либо отдельных аспектах науки, искусства, техники или ремесла (в этом случае специалист предоставляет консультацию в устной или письменной форме);

2) когда адвокату нужно узнать предположительные результаты возможного экспертного исследования по делу (в этом случае специалист готовит письменное заключение на основании представленных адвокатом материалов или их копий);

3) когда адвокату нужно подготовиться к заявлению ходатайства о назначении и проведении экспертизы (в этом случае специалист предоставляет устную или письменную консультацию с рекомендациями по следующим основным аспектам: а) вид экспертизы; б) экспертное учреждение; в) вопросы экспертам; г) материалы, которые должны быть предоставлены экспертам);

4) когда адвокату нужно отстоять результаты проведенного по делу экспертного исследования, положительные для интересов его доверителя;

5) когда адвокату нужно опровергнуть результаты проведенного по делу экспертного исследования, отрицательные для интересов его доверителя (в двух последних случаях специалист предоставляет адвокату устную или письменную консультацию либо письменное заключение по таким параметрам, как достаточность квалификации экспертов, проводивших исследование, полнота ответов на вопросы, поставленные перед ними, правильность и полнота применения методик, и др.).

Данное статусное право в настоящее время широко применяется адвокатами, несмотря на скудность его законодательного регулирования. Особенно проблемным является отсутствие законодательно-обеспеченной возможности допроса специалистов, оказавших на договорной основе помощь адвокату, при рассмотрении судом гражданских дел, поскольку не определен процессуальный статус специалистов при таком допросе. Это очень важный момент для адвокатов, так как если заключение специалиста отвечает интересам доверителя (например, аргументированно показывает несостоятельность, неполноту или даже неверность заключения экспертов), то специалист в судебном заседании может своими ответами на обращенные к нему вопросы лично поддержать данное им заключение. На практике суды иногда удовлетворяют ходатайства адвокатов о допросе специалиста фактически как сведущего лица, но формально - в качестве свидетелей. Вместе с тем данное статусное право, а особенно порядок его применения и осуществления требуют дополнительного правового регулирования.

Профессор Г.Г. Черемных высказал свое мнение о проекте Федерального закона "О нотариате и нотариальной деятельности в Российской Федерации", представленного на обсуждение 16 ноября 2011 г. в Минюсте России. В самом начале выступления докладчик сформулировал вопрос: "Нужен ли такой новый закон о нотариате, с такой концепцией, не отличающейся по существу от концепции действующего закона - Основ законодательства Российской Федерации о нотариате 1993 года?" Отрицательный ответ на этот вопрос был дан в развернутом виде. Основное внимание в докладе было уделено критике положений Общей части законопроекта, регламентирующей организацию нотариата. Особенная часть, посвященная нотариальному процессу(нотариальной процедуре), была охарактеризована в целом положительно. В частности, критике были подвергнуты предложенные в проекте легальные дефиниции следующих основных понятий: "нотариат"; "нотариус"; "профессиональная деятельность нотариуса"; "нотариальное действие"; "нотариальный акт". По мнению профессора Г.Г. Черемных, авторам законопроекта недостает понимания того простого факта, что именно нотариус, его статус в концепции любого закона о нотариате является тем базисом, который определяет всю остальную надстройку, включая нотариальные палаты и органы юстиции. В подтверждение этого тезиса был приведен факт: в 1992 г. в Москве число государственных нотариусов было увеличено в два раза с 200 до 407, но большие очереди в государственных нотариальных конторах не сократились; лишь после того как в марте - сентябре 1993 г. в Москве появились частнопрактикующие нотариусы, очереди в их конторах существенно уменьшились. Поэтому по-настоящему эффективным может быть только закон, не ущемляющий интересы нотариусов. В связи с этим докладчик отдельно охарактеризовал сложившуюся и предлагаемую в законопроекте систему отношений между нотариальными палатами субъектов Федерации, членами которых являются нотариусы, и Федеральной нотариальной палатой, выступающей объединением региональных нотариальных палат. Юридическое закрепление за нотариальными палатами всех уровней статуса саморегулируемых организаций могло бы реально обеспечить самоуправление в нотариате, отличающееся меньшей конфликтностью по сравнению с существующей ситуацией, но законопроект этого не предусматривает. Порядок страхования нотариальных рисков по проекту нареканий в целом не вызывает. Вместе с тем увеличение размера страховых сумм в 15 - 20 раз с нынешних 1 - 1,5 млн. рублей вряд ли будет правильным. По его мнению, это возможно лишь в случае возврата к обязательной нотариальной форме сделок с недвижимостью, хотя такой возврат тоже сомнителен.

Профессору Г.Г. Черемных были заданы вопросы, среди которых выделяются вопросы А.В. Рагулина. На первый вопрос "Оказывают ли нотариусы юридическую помощь?" докладчик ответил: "Да, оказывают, причем квалифицированную, и нередко бесплатно". На второй вопрос "Нужно ли в России ввести профессию адвоката-нотариуса, как, например, в Латвии, где адвокаты вправе удостоверять некоторые документы?" последовал ответ: "В современных российских условиях такая новация требует отдельной проработки. Проект нового закона о нотариате предусматривает участие нотариуса в медиации, при этом есть адвокаты, выступающие за выполнение адвокатами функций медиатора, то есть уже предлагается частичное совпадение полномочий адвокатов и нотариусов".

По мнению профессора Г.Г. Черемных, у адвокатов и нотариусов больше принципиальных сходств, чем отличий. Независимость, самоуправление, самофинансирование - вот то главное, что объединяет (роднит) эти две самозанятые профессиональные группы юристов.

О.М. Алехина выступила с докладом, в котором проанализировала проблемы материально-правового и процедурного характера, возникающие при производстве по наследственным делам, а также отметила возможные пути взаимодействия нотариата, адвокатуры и суда с целью формирования единых подходов применения правовых норм. Участники секции обсудили предложенные докладчицей проблемы с учетом ожидаемого принятия нового Федерального закона о нотариате, а также Постановления Пленума Верховного Суда РФ по вопросам рассмотрения дел о наследовании. Были обсуждены следующие проблемы: 1) индивидуализация наследника в завещании (с целью исключения сомнений в личности наследника по завещанию); 2) обеспечение прав необходимых наследников, имеющих обязательную долю в наследстве (в условиях отсутствия полноты законодательного определения круга необходимых наследников); 3) злоупотребление правом со стороны завещателя и душеприказчика (когда с целью ущемления прав кредиторов завещателя устанавливается такой размер вознаграждения душеприказчика, который делает невозможным выплату долга завещателя кредиторам); 4) участие адвоката в прекращении легата - права пользования жилым помещением, установленного завещанием (в специальном договоре, подготовленном адвокатом); 5) варианты действий нотариуса и адвоката при наличии "открытой доли" в наследстве и "отпавшего наследника"; 6) подтверждение фактического принятия наследства конклюдентными действиями наследника (в том числе в ситуации регистрации наследника по месту жительства наследодателя). На вопрос С.Ю. Макарова "Что нужно сделать, чтобы нотариусы стали принимать проекты завещаний, подготовленные адвокатами, без распространенного на практике негативного предубеждения?" был дан ответ: "У нотариуса, как правило, нет времени анализировать подготовленный адвокатом или иным лицом проект завещания на предмет соответствия его закону, в связи с чем нотариусы предпочитают использовать апробированные ими формы. Если вопрос стоит остро, то адвокату целесообразно подготовить проект закрытого завещания своего доверителя, затем разъяснить ему порядок его написания и передачи нотариусу". Профессор Г.Г. Черемных отметил важность рассмотренных проблем в контексте взаимодействия нотариусов и адвокатов по наследственным делам, необходимость выработки нотариусами и адвокатами совместных рекомендаций по внесудебному урегулированию спорных ситуаций, возникающих при этом.

А.В. Бегичев выступил с докладом об обеспечении доказательств нотариусами, в котором отметил, что данный институт является важным связующим звеном в деятельности нотариата и суда, поскольку направлен на закрепление в самые сжатые сроки фактов и обстоятельств, необходимых в будущем гражданам и юридическим лицам для защиты их прав в суде, разгружает суды от рассмотрения вопросов по обеспечению доказательств, сокращает сроки рассмотрения дела и судебные издержки.

Увеличение количества споров, касающихся нарушений авторских прав, распространения сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, непосредственно связано с Интернетом. Для фиксации информации, находящейся в сети Интернет, заинтересованные лица стали чаще обращаться к нотариусам. При этом суды охотно принимают такие документы, а в некоторых случаях и прямо рекомендуют обратиться сначала к нотариусу для закрепления необходимых фактов в обоснование иска, а потом уже - в суд.

Обеспечение доказательств по своему назначению требует незамедлительных действий. Промедление способно сделать бесполезной и бессмысленной всю процедуру по обеспечению доказательств и отрицательно повлиять на конечный результат при рассмотрении спора в суде. Внимательное отношение заинтересованных лиц и их профессиональных представителей (адвокатов) к подготовке искового заявления в суд, изложение правовой позиции, оперативное собирание и представление доказательств для предстоящего процесса способны привести к максимальной защите прав граждан и юридических лиц в суде.

В этом вопросе взаимодействие нотариуса и адвоката приобретает особую роль. Адвокат, оказывая квалифицированную юридическую помощь, может выступить в качестве медиатора, воспользовавшись механизмом фиксации доказательств в досудебном порядке, поскольку обеспечение доказательств у нотариуса не предполагает обязательного обращения после этого в суд.

Вполне возможно, что на основании обеспеченного нотариусом доказательства адвокат, имеющий неопровержимые доказательства позиции своего доверителя, может инициировать мирный процесс разрешения спора, не обращаясь в суд. В определенных случаях это и происходит (особенно в таком виде обеспечения доказательств, как осмотр интернет-сайта по делам, касающимся защиты и охраны авторских прав), что делает обеспечение доказательств нотариусом действенным механизмом оперативной защиты прав и законных интересов граждан и юридических лиц.

Поскольку обеспечение доказательств имеет целью исключение возможности их утраты, уничтожения или непредставления, без чего нельзя будет установить истину и правильно разрешить дело, то желательно, чтобы этот институт шире использовался в профессиональной деятельности адвокатов.

С.И. Володина участвовала в работе секции заочно. Участникам секции была предоставлена возможность ознакомиться с тезисами ее доклада на тему "Концепция юридической риторики на современном этапе". В докладе дано понятие и раскрыто значение юридической риторики, обоснована взаимообусловленность устной и письменной речи юриста, показана связь вербальных и невербальных аспектов общения, влияющих на эффективность общения, кратко охарактеризовано содержание речевой деятельности юриста и изобразительно-выразительных средств профессионального юридического языка, а также изложены основы мастерства публичного выступления юриста с учетом особенностей видов полемического общения в профессиональной деятельности юриста. Особое внимание в докладе уделено этическим, логическим и психологическим особенностям защитительной речи адвоката.

Л.А. Скабелина приняла заочное участие в работе секции, предоставив участникам секции для ознакомления доклад "Психологическое воздействие в адвокатской деятельности". В докладе рассмотрено соотношение понятий "психологическое воздействие" и "психическое воздействие". Автор не разделяет точку зрения о синонимичности этих понятий. По его мнению, психологическое воздействие - это воздействие на психическую сферу человека с использованием психологических средств (приведенных и классифицированных в докладе), использование же термина "психическое воздействие" более целесообразно при описании негативного, аморального воздействия, не оставляющего объекту возможности свободы выбора линии поведения. Поскольку адвокат постоянно сталкивается с психологическим воздействием в процессе профессионального общения (со следователем, судьями, доверителями, коллегами, другими лицами) и при анализе состава ряда преступлений (например, мошенничества, доведения до самоубийства, оскорбления), то ему целесообразно знать особенности назначения, проведения и оценки судебно-психологических экспертиз, в том числе по обнаружению признаков психологического воздействия на обвиняемого со стороны следователя и других лиц, а также в отношении потерпевших по делам о мошенничестве. Важность проблем этичности использования средств психологического воздействия и проблем психологической безопасности делает актуальным освоение адвокатами психологических знаний, учитывающих особенности адвокатской деятельности.

При подведении итогов работы секции адвокатуры и нотариата в рамках проведения III Кутафинских чтений ее участники отметили важное значение состоявшейся дискуссии, поскольку она дала возможность исследователям из различных регионов России высказать свои соображения и предложения по поводу научных и научно-практических вопросов, общих для адвокатов и нотариусов нашей страны. Это создает предпосылки для совместного решения обсуждаемых вопросов. В первую очередь данные вопросы должны быть решены на научном, теоретическом уровне, а затем эти научные результаты должны быть реализованы в практической сфере ради более эффективного оказания квалифицированной юридической помощи всем нуждающимся в ней гражданам и организациям.