< Предыдущая
  Оглавление
  Следующая >


Нравственно-философский смысл прощения

В одном из своих определений свободы И. Кант понимает свободу как способность человека начинать (инициировать, открывать) новый причинный ряд. Анализируя феномен прощения, X. Арендт называет его свободным актом именно в этом смысле. Прощение, пишет она, свидетельствует о чудовищности человеческой мощи. Содеянное невозможно вернуть назад, оно превратилось в неотменимый факт прошлого. Даже боги, замечали древние греки, не могут сделать бывшее не бывшим. Человек в акте прощения, - может. "Без способности делать сделанное несделанным, - пишет X. Арендт, - и хоть отчасти регулировать и контролировать раскованные нами процессы мы оставались бы жертвами автоматической необходимости, ход которой подчинялся бы тем же законам, какие естествознание некогда приписывало всем естественным явлениям". Поэтому прощение она называет спасительным средством против неотменимости прошлого: оно способно освободить от последствий прошлого, сделать не бывшим нечто уже совершенное. Другим свидетельством свободы и творческой мощи человека X. Арендт называет обещание. Посредством обещаний, способности давать и сдерживать их, человек внедряется в еще не наступившее будущее, снижает его неопределенность и непредсказуемость, создает в нем "островки безопасности", как выразилась X. Арендт. Неслучайно Ф. Ницше человека определял как "животное, смеющее обещать", - не только дающее обещания, но и способное взять на себя ответственность за их выполнение. В своей работе "Vita activa, или О деятельной жизни" Ханна Арендт обращает внимание на тесную связь прощения и обещания как особых типов действий. Один из них - прощение - позволяет "отвязаться", освободиться от определенности прошлого, другой - обещание - ослабляет неопределенность будущего. И тот, и другой типы действий держатся на доброй воле субъекта.

Мщение, в отличие от прощения, - это несвободное действие. Жажда мести является естественной реакцией на несправедливое действие обидчика, она обусловлена этим действием, она привязывает ответное действие к процессу, запущенному безнравственным действием другого. Процесс эскалации возмездий поддерживается энергией ненависти, но он не содержит в себе внутренних ресурсов для своего прекращения. Прощение является таким ресурсом, способным остановить череду возмездий. Мир без прощения - это мир злобы и ненависти, кругов возмездия и контрвозмездия, не имеющих конца. Прощение способно освободить от последствий содеянного и того, кто прощает, и того, кому прощено, оно, как пишет X. Арендт, провоцируется прошлым, но не обусловлено им. Актом прощения полагается новое начало развитию отношений между обидчиком и жертвой. Для наглядной иллюстрации феномена прощения X. Арендт проводит аналогию с разрушением неудавшегося при изготовлении предмета.

Остановить эскалацию возмездий способно и наказание. Наказывается преступник за совершенное преступление. В работе "К генеалогии морали" Ф. Ницше показывает различие между возмездием, которое осуществляется обиженным, и наказанием по закону права. Обиженный наказывает в состоянии аффекта, влекомый ненавистью и местью, поэтому и масштаб, и характер возмездия оказываются ситуативными и чисто субъективными, обусловливаются не столько размером ущерба, сколько силой негативных эмоций в момент наказания. Обиженная сторона действует, повинуясь чувству или субъективной побудительной причине. Именно поэтому наказание, осуществленное в порядке мести, является в свою очередь новой обидой, воспринимается только как единичный поступок, а не воздаяние, и череда обид и возмездий воспроизводится, таким образом, без примирения до бесконечности. В наказании же по закону масштаб санкции соотносится с объемом ущерба, причем, поскольку речь идет о совокупном ущербе, - с объемом ущерба, нанесенного не только потерпевшему, но и обществу. Наказание определяется с учетом всего спектра задач ("синтеза смыслов", по Ф. Ницше), выполняемых правовыми санкциями: наказание как обезвреживание, как предотвращение дальнейшего урона, наказание как возмещение в какой-либо форме убытка потерпевшему, наказание как средство изоляции нарушителя во избежание распространяющегося беспокойства, наказание как "вколачивание памяти" - как тому, кто подвергается наказанию, так и свидетелям наказания. "Наказание как уплата своего рода гонорара, оговоренного со стороны власти, которая оберегает злодея от излишеств мести. Наказание как компромисс с естественным состоянием мести, покуда последняя отстаивается еще могущественными родовыми кланами и притязает на привилегии..."

Наказание же во гневе, из чувства ненависти или мести, имеет форму произвола, хотя фактически оно тоже обусловлено - прежде всего негативными эмоциональными состояниями человека, сферой неподконтрольного или не вполне контролируемого сознанием. Это несвободное поведение, обусловленное не столько социальным, сколько природным в человеке, поэтому о соблюдении соразмерности ущерба, нанесенного проступком, и воздаяния здесь речи быть не может. Прощение тоже нарушает, разрушает эту соразмерность, но это делается сознательно, во имя утверждения значимых моральных ценностей и путем установления контроля над своей психо-биологической природой.

< Предыдущая
  Оглавление
  Следующая >