Легенды и мифы Петербурга

Информация - Культура и искусство

Другие материалы по предмету Культура и искусство

?кзаменационного отбора, а по направлению профсоюзных комитетов для дальнейшего продвижения по службе. Для абитуриентов аббревиатура ВПШК чаще всего являлась беспощадным приговором сослуживцев: Ваш Последний Шанс, Коллега. В середине 80-х годов статус Школы повышается. Он становится Гуманитарным Университетом профсоюзов, который - по фамилии его бессменного ректора А.С. Запесоцкого в народе называют Запесочницей. Университет приобрел достаточно приличный имидж, но следы былого отношения к его профилю в фольклоре сохраняются. В структуре Университета есть кафедра Социально-Культурной Деятельности (СКД). Ее аббревиатура немедленно стала мишенью студенческих пересмешников: Симуляция Кипучей Деятельности.

Один из самых крупных районов города возведен на месте старого, еще допетровского поселения Купсино, упоминаемого на шведских картах 1676 года. В начале петербургской истории Купсино принадлежало Александро-Невскому монастырю, а затем было передано царевичу Алексею. Уже тогда предпринимались, возможно, неосознанные попытки русифицировать финское название. Во всяком случае, в документах того времени наряду с финским Купсино встречается русское Купчино.

Проект застройки Купчина в 1960-х годах разрабатывала группа архитекторов под руководством Д.С. Гольдгора и А.И. Наумова. Планировка района характеризуется строго геометрической сеткой пересекающихся улиц и проспектов. С севера на юг идут улицы Фучика, Белы Куна, Славы, Димитрова, Каштановая (Переименованная в Пловдивскую), Дунайский проспект, улицы Гашека, Олеко Дундича. Их пересекают улицы, названные в честь столиц восточноевропейских государств - Белградская, Будапештская, Бухарестская, Пражская, Софийская...

БЕЛка БУДет БУХанку ПРосто Сушить (Улицы: Белградская, Будапештская, Бухарестская, Пражская, Софийская) ФЕДЯ КУШАЛ СЛАДКО, ДУМАЯ, КАК ДУНЮ ГОСТИНЦЕМ ОДАРИТЬ (улицы: Фучика, Белы Куна, Славы, Димитрова, Каштановая, Дунайский пр., ул. Гашека, ул. Олеко Дундича). [2]

История Александро-Невской Лавры - "Александрова храма", как его называли в старом Петербурге, если верить преданию, начинается в 1710 году. Петр I, рассказывается в нем, осматривая окрестности Петербурга, обратил внимание на то место, где великий князь Александр Невский в 1240 году разбил шведов. Царь назвал это место "Виктори", что значит "победа", и повелел построить здесь монастырь во имя Пресвятой Троицы и святого Александра Невского. Митрополит Феодосии, сопровождавший царя, водрузил крест с надписью: “На сем месте созидатися монастырю”.

Битва произошла гораздо выше по течению Невы, в устье впадающей в нее Ижоры. Умышленная ошибка Петра Великого? Скорее всего - да. Возведение монастыря на предполагаемом месте Невской битвы должно было продемонстрировать всему миру непрерывность исторической традиции борьбы России за выход к морю. Петра не покидала убежденность в политической целесообразности объединения во времени и пространстве двух событий отечественной истории - победы Александра Невского и основания новой столицы.

Одна из старинных легенд дает еще более конкретные ориентиры исторической преемственности. “Александров храм” построен на том месте, где перед сражением со шведами русский воин Пелгусий увидел во сне святых Бориса и Глеба, которые сказали ему, что спешат на помощь “своему сроднику” Александру. Немало чудес произошло и во время самой битвы. Согласно легендам, небесное вмешательство на стороне русских чувствовали воины Александра от начала и до конца победного сражения.

По замыслу Петра закладка монастыря на легендарном месте позволяла Петербургу приобрести небесного покровителя в лице святого Александра Невского, задолго до того канонизированного церковью, - святого, ничуть не менее значительного для Петербурга, чем, скажем, Георгий Победоносец для Москвы. И если святой Александр уступал святому Георгию в возрасте, то обладал при этом неоспоримым преимуществом. Он был реальной исторической личностью, что приобретало неоценимое значение в борьбе с противниками реформ.

В августе 1724 года мощи святого Александра Невского с большой помпой были перенесены из Владимира в Санкт-Петербург. По значению это событие приравнивалось современниками к заключению мира со Швецией и окончанием многолетней Северной войны. Но воинствующий атеизм послереволюционных лет породил легенду о том, что на самом деле никаких святых мощей в Александро-Невской лавре нет. Будто бы задолго до Петра мощи Александра Невского, если они вообще когда-нибудь существовали в каком-либо виде, наставительно добавляет не лишенная привкуса большевистской идеологии легенда, сгорели во Владимире во время пожара Успенского собора. Вместо мощей Петру привезли якобы несколько обгорелых костей. Во избежание толков и пересудов Петр будто бы запер гробницу с мощами на ключ.

Параллельно с этим широкое бытование приобрело еще одно предание, рожденное, по-видимому, в среде раскольников, которые всегда считали Петра Антихристом, а его город - городом Антихриста, проклятым Богом. Петр, по этому преданию, дважды привозил мощи святого Александра в Петербург, и всякий раз они не желали лежать в проклятом городе дьявола и уходили на старое место, во Владимир. Когда их привезли в третий раз, царь будто бы сам запер раку на ключ, а ключ бросил в Неву Мощи исчезать перестали.

Однако и тут, если верить фольклору, не обошлось без мистики. Когда Петр замыкал гробницу, то услышал позади себя ровный невозмутимый голос: ?p>