Роль международного сообщества в урегулировании конфликтов на территории Грузии
Дипломная работа - Юриспруденция, право, государство
Другие дипломы по предмету Юриспруденция, право, государство
По данным переписи 1979 года число абхазов возросло до 83 087 (т.е. на 5811), а число грузин - с 199 596 до 213 322 (на 13 726).
Динамика роста абхазского населения за 100 лет выглядит так: к 1866 г. 98 %, к 1886 г. - 85,7 %, к 1897 году 58,7 %, к 1913 году 59,3 %, к 1923 г. 48, 5 %, в 1926 г. 27,8%, в 1939 г. - 18 %, 1959 г. 15,1 %, в 1970 г. 15,9 %, в 1979 г. 17,1 %, а уже в 1989 г. 18 %. Динамика роста грузинского населения Абхазии выглядит так: к 1866 г - 0,5 % до 44 % к 1989 г, с нескольких сотен человек до 245 000 человек. Тогда как абхазское население Абхазии за сто лет с 65 тыс. человек выросло до 93 тыс. человек на 28 тысяч человек.
Если критически оценивать заявления сторон, то можно прийти к выводу, что точка зрения Абхазской стороны представляется менее обоснованной. Спор о принципах подсчета национального состава не снимает того факта, что на протяжении всего времени пребывания Грузии в составе СССР на Абхазию не производилось открытого демографического давления, не было также фактов геноцида лиц абхазской национальности. Следовательно, темпы роста абхазского населения вряд ли могут серьезно отличаться от прироста численности лиц грузинской национальности.
Как следствие, абхазы не могли с особой симпатией относиться к грузинским переселенцам, видя в них основную причину своих бед. Однако эти чувства зрели подспудно, т. к. о какой-либо общественно-политической активности в подобных условиях вряд ли могла идти речь. Показательно, что в революции 1905-07 гг. "бунтари-абхазы" к удивлению петербургских властей не приняли никакого участия, считая ее "мегрельской революцией".
Рассмотрим теперь и противоположное мнение. Историки и культурологи со стороны Грузии утверждают, что ни о какой изначальной обособленности абхазского языка не может идти и речи. По их мнению, абхазский, грузинский и иные языки и диалекты народов северного Кавказа являются результатом разделения единого кавказского праязыка, Соответственно претензии абхазской стороны на изначальную языковую обособленность представляются безосновательными. Далее данная концепция подвергает критике теории относительно генезиса абхазов как самостоятельной национальности никак не связанной с грузинами (картвелами). Утверждается, что миф об абхазской нации создан искусственно, что абхазские ученые просто называют абхазами племена, проживавшие в то время на определенной территории (территории современной Абхазии). Между тем, племена эти имели самое различное происхождение, зачастую даже не связанное с кавказским регионом. Для абазгов была характерна этническая смешанность; поэтому при разъяснении протекавших в стране исторических процессов, в результате которых происходило формирование их этнической общности, необходимо учесть тот факт, что абазги в течение своего пребывания на территории Абхазии не являлись моноэтносом: для жителей равнинной части было характерно смешение с картвельским населением, картвельским этнокультурным миром, веками существовавшим рядом с ними, а для горских племен слияние с периодически спускавшимися с Северного Кавказа этническими группами адыгейского происхождения.
Суммируя позицию грузинских исследователей, можно сказать, что они отрицали и отрицают как самостоятельность абхазского языка и культуры, так и национальную идентичность абхазов, постоянно подчеркивая грузинское (картвельское) влияние.
Что касается вопроса о раздельном вхождении в состав Российской империи, то грузинские источники считают, что к тому времени (1810 г.) территория Абхазии была территорией грузинского государства, следовательно, в их глазах присоединение Абхазии к Российской империи это не присоединение самостоятельного государства, а вхождение части Грузии в состав России. Признавая огромные потери среди лиц абхазской национальности, во время Кавказской войны, грузинские ученые отрицают наличие у Грузии каких-либо имперских устремлений. Они подвергают сомнению и приведенные выше данные об этническом составе населения, проживавшего на территории Абхазии во времена Российской империи, поскольку изначально считают моноэтническую концепцию абхазских исследователей ложной.
Что же касается вопроса о сокращении численности абхазов вообще, и в частности за советский период, то это, по мнению грузинских ученых, вовсе не соответствует действительности. Вот данные статистики, которые приводятся в работе Э.В. Хоштария-Броссе. Абхазия и Грузия: мифы и реальность.
На территории Абхазии, по официальным показателям, абхазское население составляло: в 1886 г. 28.320 чел., в 1897 г. 58.697 чел. в 1926 г. 55.918 чел. (сюда включены и самурзаканские мегрелы), в 1939 г. 56.200 чел., в 1959 г. 61. 193 чел., в 1970 г. 77. 276 чел., в 1979 г. 83.097 чел., в 1989 г. 93.267 чел..
Откуда делается вывод, что уменьшения численности абхазского населения с 80-х гг. XIX века до последнего времени не было.
По отношению же к языковой дискриминации, на которую ссылаются абхазские ученые как на самый яркий пример культурного давления, грузинская сторона заявляет, что поскольку абхазское население составляло 17% от общей численности проживающих на территории Абхазии, то скорее следует говорить об ущемлении прав грузинского населения. Если встать на эту позицию, то и введение делопроизводства на грузинском языке и вообще языковую экспансию можно объяснить вполне объективными причинами, а вовсе не захватническими устремлениями Грузии.
Таким образом, мы видим, что историческая ретроспектива не дает однозначного ответа на истоки грузино-абхазского конфликта, поскольку стороны настолько по разному т?/p>