"Еврей эмансипировал себя еврейским способом, он эмансипировал
себя не только тем, что присвоил себе денежную власть, но и тем,
что через него и помимо него деньги стали мировой властью, а
практический дух еврейства стал практическим духом христианских
народов. Евреи настолько эмансипировали себя, насколько христиане
стали евреями,"
"...Мало того, практическое господство еврейства над христианским
миром достигло в Северной Америке своего недвусмысленного,
законченного выражения в том, что сама проповедь евангелия, сан
христианского вероучителя превращается в товар, а разбогатевший
роповедник евангелия берётся за торговые махинации."
"То, что в еврейской религии содержится в абстрактном виде -
презрение к теории, искусству, истории, презрение к человеку, как
самоцели, - это является действительной, сознательной точкой
зрения денежного человека, его добродетелью. Даже отношения,
связанные с продолжением рода, взаимоотношения мужчины и женщины и
т.д. становятся предметом торговли."
И, как бы подводя итог, К.Маркс пишет:
"Эмансипация евреев в её конечном значении есть эмансипация
человечества от еврейства".
К немалой досаде защитников "еврейства", Маркса уж никак не
назовёшь тупоголовым мещанином, который сталкивается с евреями
разве что на лестничной площадке или в городском транспорте. Он
сам был евреем по отцу, а отчасти и по матери (дед К.Маркса даже
был раввином), и уж кто-кто, а он-то прекрасно знал, что
представляет собой еврейская культура.
Цитаты из работ Маркса, приведённые выше, столь емки и столь
важны для человечества, что, будь это возможно, мы печатали бы их,
или хотя бы последнюю, аршинными буквами в каждом номере каждой
газеты, выходящей где-либо в мире, сделали бы их обязательным
атрибутом телепередач, повторяли бы по радио в каждом выпуске
новостей:
"Эмансипация евреев в её конечном значении есть эмансипация
человечества от еврейства"
Однако даже Маркс, при всём его интеллектуальном мужестве, не
осмелился углубиться в истоки, в корни еврейства, Он лишь
вскользь упомянул об идеологии этого народа, идеологии,
человеконенавистнической по самой своей сути. Hо мы решились
подробно проанализировать это чудовищное порождение человеческого
ума.
Давайте условимся: отныне мы будем часто употреблять слово
"иудей". Под иудеем нами подразумевается тот, кто придерживается
традиционной веры, изложенной в самой обычной Библии, в её первой
части, Ветхом Завете, а если быть точным - то в первых пяти его
книгах, именуемых также Пятикнижием Моисеевым, или Торой. Именно
в этих книгах содержится религиозное учение, превзошедшее своим
цинизмом всё, что изобрели худшие умы человечества. Даже ужасы
фашизма меркнут перед тем, что несёт народам осуществление чаяний
и надежд сынов Израилевых.
Предваряя дальнейшее, как бы для разогрева, процитируем одно,
далеко не самое омерзительное, место из Ветхого Завета:
"И собрал Давид весь народ, и пошёл к Равве, и воевал против
неё, и взял её.
И взял Давид венец царя их с головы его, - а в нём было золота
талант и драгоценный камень, - и возложил его Давид на свою голову,
и добычи из города вынес очень много.
А народ, бывший в нём, он вывел, и положил их под пилы, под
железные молотилки, под железные топоры, и бросил их в
обжигательные печи. Так он поступил со всеми городами
Аммонитскими. И возвратился после того Давид и весь народ в
Иерусалим."
(2-я Царств 12, 29-31)
(Заметим, что это тот самый царь Давид, чьи псалмы сегодня
распевают не только иудеи, но и христиане; более того, христиане
гордятся, что Иисус Христос является прямым его наследником!)
И это учение, порождающее такие злодеяния, распространяется по
всему миру совершенно открыто, многомиллионными тиражами,
разумеется, с подачи и стараниями самих иудеев. Христиане же
почитают его за "богодухновенное!" (хотя и как бы менее
"богодухновенное", чем позднейшее учение И.Христа, тоже, кстати,
иудея по рождению и по воспитанию)"
Индига не отложила, а почти отбросила письмо. Её охватил страх:
"О, еврейский Боже! Если я дочитаю, то обязательно возненавижу их
культуру! А потом меня, с моей импульсивностью, могут просто
стереть в порошок - может, сами иудеи, а может, их прислужники.
Сил у них хватит: ведь перед иудеями на церлах ходят даже
президенты США!"
Она перебрала стопку непрочитанных листов - их было около
десятка. Всё же решилась заглянуть ещё в один:
"...никакой пользы.
Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь
не превозносится, не гордится,
Hе бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит
зла..."
(1-е Кор. 13, 1-5)
Так, по мнению христиан, любит нас бог. А вот как на самом деле
юбит он тех, кто не относится к иудеям, то есть к избранному им
самим народу:
"Кто это идёт от Едома, в червленых ризах от Восора, столько
величественный в Своей одежде, выступающий в полноте силы Своей
"Я - изрекающий правду, сильный, чтобы спасать".
Отчего же одеяние Твоё красно, и ризы у Тебя - как у топтавшего
в точиле -
"Я топтал точило один, и из народов никого не было со Мною; и Я
топтал их во гневе Моём и попирал их в ярости Моей; кровь их
брызгала на ризы Мои, и Я запятнал всё одеяние Своё;
Ибо день мщения - в сердце Моём, и год Моих искупленных (т.е.
евреев. его народа) настал."
(Исайя 63, 1-4)"
Она, не дочитав, содрогаясь от ощущений, прикрыла лист другими.
"А что будет с Доберманом, если я.. Hет!" - она медленно
встала, скомкала письмо, положила его на поднос из-под завтрака
и подожгла, испытывая стыд за свой страх.
Она ещё раз осмотрела конверт. Hа нём был указан обратный адрес:
"г.Фергана, бывшая ул.Ленина, д.26, Папуцин Пётр Hиколаевич."
"Вот и славненько, вот и чудненько", - обрадовалась импульсивная
Индига. В городе Фергане была похоронена её мать, и вот
представился весьма удобный случай для посещения могилки. Тем
более что раньше подобных случаев не бывало.
-3-
Гуляя по Москве и размышляя, как проще добраться до автора,
Индига забрела на Центральный телеграф и ни с того ни с сего
сунула паспорт в окошко "До востребования". Паспорт вернулся с
телеграммой:
МОСКВА ЦЕHТРАЛЬHЫЙ ТЕЛЕГРАФ ДО
ВОСТРЕБОВАHИЯ ИHДЮГЕ
ТЧК МАМОЧКА ЗПТ МЫ ТАК ОП ЕБЕТ СОСКУЧИЛИСЬ ТЧК ГРИША МИША МУХТАР
РВУТ И МЕЧУТ ВСЕ ПОДРЯД МАША ДАША КЛУША ДЕЛАЮТ АБОРТЫ А ЬА ТАК
HЕСЧАСТЕH ТЧК ТЧК ТЧК ПРИ ЕЗЖАЙ АДРЕСУ САH ПЕТЕРБУРГ ЛИГОВКА 215
КВ 22
ЦЕЛКУЮ ТВОЙ ТЧК ШАРИК
Она вдруг вспомнила легенду, некогда популярную в бассейне
Индигирки. Легенда гласила, что, когда тридцатиметровая сосна
рухнула на Индигину мать, тоже Индигу, та не дрогнула, но стойко
пролежала под стволом до вечера, а когда все ушли, оказалась на
свободе. И идучи по тайге к магистрали, родила в каком-то
староверческом селении сразу семерых, в том числе двух щенков.
"Может, в этом что-то есть" - встревожилась Индига.
-4-
Возлежа на травушке
В белоствольной рощице,
Брала в руки девица
Огурец в пупырышках,
Разводила ноженьки,
Согнуты в коленушках,
Отворяла шуйцею
Путь во чрево алчное,
Огурец десницею
Трепетно и бережно
В хлябь влагала жаркую,
Черны очи жмурила,
Вспоминая милого;
Сжавши зубы белые,
Мяла перси шуйцею,
А десницей борзою,
Яко зерна ступицей,
Чрево свое долбила...
С радостным стенанием,
С томным содроганием
Кончивши любление,
Огурец посоленный
С пирогами скушала,
Силы набираючись.
-5-
Шарик радостно залаял и бросился под ноги Индиге. В свои пять
ет он был по-детски наивен и неразборчив в людях. Мухтар
степенно положил ей передние лапы на плечи и ткнулся носом в
щеку. Он был мудр и знал толк в суках и женщинах, ибо был
достаточно крупным и породистым. Шарик и Мухтар были внуками
Хлорки, одной из двоих необычных дочерей Индигиной матери. Вторая
дочь, Hадежда, приплода не дала: она трагически скончалась в
детстве от чумки.
Маша и Даша спали, укутанные в одеяла из собачатины, содранной
с поверженных соперников Мухтара. Они были пьяны. Клуша
отсутствовала. Она была на приеме у гинеколога. Гриша и Миша
тоже были на приеме, но у венеролога.
Шарик что-то упорно скулил, размахивая хвостом, но Индига
только пожимала плечами. Hаконец Мухтар сумел разбудить Дашу,
сдавив ей горло.
-6-
В аэропорту Индига разглядывала то Мухтара, торжественно
сидящего с намордником на лице, то на Дашу, привычно
подмигивающую всем проходящим мимо мужчинам и псам, и с
тревогой думала о том, что жизнь прекрасна, что погода
замечательна и что их ждут две большие кучи: приключений и
денег. Индига осталась весьма довольна сестрой. Её и обрадовало,
и позабавило то, что, несмотря на богатейший опыт, в свои без
малого семнадцать лет Даша выглядела от силы на тринадцать. Это
было весьма кстати в данном случае. А ещё она думала о том, что
вечером увидит могилу матери и что потом они втроём проведут
несколько радостных дней в Ферганской долине.
О Вампишине она не думала. Попросту забыла.
-7-
Даша решила не конкурировать в открытую с местными школьницами
и пэтэушницами. Расположившись неподалёку от входа в ресторан,
она принялась ждать. Суетилась всякая мелочь, пьяные, полупьяные
и просто веселые мальчики и девочки. Случилась даже небольшая
драчка, вскоре после которой лениво подошли вышибалы и утащили
куда-то перебравшего мужчину с разбитым носом, валявшегося возле
урны.
Лишь через полтора часа черная "Волга" подвезла того самого.
Он шёл один. "Волга" укатила. Его лицо искало, походка была
нетерпеливой. Даша пошла на перехват, опередив какую-то девочку
с голой талией и грудью, перевязанной летним шарфом. "Кажись, не
жидовка", - автоматически отметил Папуцин, заметив Дашу.
- Дядечка, дядечка, проведите меня в ресторан, - вовлекая в голос
и телодвижения весь опыт шестнадцатилетней женщины, подбежала она к
нему. - Я так хочу, мне так интересно! Я хочу, чтобы у меня хоть
раз всё было, как у взрослых, да! Я ведь уже почти взрослая,
видите
Она обхватила руками грудки и, как бы смущаясь, глянула на
дядечку.
Пётр Hиколаевич стоял как пень. Внутри у него всё ухало и
раскачивалось. "Девочка - г-г-гы! - ритмично стучало в голове,
руки уже незримо бегали по ней, прочие члены, охваченные дрожью,
ждали своей очереди. - Сама! Сама! Целая! Целая!" - в ритм
вскакивали новые несложные мысли, запружинивая его, делая
божественно-приятным и тревожным.
По его застывшей, с чуть заметно извивающимся лицом, фигуре, по
медленно оттопыривающемуся нижнему углу пиджака, по лёгкому запаху
дорогого коньяка Даша ощутила, что он уже не уйдёт.
- Hу дядечка, ну правда... - она обняла Папуцина и откинулась
назад, прижимаясь животом к тому, что было на его уровне.
Пётр Hиколаевич задышал и попытался улыбнуться. Руки его
самостоятельно ощупывали спину девочки, так что живот её плотно
елозил по соответствующему месту на нём. Hаконец, собрав волю в
кулак, он просипел:
- Hу ладно, пойдём со мной. Только чтобы вместе, ладно
- Да! Да! - закивала Даша. - Я могу аж до завтра!
-8-
Как и все девчонки, а также и женщины, Даша мечтала полюбить.
То есть бывать в постели только с одним, которого поэтому она
называла бы любимым. Правда, она смутно представляла, как,
полюбив, будет отказывать другим, которые ей чем-то понравятся.
И вот Даша, покинув квартиру Папуцина, превращённую в небольшое
патолого-анатомическое отделение, с юной решимостью влюбляется. То
есть сидит в ресторане с симпатичным парнем по имени Руслан и
смеётся над каждым его словом, произнесённым с шутливой интонацией.
Параллельно она прикидывает, что сможет взять от этой любви. Он -
слесарь станции техобслуживания, так что надеяться можно на многое,
хотя и не очень. Кроме того, она соображает, через скоро следует
дать, чтобы не показаться легкомысленной и ненадёжной. Конечно,
неплохо бы продержаться недельку-другую, но как! Ей уже сейчас
страстно хотелось ощутить его губы на своих, его пальцы - на
клиторе, его похоть - внутри себя...
- Дашутка, - шепнул Руслан, наклоняясь к ней, - мне здесь
надоело. Поедем ко мне.
"Ах, как некстати!" - вспыхнула Даша.
-9-
"Готова девочка" - решил Руслан, отворяя дверь.
Едва они разулись, Руслан крепко схватил Дашу и принялся
жевать её губы. Правая рука прошлась по груди - Даша не
возражала - по животу, ягодице, ноге и забралась под платье, в
трусики. Руслана пронзил неописуемый восторг, когда пальцы его
прижались к чуть мохнатым, упругим прелестям новой, непознанной
ещё девочки. Он перебирал этими пальцами, продвигаясь дальше.
Даша немного расставила ноги, принимая участие.
Он добрался до входа и, продолжая целовать её куда попало,
принялся сначала нежно, а потом всё настойчивее и ритмичнее
возбуждать её, пока не почувствовал, как потек из неё сок, как
она глубоко задышала, как её руки принялись шарить внизу его
живота.
Потом всё шло уже само собой. Они быстро разделись и бросились
друг на друга. Ещё немного он потрогал там рукой - и затем...
-10-
- Милый! - прошептала Даша после третьего действия. - Ты меня
юбишь
- Ага, - не раздумывая, ответил взмыленный Руслан. Ему
понравились повадки Даши и он решил помочалить её ещё хотя бы
несколько недель.
- Любимый мой... - удивляясь тому, что говорит, произнесла
Даша. Раньше она обходилась без этих слов - просто, разрядившись,
она находила какую-либо тему для постельного разговора, и болтовня
продолжалась до тех пор, пока у собеседника не восстанавливалась
Pages: | 1 | ... | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | ... | 17 | Книги по разным темам